Полная версия:
Дмитрий Галкин Веретено Химеры
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Давай вперед, – сказал Митт водителю, – осмотримся здесь и вернемся обратно.
– Значит, вы не были в пустыне? – неожиданно спросил Лигай.
– Нет, – ответила Юна.
– Я гоняю в основном по дорогам, – улыбнулся Рикс, – в открытые пески всего несколько раз заезжал.
– Ты спрашиваешь, – Митт посмотрел на тиона, – значит это важно?
Лигай кивнул.
– Пески выглядят безжизненно, – продолжил он через мгновение, – но это не так. Здесь полно опасностей. Обращаюсь ко всем троим: смотрите внимательно вокруг. И особенно под ноги. Это серьезно.
– У нас нет оружия, – Юна посмотрела на Митта, а потом обратилась к сержанту, – Рикс?
– Я на службе, – солдат похлопал по кожуху, расположенному между передними сиденьями, – моя импульсная малютка всегда при мне.
– Хорошо, – кивнул Митт, – будь на чеку. Мы поняли тебя, Лигай. Опасность какого рода?
– Всякого. От природных явлений, до животного мира. Здесь полно разного рода тварей несмотря на кажущуюся пустоту вокруг.
Митт кивнул, давая понять, что слова тиона приняты к сведению. Водитель подъехал поближе к обломкам.
Лигай подошел к обугленному куску металла.
– Здесь я нашел эту штуку.
Юна и Саренс внимательно осмотрели все обломки. Сомнений не было – это действительно остатки звездного корабля. К тому же на некоторых фрагментах угадывалась та же самая надпись «Опал».
– Другой торговец продавал шпильку из двигательного блока, – Митт обратился к тиону, – она тоже отсюда.
Тот пожал плечами.
– Наверное. Близко от города больше ничего нет.
– А дальше есть?
Лигай не ответил, потому что за спинами Саренса и Юны послышалось громкое шуршание. Стоявший поодаль Рикс замер от ужаса, не смея пошевелиться. Митт обернулся. К нему приближалась настолько мерзкая тварь, какая могла появится только в воспаленном мозгу. Длинная, состоящая из многочисленных сегментов, она ползла по песку. Юна схватила его за руку, крик застрял у неё в горле. К всеобщему ужасу, взору открылось бесчисленное количество блестящих черных ножек, с помощью которых передвигалось существо. Всё произошло в считанные секунды. Не успев ничего предпринять, Митт с изумлением смотрел, как к исчадию подошел тион.
– Ты что забыла здесь? – заорал он на тварь. – Пошла прочь, губка!
Для пущей верности Лигай из всех сил пнул её ногой. Существо развернулось и зашуршало прочь.
– Вы чего? – удивленно спросил тион, обратив, наконец, внимание на остальных. – У вас такой вид, будто вы все вместе перестали дышать.
– Как ты её назвал? – выдавил из себя Митт.
– Что? А… губка.
– П-почему, губка? – от перенесенного волнения у девушки дрожал голос.
– Ну, она обычно по утрам ползает, – пояснил Лигай, – собирает влагу на песке. Это необычная пустыня. Здесь на рассвете выпадает роса. Животина впитывает её, словно губка. Так зачем придумывать название, когда оно уже есть.
Митт внимательно посмотрел на аборигена и вспомнил свои сомнения по поводу его интеллекта.
«С этим вопросом нужно разобраться», – подумал Митт, а вслух сказал:
– Юна, обойди с визором все фрагменты. Потом прогоним их через программу и попробуем узнать какому кораблю они принадлежат.
На всё ушло минут десять, а потом компания отправилась в сторону города. Саренс прокручивал в голове поведение тиона и его рассуждения. У него возникла одна мысль.
– Лигай, судя по тебе, тионы не так просты, как показались мне вначале. При этом вы торгуете всякой рухлядью, когда можете работать.
– Однако рухлядь тебя заинтересовала, – безапелляционно ответил торговец, – что касаемо работы, то все возможные места уже заняты. Присмотрись – мы трудимся везде, где только можно. А деньги нам нужны. Поэтому те, кто не нашел работу, торгует.
– Прости, я не хотел оскорбить твой народ, – сказал Митт, – правительство республики делает всё возможное, чтобы оказывать вам помощь. Кроме того, ведутся работы по восстановлению экосистемы планеты.
– Мы ценим помощь. И никогда не забудем ваше участие в освобождении Тиивы от захватчиков. Но… Вернуть прежнюю жизнь не получится. По крайней мере силами республики.
– Почему? – удивилась Юна. – Терраформирование давно успешно используется.
– Не в нашем случае, – с грустью произнес Лигай, – поэтому нужны деньги.
Глава 8
Митт принял душ и переоделся. Затем набрал на коммуникаторе номер.
– Это ты, Саренс? – ответила Юна. – Зайди.
Девушка сидела за столом и что-то изучала на экране монитора.
– Чего-нибудь выяснила?
– Это действительно обломки корабля, как мы и думали. Но вот, что странно: система не идентифицирует его. Я не понимаю.
– Информацию засекретили, – ответил Митт, – видимо миссия была очень важна. Больше ничего не узнала?
Юна вывела на экран картинку.
– Известно, что это звездолет класса сверхдальнего космоса. Выглядел примерно так.
Она указала на чертеж космического корабля.
– Большая посудина, – согласился Митт, – откуда он летел, вот в чем вопрос. Дриом сказал, что корабль двигался от звезды Этамин из созвездия Дракона. Это всё, что им удалось расшифровать.
Юна повернулась к Саренсу.
– Но это ни о чем не говорит. Он мог лететь откуда угодно. Тем более, что это совсем не расстояние для звездолета такого класса.
– Ты права. Завтра я пойду в город и отыщу Лигая. Пусть поинтересуется у своих, может где-то в пустыне еще есть обломки. Вдруг найдется что-то очень важное. Хочется пролить свет на эту ситуацию. Вопросов больше, чем ответов. Ведь что-то ценное было на борту, раз его атаковали велены. Тебе не показалось, кстати, что этот тион какой-то странный?
– Нет, – удивилась Юна.
– Я считал этот народ простым. А Лигай таким не кажется.
– Это просто твое мнение, – улыбнулась девушка, – тионы довольно развиты. Но они всегда жили в единении с природой. Презирали города и цивилизацию. Но при этом свободно пользовались современными средствами связи и имели доступ во всемирную сеть.
– Ты откуда это знаешь?
– Так, – пожала плечами Юна, – решила перед поездкой на Тииву освежить знания. Слушай, Митт. Может, проведем этот вечер вместе? Пригласишь меня на свидание.
– Я не против. Куда ты хочешь пойти?
– Своди меня в ресторан. Только не в тот, где вы с Диком нажрались. Там всегда военных полно. Пойдем в другой. Он маленький, но уютный. Если мне понравится, то я, может быть, захочу провести эту ночь с тобой.
Юна многообещающе улыбнулась.
– Знаешь, чем зацепить одинокого мужчину, – рассмеялся Митт, – но я согласен. Сколько тебе нужно времени чтобы собраться?
– Заходи за мной через пол часа.
Вечер удался. Играла тихая музыка, маленький столик и ужин при свечах создавали романтическую атмосферу.
– А ты красавчик, Саренс, – улыбнулась Юна, – или на меня подействовало вино. Потанцуем?
Легкое платье и вечерний макияж Юны делали свое дело. Митт чувствовал, что в нем закипает страсть.
– Поцелуй меня, – она будто читала его мысли.
В такой обстановке время пролетело незаметно. Обратно возвращались далеко за полночь. Естественно, Митт остался у девушки.
Юна проснулась, когда солнце уже было высоко. Саренс вышел из душа. Увидел, что она не спит, он улыбнулся.
– Доброе утро! Сейчас принесут кофе.
– Что с тобой, Митт? – лицо девушки выражало изумление.
– В каком смысле?
– Глаза! У тебя такие синие глаза!
Митт вспомнил, что перед душем снял линзы.
– Прости, я совсем забыл. Видишь ли, я… Не хотел привлекать лишнего внимания и ходил в линзах.
– Так ты вылитый лурианец! Только у них такие выразительные синие глаза. Офигеть! Я спала с лурианцем!
Саренс уселся в кресло.
– Теперь понятно, чьи глаза. Юна, может быть, ночные видения меня преследуют из-за этого? Вдруг я вижу то, что раньше мог видеть этот лурианец. Чувствую себя каким-то монстром.
– А тебе этой ночью разве что-то снилось?
– К сожалению. Я бы пожелал провести хоть одну ночь без сна, но никак. Скажи, почему наша медицина так усердно применяет трансплантацию? Нельзя ли использовать искусственные органы?
– Спросим у Грига. Он ведь очень медициной интересовался. Хотел даже в медкорпус идти, но что-то не срослось.
В дверь постучали. Тион вкатил тележку с чашками и высоким кофейником. Саренс разлил ароматный напиток и набрал Грига. Сослуживец не заставил себя ждать и появился через пару минут.
– О! А я только подумал – хорошо бы кофейку испить!
Юна и Митт рассмеялись.
– Присаживайся и бери чашку, – сказала девушка, – у Митта есть вопрос. И мы выяснили, что у него теперь лурианские глаза.
Григ выслушал измышления Саренса и ответил:
– Дайте компьютер. Я что-то об этом читал. А по поводу искусственных органов скажу следующее. Существует несколько проблем, и одна из них – это высокая стоимость. Всё-таки очень сложно сконструировать такой орган, как, например, печень. И заставить его безупречно работать в теле человека. Гораздо проще взять готовый. Хотя, конечно, такие вещи тоже делают. Причем успешно.
Юна передала Григу дисплей. Тот расположил устройство на коленях и его пальцы с завидной быстрой забегали по открывающимся вкладкам. Некоторое время он молчал, потом удовлетворенно цокнул языком и выдал:
– Вот! Слушайте. Синестезия – нейрологический феномен, при котором раздражение в одной сенсорной или когнитивной системе ведёт к автоматическому, непроизвольному отклику в другой сенсорной системе. Человек, который переживает подобный опыт, – синестет.
– А на нормальном языке? – попросил Митт.
– Глаза смотрят, даже что-то не видят, а мозг понимает и вспоминает, – пояснил Григ.
– Ясно. Лурианец видел что-то, а теперь это видит мой мозг, – пробормотал Саренс, – но как это возможно? Глаза-то чужие.
– Есть ещё одно понятие, – Григ снова потыкал в дисплей, – Идеастезия – нейробиологический феномен, при котором активация концептов (индукторов) вызывает сенсорные переживания, подобные восприятию (совпадения). То есть, глаза на уровне нейронов действуют на мозг, мозг реагирует и создает некие концепции. Которые, в твоем случае, выражаются в переживаниях через сны.
Некоторое время все трое молчали, обдумывая услышанное. Затем Митт отставил чашку и сказал:
– По крайней мере я кое-что начинаю понимать.
– На самом деле это всё теория, – ответил Григ, – просто я так вижу. И привел подходящие для твоей ситуации объяснения. На самом деле, возможно твой феномен звучит по-другому. Зато нашлось точное определение тебя.
– И какое же? – удивилась Юна.
– Химеризм!
– Поясни, – Митт пристально уставился на товарища.
– После трансплантации любого органа – кожи, почки, костного мозга – человек становится химерой. Химеризмом называют феномен сосуществования в тканях одного организма двух разных генотипов, – отчеканил Григ, – прости Митт, но это точный термин.
– Значит, я теперь не человек, – медленно проговорил Саренс, – я химера. Как бы с ума не сойти.
– Не пори чушь! – воскликнула Юна. – У тебя все органы человеческие, пусть и разных генотипов. Ты такой же человек, как и любой другой. Для нас вообще нет разницы, чья там у тебя печень или желудок.
– Нет, разница есть, – с серьезным видом заявил Григ, – из-за этой печени его теперь на спор не перепить. Просто трагедия какая-то.
Митт и Юна несколько секунд молча смотрели на лейтенанта, а потом расхохотались.
– Ну и гад же ты, – вытирая слезы сказала девушка, – я ведь подумала, что ты серьезно.
– Я и говорил серьезно, – улыбнулся Григ, – как теперь спорить будем?
– Иди на фиг, – добавил Саренс, – любишь серьезный разговор в шутку перевести.
– И правильно, – улыбнулась Юна, – молодец, Григ. Без юмора жить не интересно. Для нас, Митт, ты всё такой же наш коллега. Отношение к тебе не изменилось. Но вот, что я думаю. Твои сны, возможно что-то значат. Старайся их запоминать. Записывай или рассказывай нам. А вдруг, эти глаза принадлежали члену команды именно того самого звездолета, который врезался в нас? Тогда ты с помощью видений сможешь понять истину. Да и мы узнаем, что же произошло на самом деле.
– Ты так считаешь? – спросил Саренс.
– Да. А мы тебе поможем. И пока у нас есть время, попробуем ещё что-нибудь узнать об обломках корабля.
Глава 9
Кассия затянула его в свои пучины, а Еолло с воодушевлением окунулся в новую жизнь. Находясь в этом центре всего несколько дней, он уже успел влиться в команду. Занятия и тренировки проводились ежедневно, а иногда и круглосуточно. Почти как в академии. С той лишь разницей, что там учили всему и зачастую обобщенно. В Кассии любое задание разрабатывалось применимо к конкретной ситуации, которая могла произойти в будущем. От участников звездной экспедиции требовалась слаженность и умение работать как единое целое.
– Вы дополняете друг друга, – любил повторять доктор Бернад, – вы чувствуете мысли вашего напарника. Или того, кто его заменяет.
Старик был крупным специалистом по многим дисциплинам, он любил преподавать и делал это с большим уважением к слушателям, отдаваясь им без отдачи.
Навигацию отрабатывали на тренажерах. За занятиями наблюдал всё тот же Бернад, но составлял их не он.
– Тесты писались в крупных академиях Республики, – пояснил доктор, – в качестве конкурсных заданий. Из них отбирались лучшие и направлялись сюда. Ситуации самые нетривиальные. Потому что навигатор должен знать даже больше, чем пилот или штурман. Пилот действует в некоторых ситуациях молниеносно, штурман тоже. Поле для их деятельности обеспечивает навигация. Но что, по-вашему, настоящий пилот, штурман и навигатор? Это тот, кто не просто оценивает ситуацию, а предвидит будущее.
– Как это? – прозвучал вопрос.
– Не просто будущее, – продолжил Бернад, – а варианты возможных событий. Желательно не несколько, а весь спектр вероятностей, которые могут произойти. Возьмем для начала простой пример – перекресток в столице. Интенсивное движение. И для одних участников включается запрещающий сигнал. Ответьте на вопрос: что произойдет через несколько секунд? Понятно, часть потока остановится, чтобы дать проехать другим. Но какова вероятность, что случится непредвиденная ситуация? Например, большой пассажирский транспорт встанет. Или у грузовика откажут тормоза. Улавливаете? Так сколько появляется возможных вариантов?
Профессор замолчал и окинул взглядом слушателей. Он ожидал ответа и Еолло поднял руку.
– Лейтенант Тир?
– Думаю, около сотни, доктор.
– Похвально, – Бернад снисходительно кивнул, – в реальности гораздо больше, просто все предвидеть невозможно. Но самые банальные должны быть учтены и проработаны. Поэтому с сегодняшнего дня занятия будут отрабатываться с поправкой на возможные варианты событий. Нужно понимать, что события могут быть значительными или не являться таковыми. Но важно другое: важен конечный результат вероятности. Улавливаете? Приведу пример: происходят два незначительных факта. Двое повернули головы. В первом случае это пассажир. Событие незначительное, и конечный результат его тоже. Ну повернул он голову и ладно. Ни на что не повлияло. А если что-то заставило отвлечься водителя? Он тоже отвернулся и это событие вроде бы такое же, как и предыдущее. Но конечные результаты у этих равнозначных событий могут отличаться кардинально. Любая незначительная вероятность может повлечь за собой масштабные последствия.
Доктор немного помолчал, давая время на размышления, а затем продолжил:
– Всё это я рассказываю не просто так. Это будет не обычный полет в границах планетарной системы. На простом транспортнике любой из вас совершит перелет и справится с этим на отлично. Потому что все маршруты давно рассчитаны и внесены в системы навигации. Вам предстоит лететь туда, где не был никто. Неизвестно с чем придется столкнуться. Надеяться нужно только на свои силы – обрабатывать полученную информацию и принимать самостоятельные решения. Именно поэтому в экипаже предусмотрено два помощника навигатора.
«Но в команде я один», – подумал Еолло и с усердием занялся тренировками.
Ему нравилось решать трудные задачи, хотя получалось не сразу. Поначалу он не мог добиться хорошего результата, но врожденное упорство заставляло его работать над ошибками и вскоре автомат выдал ему оценку «удовлетворительно».
– Молодец! – похвалил его Дэрри Бол. – Ты делаешь успехи.
Еолло покачал головой:
– Спасибо, капитан, но этого недостаточно. Как я понял, в нашем случае не должно получаться «на троечку». Буду работать над собой.
– Похвально. Кстати, тебя вызывал командир. Он будет ждать сразу после обеда.
Вице-генерал Паний Корман находился на своем, похожем на капитанский мостик, рабочем месте.
– Есть разговор, лейтенант. Присаживайтесь. Трудные задачи ставят наши тренажеры, не правда ли? Старик Бернад постарался.
– Да, командир. Но я пытаюсь справиться. Естественно, буду добиваться большего.
– Ощущается нехватка второго помощника навигатора?
– Честно говоря, да. У нас нелегкая миссия, поэтому нужен полный комплект членов экипажа.
– Руано Кемм, каков он? – неожиданно спросил Корман.
Еолло не ожидал подобного и не сразу ответил:
– Хороший специалист.
– И друг, – сказал Корман, – я прав?
– Да, он мой друг.
– Почему же ты не порекомендовал его в качестве второго помощника навигатора?
Еолло Тир уставился на командира:
– У меня даже мысли такой не возникло. Я только влился в коллектив… Некорректно с моей стороны предлагать своего товарища. И вообще… Может вы уже нашли подходящую кандидатуру.
– У нас их несколько, – Корман помолчал некоторое время, а затем продолжил:
– Наш первый разговор, лейтенант. Помните, что я сказал? Моя главная задача – создать сплоченный коллектив. Чтобы мы были единым целым организмом. Если вы, лейтенант Тир, сможете работать в паре с Руано Кеммом, чувствуя действия друг друга почти на подсознательном уровне, то я предпочту взять именно его. Мне нужна пара уже сработавшихся между собой специалистов.
– Командир, это правда. За годы учебы мы отлично сработались с Руано, даже смеялись, что понимаем друг друга без слов.
– Вот и отлично, лейтенант. Руано Кемм прибудет в Кассию в ближайшее время. Надеюсь, тренировки в паре дадут лучший результат на тренажерах.
– Мы не подведем, – покраснел Еолло.
– Не смотрите на меня, как на монстра, Тир, – Корман встал с кресла, – я прекрасно вижу ваши старания. И результаты, которых вы добились в короткий срок. Капитан Болл хвалил вас. Но, вы сами ответили, что этого недостаточно. Вот и моя точка зрения такая же. Разговор окончен. Приступайте к тренировкам и продолжайте в том же духе.
Еолло отдал честь и отправился на следующие занятия.
«Корман прав. Но, как же здорово, что Руано будет здесь. То-то он удивится».
Глава 10
С каждым днем навигаторы под руководством Дэрри Бола решали всё более трудные задачи и успешно с ними справлялись. С появлением Руано сформировался окончательный состав основного экипажа. Еолло не кривил душой, когда говорил командиру, что они понимают друг друга без слов. На деле так оно и вышло. Тренажеры создавали самые сложные и каверзные ситуации, которые, теоретически, могли произойти во время полета. Иногда на пути появлялась туманность эмиссионного1 типа или мощный метеоритный поток. Однажды, навигаторам пришлось выводить звездолет от границы гравитационного поля гигантской звезды, а в другой раз это был безграничный войд2, и нужно срочно принять экстренное решение.
– Мы не можем даже представить, – говорил профессор Бернад, – что встретится на вашем пути. Что преподнесет вселенная? Поэтому вам даются такие задачи.
Однажды, когда младшие навигаторы отработали максимум заданий, доктор вызвал их на разговор.
– Вы отлично сработались. Как единый организм. Кроме того, можете нести вахту самостоятельно. В состоянии заменить главного навигатора как в будничных сменах, так и в экстраординарных ситуациях. Это хорошо. Для межзвездных перелетов ближней и средней дальности вы абсолютного подготовлены. В предстоящей сверхдальней галактической миссии нужно уметь пользоваться этим.
Бернад указал на темный высокий цилиндр в углу помещения. Если не присматриваться, то он казался предметом интерьера, к которому приложил руку дизайнер.
– Это, что? – спросил Руано.
Еолло подумал, что в таком симпатичном цилиндре можно разместить вычислительные блоки компьютера.
– Энцелло, – Бернад подошел ближе, – это нечто совершенно иное.
Доктор прислонил ладонь к гладкой поверхности и она, словно живая, разделилась на множество похожих на соты ячеек. Затем ячейки рухнули вниз, в результате чего образовался проем. Включился свет, и навигаторы увидели внутреннее пространство цилиндра.
– В Республике таких не делают, – пробормотал Еолло, – чья технология?
– Изготовлено на Палне, – ответил доктор.
– Они же не разделяют интересы Республики, – возразил Руано, – и технологиями не делятся.
– Разработка наша, – улыбнулся Бернад, – они лишь сделали внешний облик. Красиво, правда?
– Для чего эта штука? – Руано заглянул внутрь. – Здесь пусто.
Доктор протянул руку и что-то нажал на внутренней стенке цилиндра. Из пола выдвинулось кресло, а над ним опустился шлем с прикрепленным к нему толстым кабелем.
– Вот место оператора. Я не раз говорил, что навигаторы должны уметь предугадывать события. Эта установка может вам помочь, в некотором роде. Если сможете научиться ей пользоваться.
– Что она делает? – спросил Еолло.
– Звездолет сканирует пространство во всех направлениях, – ответил Бернад, – данные аккумулируются и передаются в это шлем в виде излучения, сходного с мозговым. Нужно лишь сконцентрироваться и постараться его ощутить. Заранее предупреждаю, что сразу не получится.
– Я все равно не понял, – нахмурился Руано.
– Вы сможете увидеть всю картинку как бы со стороны. Окружающее пространство собственными глазами, не на мониторе. Это может помочь в некоторых ситуациях. Предлагаю попробовать. Спутники над Кронфой следят за планетой и за её пределами. Мы подключили данные к Энцелло. Таким образом, можно увидеть планету со стороны. Лейтенант, Кемм, предлагаю начать.
Руано уселся в кресло и осторожно натянул на голову шлем.
– А дальше, что?
– Справа от тебя на стене пульт, – пояснил доктор, – верхняя кнопка запускает прибор. Средняя – отключает. Нижняя отвечает за начальную активацию Энцелло. Готов?
Вместо ответа лейтенант нажал верхнюю кнопку. Дверной проем заполнился ячеистыми сотами и через секунду Руано скрылся из вида.
– Сколько он там пробудет? – спросил Еолло.
– В первый раз немного, – профессор Бернад в задумчивости потеребил подбородок, – я так думаю. Позже, когда приноровитесь, получится дольше.
Доктор был прав – ждать пришлось недолго. Не прошло и трех минут, как дверной проем открылся и Руано, пошатываясь, покинул установку. Сфокусировавшись на Еолло, он выдохнул:
– Ты не представляешь, как это здорово! Сначала ничего, потом меня словно озарило. Я увидел планету со стороны. Правда, голова гудит.
– Молодец! – похвалил доктор. – Это с непривычки. Потренируешься и неприятные ощущения пройдут. И ещё: для контроля нужно снять твою энцефалограмму. Ладно, теперь ты, Тир.
Еолло занял кресло и активировал устройство. Дверь закрылась. Он отсутствовал гораздо дольше, чем его товарищ. Когда, наконец, вышел, профессор внимательно на него посмотрел.
– Почему так долго? Что-то не так?
– Я… ничего не видел… Пытался сосредоточиться, но…
– А я уж решил, что ты залюбовался красотами, – пошутил Руано.
– Отставить, лейтенант Кемм. Еолло, ты себя нормально чувствуешь?
– Как выжатый лимон. Почему у меня не получилось?
Он явно был расстроен.
– Я же предупреждал, что сразу не получится, – нахмурился доктор, – поэтому оставь панику и успокойся. Навигатор должен быть предельно сосредоточен. В дальнем космосе может произойти все что угодно. И не будет времени на размазывание соплей. На сегодня достаточно. Пройдите оба в медблок и сделайте энцефалограммы. Я их анализирую и сделаю выводы. Пока, повторюсь, никаких поводов для паники нет.
Остаток дня Еолло почти не разговаривал. Руано понимал его состояние и оставил друга в покое. Они давно были знакомы и в таких случаях нужно время. Скоро лурианец отойдет и заговорит сам. К вечеру, после ужина, так и случилось.
– Надеюсь, что со мной всё в порядке, – глядя в пустоту произнес Еолло.
– Я и не сомневаюсь. Не думай, что я хотел посмеяться над тобой, когда ты долго сидел в этой штуковине. Я и правда решил, что ты увидел больше, чем я.
– С чего такие выводы, Ру?
– Ты способнее. Лучше ориентируешься в заданиях. Вспомни сегодняшний маневр, который ты, кстати, придумал. Система поставила стопроцентное выполнение. Я бы до такого не додумался.
