мистика

триллеры

русское фэнтези

боевое фэнтези

пьесы и драматургия

тишине перед первым рассветом он сказал «нет» — и Раю, и Аду. Теперь оба ответа живут в нём: умирающий серебряный свет и смеющийся чёрный дым.
Земля замерзает под Фимбульвинтером. Порталы рвут небо. Ангелы падают разбитыми звёздами, демоны лезут нефтью, последние люди кричат метал-псалмы, пока кровь не окрасит снег.
Он идёт сквозь это — не спасителем, не разрушителем. Хронист и хирург одновременно: записывает конец эпохи и вырезает раковую опухоль, пожирающую бытие с бунта Люцифера.
Рай устал. Ад голоден. Он просто устал от обоих.
Дотащится до дна девятого круга, встретится с Утренней Звездой 

прочая образовательная литература

философия и логика

Хроники_Последней_Эпохи_Пархомов_Дмитрий_Александрович

В мире, где Бог молчит, а люди собственными руками рвут небо на части, священник Павел становится Лжепавлом Вторым — тем, кто превращает псалмы в металл и заставляет Церковь задрожать от его грома.
Из нищеты, крови и невыносимой вины он поднимается на папский трон, чтобы вырвать тьму из сердца Ватикана, спасти человечество и потерять всё, ради чего жил: жену, дочь, душу.
Рок-молитва против вечного молчания.
Крик одного человека, который громче конца света.
Fiat lux… in agonia.
Последний аккорд перед тишиной.

культурология

научные доклады

Лжепавел Второй Fiat Lux in Agonia Пархомов Дмитрий Александрович

В аду, где даже демоны боятся тишины, остался один орк и его стая.
Загож не ищет мести. Не ждёт Бога.
Он просто держит тепло тех, кто ещё дышит рядом.
Пока дышит — есть смысл.
Когда перестанет — можно лечь и смотреть на рассвет.
Книга завершающая трилогию

стихи и поэзия

ЗАГОЖ Пархомов Дмитрий Александрович

Без серии

Дмитрий Александрович Пархомов