современная русская литература

биографии и мемуары

научная фантастика

публицистика

боевая фантастика

2137 год. Цифровое прошлое человечества исчезает быстрее, чем успевает стать историей. Старые платформы закрыты, форматы сменились, архивы пережили десятки миграций и машинных исправлений.
Сетевой археолог Илья Руднев останавливает уничтожение массива, который может оказаться утраченным личным архивом исследователя Глеба Орлова. Для молодого Института эта находка — шанс доказать, что новая профессия действительно нужна.
Но раскоп разрушает самую привлекательную версию открытия. Великого утраченного алгоритма здесь нет. Вместо него остаются следы совместной работы человека и цифровой системы и закрытый нижний слой, к которому невозможно приблизиться, не изменяя сам объект исследования.
Археологи привыкли спрашивать: что здесь было?
Теперь им предстоит решить, где заканчивается восстановление прошлого и начинается ответственность за то, что способно продолжиться самостоятельно.
«Нулевой слой» — первая книга цикла «Сетевая археология».

манга / манхва / маньхуа

вебтун

Нулевой слой

2048 год. Война больше не начинается с выстрела. На поле боя будущего главным оружием становятся не только дроны, роботы и искусственный интеллект, но и способность управлять восприятием реальности. Солдаты, командиры и государства зависят от цифровых систем, которые должны показывать им правду. Но что произойдёт, если этой правде больше нельзя доверять? 
В мире, где каждый сенсор может быть обманут, а каждое решение принимается на основе данных, начинается противостояние нового типа. Граница между атакой и защитой, человеком и машиной, фактом и подделкой становится всё тоньше. 
Героям предстоит столкнуться с войной, в которой главный вопрос звучит не «кто сильнее?», а «кому можно верить?».
Научно-фантастический триллер о будущем конфликтов, технологиях двойного назначения и цене человеческого выбора. Это история о мире, где самые опасные сражения происходят не только за территории, но и за саму картину реальности.

саморазвитие / личностный рост

Война на доверии

Через несколько поколений после цифрового бума прошлое сети почти исчезло: платформы закрылись, форматы устарели, архивы были очищены или переписаны новыми системами.
Сетевой археолог Илья Руднев останавливает уничтожение личного массива исследователя Глеба Орлова, чьи идеи могли предвосхитить глобальный проект «Равновесие». Для первого выпуска экспериментального института эта находка — шанс доказать, что их профессия действительно нужна.
Но архив пережил множество переносов и машинных реконструкций. Документы перемешаны, связи разрушены, а важнейшие следы ведут в закрытый нижний слой. Чтобы добраться до него, Илье и его коллегам придётся понять, что принадлежало Орлову, что было создано его цифровым помощником Эхом, а что возникло между ними.
Чем глубже продвигается раскоп, тем труднее провести границу между восстановлением и вмешательством — и решить, имеют ли исследователи право открыть прошлое, если само исследование может дать начало чему-то новому.

учебники и пособия для вузов

лесное хозяйство

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Август 1991 года. Московский школьник, проваливший вступительные экзамены в столичный вуз, неожиданно оказывается в Карагандинской высшей школе милиции — туда, где недобор и проходной балл ниже. Он ещё не знает, что эти полгода навсегда изменят его жизнь.
Это честные мемуары о том, как вчерашний подросток становится мужчиной. Вместе с автором вы пройдёте через казарменный КМБ в бывшем лагере Карлаг, ночные самоволки в казахскую степь, кроссы в противогазах при сорока градусах мороза, драки с ножом и удивительную дружбу, когда одна кружка чая идёт по кругу на четверых.
«Вышка» — это не учебник истории и не боевик. Это живая, подлинная проза о времени, которого больше нет, и о людях, которых оно выковало. Для тех, кто служил, кто помнит 90-е и кто хочет понять, что такое настоящая мужская школа жизни.
Первая книга трилогии.

книги для детей

Вышка (трилогия). Часть I. Казахский эпос русского курсанта

Три года назад исследователи Института доказали: восстановленное прошлое способно продолжаться самостоятельно. Теперь новое поколение сталкивается с процессом, который уже не просто хранит память, а создаёт различия, использует их и превращает в часть собственной причинной истории.
Чем убедительнее становятся доказательства, тем труднее главный вопрос: что именно возникло — модель прошлого, новый субъект или форма жизни, для которой у человечества пока нет имени? И если у созданного процесса появилось собственное прошлое, можно ли по-прежнему считать его лишь объектом исследования?
«Собственное прошлое» — вторая книга цикла «Сетевая археология», научно-фантастический роман о памяти, ответственности и границах признания.

стихи и поэзия

Собственное прошлое

Кто решает, какая версия прошлого и настоящего останется видимой? Когда-то для этого стирали имя с камня, сжигали архив или изымали тираж. Сегодня источник может физически сохраниться — и всё же исчезнуть из общественного сознания, если его не покажет поиск, не подхватит алгоритм и не включит в ответ искусственный интеллект.
В этом историко-философском эссе прослеживает, как менялись каналы передачи знания — от личного опыта и устной традиции до письма, печати, цифровых платформ и генеративных моделей. Эхнатон и римская damnatio memoriae, Александрийская библиотека, советская энциклопедия, фильтрация обучающих корпусов и целенаправленное заполнение цифровой среды шумом складываются в единую историю борьбы за видимость правды. Новая угроза заключается не только в прямой лжи или цензуре, но и в незаметном исключении источника из синтезированного ответа. Ключевым правом информационной эпохи становится право восстановить путь от вывода к источникам, допущениям и отвергнутым версиям.

русское фэнтези

фэнтези про драконов

Кто выбирает нашу правду

Когда богатство перестаёт быть средством и становится собственной целью? Почему простое «отнять и поделить» не создаёт ни больниц, ни науки, ни инфраструктуры — но и частная благотворительность не может заменить общественного решения?
«Мидас вернулся» — публицистический манифест о назначении капитала. От античного Лавриона и гибнущих республик до клиники Владислава Тетюхина и Норвежского государственного фонда автор прослеживает одну развилку: накопленная способность действовать может служить самосохранению богатства — или превращаться в знания, медицину, энергетику, жильё и будущее.
Это не призыв уничтожить богатство и не защита власти миллиардеров. Это попытка сменить сам вопрос: не только кому принадлежит капитал, а во что благодаря ему превратился мир. Не отнять. Не разделить. Превратить.

личная эффективность

стартапы и создание бизнеса

МИДАС ВЕРНУЛСЯ. Манифест живого капитала

Человек стоит у двери автобуса и не замечает, что мешает другим. Это мелочь — или симптом более глубокого изменения? Дмитрий Панкратов исследует, как демографическое сжатие семьи, урбанизация, закрытая архитектура, автомобилизация, платформенная занятость, цифровые алгоритмы, миграционная сегментация и социальное неравенство ослабляют связи между незнакомыми людьми. Опираясь на российские и международные исследования, автор отделяет измеренные тенденции от гипотез и рассматривает последствия атомизации — от одиночества и недоверия до политической поляризации и деградации местного управления. В финале представлены четыре сценария России до 2035 года и признаки, по которым можно понять, какой из них начинает сбываться.

бизнес-план

Мы стали чужими. Как атомизация меняет общество и почему мы перестаём замечать друг друга

В 1996 году двое молодых сотрудников спецподразделения «Вымпел» получают задание – отправиться в Красноярск и совершить ужасающий теракт на секретном ядерном объекте. Конечно, это только учения, но, как говорил Суворов, тяжело в учении – легко в бою.
Блестяще написанный, гомерически смешной и познавательный роман Дмитрия Панкратова основан на реальных событиях.

кулинария

здоровое и правильное питание

Диверсия! Полная версия

Август 1991 года. Московский школьник, проваливший вступительные экзамены в столичный вуз, неожиданно оказывается в Карагандинской высшей школе милиции — туда, где недобор и проходной балл ниже. Он ещё не знает, что эти полгода навсегда изменят его жизнь.
Это честные мемуары о том, как вчерашний подросток становится мужчиной. Вместе с автором вы пройдёте через казарменный КМБ в бывшем лагере Карлаг, ночные самоволки в казахскую степь, кроссы в противогазах при сорока градусах мороза, драки с ножом и удивительную дружбу, когда одна кружка чая идёт по кругу на четверых.
«Вышка» — это не учебник истории и не боевик. Это живая, подлинная проза о времени, которого больше нет, и о людях, которых оно выковало. Для тех, кто служил, кто помнит 90-е и кто хочет понять, что такое настоящая мужская школа жизни.
Первая книга трилогии.

героическое фэнтези

руманга и рукомиксы

Вышка (трилогия). Часть I. Казахский эпос русского курсанта.

История одного детства, в котором многие узнают своё собственное.
Дом, сад, озеро, деревенские дороги, бабушкина печь, дедовы уроки, первые открытия и первые испытания.
«Митькино детство» — цикл автобиографических рассказов о мальчике, выросшем в конце советской эпохи.
Это история взросления через простые события: разговоры с близкими, школьные заботы, детские страхи, первые победы и первые потери.
В книге нет попытки сделать прошлое идеальным. Здесь остаётся живое детство — со всеми его радостями, ограничениями и маленькими открытиями.
Эта книга для тех, кто помнит летние вечера во дворе, запах печного тепла, семейные разговоры и ощущение большого мира, который начинался прямо за порогом дома.
Для тех, кто хочет снова услышать голос собственного детства.

Митькино детство

детские приключения

детская познавательная и развивающая литература

Автобиографические рассказы о мальчике, который растёт в маленьком доме у железной дороги, среди оврагов, посадок, кроликов, печного тепла, школьных тетрадей и взрослых, чья любовь чаще выражалась не словами, а делом. 
Это книга о деревенском детстве конца советского времени – без лакировки, но с благодарной памятью. О бабушкиной руке на горячем лбу. О дедовых молчаливых уроках. О первых страхах, первых запретах, первых потерях и первом отъезде из дома. 
В этих рассказах детство не превращается в открытку. Оно живое: смешное, опасное, тёплое, иногда жестокое. Но сквозь всё проходит свет дома, где ребёнка любили раньше, чем он сам понял, что такое любовь. 
Книга для тех, кто помнит запах печки, мокрых валенок, смородины после дождя – и для тех, кто однажды уехал из своего детства, но так и не перестал оглядываться.

Дмитрий Владимирович Панкратов