Джон Миршаймер Израильское лобби на Западе

Серия «Как устроен мир»

© Миршаймер Д., 2026

© Кинг Э., 2026

© Катайцева Э. С., перевод, 2026

© Нигматулин М. В., перевод, 2026

© ООО «Издательство Родина», 2026

Израильское лобби и внешняя политика США

Джон Миршаймер

Америка вступает в год президентских выборов. Хотя исход выборов, конечно, невозможно предсказать на данном этапе, некоторые особенности кампании легко предугадать. Кандидаты неизбежно будут расходиться во мнениях по различным внутренним вопросам, – здравоохранение, аборты, однополые браки, налоги, образование, иммиграция, – и наверняка разгорятся жаркие дебаты по множеству внешнеполитических вопросов. Какого курса действий должны придерживаться Соединенные Штаты в Ираке? Как лучше всего реагировать на кризис в Дарфуре, ядерные амбиции Ирана, враждебность России к НАТО и растущую мощь Китая? Как Соединенные Штаты должны решать проблемы глобального потепления, бороться с терроризмом и обратить вспять эрозию своего международного имиджа? По этим и многим другим вопросам мы можем с уверенностью ожидать оживленных разногласий между различными кандидатами. Однако в одном вопросе мы можем быть уверены, что кандидаты будут выступать единым фронтом. В 2008 году, как и в предыдущие годы, серьезные кандидаты на высший пост в стране приложат немало усилий, чтобы выразить свою глубокую личную приверженность одной зарубежной стране – Израилю, а также свою решимость поддерживать еврейское государство со стороны США. Каждый кандидат подчеркнет, что он или она полностью осознает множество угроз, стоящих перед Израилем, и даст понять, что в случае избрания Соединенные Штаты сохранят твердую приверженность защите интересов Израиля при любых обстоятельствах. Ни один из кандидатов, скорее всего, не станет критиковать Израиль или говорить о том, что Соединенным Штатам следует проводить более взвешенную политику в регионе. А те, кто это сделает, скорее всего, окажутся на обочине.

Это наблюдение вряд ли можно назвать смелым прогнозом, поскольку претенденты на пост президента уже в начале 2007 года заявляли о своей поддержке Израиля. Процесс начался в январе, когда четыре потенциальных кандидата выступили на ежегодной израильской конференции «Герцлия», посвященной вопросам безопасности. Как пишет Джошуа Митник в Jewish Week, они «похоже, соревновались в том, кто наиболее решительно выступит в защиту еврейского государства». Выступая по спутниковой связи, Джон Эдвардс, кандидат в вице-президенты от Демократической партии в 2004 году, сказал своим израильским слушателям, что «ваше будущее – это наше будущее», и заявил, что связь между Соединенными Штатами и Израилем «никогда не будет разорвана». Бывший губернатор Массачусетса Митт Ромни говорил о том, что находится «в стране, которую я люблю, с людьми, которых я люблю», и, зная о глубокой обеспокоенности Израиля возможным ядерным Ираном, провозгласил, что «настало время для мира сказать три истины: (1) Иран должен быть остановлен; (2) Иран может быть остановлен; (3) Иран будет остановлен!». Сенатор Джон Маккейн (R-AZ) заявил, что «когда речь идет о защите Израиля, мы просто не можем идти на компромисс», а бывший спикер Палаты представителей Ньют Гингрич (R-GA) сказал аудитории, что «Израиль стоит перед лицом самой большой опасности для своего выживания со времен победы 1967 года».

Вскоре после этого, в начале февраля, сенатор Хиллари Клинтон (D-NY) выступила в Нью-Йорке перед местным отделением влиятельного Американского комитета по общественным делам Израиля (AIPAC), где сказала, что в этот «момент больших трудностей для Израиля и большой опасности для него… жизненно важно, чтобы мы поддерживали нашего друга и союзника и придерживались наших собственных ценностей. Израиль – это маяк добра в соседнем мире, омраченном злом радикализма, экстремизма, деспотизма и терроризма». Месяц спустя один из ее соперников за выдвижение в кандидаты от Демократической партии, сенатор Барак Обама (D-IL), выступил перед аудиторией AIPAC в Чикаго. Обама, который в прошлом выражал некоторое сочувствие к судьбе палестинцев и кратко упомянул о «страданиях» палестинцев во время предвыборного выступления в марте 2007 года, недвусмысленно похвалил Израиль и дал понять, что не сделает ничего, чтобы изменить американо-израильские отношения. Другие кандидаты в президенты, включая сенатора Сэма Браунбэка (штат Северная Каролина) и губернатора Нью-Мексико Билла Ричардсона, выражали произраильские настроения с такой же или большей горячностью.

Чем объясняется такое поведение? Почему между кандидатами в президенты так мало разногласий по поводу Израиля, в то время как между ними существуют глубокие разногласия почти по всем другим важным вопросам, стоящим перед Соединенными Штатами, и когда очевидно, что ближневосточная политика Америки пошла вкривь и вкось? Почему Израиль получает от кандидатов в президенты «бесплатный пропуск», когда его собственные граждане часто глубоко критикуют его нынешнюю политику, и когда те же самые кандидаты в президенты готовы критиковать многое из того, что делают другие страны? Почему Израиль, как ни одна другая страна в мире, получает такое постоянное почтение от ведущих американских политиков?

Кто-то может сказать, что это потому, что Израиль является жизненно важным стратегическим активом для Соединенных Штатов. Ведь он, как утверждается, является незаменимым партнером в «войне с террором». Другие ответят, что есть весомые моральные аргументы в пользу безоговорочной поддержки Израиля, поскольку это единственная страна в регионе, которая «разделяет наши ценности». Но ни один из этих аргументов не выдерживает честной проверки. Тесные отношения Вашингтона с Иерусалимом затрудняют, а не облегчают победу над террористами, которые сейчас нацелены на Соединенные Штаты, и одновременно подрывают позиции Америки среди важных союзников по всему миру. Теперь, когда холодная война закончилась, Израиль стал стратегической обузой для Соединенных Штатов. Однако ни один начинающий политик не скажет об этом публично и даже не заикнется о такой возможности.

Не существует также убедительных моральных оснований для некритичных и бескомпромиссных отношений Америки с Израилем. Существуют веские моральные аргументы в пользу существования Израиля, и у Соединенных Штатов есть веские причины для того, чтобы помогать Израилю, если его выживание окажется под угрозой. Однако, учитывая жестокое обращение Израиля с палестинцами на оккупированных территориях, моральные соображения могли бы подсказать Соединенным Штатам, что они должны проводить более ровную политику по отношению к обеим сторонам и, возможно, даже склониться на сторону палестинцев. Однако мы вряд ли услышим, чтобы такое мнение высказывал тот, кто хочет стать президентом, или тот, кто хотел бы занять место в Конгрессе.

Настоящая причина такой почтительности американских политиков заключается в политической силе израильского лобби. Лобби – это свободная коалиция отдельных лиц и организаций, которая активно работает над тем, чтобы изменить внешнюю политику США в произраильском направлении. Как мы подробно опишем, это не единое движение с центральным руководством, и уж точно не кабала или заговор, который «контролирует» внешнюю политику США. Это просто мощная группа интересов, состоящая как из евреев, так и из язычников, чья общепризнанная цель – отстаивать интересы Израиля в Соединенных Штатах и влиять на американскую внешнюю политику так, чтобы, по мнению ее членов, это было выгодно еврейскому государству. Различные группы, входящие в лобби, не согласны друг с другом по всем вопросам, хотя и разделяют стремление развивать особые отношения между Соединенными Штатами и Израилем. Как и усилия других этнических лобби и групп интересов, деятельность различных элементов израильского лобби является законной формой демократического политического участия, и в большинстве своем она соответствует давней американской традиции деятельности групп интересов.

Поскольку израильское лобби постепенно превратилось в одну из самых влиятельных групп интересов в Соединенных Штатах, кандидаты на высокие посты обращают пристальное внимание на его пожелания. Лица и группы в США, составляющие лобби, глубоко заботятся об Израиле и не хотят, чтобы американские политики критиковали его, даже когда критика может быть оправдана и отвечает интересам самого Израиля. Вместо этого эти группы хотят, чтобы американские лидеры относились к Израилю так, как если бы он был пятьдесят первым штатом. И демократы, и республиканцы боятся влияния лобби. Все они знают, что у любого политика, оспаривающего его политику, мало шансов стать президентом.

Политическое влияние лобби важно не потому, что оно влияет на высказывания кандидатов в президенты во время предвыборной кампании, а потому, что оно оказывает значительное влияние на американскую внешнюю политику, особенно на Ближнем Востоке. Действия Америки в этом нестабильном регионе имеют огромные последствия для людей во всем мире, особенно для тех, кто там живет. Только подумайте о том, как неправильно начатая администрацией Буша война в Ираке отразилась на многострадальном народе этой разрушенной страны: десятки тысяч погибших, сотни тысяч вынужденных покинуть свои дома, жестокая межконфессиональная война, которой не видно конца. Война также стала стратегической катастрофой для Соединенных Штатов и вызвала тревогу и угрозу для американских союзников как в регионе, так и за его пределами. Вряд ли можно представить себе более яркую и трагическую демонстрацию того, какое воздействие – во благо или во вред – могут оказать Соединенные Штаты, когда они пускают в ход всю имеющуюся в их распоряжении мощь.

Соединенные Штаты участвовали в событиях на Ближнем Востоке с первых дней существования Республики, причем большая часть этой деятельности была сосредоточена на образовательных программах или миссионерской работе. Для некоторых библейское увлечение Святой землей и ролью иудаизма в ее истории привело к поддержке идеи восстановления еврейского народа на родине, и эта точка зрения была поддержана некоторыми религиозными лидерами и, в целом, несколькими американскими политиками. Но было бы ошибкой рассматривать эту историю скромного и по большей части частного участия как корень роли Америки в регионе после Второй мировой войны и особенно ее необычных отношений с Израилем сегодня. В период между разгромом барбарийских пиратов двести лет назад и Второй мировой войной Соединенные Штаты не играли никакой значительной роли в обеспечении безопасности в регионе, и американские лидеры не стремились к этому. Вудро Вильсон, правда, одобрил Декларацию Бальфура 1917 года (в которой выражалась поддержка Великобританией создания еврейской родины в Палестине), но Вильсон практически ничего не сделал для продвижения этой цели. Действительно, наиболее значительное участие США в этот период – миссия по сбору фактов, направленная в регион в 1919 году Парижской мирной конференцией под руководством американцев Генри Черчилля Кинга и Чарльза Крейна, – она заключила, что местное население выступает против продолжения сионистских набегов и рекомендует отказаться от создания независимой еврейской родины. Однако, как отмечает историк Маргарет Макмиллан, «никто не обратил на это ни малейшего внимания». Возможность предоставления США мандата на часть Ближнего Востока рассматривалась недолго, но так и не была реализована, а Великобритания и Франция в итоге поделили между собой соответствующие части Османской империи.

Со времен Второй мировой войны Соединенные Штаты играют важную и неуклонно растущую роль в вопросах безопасности на Ближнем Востоке, что было обусловлено сначала нефтяными, затем антикоммунистическими и, со временем, растущими отношениями с Израилем. Первым значительным участием Америки в политике безопасности региона стало зарождающееся партнерство с Саудовской Аравией в середине 1940-х годов (задуманное обеими сторонами как сдерживание британских амбиций в регионе), а ее первыми официальными союзническими обязательствами стали включение Турции в НАТО в 1952 году и антисоветский Багдадский пакт в 1954 году. После поддержки создания Израиля в 1948 году американские лидеры пытались занять сбалансированную позицию между Израилем и арабами и тщательно избегали принятия каких-либо официальных обязательств в отношении еврейского государства, опасаясь поставить под угрозу более важные стратегические интересы. Ситуация постепенно менялась в течение последующих десятилетий в ответ на такие события, как Шестидневная война, продажа советского оружия различным арабским государствам и рост влияния произраильских групп в Соединенных Штатах. Учитывая эту драматическую трансформацию роли Америки в регионе, не имеет смысла пытаться объяснить нынешнюю политику США – и особенно ту щедрую поддержку, которая сегодня оказывается Израилю, – ссылками на религиозные убеждения ушедшей эпохи или радикально иные формы американского участия в прошлом. В нынешних особых отношениях между Соединенными Штатами и Израилем нет ничего неизбежного или предопределенного.

Со времен Шестидневной войны 1967 года главной особенностью и, возможно, центральным направлением ближневосточной политики Америки являются отношения с Израилем. На протяжении последних четырех десятилетий Соединенные Штаты оказывают Израилю материальную и дипломатическую поддержку, которая превосходит ту, что они оказывают другим странам. Эта помощь в основном носит безусловный характер: независимо от того, что делает Израиль, уровень поддержки остается по большей части неизменным. В частности, Соединенные Штаты неизменно отдают предпочтение Израилю перед палестинцами и редко оказывают давление на еврейское государство, чтобы оно прекратило строительство поселений и дорог на Западном берегу. Хотя президенты Билл Клинтон и Джордж Буш-старший открыто выступали за создание жизнеспособного палестинского государства, ни один из них не был готов использовать американские рычаги влияния, чтобы сделать этот результат реальностью.

Соединенные Штаты также проводили политику на Ближнем Востоке, которая отражала предпочтения Израиля. Например, с начала 1990-х годов американская политика в отношении Ирана в значительной степени зависела от пожеланий сменявших друг друга израильских правительств. В последние годы Тегеран предпринял несколько попыток улучшить отношения с Вашингтоном и урегулировать сохраняющиеся разногласия, но Израиль и его американские сторонники сумели помешать любой разрядке между Ираном и США и отдалить эти две страны друг от друга. Другой пример – поведение администрации Буша во время войны Израиля против Ливана летом 2006 года. Почти все страны мира подвергли жесткой критике израильскую кампанию бомбардировок, в результате которой погибло более тысячи ливанцев, в основном мирных жителей, – но Соединенные Штаты не сделали этого. Вместо этого они помогли Израилю вести войну, а видные представители обеих политических партий открыто защищали поведение Израиля. Такая безоговорочная поддержка Израиля подорвала проамериканское правительство в Бейруте, укрепила «Хезболлу» и привела к сближению Ирана, Сирии и «Хезболлы» – результаты, которые вряд ли были выгодны Вашингтону и Иерусалиму.

Многие политики, проводимые в интересах Израиля, теперь ставят под угрозу национальную безопасность США. Сочетание неослабевающей поддержки Израиля со стороны США и длительной оккупации Израилем палестинских территорий подогревает антиамериканизм во всем арабском и исламском мире, тем самым усиливая угрозу международного терроризма и затрудняя Вашингтону решение других проблем, таких как остановка ядерной программы Ирана. Поскольку Соединенные Штаты сейчас настолько непопулярны в регионе, арабские лидеры, которые в противном случае могли бы разделять цели США, не желают открыто помогать нам, что подрывает усилия США по решению целого ряда региональных проблем.

Эта ситуация, не имеющая аналогов в американской истории, сложилась в первую очередь благодаря деятельности израильского лобби. Хотя другим группам особых интересов – в том числе этническим лобби, представляющим американцев кубинского происхождения, американцев ирландского происхождения, американцев армянского происхождения и американцев индийского происхождения, – удалось изменить внешнюю политику США в выгодном для них направлении, ни одно этническое лобби не отклоняло эту политику так далеко от того, что в противном случае предполагали бы американские национальные интересы. Израильское лобби успешно убедило многих американцев в том, что американские и израильские интересы по сути идентичны. На самом деле это не так.

Хотя эта книга посвящена в первую очередь влиянию лобби на внешнюю политику США и его негативному воздействию на американские интересы, влияние лобби непреднамеренно нанесло вред и Израилю. Возьмем, к примеру, израильские поселения, которые даже такой симпатизирующий Израилю писатель, как Леон Визельтир, недавно назвал «моральной и стратегической ошибкой исторического масштаба». Положение Израиля сегодня было бы лучше, если бы Соединенные Штаты давно использовали свои финансовые и дипломатические рычаги, чтобы убедить Израиль прекратить строительство поселений на Западном берегу и в секторе Газа, а вместо этого помогли бы ему создать на этих землях жизнеспособное палестинское государство. Однако Вашингтон не сделал этого во многом потому, что попытка сделать это обошлась бы политически дорого любому президенту. Как уже отмечалось выше, Израилю было бы гораздо лучше, если бы Соединенные Штаты сказали ему, что его военная стратегия ведения войны в Ливане в 2006 году обречена на провал, а не рефлекторно одобрили и поддержали ее. Затрудняя или делая невозможным для американского правительства критиковать поведение Израиля и заставлять его изменить некоторые из своих контрпродуктивных политик, лобби, возможно, даже ставит под угрозу долгосрочные перспективы еврейского государства.

Трудно говорить о влиянии лобби на американскую внешнюю политику, по крайней мере в основных средствах массовой информации США, не будучи обвиненным в антисемитизме или заклейменным евреем-самоненавистником. Так же трудно критиковать израильскую политику или ставить под сомнение поддержку Израиля со стороны США в вежливой компании. Щедрая и безоговорочная поддержка Израилю со стороны Америки редко подвергается сомнению, потому что группы лобби используют свою власть, чтобы убедиться, что общественный дискурс повторяет их стратегические и моральные аргументы в пользу особых отношений.

Реакция на книгу бывшего президента Джимми Картера «Палестина: мир, а не апартеид» прекрасно иллюстрирует этот феномен. Книга Картера – это личный призыв к возобновлению американского участия в мирном процессе, основанный в основном на его значительном опыте в решении этих вопросов за последние три десятилетия. Разумные люди могут оспаривать его доказательства или не соглашаться с его выводами, но его конечная цель – мир между этими двумя народами, и Картер недвусмысленно защищает право Израиля жить в мире и безопасности. Однако из-за того, что он считает, что политика Израиля на оккупированных территориях напоминает режим апартеида в Южной Африке, и публично заявил, что произраильские группы мешают американским лидерам оказывать давление на Израиль с целью добиться мира, ряд тех же групп развернули против него злобную клеветническую кампанию. Картера не только публично обвинили в антисемитизме и «жидоненавистничестве», некоторые критики даже обвинили его в симпатиях к нацистам. Поскольку лобби стремится сохранить нынешние отношения в неприкосновенности, а его стратегические и моральные аргументы очень слабы, у него нет иного выбора, кроме как пытаться подавить или маргинализировать серьезные дискуссии.

И все же, несмотря на усилия лобби, значительное число американцев – почти 40 процентов – признают, что поддержка США Израиля является одной из главных причин антиамериканизма во всем мире. Среди элиты этот показатель значительно выше. Более того, удивительно много американцев понимают, что лобби оказывает значительное, не всегда положительное влияние на внешнюю политику США. В ходе общенационального опроса, проведенного в октябре 2006 года, 39% респондентов заявили, что считают «работу израильского лобби в Конгрессе и администрации Буша ключевым фактором для начала войны в Ираке, а теперь и противостояния с Ираном». В ходе опроса, проведенного в 2006 году среди американских ученых в области международных отношений, 66% респондентов заявили, что согласны с утверждением, что «израильское лобби имеет слишком большое влияние на внешнюю политику США». Хотя американский народ в целом симпатизирует Израилю, многие из них критически относятся к определенной израильской политике и готовы отказаться от американской помощи, если действия Израиля будут противоречить интересам США.

Конечно, американская общественность была бы еще более осведомлена о влиянии лобби и более жестко настроена по отношению к Израилю и его особым отношениям с США, если бы эти вопросы обсуждались более открыто. Тем не менее, можно задаться вопросом, почему, учитывая мнение общественности о лобби и Израиле, политики и политические деятели так неохотно критикуют Израиль и ставят помощь Израилю в зависимость от того, приносят ли его действия пользу Соединенным Штатам. Американский народ, конечно же, не требует от своих политиков поддержки Израиля в дальнейшем. По сути, существует явная пропасть между тем, что широкая общественность думает об Израиле и его отношениях с Соединенными Штатами, и тем, как правящая элита в Вашингтоне проводит американскую политику.

Главная причина такого разрыва – грозная репутация лобби внутри пояса. Оно не только оказывает значительное влияние на политический процесс как в демократических, так и в республиканских администрациях, но еще более влиятельно на Капитолийском холме. Журналист Майкл Массинг сообщает, что один из сотрудников Конгресса, симпатизирующий Израилю, сказал ему: «Мы можем рассчитывать на то, что более половины членов Палаты представителей – от 250 до 300 человек – будут рефлекторно делать все, что захочет AIPAC». Стивен Розен, бывший сотрудник AIPAC, которому были предъявлены обвинения в передаче Израилю секретных правительственных документов, проиллюстрировал могущество AIPAC для Джеффри Голдберга из New Yorker, положив перед ним салфетку и сказав: «Через двадцать четыре часа на этой салфетке могут быть подписи семидесяти сенаторов». Это не пустые бахвальства. Как станет ясно, когда вопросы, связанные с Израилем, выходят на первый план, Конгресс почти всегда голосует в поддержку позиций лобби, причем, как правило, в подавляющем большинстве случаев.

Поскольку Соединенные Штаты являются плюралистической демократией, где гарантирована свобода слова и объединений, было неизбежно, что группы интересов будут доминировать в политическом процессе. Для нации иммигрантов было столь же неизбежно, что некоторые из этих групп интересов будут формироваться по этническому признаку и пытаться различными способами влиять на внешнюю политику США. Американцы кубинского происхождения лоббировали сохранение эмбарго в отношении режима Кастро, американцы армянского происхождения добивались от Вашингтона признания геноцида 1915 года и, в последнее время, ограничения отношений США с Азербайджаном, а американцы индейского происхождения выступали в поддержку недавно заключенного договора о безопасности и соглашений о ядерном сотрудничестве. Подобная деятельность была центральной чертой американской политической жизни с момента основания страны, и указание на нее редко вызывает споры. Однако американцам явно сложнее открыто говорить об израильском лобби. Отчасти это связано с самим лобби, которое охотно рекламирует свое влияние и стремится оспорить любого, кто предполагает, что его влияние слишком велико или может нанести ущерб интересам США. Есть, однако, и другие причины, по которым труднее вести откровенный разговор о влиянии израильского лобби. Начнем с того, что оспаривание практики и последствий деятельности израильского лобби может показаться некоторым равносильным оспариванию легитимности самого Израиля. Поскольку некоторые государства до сих пор отказываются признавать Израиль, а некоторые критики Израиля и лобби ставят под сомнение его легитимность, многие его сторонники могут воспринимать даже благонамеренную критику как скрытый вызов существованию Израиля. Учитывая сильные чувства, которые многие люди испытывают к Израилю, и особенно его важную роль в качестве убежища для еврейских беженцев после Холокоста и центрального фокуса современной еврейской идентичности, неизбежно возникнет враждебная и защитная реакция, когда люди подумают, что его легитимность или существование подвергаются нападкам.