Екатерина У Необычный город

Глава 6

Солнце пряталось за пеленой облаков, которые утром пригнали ведьмы. Было тепло. Даже душно. Еве не помешал бы легкий ветерок, но об этом ведьмы не подумали.

На набережной, где еще недавно проходил обряд Инициации, сегодня снова кипела жизнь. Переносную сцену собирались разместить прямо у реки, откуда открывался чудесный вид на часть квартала ведьм и оборотней. Дома, что находились дальше всего, были похожи на кукольные. Часть города, что шла вниз по реке и почти касалась леса, все еще была затянута легкой дымкой тумана.

У Евы не было времени, чтобы полюбоваться красотой. С самого раннего утра она была здесь на площади и следила за всем, что происходило. Ева чувствовала себя регулировщиком. За ее спиной танцоры выбрали пустую площадку и прогоняли свои номера. Школьные работники бегали туда-сюда с железными балками и досками, устанавливая переносную сцену, прикручивали что-то к чему-то и громко ругались, если что-то не получалось.

Вскоре на набережную приехали фургоны. оттуда вывалились бодрые грузчики. Их прислали из мэрии - мама евы постаралась. Грузчиков было четверо, трое из них были высокими и крепкими на вид. Они носили бордовые рабочие комбинезоны. Один из грузчиков так и вовсе был похож на бодибилдера в одставке, обхват его руки был больше, чем голова Евы. А четвертый работник выглядел совсем жалко рядом с отсальными - невысокого роста, щуплый и сутулый. Он выглядел страше других грузчиков, потому что его лицо избороздили морщины, а волосы тронула седина. Грузчики носили доски, стекла, банки с краской - в общем все, что нужно для ремонта.

Вдоль реки ученики и жители города устанавливали палатки, как на ярмарке. В одной из них раздавали бумажные браслеты участникам акции, в другой - скидочные купоны. Одна из палаток была особенно ароматной. В ней хозяйничали участники кондитерсккого кружка, расставляя свежую выпечку.

Горожане на набережную приходили постепенно. Первые из них выглядели совсем несмелыми, постоянно оглядывались по сторонам, как будто ждали чего-то нехорошего. Но чем больше людей приходило, тем дружелюбнее становилась обстановка. Дети бегали, смеялись и особое внимание оказывали столу с выпечкой. Все были заняты делом. И Ева гордилась таким результатом.

В толпе девушка видела даже вампиров. Их было мало. Но это и неудивительно. Годами вампиры в Новом мире сторонились других рас. И сближению с горожанами не способствовало и то, что вампиры могли свободно перемещаться по городу лишь ночью. Днем они рисковали получить страшные ожоги от солнечных лучей.

Ева глянула на часы. До начала торжественной части акции оставалось минут пятнадцать. Мама уже должна была прийти на площадь. И эта мысль вызвала радость и одновременно тревогу. Ева очень хотела, чтобы мама увидела, как хорошо справилась ее дочь. И в то же время она боялась, что что-то может пойти не так.

По периметру площадки, где будет проходить акции, стояли полицейские. Их назначили смотреть за порядком. Но отца Евы нигде не было видно. Сегодня полицейскими руководил лейтенант Грейсон. Он разговаривал с одним из полицейских и что-то показывал руками.

Ева заметила какую-то суету у входа на площадку для акции. Приехали представители мэрии. Среди них была и ее мама, как всегда в строгом платье и на каблуках. Глядя на нее никто не сможет догадаться, сколько бессонных ночей атали провела, работая над тем, чтобы разобраться с погромом в квартале ведьм. Мама шла рядом с мэром и была почти на голову ниже него. Позади них шли и другие работники мэрии - пара мужчин в строгих костюмах. Один был высоким и худощавым, с каштановыми, уложенными наверх волосами так, что они полностью открывали его высокий лоб. Он возглавлял отдел градостроительства. И его фотографию Ева постоянно видела на сайте мэрии, когда заходила туда, чтобы полюбоваться своей мамой или почитать последние городские новости, например, про посадку новых деревьев в парке. Другой работник мэрии был ниже первого, но такой же худощавый. Он безуспешно пытался спрятать за жиденькими темными волосами виднеющуюся лысину. Придирчивым взглядом мужчина изучал каждый метр площадки. Издалека его глаза казались маленькими и черными, как у хитрой птицы. Ева также видела его на парочке фотографий на сайте. Хотя он обычно находился на заднем плане. Мужчина поправил пиджак, как будто нервничал перед важным выступлением.

Когда команда мэра практически поравнялась с Евой, строгое выражение лица Натали смягчилась. Она улыбнулась дочери и коротко помахала ей.

- Мэр прибыл, пора начинать, - сообщил мистер Ронан. Он как всегда внезапно возник из толпы.

Ева кивнула и снова осмотрела набережную. Тревога только усиливалась. Слишком многое могло пойти не так: танцоры забудут движения, закончится выпечка, перестанут работать колонки или микрофон. И хоть Ева десять раз все перепроверила, это ее никак не успокаивало.

Люди толпились у палаток, кто-то брал выпечку, кто-то скидочные купоны, а кто-то с интересом поглядывал на квартал ведьм, расположившийся на противоположной стороне реки. Ребята, которые должны были выступать, собрались за сценой. Ева видела, как нервничают некоторые из них. Все же городская акция была большим делом. Артисты были разношерстными - оборотни, люди, некоторые ведьмы и даже пара вампиров - собрались здесь, чтобы выступить.

На сцену поднялся мэр - плотный, румяный, с добродушным лицом. Он сразу стал рассыпаться в благодарностях и речах о единстве. Слова "сплочение" и "единство" звучали так часто, что Ева почти почувствовала, как сплачивается с кем-то справа.

На сцене, позади за мэром, стояли представители рас. Верховная мать и Верховный отец, одетые в цветные балахоны с капюшоном. Огромный лохматый мужчина - точно глава стаи оборотней. И вампир. Не было на этой сцене лишь представителей расы циклопов. У них не было главы, как у остальных рас. Да он и не нужен был, из-за своего слабого ума, циклопы никак не влияли на жизнь Коммуниса.

Ева ещё раз взглянула на вампира. Что-то в нем привлекало внимание, казалось знакомым. И когда Ева поняла, сердце забилось сильнее.

Лицо вампира возникло перед глазами словно образ из самых страшных снов. Отец Кайла - Валентин Морвейн. И как Ева могла его забыть?

Несмотря на годы, его лицо осталось таким же - холодным, гордым, как будто он выше всех. Даже новые морщины почти не тронули лицо вампира. Хотя Ева знала точно - они стареют также, как и люди. Его холодный взгляд скользил по толпе и лишь на несколько секунд задержался на ком-то.

Ева проследила за взглядом Валентина, хотя уже знала, кого там увидит. В толпе был Кайл. Он стоял в одиночестве и не проявлял никакого интереса ни к акции, ни к своему отцу. Сегодня он надел черную футболку, а под нее белый лонгслив, чтобы скрыть шрамы на руках.

В Кайле определенно прослеживались черты его отца - прямой нос, высокие скулы, один и тот же оттенок волос. Вот только взгляд у Кайла был тяжелее, обозленнее, как у волка, окруженного сворой собак. Глядя на Валентина и Кайла в памяти Евы вспыхнула сцена:

"Мерзавец! Долго ты будешь позорить наш род?"

Вампир тащил Кайла по коридору. Мальчик кричал и упирался, но у него не хватало сил сопротивляться отцу. И никто не пришел ему на помощь. Те немногочисленные свидетели ужасной сцены, оцепенели при виде Валентина. Даже Ева. Ей хотелось броситься на помощь, защитить друга. Но она не могла пошевелиться, как будто тело окунули в бетон. Никогда до этого момента она не чувствовала себя такой беспомощной и бесполезной. Стоять неподвижно и плакать - все, на что она была способна в этот момент. У нее даже не хватало сил, чтобы стереть слезы, от которых на щеках горела кожа.

Даже смотря в затылок Валентина, перед глазами Евы все равно стояло лишь его искаженное злобой лицо и острые клыки. евочка знала, что вампир не посмеет ее убить или ударить, это запрещено. Но он мог причинить ей боль по-другому, например, навредить Кайлу. Никто не станет вмешиваться в семейные дела вампиров.

Кайл обессилел и перестал плакать и кричать. Он как-будто смирился с тем, что произойдет дальше. Вместе с отцом они были уже у выхода из школьного двора и, чем дальше они были, тем быстрее проходило оцепенение Евы. Она совсем растерялась и не знала, что делать. Сегодня Ева впервые увидела отца Кайла. И впервые поняла, что не все родители такие, как у нее.

Ева потрясла головой, возвращая себя в реальность. Все это было в прошлом. С тех пор многое изменилось. Но в глубине души она до сих пор винила себя за бездействие.

Тогда она даже не смогла извиниться. Потому что Кайл сразу же исчез из школы.

Тем временем мэр вещал что-то о многорасовой дружбе и социальном прогрессе. Ева не слушала. Она сверлила взглядом отца Кайла. И не понимала, что делает на благотворительной акции само воплощение жестокости. Своим присутствием он будто уничтожал все, что сделала Ева.

Сама того не замечая, Ева двинулась к Кайлу.

- Что здесь делает твой отец? - бесцеремонно спросила она, оказавшись рядом с вампиром.

Кайл вздрогнул, как будто она была пугалом. Он бросил быстрый взгляд на отца, а затем посмотрел на Еву. В глазах мелькнула тень страха.

- Отстань, - прошипел он и хотел развернуться.

- Нет, - Ева схватила вампира за руку, - не отстану.

Кайл попытался отшатнуться.

- Что он здесь делает? - повторила Ева.

- Он правая рука главы клана. Ясно? Теперь отвалишь?

Его слова сочились ядом. Но Ева знала, что это лишь фасад, за которым прятался страх. Сколько бы лет не прошло, он все еще боится своего отца.

Кайл развернулся и ушел, видимо, опасаясь, что Ева ещё что-нибудь спросит.

***

Ева сжала руки в кулаки, стараясь унять раздражение. Увидев страх в глазах Кайла, она почувствовала, как злость отступает, оставляя вместо себя тихую, неприятную жалость. Теперь она все больше видела в Кайле того мальчишку из детства - худощавого, упрямого и немного трусливого. Тот Кайл срывал для неё цветы со школьных клумб, а когда все же попался, то расплакался прямо перед учителем, умоляя его не рассказывать ничего отцу. Того Кайла Ева любила как родного брата.

К тому моменту, как Кайл растворился в толпе, мэр как раз закончил свою пафосную речь о дружбе и взаимоподдержке. На сцену тут же выбежали танцоры с первым номером. Было забавно наблюдать, как представители разных рас слаженно работают.

Толпа разделилась: одни остались смотреть представление, другие - принялись за работу. По набережной разносились звонкие удары молотков, команды и музыка. Кто-то из горожан направился в глубь квартала ведьм - там все еще были видны разрушенные фасады зданий, и кое-где валялись осколки стекла. Даже мэр, спустившись со сцены, бодро выкапывал ямы под новые деревья. Его помощники, включая маму Евы, устанавливали в них саженцы.

Мэр планировал во время акции не только восстановить разрушенное, но и облагородить набережную. Этим широким жестом он хотел извиниться перед ведьмами и заодно показать, что никаким неприятностям, не сломить дух горожан.

Ева поискала глазами Лидию. Она обещала подруге помочь восстановить их магазинчик. Лидия на это согласилась не сразу, так что Еве пришлось применить все навыки убеждения. Она считала своим долгом помочь Лидии, сколько бы та ни пыталась отказаться. Эмма, которая сейчас была в одной из палаток и помогала раздавать браслеты участникам акции, тоже решила помочь Лидии. Просто потому что она всегда была там же, где и Ева.

Были на набережной и те, кто не занимался никаким полезным делом. Например, Иэн, который сейчас лавировал между горожанами и шел прямо к Еве. На его левом запястье был зеленый браслет участника акции - Ева была уверена, что Иэн его взял, чтобы получить бесплатную выпечку. Парень прямо на ходу вгрызался в огромный кекс.

- Почему ты постоянно таскаешься с этим... вампиром? - Иэн сморщил веснушчатый нос.

Кайла на набережной уже не было видно. Значит, Иэн наблюдал за Евой какое-то время. Мог бы сразу подойти и быть рядом, а не корчить из себя шпиона. Они не общались несколько дней и з это время как будто стали чужими.

- Директор поручил мне за ним присматривать, - ответила Ева, скрестив руки на груди, надеясь, что так будет выглядеть увереннее. Но на самом деле она чувствовала лишь неловкость.

С Иэном всегда было так - он что-то говорил, Ева оправдывалась. Но сейчас эта неловкость ощущалась еще сильнее.

Иэн закатил глаза, провел рукой, приглаживая русые волосы, и устало вздохнул:

- Почему ты не можешь... ну забить на приказ?

- Я... - Ева выдохнула, собираясь с мыслями. Ей надоело объяснять всем, что быть ответственной не стыдно. - Не могу. Мне же такую ответственность доверили.

На удивление, Иэн улыбнулся. Потом шагнул ближе и обнял Еву.

- Я скучал, - прошептал он ей в макушку.

И Ева прижалась к нему чуть сильней. Казалось, жизнь возвращается в правильное русло. Все становится таким, каким было раньше. Только мысли о Кайле никуда не делись. Директор не отменил свой приказ. И она все ещё несла ответственность за вампира. За вампира, который не желал её видеть.

- Чем займемся? - спросил Иэн, оглядывая набережную.

- Я хотела помочь Лидии с восстановлением магазинчика, - ответила Ева.

- Может займёмся чем-то более... интересным? - Иэн выглядел как сама невинность. - Например, сбежим отсюда?

Она так надеялась, что Иэн, как и родители, будет гордиться ей, поддержит её акцию. Ева подавила всплеск раздражения. Они ведь только помирились и ссориться со своим парнем снова она не хотела.

- Не могу, - ответила Ева. - Это будет неправильно. Я же эту акцию оргнизовала.

- Тем более, свой долг обществу ты отдала, - настаивал Иэн.

- Нет, - Ева покачала головой. - А вот и Лидия.

И правда, в толпе появилась знакомая фигура. Ева улыбнулась, махнула рукой, подзывая подругу.

- Пойдёшь с нами? Скоро и Эмма придет.

- Знаешь, не хочу вам мешать, - Иэн натянуто улыбнулся. - Вам будет веселее без меня. Я лучше пойду.

Он чмокнул Еву в лоб и, даже не дождавшись ответа, растворился в людском потоке. Ева с облегчением выдохнула.

***

Ева задержалась у магазинчика Лидии чуть дольше, чем следовало. Зато здание удалось восстановить. Ева, пусть и не видела магазинчик до погрома, была уверена, что теперь он стал ещё лучше. Она жалела лишь об одном - пострадавшие товары восстановить было нельзя.

Ева никогда раньше не видела всю семью Лидии вместе. Подруга мало о них горила и ещё реже показывала. Хотя стесняться своих родных у неё не было причин. Её отец - коренастый мужчина, от которого Лидия унаследовала каштановые волосы и темно-зеленые, словно тина, глаза - постоянно шутил и подбадривал всех, кто пришёл помочь. Казалось, его вообще не волнует то, что произошло с магазинчиком, но Ева чувствовала, юмор - лишь прикрытие. Отец Лидии, также, как и его дочь, предпочитал прятать настоящие чувства. Бабушка Лидии приносила всем собравшимся у магазинчика травяной чай из зверобой и ромашки, приговаривая, что он поможет восстановить силы после тяжёлой работы. Каролина тоже была здесь. Она помогала Еве и Эмме покрывать лаком деревянные балки и оконную раму.

- Давайте в кафе сходим, - предложила Эмма, невинно хлопая ресницами. В квартале ведьм она чувствовала себя не комфортно и хотела поскорее убраться отсюда.

- Настроения нет, - буркнула Лидия.

Эмма настороженно посмотрела на ведьму. Она до сих пор не научилась не обращать внимания на то, что говорит Лидия.

- Я просто... подумала... - робко заговорила Эмма, - мы же так много работали, значит, можем и расслабиться.

Ева молча смотрела на подруг. Ей действительно не хватало их совместных прогулок. Но она понимала Лидию. Ведьма, которая так старательно обороняла свое личное пространство, сегодня согласилась впустить в него Еву и Эмму. Наверняка она теперь хочет побыть одна и отдохнуть от всего.

Ева вздохнула:

- Знаешь, Эм, пусть Лидия отдыхает. А мы с тобой вдвоём в кафе сходим.

Лидия благодарно кивнула. Девушки попрощались. И Ева с Эммой отправились в кафе. Они пошли к набережной, потому что Ева хотела увидеть, что горожане успели сделать за день. Одной акции было недостаточно, чтобы возместить весь тот ущерб, что был причинен ведьмам. Но это был огромный шаг н пути к восстановлению квартала. Горожане потратили всего несколько часов своего времени, но получили возможность посмотреть на квартал ведьм изнутри, приблизиться к другой расе.

Кайл стоял у реки и смотрел на водную гладь, будто собирался в неё войти. Ева посмотрела на небо, оно все ещё было затянуто облаками, но вряд ли так будет весь день. Ведьмы обещали убрать солнце только на время акции.

"Нужно его предупредить" - подумала Ева. - "Солнце его обожжет".

Ева сделала шаг в сторону Кайла и остановилась. Она знала, что вампир вновь скажет ей что-нибудь обидное.

"А может ну его? Пусть стоит. Это не моё дело".

Даже Эмма заметила странное поведение Евы. Она тронула подругу за руку. и это подействовало на Еву как холодный душ - мысли тут же пришли в норму. Пройти мимо Кайла было бы неправильно. Ева всегда старалась поступать правильно, этому ее научили родители. Они же и стали для девушки мерилом поведения: в сложных ситуациях она всегда думала, как бы поступили Натали и Уэйн. Они бы не прошли мимо, сделав вид, что это не их дело.

Ева сделала еще нескоько шагов к Кайлу, шепнув Эмме, что сейчас вернется.

- Чего тебе? - сказал вампир, даже не обернувшись. Он как будто по звуку шагов узнал Еву.