bannerbannerbanner
Химеры чужих желаний

Елизавета Шумская
Химеры чужих желаний

Полная версия

Глава 4

Ингвар сидел в комнате с теперь прозрачной стеной и уже пару часов смотрел на нее. К этому моменту перед ним выстроилась шеренга из бумажных журавликов, которые он имел обыкновение складывать, задумавшись о чем-то. А сейчас подумать было о чем. Произошедшее просто в голове не укладывалось. Хорошо, что этой девушки, Анарил, пока нет. Есть возможность хотя бы подумать. Как ему теперь работать, если она постоянно будет маячить рядом? Ингвар и так-то не жаловал людей, а уж человека, который вторгся в его личное пространство и теперь намеревается находиться там постоянно… Да, она не виновата, но… кто же тогда?! Надо найти этого мерзавца и заставить исправить! Еще и компенсацию за моральный ущерб содрать! Это ж надо! В его любимой комнате!!!

«И все-таки ситуация любопытная. Может, не стоит так критично ее воспринимать. Это хороший способ узнать побольше про столь необычную страну, может, даже про параллельный мир. Девушка – это, конечно, плохо. Они частенько бывают истеричны и болтливы, но, в конце концов, работать можно и в других помещениях». Ингвар вспомнил давешнюю собеседницу. Она производила впечатление человека серьезного и одновременно деликатного. Вот только глаза слишком красивые. Капризные, пожалуй. Вообще-то жрецу капризные дамочки частенько нравились, но одно дело постель, а другое – постоянное присутствие таковой в доме. «Ладно, может, все не так уж плохо». – Жрец передернул плечами, будто отбрасывая эти мысли. Ему необходимо было переключиться на дела куда более обычные.

Мужчина поднялся с циновок и подошел к невысокому столу, уселся за него и принялся на листах черкать заметки по происшествию с кошкой госпожи Вассо. Спустя какое-то время он нашел записи по похожим случаям и внимательно просмотрел их.

«А вот это интересно. Все случаи происходили в домах, расположенных недалеко друг от друга, – имлаймори достал карту города из маленького ящика под столешницей, – не по одной улице, но некоторую траекторию можно между ними выстроить. Дугу, пожалуй». – Мужчина приложил линейку к карте, записал какое-то число, сверился со следующим адресом и снова измерил что-то. Открытие поражало – дома, подвергшиеся нападениям, находились на практически равном расстоянии друг от друга. Не совсем, но очень близком.

«Эта тварь перемещается сразу после нападения! Очевидно, она ночная. Поэтому ей надо успеть переместиться до восхода солнца. Значит, как минимум она разумна. Не хочет, чтобы ее поймали. Но почему она вообще это творит? Она же не питается душами. Просто вытаскивает их из тела и смеется. Кошка наверняка погибла зря. Никто не собирался убивать ее хозяйку. Или все же собирался? Развлечение это, или все-таки она так поддерживает свою энергию? Или она питается эмоциями? Если она неопытна, то, возможно, ей нужна была тренировка. Но почему тогда она смеется? Точно ли это смех? Надо еще раз переговорить с пострадавшими».

Ингвар решительно встал и направился к двери. Уже около нее обернулся. Чужая комната никуда не пропала. От этого помещение казалось еще больше. Сразу и не поймешь, в чем дело.

«Рассказывать или не рассказывать об этом Реолу и Тоё?» – Вопрос был насущным. Оба помощника обладали просто феноменальной способностью узнавать истину в отношении имлаймори за считаные секунды. Оправдывались тем, что хорошо его знали. Но Ингвар не верил. У них должен быть какой-то секрет. Совершенно точно должен быть.

«Вот и проверим, как быстро вы догадаетесь!»

Имлаймори вышел в сад и направился к главному входу в дом. Он мог бы пройти и через внутренние помещения, но разве можно упустить возможность прогуляться по такому чудесному месту, как кипарисовая аллея вокруг дома. В детстве он просто обожал круглые, будто разрезанные шишечки этих деревьев. Сейчас мужчине куда больше нравился аромат, который неизменно витал в воздухе рядом с ними. Хотя… приходящая экономка не раз находила одну-две шишечки в карманах его одежды.

– Реол, – войдя в гостиную, где помощники играли в старинную настольную игру на разлинованной доске, сейчас почти полностью уставленной черно-белыми камушками, Ингвар сразу приступил к делу, – у тебя сохранились адреса пострадавших от этой твари дам?

Воин оторвался от игры и внимательно посмотрел на жреца.

– Что-то случилось, Ингвар? – спросил он через секунду.

– Да. Я вычислил, что все нападения происходили в домах, расположенных на почти равном расстоянии друг от друга. Более или менее. Теперь хочу выяснить, менялась ли степень агрессии этого существа.

– Хорошая мысль. Только с тобой-то что?

– Со мной?

– Что-то не так с вашей комнатой? – Завязанные глаза Тоё смотрели на имлаймори, будто и не было этой призрачной, как и сам дух, повязки.

– Что с ней может быть не так? – У жреца даже дух перехватило, но он хотел довести игру до конца.

– Вот и мне интересно, – задумчиво покачал головой дух.

– И мне. – Реол тоже пришел к какому-то определенному выводу.

Ингвар сглотнул и опустился в кресло.

«Но как?! Как?»

Через некоторое время Ингвар сидел перед тонкой черноволосой женщиной с приятными, хоть и слегка резковатыми чертами лица и слушал ее рассказ о нападении твари. Для скорости они с помощниками решили разделиться. Имлаймори сейчас беседовал с первой жертвой загадочного существа.

– Расскажите не только про само происшествие, но и про события всего предыдущего дня, – попросил жрец, решив начать хотя бы с этого. Возможно, придется копать еще глубже. Однако ему казалось, что причина не могла быть запрятана слишком глубоко. Также существовала вероятность, что нападение не привязано ни к чему в обычной жизни жертв, но тем не менее поискать связи между ними необходимо. – Как можно более подробно.

Молодая женщина нахмурилась. Лицо у нее было живое, с активной мимикой. По нему легко было определить, насколько ее озадачил вопрос. Однако авторитет Ингвара работал на него. У имлаймори такого уровня не спрашивают о причинах его действий: надо – значит надо.

– В том дне никаких особых событий я не припомню, – начала рассказ первая пострадавшая. – Я работаю подавальщицей в кафе «Мимоза». Место это пристойное, даже скучное, я бы сказала. Там самые частые посетители – это семейные пары, иногда с детьми. Хотя в тот день был один неприятный клиент, – вдруг встрепенулась женщина. – Все чем-то недоволен был. То стол ему грязный, то суп не горячий, то тарелка с разводами, то льда в соке много. Он так громко возмущался, что люди за соседними столиками стали оборачиваться. На крики хозяин вышел. В общем, неприятно получилось.

– Интересно-интересно, – оживился жрец. – Вы его имени не знаете? Или, может, какие особые приметы?

– Имени, нет, не скажу. Он платил наличными. О чаевых, разумеется, и думать не стоит, – на миг отвлеклась женщина. – А внешность… да обычная. Серый такой плащ, рубашка… голубая, кажется. Я даже не знаю, как его лицо описать. Увижу – узнаю. А так нет. О! Вспомнила. У него серьга в ухе была. Я еще удивилась – такой унылый с виду тип, а серьга длинная, почти женская. Странно, да?

– Можете ее описать? – заинтересовался Ингвар.

– Пожалуй. Такая длинная, как я уже сказала. Беловато-сероватый камень внизу, кажется, с каким-то рисунком, прямо в нем. Ну знаете, как… гравировка, что ли. Не знаю, как это в отношении камней называется… Вырезанный в камне рисунок, вот! Держится он на нескольких серебряных цепочках. Как-то так. Наверное, я непонятно объясняю?

Однако имлаймори, кажется, понял собеседницу. В тетради быстро набросал изображение сережки и протянул женщине.

– Посмотрите, похоже?

Та взглянула и всплеснула руками.

– Точно! Она! Вы его знаете?

– Мужчину, наверное, нет, хотя гарантии не дам. Просто эта серьга – знак магической школы, которая так и называется – школа Белого Опала. У нас это учение не очень распространено, так что это отличная примета, благодарю вас. Так чем дело закончилось с этим недовольным? – Серые глаза мужчины в упор смотрели на пострадавшую.

– Да ничем особо. Хозяин его успокоил, и вскорости клиент ушел. Расплатился. Как я говорила, чаевых не оставил. Но больше я его не видела. Только девчонки потом ему еще полдня кости перемывали. А больше ничего и не было. Вот вы спрашиваете сейчас, а я даже вспомнить не могу, что в тот день вообще было.

– Подумайте, пожалуйста. – Имлаймори улыбнулся, прибегая к крайнему средству.

Улыбался Ингвар редко, так что это всегда производило впечатление. Вот и сейчас женщина замерла и послушно задумалась.

– В тот день на работе и правда ничего особо больше не было… – неуверенно произнесла она минуту спустя.

– А может быть, после? – не сдавался жрец.

– Я же допоздна работаю, – вздохнула женщина. – Посменно. Возвращаюсь поздно. Людей почти уже не встречаю. А! Было одно! Только не знаю, важно или нет. Расскажу, а там уж сами решите. У меня дома призрак кошки живет.

«Опять кошка?!» – ужаснулся Ингвар.

– Я ей раз в три дня покупала особую еду из магазинчика госпожи Дорс. Мы с ней давно договорились. Смены у меня прыгают, не всегда можно рассчитать, когда я могу зайти днем, а когда только после работы. А эту еду лучше не хранить долго, даже лишний день – плохо. Вот мы с Тамиллой Дорс и условились, что если у меня смена, то я забираю еду из ящичка под лавкой, что стоит около магазина. Ну, чтобы ей не просыпаться, не выходить, а деньги я потом отдаю. Мы так уже года два делаем. А недавно она уехала по делам. И раньше такое бывало, но на мне это никак не отражалось. В этот же раз прихожу – а в ящичке пусто. Мне же край как нужно эту еду. У меня кошка агрессивная. Ее не покорми – пойдет по соседям. Хлопот потом не оберешься.

«Ну и зачем ты такую терпишь?» – Этот вопрос всегда занимал имлаймори, когда доводилось слышать подобные истории. Но ответ никогда не удовлетворял мужчину, поэтому в этот раз он промолчал.

– И такое зло взяло. Два года все нормально было, а тут она, в смысле Тамилла Дорс, уехала и даже не вспомнила о нашей договоренности! И я стала стучать в дверь лавки. У них же жилые помещения наверху. Думаю, всех на уши подниму, но без корма не уйду! И пусть думают что хотят. Стучать мне пришлось долго и громко, надо сказать. Отчего я только злилась, признаться. Но в конце концов высунулась из окна дочка Тамиллы, Лейла. Непростая, доложу я вам, девица. Всегда вроде улыбается, но постоянно подвох ощущаешь. Вот и сейчас высунулась из окна – и куда только делась улыбка! Напустилась на меня и давай оскорблять. Я ей спуску, разумеется, не дала. Тоже обложила. Не так красиво, как она умеет, что вроде и не ругань, а обидно, но все равно! Тоже мне королева нашлась! – Женщина все больше заводилась. – В общем, корм я с нее вытребовала. Хоть ей очень лениво было спускаться и искать его. Будто деньги не нужны, честное слово! И главное, сказала, что мать ей ничего про меня не говорила. Это когда она уже пришла в себя и вновь заулыбалась. Еще и извинилась. Такая благостная сразу стала, аж противно. Будто перед этим всю эту грязь не вылила на меня. Вот же ж поганый-то рот! Тамилла – такая приятная женщина, хотя тоже, конечно, себе на уме. Да и в изделиях ее ничего гениального нет. Но уж больно магазин удобно расположен, прямо мне по дороге. И сама Тамилла всегда очень приятная в общении. Как-то доверяешь ей. И услужливая. Вот с тем же ящиком пример. Может, это вовсе и не она забыла про нашу договоренность. Может, это Лейла что-то напутала или забыла. Или просто не соизволила лишний раз зад от стула оторвать. В общем, неприятный был эпизод. Только вот важно это или нет для вас… Наверное, только зря время потратили.

 

Этого имлаймори сказать не мог. Кто знает, что пригодится? О чем он женщине и поведал.

– А теперь расскажите, как нападение произошло?

– Так я уже рассказывала!

– Возможно, мы что-то упустили. Мне весьма важны детали, ваши ощущения, впечатления…

– Да какие тут впечатления! Эта тварь меня просто за шкирку из себя вытащила!

– Вот прям за шкирку?

– Ну… по ощущениям что-то сродни этому, – немного сдала назад женщина. – Не знаю, как иначе объяснить. Но вот правда будто рукой кто-то за шкирку и через макушку вытащил. И еще чувство, что тело держали одной рукой, а второй выдергивали из него душу. Глупо звучит, да? Бессилие такое. Я чувствую, что кто-то меня волочит, но вижу свое тело. И оно лежит на кровати. Так страшно стало. Что не вернусь в него. Я изо всех сил рванулась. И вырвалась. И просто с бешеной скоростью полетела обратно. Только подумать успела: «Вот стерва!»

– Именно стерва? То есть существо было женского пола? – встрепенулся Ингвар.

Женщина вновь задумалась.

– Знаете, а я понятия не имею, почему так решила. Но оно такое… глыбообразное. Этакий сгусток на тонких ножках, как у кузнечика, только здорового. И не так сидит, а вертикально. И руками своими мерзкими тянется. Я даже уверена, что там пасть была. Только я ее не видела. Темно же, даже на этом уровне. Я особо в этом не разбираюсь. Только скажу, что все какое-то размытое было. Но смех я слышала четко. Не уверена, что это звук был. Скорее, понимание, что эта тварь хохочет. Весело ей, заразе! Ее бы так! Я бы на нее посмотрела! И тоже посмеялась! Господин Ода, очень прошу вас, займитесь этой гадиной! Просто невозможно, чтобы она не поплатилась за то, что я пережила! Такое только наимерзейшему человеку пожелать можно! Да и то подумаешь!

Реол в это время беседовал с другой пострадавшей. Он ее хорошо знал. Она преподавала в местном университете стрельбу из лука. Про прошлое Сандры ходило немало легенд, одна грандиозней другой. Но большинство сходилось во мнении, что нынешняя преподавательница служила в королевской армии, обязательно имеет какие-нибудь награды, а возможно, даже до сих пор находится на службе его величества. Реол же знал правду. Вернее, некоторую ее часть. Ведь они были товарищами по оружию. Сама Сандра никогда не служила в армии, хотя ее отец был кадровым военным. Так же как и Реол, женщина выбрала путь вольного воина и немало поскиталась по миру вместе с теми, кому нужны меткие стрелки. Стреляла она и правда великолепно. Поэтому в нанимателях простоя не случалось. Вот только не все задания ей нравились. Нечестные она без колебаний отклоняла. А опасные встречала с радостью. С Реолом они не раз воевали и на одной стороне, и друг против друга. В одной передряге он даже спас ее. Друзьями эти двое не стали, но на взаимное уважение вполне могли рассчитывать.

Сейчас Реол сидел у нее на кухне, пил хорошо заваренный чай и слушал давнюю знакомую.

– Противно даже вспоминать, – делилась она впечатлениями. Тем не менее у женщины даже мысли не возникло отклонить просьбу воина. Надо – значит надо. – Если тебе интересны события того дня, то рассказывать особо не о чем. День выдался вполне обычный, хотя несколько мерзостей тогда случилось.

– Например? – Реол посмотрел на Сандру поверх продолговатой узкой чашки, которую поднес к губам, чтобы сделать очередной глоток бодрящего, правильного коричневого цвета чая.

– Например, ситуация с одним нашим преподавателем. Сам он ничего особенного собой не представляет. – Реол мог быть уверен, что это не преувеличение. Его давняя подруга всегда отличалась резковатой, но абсолютно правдивой оценкой окружающих. – Середнячок, что в жизни, что в работе. Были у него и взлеты, ясное дело, но в основном всю жизнь брел по накатанной дорожке. Но есть у него одна идея – параллельные миры. Ты же знаешь, что одно время точки соприкосновения с ними искала чуть ли не половина населения страны. Множество исследований проводилось по этой теме. Я лично участвовала в парочке экспедиций в возможные места «дверей», не как ученый, как защитник, но тем не менее. Тема-то самая актуальная на тот момент была, так что казалось, даже волы в повозках интересовались результатами. К тому же что первую, что вторую экспедиции проводили под руководством Рихвальда Гронберга, я до сих пор считаю, что это ученый мирового уровня.

Реол, признаться, не сразу вспомнил, о ком речь. Однако потом память уже не нужно было подгонять. Имя Рихвальда Гронберга лет десять назад гремело на всю страну и близлежащие территории. Можно сказать, именно с его подачи началась эта лихорадка по изучению параллельных миров. Принадлежа к малочисленной расе эрергов, людей с удивительными серебряными волосами и такими же глазами, он славился не только красотой, но и изощренным умом. Когда он читал с кафедры свои лекции, слушатели, от самых ленивых студентов до давно отживших свое стариков, дрожали от восторга, ловя каждое его слово и принимая его как божественную истину. Рихвальд Гронберг свято верил в существование параллельных миров и привел немало тому доказательств. Он справедливо считался крупнейшим специалистом в этом вопросе, и половина экспедиций и исследований по данной теме курировались именно им. Однако, как и многие боги, Рихвальд оказался обманщиком. В какой-то момент его сумасшедшая вера в правдивость своей теории подвела ученого. Сначала один раз, потом другой, затем третий он начал подтасовывать результаты изысканий, ведь по сути большинство имеющихся у него доказательств можно было оспорить, а чего-то грандиозного, вроде точки соприкосновения с параллельным миром, так и не удалось найти. Спонсоры один за другим разочаровывались. Не желая прекращения исследований, ученый решился на подлог. В какой-то момент это вскрылось, и мир с тем же упоением, с каким до этого внимал Рихвальду, втоптал его имя в грязь. Гронберг со скандалом ушел из родного университета, но идеи своей не бросил. Хотя жил теперь, как говорят, на полулегальные доходы от обычной магии.

– Да, я так считаю, – пылко продолжала тем временем Сандра, – может, где-то он и ошибся, но я видела, с каким рвением он работает, и поверь мне, он точно – точно! – знал, что ищет. Ни капли сомнения! И это не была слепая убежденность, Реол, я очень хорошо вижу, когда люди просто в чем-то себя убедили. Нет, тут было что-то еще, вот можешь мне поверить.

– Точно? – Воин не привык сомневаться в словах знакомой, но все же решил уточнить. – Я несколько раз видел Рихвальда Гронберга. Он весьма харизматичен. Ты уверена, что дело не в этом? К тому же он красив. Немногие девушки так хороши, как он. Что скажешь? – Мужчина смотрел на подругу с вопросительной иронией в глазах.

Однако Сандра встретила его взгляд уверенно и без капли смущения.

– Он, конечно, очень необычен. Утонченный, изысканный, волосы эти серебряные ниже талии. Нечасто такое встретишь. Но я на него как на возможного партнера никогда не смотрела. Для меня слишком уж женственно, да и… он всегда в этом вопросе был такой отстраненный. Будто он из серебра и сделан. Вся его пылкость доставалась исследованию параллельных миров. Многих девушек эта страстность заводила, но для меня всегда было очевидно, что это пустая трата времени. Поэтому, кстати, – Сандра постучала по столу указательным пальцем, – я и могла его трезво оценивать, без всех этих ахов и охов. И я до сих пор уверена, что у него были доказательства существования параллельных миров. Причем отчего-то мне кажется, что не совсем те, про которые он говорил публично.

– Вот как? – удивился Реол. – Почему?

– Не знаю. Но в любом случае я отвлеклась. В общем, я хотела сказать, что до сих пор безмерно уважаю Рихвальда Гронберга. А в день перед нападением этой твари я как раз сидела в комнате отдыха для преподавателей, когда туда же пришел этот… мой коллега, в общем. У него с собой газета была, а в ней статья про молодого исследователя возможности путешествия во времени. И Зокки, так зовут этого коллегу, что мне настроение испортил…

– Что, так и зовут? – поразился Реол.

– Смешно, да? – злорадно хмыкнула Сандра. – Студенты-то как рады. Даже кличку не надо придумывать преподу! Ну так вот, он начал критиковать теорию этого исследователя и обронил такую фразу, что, мол, очередной шарлатан вроде Рихвальда Гронберга. Зокки изучает возможность существования параллельных миров и при этом считает Рихвальда шарлатаном! Парадокс, правда? Мол, тот вообще не с того бока к этому вопросу подходит. Но я просто взбеленилась. Во-первых, потому, что не считаю Рихвальда Гронберга шарлатаном. А во-вторых, потому, что Зокки было отлично это известно. Как и о моем сопровождении экспедиций Рихвальда и об отношении к нему. И вот этот слизняк, который в своей жизни не породил ни одной идеи, достойной исследования, позволяет себе подобное замечание. Я ему указала на то, что в высказываниях следует быть осторожнее, ибо рядом есть те, кого могут они задеть. Тут Зокки мигом «вспомнил» вышеперечисленное. И высказался в том духе, мол, немудрено, что сторонником Рихвальда Гронберга оказалась женщина, с такой красивой мордашкой можно любую чушь доказывать, и всегда найдутся те, кто уверует в его правоту. То есть эта медуза предположила, что я в числе прочих повелась на красоту эрергов. А как ты знаешь, я не переношу мужиков, которые сомневаются в уровне моего интеллекта.

Реол знал.

– Этот идиот хотя бы выжил? – делая очередной глоток чая, поинтересовался воин.

– Увы, – пожала плечами Сандра. – Я ограничилась только словами. Хотя искушение было весьма велико. Но, как понимаешь, день оказался испорчен. А потом еще и эта стерва… Лейла Дорс…

– Это кто?

– Моя студентка. – На лице женщины прекрасно читалось, что она не в восторге от этого факта. – Совершенно не могу понять, зачем она выбрала мой курс, ведь для ее специальности он не является обязательным. Думаю, дело в мальчиках, которые составляют костяк группы, в которой она учится.

– И что с этой девушкой? – Реолу всегда льстило, что эта сильная женщина, находясь рядом с ним, позволяет себе выражение эмоций не только словесное, но и мимическое. При общении с посторонними ее лицо походило на камень.

– Ничего не умеет, но желает получать хорошие оценки. Как и ко всему остальному, к стрельбе из лука должен быть талант. Но если его нет, то можно взять тренировками. Тем более будем честными, в университете иногда ставят хорошие отметки за старание, а не за результат. Если уж на то пошло. А она даже стойки элементарной не освоила. На каждом занятии приходилось ее поправлять. Еще бы, ведь зачастую это делали симпатичные мальчики! Если бы она при этом стреляла хорошо, то и ладно. Пусть кокетничает, пусть прибегает к уловкам, ее дело. Но ведь нет! Ни старания, ни результатов. За что ставить зачеты? В тот день Лейла подошла ко мне и начала настаивать на исправлении оценки. Именно настаивать, если не сказать требовать, а не просить. Она даже не пообещала исправиться и начать нормально заниматься! Меня это так вывело из себя, слов нет. Обидно, что такая дочь родилась у Тамиллы Дорс. Я у нее часто делаю покупки. Не знаю, продолжу ли… Не хочу лишний раз видеть эту мерзкую девицу. А магазинчик хороший. И по пути.

– Ты про лавку на пересечении бульвара Красных Кленов и улицы генерала Озако? Да, мне он тоже нравится, – кивнул Реол. – Так она дочь его владелицы? Надо же. Ну да демоны с ней. А больше ничего необычного или неприятного не было?

 

– Да вроде нет, – мысленно перебрав события указанного дня, ответила Сандра. – Только само нападение.

– Расскажешь подробности?

– Если нужно. – Женщина помолчала. Потом начала свое повествование: – Когда день не задался, мне часто снятся кошмары. Я знаю за собой такую особенность, поэтому стараюсь после таких дней не пускать сны на самотек, а управлять ими. Ты отлично знаешь, как это осуществляется. Я погрузилась в сон, но не поняла этого. Однако благодаря установке, которую дала себе перед тем, как лечь в постель, додумалась посмотреть на свои руки. И разумеется, их не увидела, весь во снах их никогда не видишь. Я поняла, что сплю, и решила отправиться в путешествие по предложенному подсознанием миру. Но в осознанном сновидении это не так интересно, как в обычном сне. Отсутствует эффект неожиданности. Но можно приятно провести время. У меня есть на этот случай несколько заготовок – очень хорошо продуманных мест, где я хотела бы побывать во сне. Удобные образы, где всегда безопасно и хорошо. Можно даже поспать. Да, и не смейся, поспать во сне порой очень приятно!

– Так ведь и просыпаться приходится дважды, – все-таки усмехнулся Реол.

– Да, – поддержала его улыбкой Сандра, – это единственный минус. Но в ту ночь мне удалось его избежать. Правда, ценой несоразмерной. При осознанном сновидении сон не особо глубокий, сознание находится в верхней границе, совсем близко к пробуждению. По крайней мере у меня так. То, что дальше происходило, я ощутила весьма четко. По ощущениям, меня схватили и потащили куда-то вверх. С чем же сравнить… будто пальцами ухватили где-то в верхней части, – Сандра поводила рукой над головой, – и рванули на себя. Астральное же тело не такое, как физическое. Ощущения от таких действий преотвратные. А эффект весьма впечатляющ. Я сознанием вышла из, так сказать, бренной оболочки. Я практиковала путешествия во сне, поэтому не испугалась, увидев себя, спящую, будто со стороны и даже сверху. Но никогда я не выходила из физического тела под чужим влиянием. Тут же явственно ощущалась чья-то воля. Я почувствовала, что меня куда-то тянет, обернулась и увидела некое существо.

Женщина немного помолчала, собираясь с мыслями. Потом с легким смущением посмотрела на приятеля:

– Реол, должна отметить, что не привыкла испытывать страх. Знаю, это вполне адекватная реакция психики, но все-таки неприятно. Особенно меня смущает, что я не смогла определить, что за существо на меня напало. Было так страшно. Ощущение беззащитности и ужаса. Вот так можно это описать. – Сандра явно не испытывала восторга от необходимости рассказывать о пережитом, но старалась помочь, анализируя ощущения. – Существо же было большое, с тонкими руками-лапами. Огромная пасть и глаза. Впрочем, я не поручусь за точность. Подобные детали вполне могло дорисовать и подсознание. Все мы родом из детства. А это чудовище очень похоже на какую-нибудь придуманную в детстве тварь, что живет под кроватью.

– Или в шкафу, – хмыкнул Реол. Заметив поднятую бровь подруги, не очень правдоподобно объяснил: – Такая жила у моего брата. – На миг мужчина задумался, игнорируя усмешку Сандры. – Все бы ничего, но ведь некоторые сущности рождаются именно из детских страхов. Не всех, но если ребенок сильный маг или со способностями жреца… Или в комнате сильное энергетическое поле. Или если в доме уже живет какая-то сущность, просто еще не оформившаяся. Такое тоже бывает.

– Бывает. Но в моем доме нет детей. Твари же, созданные подобным образом, привязаны к комнате ребенка. Реже – к дому. Но случаи, когда они выходили за его пределы, насколько я знаю, неизвестны. Но вот эти чувства, что овладели мною, этот ужас и беспомощность очень характерны для этого типа сущностей… Так глупо, но меня почему-то сейчас больше всего заботит, куда она меня тащила.

– В смысле? – Реол даже отодвинул чашку.

– Она… оно… не знаю, как правильней сказать, это существо меня куда-то тащило. И смеялось. Именно этот насмешливый хохот и вернул мне самообладание. Я разозлилась. Злость же помогла вспомнить техники защиты. Я уже приготовилась сопротивляться. Но оно будто почувствовало изменение или, может, силы кончились, потому что в тот же миг существо отпустило меня и исчезло, так же идиотски хохоча. Как только это произошло, я вернулась в свое тело и провалилась в очень глубокий сон.

– Хм… наверное, глупый вопрос, но… последствия были? Синяки или депрессия?

Сандра удивленно посмотрела на собеседника:

– Нет, конечно. Депрессия – это вообще громко сказано. Стресс, может быть, но вполне понятный, без какой-то магической примеси. А синяки… разве подобное существо способно к физическому воздействию?

– Способно. А не должно, – вздохнул в ответ Реол. – И это меня более всего смущает.

– Здравствуйте, дядя дух. – Хорошенькая светловолосая девочка поклонилась и, выпрямившись, с любопытством глянула на Тоё. – А почему у вас повязка на глазах?

Дух опешил. За многие века его существования этот вопрос волновал многих, но никогда его не спрашивали о причинах вот так с ходу, в лоб. Обычно он бы такого не спустил. Но следовало сделать поправку на возраст ребенка.

– Чтобы всем интересно было, – коря себя за ложь и неоригинальность, ответил Тоё.

– Ой! – Однако девочку ответ, похоже, впечатлил. – А если я тоже завяжу глазки, то тоже буду всем интересна?

Тоё с ужасом представил себе, что ему скажет мать ребенка, если тот на подобное решится.

– Ну ты же не повторюша какая-нибудь. – «Я просто разговариваю с ребенком. Я вовсе не коверкаю язык!!!» – мысленно утешал себя дух. – Почему бы тебе не придумать что-то свое? Очень-очень необычное!

– Точно! – восхитилась девочка. – А что?

– Это должна быть только твоя идея. – Тоё не был уверен в правильности своих слов. Вдруг его совет приведет к еще более худшим последствиям, чем повязка на глазах? – Подумай и придумай что-нибудь такое, чтобы всех удивить и чтобы мама не ругалась.

– Мама… – сникла девочка. Очевидно, несколько идей пришлось отмести сразу. – Ой, а может, как у того дяди с сережкой!!!

Дух многовековой интуицией сразу почувствовал что-то интересное.

– Какого дяди с сережкой? – словно бы небрежно поинтересовался он.

– Ой, такой странный дядя! – охотно начала рассказывать его юная собеседница. – Он с кошкой разговаривал! Причем так странно. Вынул свою длинную сережку из уха и начал водить ею перед носом у кошки. Она такая рыженькая в белых пятнах. Такая! Такая!!! Симпатичная, вот! И как этот дядя начал у нее сережкой с камнем водить перед носом, она так забавно за ним мордочку поворачивала. И лапкой… лапкой его пыталась тронуть. Но дядя грозил ей пальцем и продолжал. И все что-то шептал, шептал… Мне так смешно было. Я так старалась не хихикать! Даже рот ладошками зажимала! – Девочка и сейчас премило хихикала. – А все равно не выдержала и рассмеялась. Тогда дядя меня увидел. И так разозлился! Я испугалась и убежала. Только все равно очень смешно было.

– Действительно, – пробормотал Тоё. – А нарисуешь мне эту сережку, Нени?

– Конечно! – Девочка охотно закивала и тут же принялась за дело. Вытащила из ящика маленького столика, больше всего похожего на одноместную парту, листы и цветные карандаши. Уже через миг Нени старательно водила ими по бумаге, так что совсем скоро Тоё стал счастливым обладателем изображения длинной сережки с голубоватым камнем внизу.

– А рисунок на камне вот такой был, ты уверена? – уточнил дух.

– Да! – гордо заявил ребенок.

– А камень был именно голубой?

– Да! – Тот же уверенный ответ. – Только очень светлый.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru