современная русская литература

мистика

триллеры

ужасы

Есть люди, из которых цвет идёт сам, как тепло от свежего хлеба, — рядом с ними хочется греться, не спрашивая, надолго ли.
Он умеет делать цвет из ничего. Она умеет его ловить и не отпускать. 
Между ними — третий, вечно лишний и вечно нужный: единственный, кто считает, сколько дней осталось до конца везения.
Остальные двое не считают. Им некогда — слишком заняты тем, что живут.
В городе, где воздух пахнет щедрыми обещаниями «на днях», это сходит с рук на удивление долго.
Но у всякой щедрости есть дно. Именно там, вежливо, не торопясь, дожидается нечто с бесконечным терпением.

историческая фантастика

боевая фантастика

героическая фантастика

короткие любовные романы

young adult

Цвет в глубине позолоты

Анабель сочиняет заупокойную музыку на заказ: а на программках стоит одно слово — «аноним». Для одних она Ана, для других Белла. Ни одна из двух не настоящая.
Девять лет она тайно пишет собственный реквием и девять лет не решается дать его услышать. Об этом просит единственный, кто заметил её работу: почтенный собиратель, у которого под стеклом в двенадцать рядов лежат четыреста бабочек. 
Однако одна Анабель во всём Лондоне видит, что он давно уже не человек.

книги по экономике

Бархатные слëзы

стихи и поэзия

современные любовные романы

Кап.
Между каплями — целая жизнь, чтобы вспомнить, как ты сюда попал.
Ты на дне. Не в яме и не в пещере — внутри головы, вывернутой наизнанку, где стены дышат, а тьма имеет физическую оболочку. Здесь «я» и «ты» сошлись, как Луна и Солнце в момент затмения, и уже не разобрать, чей это голос ведёт рассказ вниз по ступеням.
Их двое в одном теле. Они перебивают друг друга, но сходятся только в страшном и вспоминают вместе лишь одно: лицо, которое любили на двоих и погубили по-своему.
Кто из них держал нож? И за кем теперь идти, если оба говорят одними устами?
Кап.

эротические романы

любовь и отношения

Последнее место, где мы есть

Шестнадцать лет она не приходила, когда её звали. Она приходила, когда это было нужно.
Памяти Нефертити.

Дмитрий Игоревич Скворцов