Дмитрий Трайнов Клан

Работа специалистам предстояла кропотливая, пусть и не вручную будут делать, но попотеть придётся. А я, а что я, я силовик, будут догадки, будем проверять.

Конечно, все рассказы про Милан, и возможное недопонимание с Фионой по поводу поездки на распродажу, было отложено. Думаю, ему пояснили, и он «понял», что у меня было не очень много способов его проверить и втянуть в процесс поисков. Возможно, забыта моя подозрительность была временно, но до возвращения девушек этого было достаточно для обоих.

Мне тоже, пока они не найдутся было достаточно того, что они пропали, когда выяснится зачем и почему, вернёмся и к процессу расставания, а заодно и к отношениям с «будущим тестем». Но в этот раз, я их лично, когда найду, сначала отвезу домой, сдам с рук на руки, заберу своё, а там и ручкой помашу.

Всё-таки одиночество имеет однозначные положительные стороны. Пусть холодно и голодно, но зато точно знаешь, что, если голодно, в магазин забыл сходить ты. А если кто обидел, то не возникает никаких сомнений с определением кто, где и когда. И глупость сделать сложнее, а уж если сделал, то можно спокойно и с упоением ругаться, никто не обидится и не заплачет. Перебирая плюсы одинокой жизни, я заснул.

Утром ничего нового не было. Сон-ролик я даже не пытался вспоминать и анализировать, он был. Сохранится в логах, посмотрю ещё раз, нет, значит не свезло. Пока меня волновало то, что происходит здесь и сейчас, а «там» ничего срочного нет. Иначе открылись бы вкладки и пошёл бы отсчёт. Исходя из прошлого раза, когда всё начиналось, вкладки должны были открыться чуть меньше, чем через трое суток в 00.00.00 по серверу, или по Риге, почему-то время совпадало.

До звонка тестя всё было не интересно. Тренировка, так спустя рукава. Визит курьера, который привёз мне новый ноутбук, ну и возня с его первичной настройкой под себя. Чай. Обед.

Тесть позвонил после обеда. Сообщил, что по ссылке я смогу скачать карту, несколько точнее, чем Гугл, но на основе. И прокладки маршрутов с расшифровкой цветов. Красный – движение телефонов, они не расставались, и другие цвета для маршрутов от квартиры к «друзьям». Ещё одно пятнышко на карте – максимально уточнённый район нахождения телефонов сейчас.

Мы договорились, что туда я схожу вместе со «специалистом». Тот ждёт моего звонка и готов. Ну, значит позвоню. Маршруты посмотрю, и позвоню.

Пятно, кстати, накрывало подземный переход перед «ORIGO», большим торговым центром. Если бы в самом центре было бы намного хуже. Там ремонтов и точек продаж мобильных штук десять. Ходи, ищи. А в переходе и торговых точек-то всего ничего, торгуют книжками, частично подержанными и фальшивыми часами. И ещё, кажется, что-то, но придём и посмотрим.

Ещё примерно час ушёл на анализ маршрутов. Но, тут не могли помочь никакие аналитики. Чтобы было понятно, выездов с Кипсалы – это остров, не так много. Всего три. Ещё один пешеходный мост. Кстати, до выездов девятьсот метров пешком. А ещё, наверное, это было бы смешно, но я этого ожидал. Большая часть посольств сконцентрирована на двух улицах, а остальные жмутся к старому городу. Так вот один из выездов с Кипсалы – это Вантовый мост, а он как раз и приводит к тем улицам, на которых сконцентрированы посольства, и к въездам с Кришьяна Вальдемара в старый город.

А телефоны свернули с Вантового моста и сделав круг у дворца Латвийского президента, поехали по набережной как раз к центральному рынку и «ORIGO».

На этом аналитическая часть закончилась, я позвонил «специалисту», и мы договорились встретиться у перехода через полчаса. Как раз мне дойти пешком. Если мы там «наследим», я не хотел, чтобы меня вычислили с помощью таксистов.

Стеклянная лавка, которая подходила нам, в переходе была действительно одна. Ни глаз как у орла, ни нюх как у собаки не требовался, чтобы опознать мой «Lenovo» ThinkPad, который был так же органичен в лавке как балерина в пачке в пешеходном потоке. На стоимость этого ноута, можно было без проблем купить весь остальной товар в лавке. Кроме двух смартфонов. То есть с виду они были бы вполне обычными где-нибудь в бутике Apple. А здесь, шансов, что их купят даже как, китайские подделки было мало. Уж больно не внушающим доверие был остальной товар.

За столом, сидел подслеповатый мужик, наверное, моих лет, только сохранился он несколько хуже. В синем халате, с лупой, поднятой на лоб. Обычный ремонтник, который вставляет в часы батарейки, меняет ремешки, а заодно приторговывает потёртыми чехлами и телефонами. В тот момент, когда мы подошли он то ли читал, то ли что-то печатал в ноуте.

Пара минут ушла на то, чтобы выбрать язык. Со «специалистом» мы сначала общались по-английски. К мужику он обратился на латышском. Но в конце концов, сошлись на русском, его понимал даже «специалист», только иногда переспрашивал, когда мужик упоминал мать и женщин с пониженной социальной ответственностью.

Собственно, на этом всё расследование и закончилось. Мужик утверждал, что все три вещи ему продали в разное время разные люди. Да, за недорого, но это не преступление.

В теории можно было сдать его местной полиции за скупку краденого. Но уверен, она и без нас это отлично знает. Она только в ю-тубе в основном танцует национальные танцы. В жизни они вполне благополучные полицейские, точно знающие кого ловить, а кого защищать.

«Специалист» сразу занял неправильную позицию и начал угрожать. Но мужику страшно не было. Ты посиди каждый день в этом переходе, поторгуй краденым, и что после этого тебя испугает? Поэтому моя попытка мужика купить, тоже была не слишком удачной. Увидев пять сотен евро, мужик покачал головой и сказал, что для одноразового действия этого слишком мало, он бросать точку сдавая постоянных клиентов за такие деньги не готов. А когда я полез в бумажник, добавил, что, если я заплачу столько, сколько ему бы хотелось, его по дороге домой крыша грохнет. А оно ему надо?

Эту часть специалисту опять пришлось пояснять.

Возможно, именно в этот момент, у меня впервые появилась мысль, что я знаю пару, без всяких кавычек специалистов, которые могут и напугать, и допросить. Меинарда, Дианту, или Кифера, я вряд ли смогу довести до перехода, не вызвав ненужного ажиотажа. А вот Марил или Улрич вполне дойдут, сомневаюсь, что под их иллюзиями, я был уверен, что Улрич не уступит Марил, кто-то сможет их опознать. А дальше, а чего дальше? Они зададут вопрос, а мужичок даст им ответ. Я бы тоже ответил, да и ответы мои Марил, например, требовались не всегда. Она и прямо из головы неплохо читала.

Но это всё от бессилия, протащить личей на землю из охотничьей локации у меня возможности не было. Да и уговорить их, скорее всего, тоже. Но зерно, видимо, упало куда-то туда, в темноту. Мысль мелькнула и ушла, или не совсем ушла.

Вернувшись домой, я ещё порисовал в блокноте.

Потом позвонил лорду Иннес-Кер. Он гарантировал, что его «специалист» отследит все связи, и найдёт выходы на продавца. Вот только сколько времени уйдёт на все это никто не знал.

А ещё никто не знал, не «друзья» ли сдали вещи в «бутик» в переходе. А почему, собственно, и нет. Хороший ход, пока все раскручивают продавца, время идёт. Это я тоже сказал лорду. Вот только ни он ни я не понимали, как можно это выяснить.

На этой ноте мы и закончили разговор, оба были заинтересованы, у обоих была цель, может что-нибудь придёт в голову. Причём я напоследок сказал «тестю», что в отличие от служащих посольства, даже «специалистов», у меня сдерживающих факторов существенно меньше, а причин перейти общепринятые границы, гораздо больше, и, если у лорда будет какая-то мысль, только конкретная, я её проверю. Мой тон лорд понял и сказал, что в этом случае «специалисты» и другие наблюдатели связывать мне руки не будут.

В общем распустили хвост перед друг другом в полный рост, только толку от этого пока не было.

Так и кончился день.

Только перед сном, опять принеся пепельницу к кровати и лёжа с сигаретой, я прокручивал в голове проросшую в темноте мысль. Если мне придётся беседовать не только с мужиком, а может и с его, и моими «друзьями», мне понадобится помощь. И не только в разговорах.

Если девушки, например, на базе у Джорджа. Проникнуть туда я, наверное, смогу. Решить вопрос с двумя – тремя охранниками тоже. А дальше? Как их оттуда вывести? А если они не смогут идти и их придётся нести? Вопросов даже по организации такой акции было слишком много.

А ещё я был совсем не уверен, что, когда удастся выяснить что-то про одну из команд «друзей», другая команда поддержит меня. Им гораздо проще договориться между собой. И надёжнее, и привычнее. Они друг другу даже когда плохие, всё равно свои. Такие привычно плохие. Такой опыт у меня уже был. А вот со мной им незачем договариваться, я новичок и одиночка. За мной никто не стоит, да сам я сомнительная угроза.

Это там, в охотничьей локации я нужен, и то не всегда. А сейчас могут посчитать, что и там без меня обойдутся. И как угроза я не слишком серьёзно выгляжу. Особенно без «отмороженных стерв» за спиной.

А вот за следующий день, как мне поначалу показалось, не случилось ничего.

Были телефонные разговоры, были письма мне, я отвечал. Суеты хватало. Но событий не было. С моей точки зрения событий не было совсем. Ситуация с исчезновением девушек не прояснялась. Никаких новых данных. А остальные разговоры и письма интересовали меня постольку поскольку. Срочного, необходимого и обязательного не было, значит подождёт.

Кроме может быть одного, если завершение ролика-сна можно назвать событием.

Я говорю завершение, потому что в конце абсолютно чётко прозвучало, что дальше будет только открытие миссии, и именно после открытия определятся все её технические стороны. Информации теперь достаточно, чтобы принять решение.

Я понял концовку именно так. Какое мнение могло сложиться у других, неизвестно, в самом начале «трансляции» мы, я и тогда ещё не исчезнувшие девушки выяснили, что тонкости воспринимаются всеми по-разному.

Но в этот раз информация для меня была важна и без тонкостей. Наконец появилось понимание, что же такое порядок и противопоставляемый ему хаос. По мнению авторов сна, я специально отделяю их от самой Игры, так как изначально, Игра – это инструмент, а участвуют в ней стороны порядка и хаоса, хаос – это недоразвитый порядок. Очевидно, что так, потому как хаос может перейти в порядок, а обратно нет. Только путём уничтожения существующего порядка.

То есть, если в локации, или части локации, существует хаос, то он может вырасти в порядок. А мирным путём, преобразованием порядка, обратно к хаосу не вернуться.

Из чего делался вывод, что хаос состояние неустойчивое, а значит неидеальное, а вот порядок устойчивое.

А основным гарантом, составляющей и основой порядка являлись боги, один или пантеон. Единый или нет, неважно, всё равно порядок сам собой выстроится в нечто единое, так как равных богов не будет, иначе это – хаос. И так далее.

Порядок и хаос отличались организацией и терминами, если у порядка был культ, то у хаоса клан. В культе присутствовала строгая пирамида, наиболее устойчивая формация, которую почти невозможно покачнуть. На вершине бог, потом жрецы, а ниже паства, между жрецами и паствой те структуры, которые создадут для поддержания порядка в пастве жрецы. Варианты жреческой организации культа могут быть различны, но должны стать устойчивы. То есть тоже приобрести форму пирамиды.

У хаоса своей очевидной организации не было. Клан объединение аморфное и возглавляется лордом. А объединение кланов, если такое случится, может избрать владыку. А самая большая ценность, по мнению режиссёра, это построение такого клана, или объединения, глава которого объявит себя богом, и приведёт клан к культу.

Была ещё одна тонкость. Я даже взял блокнот, чтобы уточнить для себя. Почему-то у меня создалось впечатление, на грани ощущений, что режиссёру именно это очень не нравится. Ни у лорда, ни у владыки не было абсолютной власти. И лорд мог покинуть объединение кланов, а владыка объединения мог вернуться к положению лорда. А мог и вообще исчезнуть. Как это происходит было непонятно, но сказано с полной определенностью.

Для культа такая ситуация была невозможна. А при объединении культов в пантеон, терялась возможность выйти и из него. И именно такая строгость построения была вершиной для локации, а может и не для одной локации.

Но у всего есть и обратная сторона. Правда это уже моё дополнение к сну. Хотя, может быть это и прозвучало, но как-то невнятно. Твёрдость и устойчивость могли привести к хрупкости. Если бог погиб, и погибли высшие жрецы, то погибал и культ. Впрочем, и здесь решение было, можно было пригласить другой культ и бога со стороны.

О последствиях разрушения говорилось невнятно и глухо, но это не помешало мне добавить в блокнот, что уничтожить клан, можно только уничтожив, похоже, всех жителей локации. Это просто мой логический вывод. Для того, чтобы узнать, как на самом деле будет всё устроено технически нужно ждать.

Я покрутил на пальце кольцо. В прошлый раз всё было гораздо красочнее и убедительнее, с картинками, примерами, ощущениями. А в этот как-то бледно. Как информационная справка, вместо зажигательной речи.

Я даже вспомнил пару известных политиков, один из которых был ярким и броским, во время споров не стеснялся выплёскивать напитки в противников. А другой – бубнила, читал по бумажке какие-то цифры, приводил какие-то факты.

Мне вообще-то не нравились оба. То есть зрелища нравились, но после них оставалось ощущение пустоты, или искусственности. А после потока цифр и фактов, появлялось желание проверить пару, и обычно, почему-то цифры с реальностью не сходились.

А после этого, я ещё раз просмотрел блокнот и записал один вопрос. Вопрос, который был порождён цинизмом человека, прошедшего школу девяностых. Друзья и союзники – это здорово. Помощники, учителя и старшие братья – они обычно ещё здоровей. Но в этой картине отсутствовали мазки, или оттенки. Насколько серьёзно будут «убеждать дружить». Или ещё, что мы будем им должны за дружбу. Формулировать можно по-разному, но в результате этой дружбы некоторые соседи по бывшей коммуналке, именуемой империей зла, довольно бодро режут друг друга в целях построения светлого будущего. А некоторые, построившие его, теперь не всегда уверены, что строительство себя оправдало.

Но для перечисления такого рода вопросов требовалась общая тетрадь, блокнотом тут не обойтись, поэтому я не стал записывать, а просто сверху нарисовал знак вопроса.

Так закончился бы и этот день, если бы мне не позвонил совсем уже вечером лорд Иннес-Кер. После дежурных выяснений не стало ли известно чего-то нового ему и мне, он вдруг перешёл к главному. И выяснилось, что главное для него не дочь.

Он спросил меня как я отношусь к различным структурам, как бы они не назывались. И день вдруг повернулся совсем другой стороной.

Рисуя в блокноте то, что я запомнил из сна, я практически не читал, то, что мне прислали, и не слушал то, что говорили. Механически отвечал, что нужно подумать, и выяснить технические аспекты, так как ждал другого и думал о другом.

А сейчас, как будто переполнилась ёмкость, или сложился паззл. Мой тесть, спросил меня о том же, о чём спрашивали все, и те, кто писал, и те, кто звонил.

Никого, даже отца не интересовали пропавшие девчонки, хотя я был уверен, что многие в курсе, а может и все. Ведь аппаратура была, а значит какая-то информация была так, или иначе у всех. Может неполная и отрывочная, но важная. Важная для пропавших дурочек, и для меня. Но совсем не важная для тех, кто решал вопрос будущей структуры.

И Весь день меня пытались так или иначе встроить в эту структуру, которую планировали построить. Структура пантеона, зависит от силы каждого из будущих богов, и я с моими камнями мог стать той соломинкой или гирькой, которая изменила бы расклад в пользу того, кто договорился.

А ещё совершенно другой оттенок приобрели вдруг слова: «убеждение», «осторожное воздействие», «сложившиеся обстоятельства», «вынужденные союзы», «признание старшинства».

Совершенно иначе вдруг представилось мне отсутствие следов боя в квартире. Ведь «специалисты» есть в распоряжении всех команд. А Джордж, в своё время, не скрываясь говорил мне о «контроле» и «удержании». Почему бы девушкам не впустить в квартиру знакомых и не выпить с ними, например чаю?

Я перебрал навыки, полученные с диверсионной деятельностью, ничего сложного, вырубить, даже с наличием исцеления, на пару часов игрока можно. А дальше? А дальше есть множество вариантов, начиная от убеждения. А может и в «удержании» у кого-то прорыв произошёл.