Елена Макеева Стесняшка

Книга «Стесняшка»

Вступление

Разве я, Елена, когда-то могла подумать, что решусь стать мамой в третий раз? Мне 36, и у меня уже есть прекрасная дочка-красавица, шестнадцатилетняя Валерия, и замечательный умный сын Кирилл, которому три года.

Глава 1: Павел. Первая любовь и первые раны

С Павлом, моим первым мужем, нас познакомил мой брат. Они были лучшими друзьями. Это не была любовь с первого взгляда – мы долго общались компанией, гуляли, он даже встречался с моей знакомой. Нас сближало всё: и общие друзья, и то, что наши бабушки были из одной деревни.

Я сама не помню, в какой момент он мне стал симпатичен. На День города мы встретились и поняли, что он расстался со своей девушкой, а я – со своим парнем. Я в шутку сказала: «Значит, будем вместе!» – взяла его под руку. Так мы и начали встречаться.

Было романтично. Помню, как однажды зимой я вышла из электрички, не доехав до него десять километров, и мы шли друг другу навстречу пешком по рельсам – все дороги замело. Казалось, это навсегда.

Я вышла замуж в 19 лет. А потом я забеременела. Мы так хотели ребенка, и у нас получилось с первого раза. И как же было больно, когда, узнав об этом, он начал уговаривать меня на аборт. Мы были молоды и нам было страшно. Я сказала четко: «Паша, или ты с нами, или без нас. Аборт я делать не буду». Он подумал и решил, что всё-таки готов стать отцом.

Я родила дочку. Роды были очень сложные: у ребенка был двойной обвит пуповиной, гематома на голове; она не плакала, когда родилась. Десять минут врачи «запускали» ей сердечко. А мое сердце в этот момент, кажется, перестало биться… Потом одели кислородную маску, и послышался тихий, приглушенный писк. Время рождения – 12 часов 10 минут, рост 53 см, вес 4230. «Богатырша», – сказали врачи. Я была безумно счастлива и рада, что моя дочка жива.

Через неделю нас не выписали домой, а отправили в другой город на реанимобиле для новорожденных – для удаления гематомы на голове. Меня хотели положить в гинекологию, так как были осложнения после родов. Я написала отказную и поехала со своей крошкой в больницу на операцию. Я не могла оставить ее там одну. В больнице мы пролежали почти три недели, и когда приехали домой, дочке было почти месяц без трех дней. Меня же после этого посмотрел мой врач-гинеколог и рекомендовал ближайшие пять лет не беременеть.

Я вначале очень расстроилась, но так как дочка была очень беспокойная (ночами не спала, с рук не сходила), я поняла, что детей я больше не хочу. «Есть у меня роднулька одна, и хватит на этом».

Было много хорошего. Он стал заботливым отцом для Валерии, старался быть хорошим мужем. Но было и плохое. В каждой ссоре он пытался меня унизить. Часто повторял: «Да кому ты нужна? Без образования, с ребенком на руках, без работы и без денег». Хорошего и плохого было поровну.

Я его очень любила, даже больше, чем себя. К моим 25 годам я сломалась. Кому я нужна? Дочь, моя кровиночка, любила папу больше. Мама – плохая, она заставляет учиться, убирать игрушки, рано будит в садик. У меня не было работы – по состоянию здоровья пришлось уволиться. Образование – 9 классов и профессиональный лицей по специальности Оператор ЭВМ. Денег нет, жилья нет. Муж, кажется, разлюбил, если вообще любил.

Помню нашу последнюю ссору. Он пришел поздно с работы выпивший. И снова эти слова… Я решила, что с меня довольно. Я никому не нужна.

Я дождалась, когда он уйдет на балкон покурить. Мне бы хватило пяти минут. Взяла ремень от сумки, пошла в ванную, закрыла дверь изнутри, привязала петлю к батарее, надела на шею, села и стала моментально задыхаться. В глазах был яркий белый свет, а потом темнота. Я потеряла сознание.

Оказывается, удушье проходит очень громко. Я не знала, что, когда я стала задыхаться и хрипеть, он, забыв зажигалку, вернулся с балкона. Услышал это и бросился к двери. Он поддел замок маленькими ножницами, которыми я стригла ногти Валерушке, ворвался внутрь и увидел меня без сознания. Этими же ножницами попытался перерезать ремень, но они сломались. Он бросился на кухню, схватил нож, вернулся – счёт шёл на секунды – и перерезал ремень.

Он вынес меня из ванной, отнёс в комнату и бросил на диван, как мешок с картошкой. Потом взял зажигалку и вышел на балкон покурить.

Я лежала на диване, жадно хватая воздух, всё ещё задыхаясь. Мне хотелось пить. Болела шея. Но больше всего болело внутри. Я поняла, что для этого человека я ничего не значу. Я любила его больше жизни, а он бросил меня и ушёл. Он просидел на балконе, пока я не уснула.

Перед тем как уснуть, я поняла главное: не имею права любить кого-то больше, чем себя и свою жизнь. Во мне что-то умерло. Умерла моя всепоглощающая любовь к нему. И родилась новая я.

На следующий день, чтобы скрыть синяки на шее, надела водолазку. Лето, а я в водолазке – проще сказать, что простудилась, чем объяснять правду. Утром он попросил прощения, сказал, что любит и жить без нас с дочкой не может. Я ничего не ответила. Собрала пятилетнюю Валерию и уехала к маме. Просто в гости, на один день.

Я не вернулась. Мы разводились через суд полгода. Он каждый день говорил, что приедет, но ни разу не появился. Делить нам было нечего: машину продали, квартира съёмная. Только дочь – вот и всё, что мы нажили за семь лет. Как раз прошло время запрета врачей. И я осознала, что детей у меня больше не будет, да и я не хочу.

Я в разводе, с дочкой на руках. «Кому я нужна?» – как говорил первый муж. И я в это поверила, что я никому не нужна. И стала жить для себя и своей единственной и любимой дочери! Валерия стала моим якорем по жизни, тем самым, который держит так твердо на месте, что ни одна волна не унесет; якорем, который дает опору по жизни.

После развода он пропал на год. Говорили, пил. Потом вышел на связь, стал общаться с дочкой. Она очень переживала развод. А я любила её за двоих, старалась баловать, чаще обнимать, покупать всё, что просила. Много работала, брала подработки.

Бывший муж до сих пор говорит: «Это ты со мной развелась, а не я с тобой». Говорил это и дочке, уверял, что до сих пор меня любит. Я его не прощаю. Дочка долго на меня за это обижалась.

Итак, я начала новую жизнь в новом городе с новой работой и садиком для дочки. К моменту, когда я познакомилась с Максимом, я уже потихоньку вставала на ноги. Первое время было тяжело и страшно, но я не могла себе позволить раскиснуть. Приходилось мыть подъезды, много работать. И вот однажды знакомая на работе сказала: «У моего мужа есть друг. Хороший. Холостой».

Глава 2: Максим. Дорога друг к другу

Я решила написать ему. Быстро завязалась переписка. Выяснилось, что я работаю рядом с его домом, и он в этот же день пришёл меня встретить.

Это была любовь с первого взгляда. Он такой красивый, высокий. Видно было, что волнуется. Я тоже волновалась. Мы начали встречаться. Дочка приняла его хорошо, и это было для меня очень важно. Он хорошо нашел подход к дочке: учили буквы, играли, ходили на каток, забирал из садика, когда я задерживалась на работе или болела. Я впустила его в нашу жизнь.

Всё было хорошо. Но где-то в глубине души я чувствовала, что не достойна его. В голове громко звучали слова первого мужа: «Кому ты нужна, да еще и с ребенком?». Это мне не давало покоя. Ведь у Максима детей не было, а я, как говорится, «с прицепом». К тому же я узнала, что у Максима недавно, летом, умерла мама. Моё же здоровье оставляло желать лучшего. Именно тогда у меня впервые начались панические атаки – я думала, что у меня больное сердце. Я не хотела портить его жизнь

Всё это привело к нашему первому расставанию. Но мы продолжали общаться, встречаться в компании общих друзей, ездить отдыхать.

Через три года, в новогоднюю ночь, мы решили попробовать снова. К тому времени я твердо стояла на ногах: хорошая работа, достойная зарплата, своя квартира. Дочка училась в школе, в 3 классе, она нейтрально к нему отнеслась на этот раз. Я решила, что теперь я его достойна. Моего идеального Максима. Идеальным я сделала его сама – он был для меня совершенством во всем. Все эти годы я тихо его любила. Но это была уже другая любовь: первая влюблённость сменилась глубоким чувством, к которому добавилось уважение. Уважение за то, какой он есть, за то, как он прошёл через свое горе – ведь его мама умирала у него на руках. Он не сломался, не запил. Нашёл в себе силы жить дальше. И жить достойно.

Мы много времени проводили вместе, но никогда не говорили о чувствах вслух. Я знала, что нравлюсь ему. Он, вероятно, знал, что я его люблю. Иногда мы ссорились из-за моей ревности. Мне казалось, все девушки смотрят на него так же, как и я. Да и у него до меня была девушка, которую он, как я знала, любил. К ней я ревновала особенно, потому что они не прекратили общаться.

Максим зарабатывал мало. Я думала, говорить или нет о беременности, и всё-таки решила рассказать.

Я увидела и почувствовала, что Максим растерян и не знает, что делать. А в таких ситуациях время играет большую роль – думать надо быстро. Если рожать – то рожать, если аборт – то идти и делать. Но он молчал, молчал, но ни слова не сказал про аборт. Может, ему было страшно за будущее, что не сможем и не справимся финансово, может, что-то еще… Я не могу точно сказать. Я помню, как он смотрел на меня, и мне казалось, что он ждет, что я сама приму решение. Он молчал. Молчала и я. Я лишь одно знала: что я не готова еще раз пройти через эти бессонные ночи. Ребенок был так некстати. Да и как он вообще получился? Мы всегда предохранялись, а тут такое… Но родить от любимого мужчины… Обнять часть его и себя… Это наш ребенок. Абортов я никогда не делала, и тут не смогла. Я решила: как будет, так и будет.

И как только я приняла это решение, у меня произошел выкидыш на раннем сроке. Я сообщила Максиму, что больше не беременна. Он заплакал и обнял меня. Больше к этому разговору мы не возвращались. И расстались спустя месяц или два после этого. Мы просто поругались, как я думала, а он встал и ушел из моей жизни. Я помню, что пыталась с ним помириться, но безуспешно. Он ушел без единого слова. Мы не поговорили. Я ждала, что он остынет и поговорит со мной. Прошла неделя – его нет, ни звонит и ни пишет. Еще неделю, и еще… Потом прошел месяц. Но он так и не вышел на связь.

Наша большая ссора, после которой он ушёл на два года, случилась как раз из-за неё, когда я была беременна в первый раз. Я думала, мы просто поругались. А он просто взял и ушёл из моей жизни.

Два года он молчал. И только спустя два года он извинился за то, что так со мной расстался – без предупреждения. После этого мы стали переписываться иногда. А когда я сдала на права, именно ему первому захотелось об этом рассказать, и я позвонила. Мы долго разговаривали, и я была счастлива. Вскоре меня повысили на работе, и я опять захотела с ним поделиться. Максим пригласил отметить это дело, и после этого мы не расставались.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.