Полная версия:
Дмитрий Ледвий Инструмент Творца
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Не переживай, – инженер сменил тон на патетический. – Без него, конечно, проэтапим эксперимент, но психоэмоциональный настрой руководителя научной группы на успех опустится до нежелательных значений. А меня Марин, прости, пошутить захотелось, да вижу, что не вышло… Ты умница, как всегда!
– Не понимаю? Александр Владимирович, не мучайте.
– Чайник. Начинать ответственный эксперимент без кружки ароматного чая я считаю неправильным. Да и булочки, купленные Алексеем, выглядят аппетитно. Желающие – присоединяйтесь!
Инженер прошел к журнальному столику, который вместе с кожаным потертым диваном и тремя деревянными стульями образовывал скромный, но вполне уютный уголок для отдыха, и включил электрический чайник. Выпив по кружке чая и обсудив несколько несвязанных с ближайшими испытаниями вопросов, научная группа заняла свои места и приступила к работе.
– Повторим вчерашний успех, затем понаблюдаем, фиксируя параметры. Положим на лопатки светил наук! – инженер растер ладошки и нажал «ввод» на клавиатуре.
– Повторим вчерашний успех? – переспросил астроном.
– Ну, да! Надеюсь, получится, – не придал значения удивлению астронома инженер. – Начинаем!
Раздался звонок. Инженер хотел дать дальнейшие указания, но тут взгляд остановился на том месте, где вчера была поставлена бутылка шампанского. Неожиданная мысль мелькнула в голове.
– А бутылку, зачем убрали?
– Какую бутылку, Александр Владимирович? – первой поинтересовалась Марина, не отводя глаз от монитора.
– Шампанского! Ты ее вчера из шкафчика достала и вот тут поставила по моей просьбе – удачу приманивать, – инженер смягчал голос, боясь повторно показаться грубым.
Марина повернулась, посмотрела на астронома и Алексея и поняла, что и они находились в некотором замешательстве.
– Мы вчера никаких бутылок не доставали, Александр Владимирович, – как бы оправдываясь за всех, не желая оставлять себя одну при общении с инженером в совершенно непонятной истории, ответила Марина. – Шампанское, где было последних несколько лет, там и остается.
– Марина права. Вчера мы закончили и поехали домой, как обычно, – поддержал Алексей.
Уверенность Алексея совершенно обескуражил инженера, который, не зная чем возразить, решил просто отшутиться, оставив загадку с бутылкой шампанского неразгаданной.
– Разыгрываете! Юмор в помощь: с приподнятым настроением и дело ладится. Согласен, черт с ней с бутылкой. Оборудование давно в режиме ожидания и зря электроэнергию тратит. Давайте по вчерашним координатам Сверхпустоты Эридана. Марина и Алексей, вы готовы?
Последовал утвердительный ответ.
– Приступили!
Как и вчера, послышался негромкий треск из камеры блока «Б» и над входом загорелась красная лампа. На минуту зависла тишина.
– Марина, есть регистрация сигнала? – инженер не выдержал ожидания.
– Нет, – покачала головой она.
– Странно? Вчера идеально. Неужели сбой в программе? Проклятье!
Астроном, Марина и Алексей переглянулись между собой.
– Александр Владимирович, мы вас совсем не понимаем, – робко обратилась Марина. – Вы так уверенны, будто реально что-то…
– Как что-то? Сигнал, синхронизация! – перебил нервно инженер.
– Сигнал?! – вмешался астроном.
– Перестаньте, не смешно уже. Вчера мы впервые удачно выполнили эксперимент, а сегодня собрались повторить для фиксации результатов. Разве не так?!
– Действительно, вчера экспериментировали по новым координатам: три раза пытались, правда, безрезультатно, – астроном в противовес говорил размеренно.
– Безрезультатно?! Не получали сигнал?!
– Нет, не получали.
– Устали вы сильно, – попробовал Алексей оправдать замешательство и странные воспоминания инженера. – Работа вас совсем измотала.
Напряжение росло. Недопонимание сложившейся ситуации ставило инженера в крайне глупое положение перед остальными: он один помнил об успехе, а коллеги утверждали обратное.
– Подождите, совсем ничего не понимаю? Синхронизации не было?!
– Не было, – подтвердил астроном, также переставший что-либо понимать.
– И вы подтверждаете! – голос инженера повысился. – Вы! Вы же сами вчера сделали верные расчеты! Как же вы не помните?! Как?! А сейчас вы все пытаетесь убедить, что мне почудилось, или приснилось. Хватит! Кто-то объяснит разыгранный спектакль?!
– Александр Владимирович, странная ситуация, очень странная, – тщательно подбирала правильные ноты Марина. – Не знаю, как поступить? Хотите, записи вчерашние посмотрим?
О записях инженер совершенно не подумал; неожиданно напомнившая о них Марина остановила начинающуюся в нем бурю, готовую вот-вот выйти наружу. Он глубоко вдохнул и спокойно, не спеша, выдохнул, закрыв глаза.
– Включай, Марина, – тихо согласился он.
На мониторе закрутилась запись с видеокамеры. Просмотр длился около получаса, восстанавливая хронологию предыдущего эксперимента. Запись определенно показала, что никаких успехов не достигли, и их основным отличием от предыдущих попыток было лишь то, что в группе появился новый сотрудник – астроном.
– Александр Владимирович, вы сильно изматываетесь. Дайте себе отдохнуть.
– Спасибо, Марина. Извините меня. Нашло… Прервемся. Пойду, прогуляюсь.
Инженер медленно шел по прогулочной дорожке, тянувшейся мимо различных строений Центра. Прошедший дневной дождик увлажнил и остудил воздух. Встречались пешеходы; он автоматически здоровался, не обращая внимания на лица и приветствия, погрузившись в мучающие переживания.
«Странно? Как странно? Я полностью уверен во вчерашнем дне. Не мог я забыть! Забыть… Четко помню, полностью, каждую подробность. На видео совсем по-другому: там как в прошлые разы – неудачно, только астроном появился. Не понимаю?»
Приветствие от очередного встречного прохожего на секунду отвлекло. Обрати инженер получше внимание, он непременно бы заметил среднего возраста мужчину, одетого по моде восьмидесятых годов прошлого столетия. Но инженер находился в своем внутреннем мире, ища объяснения воспоминаниям не свершившихся событий.
«У меня галлюцинации? Или приснилось? Вчера мы приехали в лабораторию, обсудили детали, подготовили оборудование, перекусили и приступили к испытаниям. Я попросил астронома сделать расчеты. Далее ввели данные, отправили сигнал и моментально получили ответ. Эксперимент мною был остановлен, зафиксировали показатели, достали бутылку шампанского и поехали домой. Черт с ним с шампанским! Но координаты «цели»! Ведь они были ключом к нашему успеху! Я хорошо помню их. А на записи? Там три раза безрезультатно. Мы какие координаты вводили? Надо заново просмотреть записи: сравнить координаты на них с моими, из памяти.»
– Проветрились? – поинтересовался астроном у вернувшегося с прогулки инженера.
– Да, спасибо.
– Предлагаю закончить. Впереди выходные: отдохнем, а в понедельник со свежими силами вернемся. Подумайте, – астроном перед этим завершил повторно изучать вчерашнюю видеозапись и убрал во внутренний карман куртки маленький блокнот.
Инженер проследовал вдоль стола и сел на диван, вытянув ноги и сложив руки в замок на животе. Его взгляд был отстраненным, направленным вниз, к своей намокшей во время прогулки обуви.
– Совсем промокли. Хороший дождик. Пару луж не заметил – прямо по ним прошлепал, – он не отрывал взгляда от своих ног.
– Вам подсушиться бы, – заботливо посоветовала Марина. – Простынете.
– Благодарю за заботу, потерплю. Лучше, Марин, давай еще разок записи прокрутим. Меня интересуют координаты «цели».
– Я быстро, – она засуетилась. – Вы очень уставшим выглядите.
– Не долго – посмотрим только…
– Подожди, Марина, – остановил астроном. – Координаты я помню, да и вот расчеты. Смотрите! Три разных варианта.
Астроном взял из стопки бумаги исписанные верхние листки бумаги и подал инженеру.
– Значит, по этим координатам вчера сигнал посылали?
– По этим. Три раза. И запись есть.
– Нет, нет! Я не спорю! Сам себя проверяю, – поспешил успокоить всех инженер в том, что он не намерен заново начинать доказывать свою правоту. – Результат был отрицательным, я знаю. Переутомился. Поддерживаю идею – экспериментировать прекращаем. Предлагаю пообедать в столовой и разъехаться по своим делам. Продолжим в понедельник, а по времени оповещу заранее.
На улице снова закропил дождь, перерастая в ливень. Не успевшие высохнуть лужи наполнялись свежей водой, пузырились при падении тяжелых капель.
– Хороший день отдохнуть дома, – выходя из столовой, заметил астроном, накидывая капюшон куртки. – Люблю провести пару дней под шум дождя, спокойную музыку и с увлекательной книгой в руках. Чтение книг меня всегда успокаивает, помогает переосмыслить сделанное и обдумать дальнейшее. Но больше трех дней затянется – и настроение под стать погоде. Да и без звездного неба заскучаю.
Марина с Алексеем задержались за обедом, а инженер, вышедший сразу за астрономом, пытался раскрыть старый черный зонт, захваченный с собой из лаборатории.
– Давно бы выкинул! Чего жалею?
Зонт, по всей видимости, услышал угрозы инженера и предпочел подчиниться, нехотя раскрывшись, чтобы послужить хозяину.
– А мне хочется оставить всё, забрать семью и рвануть подальше, отдыхать, не о чем не думая. Очень редко собираемся.
– Обязательно отдохните на этих выходных: съездите в небольшое загородное путешествие, снимите домик рядом с водоемом и лесом подальше от шума и суеты.
– Я подумаю. Спасибо за совет. Хорошая идея, выехать загород: у нас есть одно памятное место, где раньше любили останавливаться.
По пути домой они почти не разговаривали друг с другом; погода совсем испортилась, и каждый был занят собственными мыслями, думал о предстоящих заботах.
– Меня, пожалуйста, здесь, – указал астроном на парковку около продуктового магазина. – Приятно отдохнуть. До понедельника.
– Да, до понедельника.
Стоянка у дома, построенного в форме гигантского эллипсоидного цилиндра, еще не успела заполниться. Инженер, оставив непослушный зонт в машине, быстрыми шагами дошел до подъезда. Справа от входа, на стене, большая цифра восемь обозначала порядковый номер.
– Есть горизонтальная бесконечность, а есть и вертикальная, – вспомнил он шутку жены, и зашел в дом.
– Рано? – удивилась жена редкому случаю встретиться с мужем дома в будни днем.
– Отдохнуть решили… Устали колдовать, так что до понедельника на работу ни нагой! А Оля где?
– С подругами. Ты ей, конечно, не позвонил? – с упреком спросила Маша, вешая в шкаф-купе только что снятый с себя плащ, так как сама вернулась домой за минуту до прихода мужа.
– Заработался, – привычно виновато ответил инженер, – я поговорю с ней, извинюсь. Обязательно поговорю…
– Не обещай,– с интонацией безнадежности прозвучал голос жены. – Обед разогреть?
– Мы на работе перекусили. Чай, разве…
Жена прошла на кухню включить чайник, задержалась у окна.
– Погода испортилась. Вчера весь день ясно и тепло; вечером северное сияние посмотрели. Никогда не видела.
– Северное сияние? – не понял инженер. – Новое телевизионное шоу?
– Какое шоу?! – в сою очередь не поняла жена. – Вчера вечером на небе даже северное сияние было. Наблюдали во всех регионах. В наших широтах очень редкое природное явление. Неужели пропустил?!
– Пропустил…
– Вы со своими экспериментами ничего не видите… И новости не смотрел и не слышал?
– Нет. Во сколько?
– Поздно…
– По времени помнишь?
– Стемнело почти: часов десять, начало одиннадцатого. Посмотри в интернете…
– Совпадает…, – задумчиво произнес инженер.
– Не понимаю, что совпадает?
– Как раз эксперимент полным ходом шел, – отвлекся от размышлений он. – Вот и совпадает. Жалко, с удовольствием посмотрел бы.
Инженер закончил переодеваться в домашнюю одежду, зашел на кухню и сел за стол; горячий чай с парой бутербродов дожидались его. Он взял кружку в руки, подул.
– Маш, давай завтра съездим за город, отдохнем семьей? – мягче попытался начать он. – Давно не собирались вместе. Хочется туда, помнишь.
Жена посмотрела: она не сразу обратила внимание на появляющиеся в ее муже перемены. Былой оптимизм пропал, а накопившаяся усталость и эмоциональное напряжение постепенно выходили наружу, формируя вид отрешенного замученного человека.
– Выглядишь скверно. Не заболел ли? – заботливо поинтересовалась Маша.
– Да нет, – махнул рукой инженер. – Поедем?..
– У дочери уроки: к экзаменам готовится. Да и тебе лучше меньше за рулем сидеть.
– Простая усталость: посплю, и в норме. А уроки успеет…
– Вот ты сначала с ней реши, а после обсудим. Пойду, полежу, что-то тоже недомогаю. В ближайшие дни магнитные бури сильные передали…
Инженер остался один. Недопитый чай охладел. Он отставил кружку в сторону, медленно поднялся, прошел в гостиную и лег на диван, включив телевизор. Жена упрямилась, обижалась: в последние годы они редко собирались семьей. Раньше по-другому: часто вместе проводили праздники, ходили в кино, цирк, зоопарк, выезжали на природу, ездили отдыхать на море. С началом проекта их семейная жизнь постепенно менялась: он больше и больше погружался в работу, отдаляясь от остального, а жена и дочь привыкали меньше обращать на него внимание…
Глава 4. Подарок от…
– На самообслуживание! – предложил молодой голос девушки, сотрудницы круглосуточного магазина, расставляющей товары с противоположной стороны стеллажа.
– Доброй ночи, Кристина. Подрабатываешь…
– Ой! – круглое личико выглянуло из-за цветных коробок с конфетами и плиток шоколада, уложенного пирамидками. – Сергей Федорович, вы! Подрабатываю… по ночам. Первый раз в этом магазине…
– Не упадет?.. – обратил внимание астроном на шоколадную пирамидку, покосившуюся от нечаянного прикосновения плеча девушки, студентки третьего курса кафедры, возглавляемой им.
– Спасибо, не заметила, – шоколадные плитки моментально сложились в установленную порядком форму. – Мне ваши лекции по астрономии очень нравятся; конспекты с собой на работу ношу…
– Приятно слышать, – несколько сконфузился астроном, так как всегда сомневался в том, как вежливее ответить, когда его хвалили. – Жду на парах. До свидания.
– До свидания, Сергей Федорович, – попрощалась и Кристина, но вдруг остановила своего преподавателя.
– Сергей Федорович! – поспешно окрикнула она. – Сергей Федорович!
– Что-то случилось?! – обернулся астроном.
– Сергей Федорович, можно узнать ваше мнение?
– Слушаю?
– Я с однокурсниками поспорила, что появление вчера вечером северного сияния в наших широтах невозможно, а на небе наблюдалось свечение, вызванное искусственным воздействием на атмосферу Земли; ну, если бы проводили испытания военные, или ученые… Вы как считаете?
– Кристина, я не совсем понимаю, о чем ты говоришь?
– Вчера вечером на небе… Яркое свечение: красное, зеленое… На северное сияние сильно похоже. Даже в новостях сообщали, – совсем не скрываемое удивление выразилось на лице девушки.
– Не замечал…, – отстраненно произнес астроном, погрузившись в размышления.
– Простите, Сергей Федорович. Просто подумала, что вы видели и знаете.
– Ничего страшного, Кристина. Пропустил… Еще раз до свидания.
– И вам, Сергей Федорович, до свидания.
На терминале самообслуживания астроном оплатил покупку, и, кивнув головой в знак приветствия встретившемуся в дверях знакомому, столь же позднему, как и он, покупателю, направился домой…
Сон пропал рано, и он, не желая лежать в кровати, встал, заправил ее и, умывшись, сел на кухне завтракать, предварительно прихватив с собой ежедневник, в котором иногда записывал интересные мысли, или, что реже, нахлынувшее и удачно сложившееся стихотворение.
– Складно:
Мне приснился старый сон,
Мы лежим с тобой вдвоем,
Ты целуешь меня нежно,
Я в тебя в века влюблен.
Старый сон приснился снова,
Мы лежим, одно лишь слово,
Слышу я в дыхании сна,
Тихим шепотом: «Твоя…».
– Твоя…, – повторил астроном. – Кажется, неплохо.
Ежедневник закрылся. Глоток остывшего крепкого чая удовольствия не доставил, и он вылил остатки в раковину, сполоснул кружку.
– Твоя… Была твоя, да теперь чужая.
Позвал звонок оставленного в спальне телефона. Астроном поспешил ответить.
– Да, мам. Нет, проснулся. Спасибо! Нет, не хочу. Потом, на работе посидим, с тортиком. Пироги печешь. Сегодня очень вкусные получились. С удовольствием поел бы… Как отец? По докторам бегает. И ему привет. Постараюсь в июле. Вечером на видеосвязи…
Астроном положил телефон, но тут же зазвучал новый звонок.
– Привет! Огромное спасибо! Постараюсь… Так и хочешь меня сманить. Ну что я там делать буду? И море может надоесть… Хорошо, подумаю. Мама перед тобой поздравила. Папа лечит хронические болячки, а сама пироги печет. В июле. Приезжайте, отдохнем вместе, и родители обрадуются. Своим привет от меня. Созвонимся.
Разговаривая по телефону, астроном перешел в гостиную и сел в кресло, включив на телевизоре новостной канал. Разговор закончился.
«Брат тоже рано встал. Не спиться… Билеты купил мне в музеи антропологии и палеонтологии: знает, что мечтаю давно посетить, но никак не получается в силу занятости…».
– … сияние …, – зацепилось слово, прозвучавшее из телевизора.
Вспомнился ночной магазин и подрабатывающая в нем продавцом студентка Кристина.
– Поспорили они… Интересно?..
В маленькой комнате, отведенной под кабинет и обставленной мебелью из массива темного дуба – два шкафа-пенала, наполненных книгами, стол, заполняющий чуть не четверть полезной площади, с настольной лампой и ноутбуком, узкий, короткий, раскладывающийся диван, деревянный стул и прочие атрибуты ученого – астроном часто проводил долгие часы, работая над проектами и занимаясь исследованиями.
– Посмотрим…, – застучал по клавиатуре он, набирая в поисковике слова.
– Так… Вот: «Вечером в четверг, около одиннадцати, на небе наблюдалось редкое для наших широт природное явление – северное сияние… … продолжалось недолго, после чего мгновенно пропало».
– А тут что у нас, – нажал астроном на следующую ссылку. – «Часть ученого мира связывает внезапное появление свечения в верхних слоях атмосферы с аномальными изменениями в геомагнитном поле Земли, вызванных неизвестным внешним воздействием».
– Что-то в опытах всё же присутствует? Любопытно, если повторить?.. Хотя…
Астроном задумался: факт совпадения времени экспериментов в Научном центре и таинственного сияния подтверждался, но есть ли связь? И странное поведение инженера?
– Позвонить, договориться о встрече? Думаю, он также заинтересуется…
Подержав телефон в руке, он положил его обратно на стол.
– Глупости… Совпадение… Посмеется, так, в добавок, укорит в скорой переменчивости мнений: сначала скептически отнесся, а на следующий день сам напрашиваюсь.
Он встал, и, ухватившись за перекладину турника, закрепленного на стене около стола, плавно подтянулся.
Следующий звонок отвлек астронома от упражнений, выполняемых им регулярно.
– Слушаю, Марат Рашидыч. Принимаю от вас поздравление! Пока дома. Обязательно, на кафедре, в понедельник. Что думаю? Сейчас не готов ответить; необходимо изучить, понаблюдать… Интересуются выше… Рассчитывают на нас… Хорошо, я попробую что-нибудь выяснить. Заеду сегодня в университет. Спасибо, еще раз. До свидания.
Стул тихо скрипнул под астрономом.
–Интересуются выше… Сама судьба подталкивает… Если предположить, что в воспоминаниях инженера эксперимент имел положительный результат, то, можно также допустить, что и координаты в его памяти отличаются от вчерашних. Подставим его числа и проверим…
Разговор астронома с инженера состоялся коротким, и, по его завершению, договорились, после отдыха инженера с семьей, повторно созвониться и встретиться.
Приближалась середина дня. Беспорядочно разложенные листы бумаги, исписанные формулами, брошенные на них карандаши, ручки, очки и стакан с остатками апельсинового сока с краю дополнили рабочий беспорядок на столе. Астроном, завершив расчеты, вышел из дому, направляясь в музей. Обогнув угол здания, он пересек маленький, но по-домашнему уютный, зеленый сквер с прижившейся в нем вольной архитектурной инсталляцией из симметрично заваливающихся к земле от центральной, вертикальной, рамок, также напоминающих скобки гигантского степлера, вонзившиеся в поверхность под разными углами, но лишь на треть своей высоты, и аккуратно застывшие в композиции раскрывшегося веера.
«Что задумал автор, ломая букву «П»? Поворот, или перегиб, пространства, поиск перспективы? Или исчезающее Поле?.. Оно сделало свою работу, но сделало небрежно, с дефектами, и стало разрушаться, стирая во времени свершившиеся события от настоящего к прошлому и уже предрешенные будущие. Дефект Поля?.. Может, только иллюзия? Зачем?..»
Вышел он раньше, на Боровицкой, и прогулочным шагом двинулся в сторону Института этнологии и антропологии имени Н.Н. Миклухо-Маклая, по пути наслаждаясь хаотично меняющимися видами старой и новой Москвы. Группа молодых людей, ведущих на ходу оживленную дискуссию, поравнялась и задержалась с ним на светофоре. Обсуждение в компании велось громко, и даже, в моментах, слишком напористо.
– … утверждаю, нет, не получиться адаптировать Бионика в столь короткие сроки. У нас с прошлым помнишь что получилось? – настаивал один из юношей в светло-желтой легкой рубашке с коротким рукавом, свободно выпущенной поверх фисташкового цвета удлиненных шорт.
– Миха, харэ бомбить. Прошлый крысик случайно кикнулся. Жалко его… С Биоником всё норм будет! – парировала девушка, ярко выделяющаяся своим неформальным стилем.
– Согласен с нашей альтушкой. И твоя мама, Маргарита Михайловна, поддерживает наш проект. Она нам обещала четверокурсника в помощь дать, – вмешался другой юношеский голос из-за спины астронома.
– А она у тебя Миха еще о-го-го! Был бы я постарше, втюрился бы без памяти…
– Ой, смотри, он тебе в родственники набивается. Думает, ему Маргарита Михайловна пятерок наставит!
Компания звонко засмеялась, включая самого Михаила, и, с накопившимися пешеходами, все поспешили перейти улицу на зеленый свет.
Уже на приличном удалении, астроном заметил, что к студентам присоединилась женщина в строгом светло-сером костюме и длинными струящимися волосами. Они окружили ее и вместе направились дальше, а астроном задержался, увлеченный открывшейся великолепной картиной летнего Кремля.
Еще раз с группой студентов, с любопытством изучающих экспонаты, астроном пересекся непосредственно в музее. Женщина, присоединившаяся к ним ранее на улице, стояла в стороне с двумя девушками и о чем-то негромко рассказывала, указывая на реконструкцию Ивана Грозного. Она стояла спиной, и лишь на секунду повернулась лицом к астроному, и, как это бывает, его взгляд скользнул как раз в ее сторону; этой секунды хватило, чтобы он запомнил ее навсегда…
Поступил вызов на телефон, начинающий утомлять частыми звонками: астронома ожидали в Институте для участия в срочном внеплановом заседании по вопросу происхождения и возможных последствий для атмосферы Земли аномально возникшего свечения два дня назад. Пришлось покинуть музе, так и не ознакомившись с ним полностью, и поспешить на кафедру, где он и провел весь оставшийся день с другими сотрудниками, пытаясь разгадать тайну.
Глава 5. Выходной.
Инженер проснулся в спальне на кровати. Он никак не мог вспомнить, как он перешел сюда с дивана и продолжал лежать с закрытыми глазами, перебирая в голове обрывки памяти о прошлом дне.
– С добрым утром, – мягкий голос жены, проснувшейся раньше и также не торопившейся вставать, приятно взволновал.
Он посмотрел на нее: худые черты лица, распущенные волосы и мягкий взгляд выразительных, пристально смотрящих и чуть прикрытых глаз, почти не изменились с момента их первой встречи. Она лежала на боку, придерживая голову рукой, утонувшей в подушке.
– Сколько я спал? – инженер приподнялся и обернулся к жене.
– С вечера – как пришел; попил чаю и лег на диван.
– А на кровати как оказался?
– Мы с Олей разговорились допоздна. Видим, проснулся, сходил, выпил воды и стал бродить по квартире, невнятно разговаривая про поле, пустоту, рассинхронизацию… Твоего бреда мы не поняли; даже страшновато как-то стало на тебя смотреть. В лунатика превращаешься со своими экспериментами.
– Психоэмоциональное истощение. Сам виноват – заработался… Голоса ваши вспомнились: вы спорили, или приснилось?
– Слишком самостоятельная стала; видать, психоэмоциональное истощение, как и у тебя. У меня одной всё хорошо – ни-че-го не истощается…
– Поругались? – инженер нежно освободил лицо жены от растрепавшихся и ниспадающих неровных прядей волос.
