- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Екатерина Неглинская Пожинатель душ
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– А еда? – насторожился юноша, который уже собирался отправить в рот первую порцию яичницы.
– Это совсем другое. Кроме хлеба и напитков, всё остальное можно смело употреблять, – колдун с энтузиазмом принялся за еду. – Давайте вернёмся к разговору о тех фанатиках. Ты упоминал, что они обсуждали какое-то пришествие. Может, запомнил подробности?
– Да не знаю, – огрызнулся Эйнар и тут же осёкся под взглядом Адель. – Про какой-то ключ, врата и жатву. Вот её несколько раз упоминали, да. Как будто это особенно их волновало.
Элий перестал есть и поджал тонкие губы. Над столом повисла тишина. Даже Иво отвлёкся от своей тарелки и внимательно следил за выражением на бледном лице отца.
– Ты всё поняла, ведьмочка? – спросил колдун.
– Более-менее, – призналась та. – Только мне казалось, что час Жатвы ещё не наступил. По подсчётам моего рода до него не меньше сотни лет.
– Ну, это ты Великой Тройке в день пришествия рассказывать будешь. В любом случае, если Яхим Фьор отправился к Вратам, я собираюсь туда же.
– Подождите! Я ничего не понимаю, – вмешался Эйнар.
Элий вздохнул и послал просящий взгляд Адель.
– Великая Тройка – это три древних духа, – терпеливо пояснила та. – Черпальщик, Жнец, Творец. Первый – привносит жизнь в мир. Второй – её забирает. Третий – закон и порядок, по которому все мы существуем. Раз в тысячу лет отпираются Врата, и духи нисходят в смертный мир. Тогда и начинается время Жатвы. Время необратимых, фатальных перемен. Но тот, кто станет для духов проводником, их адепт, получит новую власть и вечную жизнь.
– Адепт открывает Врата с этой стороны, – добавил колдун. – И ему нужен ключ. Им является та колдовская книга, на которую любезно обменяли тебя. Пришёл час Жатвы или нет, но Яхим Фьор, похоже, в него верит. И отправится с Корактором к Вратам. Так что я собираюсь его там встретить.
– Когда? – быстро спросила Адель.
– У нас не так много времени в запасе, – Элий задумчиво почесал подбородок. – Если они хотят открывать Врата, им потребуется подготовиться. Собрать людей и материал. Он явно в курсе того, что требуется делать. Так что если мы выдвинемся завтра утром, то поспеем к сроку. Хвала Храмовнику, Лотар знал, где выбрать место своего гнездовья. Врата в горах, в нескольких днях пути отсюда.
– А что с Марикой? Оставим её здесь?
– В моём подвале куда безопаснее и надёжнее, чем в дороге. Закроем люк, и пускай лежит, пока не придёт в себя, – он хмыкнул.
– Подождите! Как завтра утром? – вмешался Эйнар. – А мой брат?
– Вот именно ради него тебе и стоит задуматься о книге. Колдовство непредсказуемо. И без Корактора я не могу гарантировать, что всё пройдёт гладко. Поэтому, если тебе не плевать на судьбу родственника, ты нам поможешь. Что и твой брат обещал, кстати сказать. В остальных присутствующих я не сомневаюсь. И не рискнул бы противиться их желанию поехать со мной.
Адель в ответ одарила колдуна короткой снисходительной улыбкой.
Ещё два дня назад Эйн рассмеялся бы им в лицо. Но после того, что он видел в подвале, после того, как на его глазах исчез старший брат, юноша не осмелился бы назвать этих людей мошенниками.
Да и что ещё оставалось? Бадвард требовал им помочь. А вставать в позу и портить с ним отношения ещё больше Эйнару не хотелось. Он был уверен, что брат не простил ему Иллант, разве что слегка прикрыл глаза на произошедшее. И случись новый инцидент, ссора между ними вспыхнет с новой силой. А в таких случаях старший бывал не просто недоволен. Он злился! И то, как делал это Бадвард, пожалуй, не умел больше никто из их окружения.
Надеяться на то, что он не вернётся, тоже было глупо. Эйнар не рискнул бы возвращаться один к Охотникам. А значит, ему пришлось бы ехать к матери и объясняться с ней. И, конечно, врать, чего Эйн очень не любил делать. А говорить правду о том, как и где он бросил брата, было бы стыдно.
Поэтому Эйнар просто смирился.
После ужина он поскорее улизнул от компаньонов, чтобы остаться одному.
Юноша зашёл в спальню, которую до этого видел только краем глаза, и прикрыл за собой дверь. Окинул комнату взглядом. На кровати среди подушек и мятого одеяла лежали женские чулки и Йольбергский альманах.
– Сделка у него, ага, – проворчал Эйнар себе под нос.
Подойдя, он сел на край постели и выудил из-под неё седельную сумку брата. Первым делом проверил наличие кошелька и его содержимого. Впечатлённо присвистнул. Не задумываясь, юноша забрал его себе и продолжил осмотр вещей в поисках ещё чего-нибудь полезного. Текст договора он долго читал и озадаченно чесал затылок. Даже испытал неприятный укол совести, увидев в качестве оплаты амнистию на своё имя, а потом дошёл до обещанной суммы гонорара и замер.
– Ну, ни хера себе! Да в кошельке и половины полученного аванса нет. Где ж ты остальное припрятал? – Эйнар перетряхнул сумку снова, но безуспешно. – Вот рвач, как тебе только удаётся такие цены назначать?
Он оставил вьюк на полу и осмотрелся. На стуле у другой стороны кровати лежал кожаный плечевой мешок. Чужой, незнакомый. Юноша быстро догадался, что он должен принадлежать хозяйке разбросанного на кровати белья.
– Если у тебя такой интерес в этой книге, чего ж ты за девицей сиганул? – проворчал он себе под нос.
Из кухни послышались удаляющиеся шаги, и входная дверь дома хлопнула, точно приглашая его к задуманному. Поразмыслив над своими действиями меньше минуты, Эйнар перемахнул через постель.
Он не любил рыться в чужих вещах. Старший брат был не в счёт, вещи Бадварда для него казались всё равно что собственными. А те, что принадлежали ещё кому-то, буквально жгли Эйнару руки.
Он и теперь испытывал это неприятное ощущение, вороша недра женской сумки. Нижнее бельё, заколки, почти пустой флакон духов, от которого всё прочее пропахло ягодной сладостью.
– Как это на тебя похоже, Бад, – Эйн поморщился и с пренебрежением бросил сумку. – По ходу дела затащил в постель половину девиц в городе, да?
– Ты бы поаккуратнее с чужими вещами, – сказала Адель.
Эйнар быстро обернулся. Ведьма стояла на пороге спальни, каким-то невероятным образом оказавшись там совершенно беззвучно.
– Я не слышал, как ты вошла, – спохватился юноша и вскочил на ноги. – Извини… Я не хотел! Это твои вещи?
– Расслабься, не мои. Я из другой половины города, – она растянула вишнёвые губы в скверной ухмылке и медленно вошла в спальню. – Элий с Иво ушли, а я хотела поговорить с тобой, пока их нет. Наедине.
Адель приблизилась и села перед ним на край кровати. Закинув ногу на ногу, кивком указала на место возле себя. Эйнар даже забыл, что делал до этого. В присутствии ведьмы мысли в его голове разбегались быстрее тараканов.
– Ну? – подтолкнула она.
Он, наконец, понял, чего от него ждут, и сел, выбрав приличное расстояние, чтобы не показаться новой знакомой невоспитанным.
– Вы с Бадом родные братья? – её взгляд прижигал душу сильнее калёного железа. Эйн понял, что под их взглядом предательски краснеет. – Если честно, не очень-то вы похожи.
– Многие говорят, – согласился он. – Я похож на мать. А брат – на отца.
– И какая между вами разница? – снова этот взгляд, от которого по коже побежали мурашки.
– В смысле? – растерялся Эйнар.
– Сколько лет?
– Восемь, – он вдруг поймал себя на желании угодить собеседнице и смутился. – Это имеет какое-то значение?
Она хмыкнула и пожала плечами. Завораживающее движение.
– Твой брат – человек дела. С ним можно договориться. Хотелось бы верить, что и с тобой возможно, – слова, которые моментально рассеяли чары. Эйн даже зубы стиснул от досады.
– О чём? – спросил он хмуро. Она на мгновение, одними кончиками пальцев, мазнула по его запястью и встала к окну так, чтобы видеть всё происходившее снаружи.
– Элий использует нас с тобой. Он знает, что один не справится. Дорога через горы непростая, да и у Врат будет жарко, если судить по тому, что было сегодня в Арнике. Иначе он не стал бы звать с собой. Ты знаешь, что такое Корактор?
– Нет, – честно ответил Эйнар.
– Во всём мире едва ли найдётся десяток настолько же великих колдовских артефактов. Люди убивали, убивают и будут убивать за него, – она обернулась к нему так неожиданно, что застала врасплох. Эйнар попытался сделать вид, что всё это время не пялился на пышные формы ведьмы, и поднял взгляд. – Элий попытается избавиться от нас с тобой, когда получит книгу. И если ты хочешь остаться в живых и вернуть брата, нам важно объединиться.
– Ты хочешь, чтобы я помог тебе, а не Элию, верно? – догадался юноша, пытаясь сопротивляться вязкой бездне её глаз.
– Одного того, что ты не станешь мне мешать, было бы уже достаточно, – ведьма скупо улыбнулась. – Но прямая помощь, наверное, будет дорого стоить?
– Узнаю след Бада. Там, где он прошёл, люди начинают мыслить категориями сделок, – Эйнар покачал головой. – Но это вовсе не обязательно. Мне было бы достаточно знать твой мотив. Почему в отличие от Элия я должен тебе поверить?
– Мы с твоим братом – из одной тройки, – ответила Адель после некоторого молчания и отвернулась к окну. – А бывших троек не бывает.
– Что это значит?
– Долго объяснять детали, на них сейчас нет времени. Пока достаточно будет и того, что я обязана Баду жизнью.
Глава 3
Утро было ранним и потому свинцово-серым. Привычным для Адель.
Гниющая Арника высилась по другую сторону реки от неё. Мрачная, пропахшая старым деревом и плесенью. Родная, одним словом.
Что было там, далеко за её пределами, Адель не знала. Как не знали уже многие поколения ведьм до неё.
От этого становилось страшно. Она пыталась гнать от себя мысли, но они успевали оставить занозы в сердце, и то беспокойно ныло.
Ведьма нахмурилась. Приподняла руку, сложив пальцы горстью, и медленно, нараспев прошептала: “Соул”.
Ничего.
Она заворожённо смотрела на кончики своих пальцев, но те оставались самыми обычными. И даже как-то пошло розовели вместо того, чтобы приобретать благородный густо-серый оттенок древнего колдовства.
Адель поднесла их к губам и шепнула точно спящему на ухо: “Соул”.
Эта руна была самой сильной. Пусть ершистой и непослушной, но она всегда отзывалась. Раньше.
Не теперь.
Ведьма напряжённо сглотнула, чувствуя холод ужаса между лопаток.
– Ты чего на пальцы дуешь? Поранилась? – голос Элия заставил её обернуться.
Колдун шёл к ней по берегу прогулочным шагом. Утренний ветерок трепал его длинные кудри, вольно разбросанные по плечам. И вид у него был такой довольный, как будто он только что выиграл приз.
– Что тебе нужно? – ведьма быстро убрала руку за спину.
– Да так, пришёл попрощаться с городом. Столько лет провёл здесь. Побольше твоего, – он сощурил и без того узкие глаза. – Адель, да? У меня отвратительная память на имена, ты уж извини.
– Верно, – кивнула она, глядя на собеседника с подозрением.
– Им нас не понять, – протянул Элий. – Они забежали сюда и чудом выскочили на свободу. Почти не попробовав колдовства на вкус. Не поняв всего величия задуманного.
– В каком смысле?
– Ты ведь знаешь, почему Лотар выбрал Арнику? – вместо ответа поинтересовался колдун.
– Место силы, – скупо обронила Адель.
– Он хотел стать адептом Врат, – Элий посмотрел ведьме в глаза. – Но знал, что до часа Жатвы ещё очень далеко. Две сотни лет, может, три. Ему было никак не дожить. И создать в Арнике убежище было его амбициозным планом. Лотар вовсе не рассчитывал жить вечно при помощи магии Корактора, он только хотел дождаться нужного часа. Своего часа в идеальном месте. Город так близко к Вратам, в землях, буквально бурлящих от магических токов. И знаешь, у него всё получилось бы. Не мы, а он мог бы сегодня выезжать отсюда. Если бы не твоя прародительница.
Адель стиснула челюсти и поджала губы, но колдун продолжал мило улыбаться.
– Не надо так сердиться на меня, дорогая, за то, что я знаю правду, – попросил он мягко. – Я видел её в сознании Лотара ненароком, когда пришивал себя к абрису Арники. Такова цена. И я ни в чём тебя не виню.
– Я ни в чём и не виновата, – процедила она.
– Верно. Ты не выбирала, у кого родиться, – Элий подался вперёд, ближе к ней и почти зашептал, – я знаю, как тебе тяжело. Но всё может измениться, если ты сделаешь верный выбор.
– Какой ещё выбор?
– Знаешь, – он вздохнул, – когда пришли эти двое…
– Бадвард и Марика?
– Да. Майя сказала, что они те самые. И потребовала от меня выполнить обещание. Ведь я поклялся на Коракторе, что помогу, когда она этого попросит. Я мог бы пересидеть в Арнике даже Лотара, но Майя пообещала, что сделает всё, чтобы этого не произошло. И она была способна, – Элий покачал головой. – Но что сделано, то сделано. Мы живы и свободны – это главное. И нам с тобой необязательно вступать в подобные конфронтации. Я понимаю тебя. И ты, я думаю, неплохо понимаешь меня.
– Не уверена, – прошипела она, всеми силами давая понять, что разговор ей не нравится.
– Мне известно, чего ты хочешь, Адель. И я могу тебе это дать, – колдун легко, почти неощутимо, коснулся её плеча. – Займи мою сторону, и книга будет тебе доступна. Я обучу тебя читать Корактор.
– Мы его ещё даже не нашли, – напомнила она.
– Поэтому у тебя есть время подумать. Не тороплю.
Он спрятал руки в широкие рукава и отвернулся к городу.
Адель пошла прочь, жалея, что так и не смогла должным образом побыть наедине с самой собой.
– Чтоб тебя демоны взяли, Элий Охинский, – проворчала она себе под нос, топая через высокую густую траву.
Теперь уже было не до уединения и нестерпимо хотелось с кем-нибудь поговорить. С кем-нибудь, кто мог понять. Например, с Бадвардом. Он отлично умел слушать, это Адель оценила сразу. Прекрасно отсекал в разговоре лишнее и ловко сдабривал любой неприятный поворот шуткой.
Ведьма улыбнулась. Охотника не хватало – в этом она даже не пыталась лгать себе. В конце концов, он был первым человеком за много лет, с кем удался нормальный разговор. С тех пор, как не стало Оливии, её матери.
Адель остановилась и посмотрела в направлении того места, где в последний раз видела мать живой.
Оттуда шёл человек. И этим человеком был Эйнар. В руках у него была какая-то палка, которой он без намерения время от времени сёк высокую траву. Поразмыслив, ведьма двинулась ему навстречу. Вскоре она поняла, что в руках у юноши не палка, а меч.
– Ого, где ты его нашёл? – спросила ведьма, оказавшись рядом.
– Доброе утро, Адель, – Эйнар мягко улыбнулся и аккуратно покрутил перед ней оружием демонстрируя. – Возле одного из убитых солдат из эскорта. Я решил пройтись до отъезда. Подумал, вдруг что-то полезное попадётся в дорогу. И вот. Повозка уже готова, вещи сложены. Но у нас есть немного времени. Хочешь составить мне компанию? Может, найдём ещё что.
– Давай, – согласилась она и пошла рядом с ним, по левую руку.
Они шли молча. Эйнар смотрел себе под ноги, и Адель, пользуясь этим, изучала его. Он был немного ниже Бадварда и уже в плечах, но выглядел тяжелее более поджарого брата. Из всех черт лица только прямой породистый нос и выдавал их родство. В остальном они казались совершенно разными. Даже глаза, хоть и тоже светлые, имели у младшего другой оттенок – радостного василькового лета.
– Сравниваешь? – спросил Эйнар неожиданно и улыбнулся на одну сторону, как это делал старший брат, только без злого ехидства.
– Нет, – быстро соврала Адель.
– Да ладно. Все сравнивают, – сказал он безразличным голосом и попытался пригладить пальцами пшеничные пряди, которые трепал ветер.
– Дело не в этом. Я просто никогда не видела братьев, – призналась ведьма. Эйнар удивлённо изогнул брови.
– Как такое возможно?
– Потом, в дороге, – пообещала она. – Но мне было интересно, какой ты. Бад рассказывал очень мало.
– Да, не любит упоминать семью.
– Я заметила, – Адель помедлила. – Он как-то сказал, что смерть вашего отца всё изменила.
Эйнар покосился на собеседницу и нахмурил густые светлые брови.
– Ну-ну, – Эйн ударом меча срубил пучок рослой травы. – Крутит правдой, как ему удобно. Тот ещё фигляр. Давай не будем об этом.
Юноша сунул меч в ножны и положил его на плечо.
– Скажи, ты не слышала ночью конского топота? – заговорил он куда более живо и бодро. – Я несколько раз просыпался от него, как будто вокруг дома целый табун бегал.
– Галлюцинации, вызванные колдовством, – ответила Адель сухо, не задумываясь. – Если ты никогда раньше не бывал в местах, подобных Арнике, то с непривычки у тебя могут случаться различные видения. Может болеть и кружиться голова, точно как после спиртного.
– Ты это серьёзно?
– Я – чёрная ведьма, Эйнар, – ответила она весомо, послав собеседнику один из самых убедительных своих взглядов. – Я знаю о колдовстве всё.
– А показать что-то ведьминское можешь? – в его глазах внезапно вспыхнул мальчишеский энтузиазм.
– Нет, я тебе не фокусница с ярмарки, – отрезала Адель и остановилась. – Ты думаешь, что вчера тебе было плохо от слов Элия. Думаешь, был просто голоден и устал. Просто плохо спал. Но ты уже отмечен следом Арники. Нельзя коснуться её и остаться незапятнанным. Нельзя войти в склеп, где проклятье хоть ложкой черпай, и выйти чистым. Хочешь доказательство магии? Ты сам и твои ощущения – оно и есть.
– Извини, я не хотел тебя оскорбить. Просто до вчерашнего дня я ни с чем подобным не сталкивался.
Адель смутилась. Во взгляде Эйнара было столько искреннего сожаления, что ей стало неловко за собственную спесь. Она уже успела привыкнуть к заносчивости компаньонов и не ожидала такого простого интереса.
Юноша стоял напротив, в густой траве, и ждал ответа. Ведьма скользнула взглядом по его одежде. Запылённой, потрёпанной. На куртке не хватало пары застёжек. Затёртые на коленях штаны намекали, что в заточении их хозяину пришлось несладко. И всё равно в Эйнаре, во всём его виде, в выражении лица сохранялось что-то очень ясное.
– Ты умеешь обращаться с этой штукой? – Адель движением головы указала на меч, который он спустил с плеча. Юноша утвердительно кивнул. – Верю. А я умею колдовать, ты тоже мне поверь.
– Я и не думал ставить под сомнение твои способности. Скорее хотел попросить помощи. Чтобы я хоть немного разобрался, что у вас тут к чему. А то никто в курс дела меня ввести не успел, – он развёл руками.
– Ладно, помогу, – сдалась она. – А сейчас идём. Вон Элий вокруг телеги козликом скачет, позабыв о больной спине.
***Лес медленно редел, и беспокойство Марики слегка улеглось. Шагавший впереди призрак, похоже, всё-таки не врал и, действительно, вёл её лучшим путём. Как будто угадав мысли, он обернулся и бросил на девушку взгляд.
– Мы почти дошли до серебряной рощи, – её провожатый остановился и указал вперёд.
– Здорово!
Поравнявшись с ним, она увидела белёсые стволы деревьев, кроны которых уходили высоко наверх, точно капители храмовых колонн.
– Потом будет овраг и берег реки. А дальше я тебя проводить не смогу. Там начинаются земли, куда призракам вход заказан, – пояснил Войтех, держась теперь около неё.
– Почему? – Марика посмотрела на него снизу вверх.
– Не положено. Мы тут гости. Мир духов – перевалочный пункт для нас, людей. Мы сюда попадаем сразу после смерти и не помним, что с нами произошло. Не помним последних минут жизни, как её потеряли. Оно и правильно, наверное. Ты хоть одну счастливую смерть видела? Я нет. Вряд ли кто-то мечтал бы за такое держаться, – он сунул руки в карманы штанов. – Призраки существуют на остатках жизненной силы. Как только она иссякнет, призрак исчезает. Точно как твой бывший.
– Кто? – Марика вспыхнула.
– Тощий парень, с которым ты говорила, когда я пришёл.
– Он не бывший, – запротестовала она и покраснела под взглядом собеседника, поняв, что он догадался о её маленькой лжи.
– Да тут все бывшие, – хохотнул призрак. – Настоящими они бывают только до гробовой доски.
– А что потом? – подумав, спросила девушка. – Что происходит с человеком, в смысле, с призраком, когда тот исчезает.
– Никто не знает, – пожал плечами Войтех. – Говорят, возвращается к первоистоку и ждёт, пока Мастер не приготовит ему новую маску и новую жизнь.
Марика уткнулась взглядом в землю. Не то чтобы она рассчитывала услышать что-то ободряющее, но от разговоров о загробном существовании ей сделалось совсем не по себе.
– Да не расстраивайся так, крошка. Он уже и не помнит ничего. Ни своей жизни, ни тебя, – выдал спутник бодро. – Вот вернёшься, найдёшь себе поухватистей и побойчее. На такую, как ты, охотников будет много!
– Откуда вы знаете, что я собираюсь вернуться? – насторожилась Марика. – Я об этом не говорила.
– Потому что ты не призрак. Они ведут себя иначе. Уж мне ли не знать?
– А вы, господин Войтех, если один из них, то как тут держитесь?
– В яблочко, куколка, – похвалил он. – У меня, знаешь ли, всегда имелся особый талант договариваться. Так что и тут пригодился.
– И что вы здесь делаете?
– Кое-что улаживаю, – поделился призрак. – Поначалу-то я тоже хотел вернуться. Но увы, слишком поздно. Моей маски было уже не получить назад. Сколько я с Мастером ни балакал, ничего не вышло. Но хоть удалось местечко себе неплохое выбить. Как видишь, и нынче здравствую! А какое тут местные вино, я тебе скажу, готовят – ух! В общем, при желании и на том свете прилично жить можно.
– Кто этот Мастер, которого вы упоминаете?
– Он делает маски для нас, людей. Прежде чем родиться, каждый из нас такую получает. Его обычно можно сыскать в Антрацитовом лесу или на Арене. Очень он любит это развлечение. Но тебе, крошка, туда ходить точно не стоит. Тем более что это в стороне от Источника, к которому тебе нужно.
– Мне не говорили про Источник, только про маску, которую я должна найти, – возразила Марика и с подозрением посмотрела на попутчика. Он понимающе улыбнулся.
– Да, народ тут не больно-то разговорчивый. Из них хоть клещами тащить будешь, не вытащишь! Видишь впереди луч света? Это – Источник Жизни. Он – путь в мир смертных. Территория вокруг него принадлежит Черпальщику. Серьёзный такой парень, заведует тут всем, что касается рождения. Если у кого-то твоя маска и завалялась, так это у него.
– Святая. Чаша. Черпальщика, – задумчиво произнесла девушка.
– Точно-точно, – подхватил Войтех весело. – Он самый. И знаешь что? У него, и вправду, есть эта херова – прости мой ценнский – плошка, которой он из источника черпает жизнь! Прям как в байках, которые мне бабуля на ночь в детстве рассказывала. Впечатлишься, когда увидишь, сапогами клянусь!
– Господин Войтех, простите мою бестактность, но могу я спросить, как давно вы умерли? – аккуратно поинтересовалась Марика. Призрак в момент потерял весь свой задор и едва заметно пожал плечами.
– А кто ж его знает. Здесь всё не так, как там. Счёт годам не отвести, – он потух взглядом, но всего на мгновение, и тут же снова взбодрился. – Но я ещё ничего! А? Ты как думаешь?
– Вполне, – согласилась девушка с улыбкой.
– Пошла бы со мной на свидание? – Войтех рассмеялся, увидев её растерянность, и мягко подтолкнул локтем под руку. – Да не тушуйся, шучу я! Лучше расскажи, откуда родом, а то нам ещё прилично идти.
***
Конский топот, точно мимо проскакал целый табун. А потом всё смолкло, и Бадвард услышал собственное дыхание.
Хорошо, значит, ещё живой. Или это очередной обман?
Он с трудом припоминал, что с ним произошло и почему теперь так паршиво. Тело гудело. В щёки впивалось что-то жёсткое.
Стиснув зубы, охотник заставил себя приподняться на непослушных руках и разлепить веки. Оказалось, что он лежал ничком на земле, уткнувшись лицом в маску. Но рассмотреть её не удалось. Приступ головной боли и озноба заставил его перекатиться набок, а потом и вовсе завалиться на спину.
