Елена Трифоненко Баламутки

Пока она умывалась, я решила немного освободить от хлама обеденный стол. Мой взгляд привлекла внушительная стопка книг. Так, а это еще что? «Как влюбить в себя за неделю», «Руководство по соблазнению прекрасного принца», «Твой навеки: курс женского пикапа». Зачем Светке подобные книги? В душе у меня сразу закопошились неприятные подозрения.

Подруга притопала на кухню всё в той же маечке. Я потрясла перед ее носом одним из найденных талмудов и грозно потребовала:

– Колитесь, госпожа Корнеева: вы собрались завести курортный роман?

– Конечно! – радостно закивала Светка и приосанилась. – Именно за этим на море и прусь.

– Я думала, мы едем просто отдыхать.

– Кать, ну ты как будто не понимаешь? – Подруга со зверским аппетитом накинулась на мою кашу. – Где еще мне искать себе мужика? Забыла, где я работаю? Я же училка: вообще могу старой девой остаться, если суетиться не буду.

– Ты не училка, а педагог-психолог.

– Хрен редьки не слаще! Так как я работаю в школе, в моем окружении из мужиков только престарелый трудовик и трижды женатый физрук.

– Есть еще родители учеников, – зачем-то напомнила я.

– Фу! Как не этично, – оскалилась Светка, а ее грудь во второй раз попыталась совершить побег из маечки.

Я нахмурилась.

– Свет, ну тебе ли заливать про дефицит мужиков? У тебя почти тысяча друзей в «ВК», и процентов семьдесят из них – мужчины.

– А достойного среди них почему-то нет, – пригорюнилась Светка.

– Может, стоит снизить планку?

– Еще чего!

– Ладно, – немного подумав, кивнула я. – Если хочешь, хоть весь отпуск вешайся на мужиков, только меня в свои манипуляции не втягивай.

– Заметано, – подмигнула подруга. – А ты можешь иногда работать, я не обижусь.

Я вспомнила, что нужно расплатиться с Корнеевой за билет и гостиницу, и, скрепя сердце, передала ей небольшую пачку купюр:

– Тут, наверное, немного больше…

– Ничего, пригодятся, – ухмыльнулась она и закинула деньги в корзину со старыми газетами.

Следующий час ушел у Светки на сборы. Она минут сорок колдовала над прической и макияжем, а потом сменила несколько платьев, пытаясь создать идеальный образ.

– Корнеева, мы по магазинам едем, не на бал, – напомнила я, когда подруга взялась переодеваться в шестой раз.

– Ой, подводка размазалась! – в ответ сообщила она. – Ничего. Сейчас всё смою и накрашусь по новой.

Спустя еще полчаса я почти смирилась с тем, что поеду на море в старых шортах и босиком, но Светка наконец стала обуваться.

Немного посовещавшись, мы поехали в «Оз молл». Погода стояла чудесная, нежаркая, небо заполнили мохнатые облака, а воздух – запах скошенной травы. Обожаю такие денечки, хотя они часто проходят мимо меня. Вот почему, кстати, в жизни нет гармонии? Большие заказы всегда прилетают мне именно в чудесную погоду. А затишье на работе постоянно приходится на дождливые или душные дни.

Пока мы ехали в маршрутке, я даже немного настроилась на отпуск. В конце концов, глупо всю свою жизнь посвящать работе. Иногда полезно захлопнуть ноутбук и…

– Девушка, а можно с вами познакомиться? – На меня навалился какой-то потный дядька, от которого за версту разило перегаром.

Я постаралась отодвинуться.

– Нет, лучше не надо.

– Ну чего вы сразу отказываетесь? – разобиделся он, а потом, бултыхнувшись из стороны в сторону, скорбно добавил: – Я, между прочим, человек хороший. Могу и пивом угостить.

Я сделала вид, что беседует он сам с собой, а мне надо срочно найти что-то важное в сумке. Дядька вздохнул и перевел взгляд на Светку, на лице его сразу отразилось заметное оживление.

– Может, тогда с тобой познакомимся, а? Ты вроде и покрасивее будешь.

Напрасно он так сказал! Светка ненавидит, когда меня кто-то обижает. Она мгновенно включила стерву:

– Хм, почему бы и не познакомиться? А вы из хорошей семьи? А то моей маме нужен зять с интеллигентными родителями.

Дядька одернул ворот рубашки и слегка занервничал.

– Я вообще просто поболтать хотел.

– Отчего бы и не поболтать? – закивала Света. – А у вас в роду душевные заболевания случались?

– Не случались. – Дядька почему-то слегка покраснел.

– Кстати! – хлопнула себя по коленке Корнеева. – А кем вы работаете? С деньгами-то хорошо? Я, знаете ли, с нищебродом свою жизнь связывать не хочу. Меня мама не для того растила, чтобы продукты в «Пятерочке» по акции покупать.

– Я юрист, – почесав затылок, признался дядька. – И с деньгами у меня всё нормально.

Подруга просияла и достала телефон.

– Что же вы раньше-то молчали? Моему папеньке сейчас как раз дело шьют. За разбойное нападение. Ему сейчас юридическая помощь ой как нужна. Впрочем, и от материальной мы не откажемся. Давайте, диктуйте свой номер.

Дядька на автомате назвал ей серию цифр, а потом, осознав содеянное, испуганно захлопал глазами. Светка не отставала:

– А зовут-то вас как, мужчина?

– Артём.

Она скривилась.

– Как-то не очень. Это же голову надо сломать, чтобы ребенку имя подобрать. Ну, чтобы с отчеством сочеталось. Ладно, если у нас пацан будет. А если девчонка? Я, кстати, троих детей хочу, чтобы вы знали. Или четверых. Посмотрим, как пойдет.

Мужчина вконец побагровел.

– Я прямо сейчас статус в «ВК» поменяю! – спохватилась Светка. – Напишу, что в отношениях, пусть подружки обзавидуются. Артём, вы, кстати, есть в «ВК»? Давайте на совместную авку сфоткаемся?

– Я не могу. – Мужчина в ту же секунду бросился к дверям. – Остановите! Я, кажется, свою остановку проехал.

Как только маршрутка стала притормаживать, Артём вывалился на улицу и побежал прочь, не оглядываясь.

– Ничего так мужичок, – хихикнула рядом сидящая старушка. – Но ты его, девонька, напугала слегка. Тоньше надо действовать, тоньше.

Гордая собой Светка тихонько подмигнула мне, а потом с удовольствием стала внимать советам старушки. Такая вот она у нас добрая и общительная: никогда не отвернется от пожилой дамы, желающей поболтать.

***

Торговый центр «Оз молл» встретил нас почти праздничным оживлением.

Купальник мне мы нашли почти сразу, а вот со сланцами пришлось помучиться. Нога у меня узкая и длинная – подобрать удобную обувь всегда проблема.

– А ты уверена, что сланцы тебе понадобятся? – затянула Света, когда мы вышли из пятого по счету обувного ни с чем. – Мы будем ходить на галечный пляж, а по нему очень полезно именно босиком шлепать. Говорят, это от плоскостопия помогает.

– Но у меня нет плоскостопия.

– Ты уверена?

– Да.

Светка почесала затылок, а потом оглядела меня с непритворной серьезностью.

– Тем не менее профилактика еще никому не вредила.

Я представила, как буду прыгать по раскаленным камешкам босиком, и даже слегка вздрогнула.

– Нет, Свет, давай все-таки еще походим по магазинам.

– Но я устала! – воскликнула она и плюхнулась на первую попавшуюся лавочку. – Ты такая привередливая, просто ужас! И зачем я только согласилась на эту каторгу?

Ее голос был преисполнен искреннего страдания, а лицо превратилось в маску боли. Мне даже немножко стыдно стало, но потом я спохватилась:

– Подожди, а кто у нас был инициатором поездки к морю? Кто у нас схватил билеты на ближайший поезд?

– Ну, я… – Светка сбросила босоножки и вытянула вперед усталые ноги. – Хотя тебе смена обстановки нужна даже больше, чем мне. С твоей ретушёрской работой у тебя скоро сенсорная депривация начнется.

– Чего у меня начнется?

– Депривация, – буркнула подруга и неожиданно повеселела: – Ой, гляди, какой классный парень стоит у входа в «Сэлу». Может, подкатим?

Я помахала рукой у нее перед глазами.

– Света, ау? Мне сланцы нужны.

Корнеева тяжело вздохнула и посмотрела на меня с жалостью.

– Эх, Катька, какая же ты нервная! Это всё трудоголизм твой тебе боком выходит. – Потом она достала из сумки зеркальце и принялась поправлять макияж. – Давай хоть мороженое поедим, а?

Неподалеку от нас как раз располагалась стойка, где продавали кофе, коктейли и мороженое.

– Приобретать что-нибудь здесь – это преступление против бюджета, – пробормотала я, но тут же почапала к заветному холодильнику, чтобы купить нам со Светкой три разноцветных шарика на двоих. Не знаю почему, но рядом с Корнеевой я частенько превращаюсь в транжиру. Ума не приложу, что с этим делать.

Когда я вернулась на скамейку к подруге, та выглядела приунывшей.

– Ты чего? – спросила я, выдавая ей ложку.

– Он был с девушкой.

– Кто?

– Парень у «Сэлы». Я не успела придумать ничего оригинального, потому от безысходности спросила у него, как пройти на фуд-корт. А когда он стал объяснять, из магазина выскочила его деваха и чуть не вцепилась мне в волосы.

– Ужас какой! – посочувствовала я, а потом добавила: – В следующий раз спрашивай дорогу к выходу, за это точно не побьют.

– Смейся-смейся! – буркнула Светка и в отместку за одно мгновение слопала сразу два шарика: со вкусом жвачки и банановый.

Я отняла у нее креманку и погрозила пальцем.

– Корнеева, одумайся. Не стоит из-за неудач в любви хоронить свой пресс.

В глазах подруги полыхнула тревога. Она с детства пыталась примкнуть к приверженцам здорового питания, но никогда не умела противиться соблазнам.

– Надо срочно сжечь все полученные калории! – Светка вскочила и, сдернув меня со скамейки, потащила по коридору. – Быстрее, Катя! Быстрее! Я прямо чувствую, как они рыскают по телу в поисках пристанища.

– Подожди! – попыталась остановить ее я, но она упорно волокла меня вперед. – Свет, постой!

Подруга и не думала останавливаться. Кое-как я вырвалась из ее цепкой хватки и застыла на месте. Светка пролетела еще шагов десять и только потом оглянулась.

– Ну чего ты там телепаешься?

Я показала на лавочку, на которой мы только что сидели.

– Босоножки! Ты босоножки забыла.

Она возвела глаза к потолку, а потом с гордым видом продефилировала назад.

– Я уж думала, что-то серьезное приключилось. У тебя такое лицо было…

***

Еще два часа блужданий по торговому центру. Еще с полсотни подколок со стороны подруги. Я даже разжилась новыми шортиками и парой футболок, а вот сланцы мечты упорно не находились.

– Может, на море чего-нибудь купим? – высказала дельную мысль Светка, допивая четвертый стакан кофе. – Там этого добра – валом.

Я собралась кивнуть, но взгляд зацепился за очередную яркую вывеску.

– Ладно, еще в «Чили» зайдем, и будет!

Светка вздохнула и с видом глубочайшего изнеможения поплелась за мной.

– Здравствуйте! Рассказать вам об акциях?

– Не над… – начала было я, но шустрая продавщица меня перебила:

– Если вы покупаете четыре пары обуви, пятую получаете бесплатно. А еще у нас двадцатипроцентная скидка на зимнюю коллекцию.

– Ага, – кивнула я и бочком-бочком двинулась к полке с резиновой обувью.

Светка выхватила откуда-то фиолетовые калоши и, цокнув языком, всучила их мне:

– Вот эти бери! Эти! Самый красивый в Сочи будешь, самый сочный!

Из-за полки вынырнула еще одна продавщица.

– Вам про акции уже рассказывали? Если вы покупаете четыре пары обуви, пятую…

– Получаем бесплатно! – хором закончили мы со Светкой.

Продавщица поглядела на нас почти с ненавистью, но продолжила:

– А еще у нас двадцатипроцентная скидка на зимнюю коллекцию.

– Запомнила? – спросила Светка многозначительно. – Вот так и надо. А ты всё: ой, как неловко предлагать людям свои услуги, ой, как неприятно навязываться.

Из-за ее плеча показался симпатичный блондин.

– Привет, девчонки!

От его теплой улыбки я и Корнеева моментально растаяли:

– Привет.

Вот уж не думала, что в обувном к нам будут подкатывать красавчики. Я даже приосанилась чуть-чуть, а Светка выпятила грудь и игриво захлопала ресницами.

– Вам уже про акции рассказывали? – Блондин начал деловито переставлять какие-то коробки. – Если вы покупаете четыре пары обуви, пятую получаете бесплатно.

И этот туда же! Я растерянно стащила с полки первый попавшийся сланец и всунула в него ногу.

– Кхе-кхе, – Светка посмотрела на меня с нескрываемым удивлением. – Не хочу вас смущать, мадам, но кажется, на ваши ласты следует искать что-то побольше.

– Здрасьте! – к нам подлетела еще одна продавщица. – У нас сегодня такие акции, девушки! Такие акции! Если вы покупаете четыре пары обуви, то…

Я быстро стянула сланец и затолкала его на место:

– Свет, я согласна! Согласна заниматься профилактикой плоскостопия.

Глава 4. Нина Львовна

Никита, как обычно, приехал около семи. Мы сразу сели ужинать. Дети вели себя довольно спокойно: утром они наловили на улице жуков и теперь сосредоточенно наблюдали за их жизнью в неволе, то есть в банке из-под соли. Банка эта стояла посреди обеденного стола, поэтому ни Таня, ни Сёма не пытались сбежать от моих угощений, не вертелись и даже забыли о шалаше за холодильником.

Я подложила Никите еще немного своего нового салата из макарон и пространно заметила:

– Мне кажется, наши дети изголодались по новым впечатлениям.

– А? – Зять с огромным трудом вынырнул из привычной задумчивости и смущенно посмотрел на меня. – Простите, что вы сказали?

У меня внутри всё перевернулось. Нет, вот сколько можно о своих балках-то думать? Совсем мужик замотался; наверное, и в эротических снах одни только чертежи и видит.

Я вытерла рот салфеткой и немного переформулировала:

– Дети засиделись в четырех стенах.

– Действительно, – кивнул он, варварски заливая мой салат сначала майонезом, а потом кетчупом. – После ужина пойдем гулять.

– Да я не об этом! – пробормотала я и постучала пальцами по столу. – Как тебе, кстати, ужин?

– Очень вкусно, Нина Львовна, – вежливо улыбнулся Никита, а потом брякнул в салат и горчички, и соевого соуса. – Впрочем, как всегда.

– Я сама этот салат придумала, – похвалилась я, цепко наблюдая за его мимикой. – Но думаю, над рецептурой еще стоит поработать.

– Да-да, мне кажется, соли маловато, – пробормотал Никита и схватил банку с жуками.

– Папа? – Сёма и Таня слегка оторопели.

Никита приоткрыл крышку и стал трясти банку над ложкой. Само собой, вместо соли оттуда высыпалось несколько жучков.

– Что это? – довольно сильно удивился зять.

– Живая природа вообще-то! – хмуро отозвалась Танька, отняла у отца ложку и быстро стряхнула жуков обратно в их пластиковое пристанище.

– Живая природа? – кажется, у Никиты дернулся глаз. – Но зачем она здесь?

Таня вернула отцу ложку и чуть сердито пожала плечиком:

– Она повсюду, папа. Повсюду!

Зять съел еще немного моего салата и с виноватым видом отодвинул тарелку.

– Что-то совсем нет аппетита.

– Бывает, – кивнула я и быстро навела ему чая – на травах и с большой ложкой меда.

Вообще, обычно я требую, чтобы все хорошо кушали и после обеда сдавали мне девственно чистые тарелки. Но сегодня я была слишком взвинчена для проведения воспитательных бесед.

– Так что вы там говорили о четырех стенах? – напомнил Никита, делая себе здоровенный бутерброд с маслом.

Пришло время идти ва-банк. Я положила одну руку на грудь, другую на лоб, а еще (для пущей убедительности) изобразила глазами глубокую обеспокоенность.

– Сегодня утром на прогулке мне встретился наш педиатр, и он авторитетно заявил, что Таня и Сёма слишком бледные. Возмутительно бледные!

– Разве? – Никита недоверчиво оглядел мордашки детей.

– Да-да, – уверенно подтвердила я. – Им срочно нужен морской воздух. Именно так сказал врач. Иначе в новом учебном году нас ждут хронические простуды, ангины и гаймориты…

На непроницаемой физиономии зятя не дрогнул ни один мускул, потому я решила добавить драматизма:

– А еще нас ждут коклюши. Отиты. Ротавирусы. Гриппы. Бронхиты. А может, даже и краснуха с дифтерией.

– Хорошо, Нина Львовна. Я всё понял. После ужина сразу купим вам путевку куда-нибудь на побережье.

Я даже подпрыгнула.

– Что? Да ты совсем совесть потерял, окаянный? Сколько можно на мне ездить? Я с этими детками света белого не вижу, а теперь, оказывается, и на море с ними тащиться должна? Нет уж, сам с ними, как миленький, съездишь. Сам! А я буду отдыхать. В конце концов, мне, как любому вменяемому человеку, нужен отпуск. Меня, между прочим, подруга на дачу второй год зовет, а мне всё некогда.

Никита побледнел.

– Нина Львовна, я прекрасно понимаю, что в вашем возрасте тяжело следить за двумя оболтусами. Но я ведь давно предлагаю вам нанять няню…

– Вот еще! У всех этих нянь на уме черти что, – пробормотала я и слегка занервничала. Неужели этот изверг опять ускользнет от своего счастья? У меня уже просто руки опускаются. Собрав в кулак весь свой артистизм, я сурово пошевелила бровями. – И не пытайся меня переубедить: детей должен растить родной человек. Он же и на море с ними таскаться должен.

– Пап, ты поедешь с нами на море? – Таня даже жевать перестала. – Правда?

– У меня так много работы… – начал было Никита, но при взгляде на ее полное надежд личико осёкся.

– Конечно, поедет! – грозно подтвердила я и, окончательно разволновавшись, выложила из хлебных крошек небольшое панно. – Куда денется?

Танька и Сёма повскакивали со своих мест и повисли на отце.

– Ура! На море! Все вместе!

Кажется, даже жуки прониклись торжественностью момента и дружно притворились дохлыми.

Зять по очереди чмокнул наших крох в макушки, а потом посмотрел на меня с мольбой.

– Может, поедем вчетвером? Боюсь, без вас нам не справиться.

Вид у него был, скажем прямо, так себе. Но, скрепя сердце, я развела руками.

– Извини, Никит, но поехать с вами я не могу: во-первых, плохо переношу жару, во-вторых, кардиолог не рекомендовал мне в ближайшие месяцы менять климатическую зону. А в-третьих, в моем возрасте отдыхать надо там, где живешь, так что я из Воронежа ни ногой.

***

Пока я мыла посуду после ужина, Никита сделал несколько звонков, а потом с унылым видом вернулся на кухню.

– Кажется, я смогу уехать к морю на пару недель, – пробормотал он, рассеянно глядя в окно. – Но выезжать надо чуть ли ни завтра: в середине июля начинается отпуск у моего зама, и тогда мне будет некому перепоручить дела.

– Чем скорей уедете, тем лучше! – Я закрыла кран и вытерла руки полотенцем. – Нам тянуть нельзя: у детей уже рахит начинается, и нервы ни к черту.

Зять кивнул.

– Зам, кстати, порекомендовал мне очень хороший отель. Я нашел сайт отеля, фото номеров и территории. Всё довольно мило. Хотите посмотреть?

– Давай! – буркнула я, стараясь не выдавать своих чувств. Мне было жутко приятно наблюдать, как всё завертелось, но следовало сохранять спокойствие, чтобы план «Ж» не полетел под откос.

Мы прошли в гостиную, сели на диван, и зять развернул ко мне ноутбук, стоящий на журнальном столике.

– Отель располагается в двух километрах от центра Лазаревского, значит, там не шумно и спокойно. Но самое главное – от него до моря можно дойти всего за три минуты. Вот смотрите: это детская площадка рядом с отелем. А это ближайший пляж.

Никита открывал то одно фото, то другое, а я деловито качала головой и то и дело скупо рапортовала: «Ничего. Нормально так. Думаю, детям понравится».

– Пляж, конечно, галечный, – с легкой досадой признал зять, – но думаю, и Сёма, и Таня уже выросли из возраста, когда интересы вертятся исключительно вокруг лепки куличиков.

– Конечно, выросли! – подтвердила я и порадовалась, что не успела рассказать зятю, как недавно наши дети полдня просеивали содержимое ближайшей песочницы через найденное во дворе сито. В тот день песок был у них повсюду: в волосах, в ушах и даже под мышками. У меня чуть ванна этой Сахарой не забилась. В общем, ну его – этот песок. Пусть детишки лучше башенки из гальки складывают, заодно и усидчивость развивают. С ней у них большие проблемы.

– Ладно, решено, – немного подумав, сказал зять, – бронирую нам номер в этой гостинице! Но сначала надо выбрать билеты на самолет.

Он довольно бодро застучал пальцами по клавиатуре.

– Что это ты делаешь? – включила дурочку я.

В ответ Никита одарил меня отеческой, чуть снисходительной улыбкой.

– Покупаю билеты. Сейчас, Нина Львовна, всё можно делать через Интернет: не надо никуда ехать, не нужно стоять в очередях…

– Ого! – всплеснула руками я. – До чего прогресс дошел! Надо Зине рассказать, она, поди, и не знает.

На несколько секунд в комнате повисла тишина, а потом зять присвистнул.

– Нам прямо везет! – Его пальцы затоптались по клавиатуре чуть быстрее. – Можно улететь уже завтра днем.

– Завтра днем? – Я подскочила с дивана как ошпаренная. – Класс! Я тогда прямо сейчас побегу вещи собирать. На море столько всего может понадобиться!

Никита нахмурился.

– Только не вздумайте волноваться, Нина Львовна, вам вредно. Если что-то забудем, там купим.

– Ты прав, – признала я и, медленно пятясь, покинула гостиную. Сердце так и бухало где-то в ушах.

Оказавшись у себя в комнате, поплотнее закрыла дверь и включила старенький Тонин ноутбук. Так! С чего бы начать? Я задумалась всего на мгновение, а потом открыла сайт «РЖД». Забила в нужные окошки завтрашнее число и кликнула на кнопку «поиска». Сайт предложил мне целую кучу поездов. Немного поколебавшись, я выбрала тот, что отбывал в три часа дня, и (вот везение!) нашла в одном из его плацкартных вагонов нижнюю полку, правда, возле туалета. От охватившего меня азарта даже руки вспотели. Что ж, не каждый день у меня такие приключения…

Несколько секунд ушло на вбивание паспортных данных и оплату. А потом, включив музыку, чтоб Никита ничего не заподозрил, я быстро распечатала билет на принтере и полезла на «Букинг».

С поиском хорошей и недорогой гостиницы пришлось повозиться. В какой-то момент я даже немного заволновалась, что первые пару ночей по приезде мне придется ночевать на вокзале, а потом нашла просто изумительный вариант. Гостевой дом «Фёкла»! Очаровательное сочетание скромности и уюта, маленький садик, общая кухня. Пролистав фото, я немедленно стала бронировать себе номер.

***

Через полчаса я сидела у Зины. Мы же с ней почти как сестры, и я всё-всё ей рассказываю. Иногда она и совет мне может дать, правда, в основном бестолковый. Впрочем, не важно. Мне же главное – выговориться.

Зина сделала нам чай и метнулась к холодильнику в поисках вкусностей. Я же вкратце пересказала ей, как прошла реализация плана «Ж», а потом призналась:

– Уже завтра я отправляюсь следом за своим семейством.

– Но зачем? – спросила подруга, выставляя на стол остатки ватрушки, кусок шарлотки и краюху булки с корицей. – Зачем тебе-то тащиться в Лазаревское?

Я нахмурилась.

– Разве я могу оставить своих малышей без присмотра? Нет, я должна быть уверена, что с ними всё в порядке, что они накормлены, напоены, что мажутся кремом. К тому же, готова поспорить, без меня Никита ни с кем не познакомится.

– Он у тебя видный парень! – попыталась успокоить Зина. – Ему и не надо ни с кем знакомиться: девчонки сами будут на него вешаться.

– Но он этого не заметит! – вскричала я раздосадовано. – Потому что даже на пляже не оторвется от ноутбука.

– По-моему, ты слишком его опекаешь. – В порыве безудержного гостеприимства Зина принялась лазать по шкафчикам в поисках каких-нибудь конфет.

Я вздохнула.

– Понимаешь, моя Тоня будто предвидела ту аварию. И однажды, когда мы гуляли с ней в парке, она крепко сжала мою руку и сказала: «Мама, если со мной что-нибудь случится, позаботься, пожалуйста, о Никите! Помоги ему вылезти из ямы, помоги вернуться к нормальной жизни». Она так посмотрела на меня тогда, что мурашки побежали. Этот ее взгляд… Он так часто снится мне в последнее время.