Саймон Хелберг. По окончании съемок все разъехались. Джиму нужно было вернуться в Нью-Йорк. Джонни играл на Бродвее, поэтому тоже уехал. Кейли всегда уходила сразу после записи. Не знаю, что за дела были у Кунала, но никого не осталось. Обычно бывало так: «О, классно записались, давайте бахнем по пивку!» Я сказал жене, что мне бы хотелось потусить с ребятами с площадки и попрощаться, но увы. Поэтому мы с ней поехали в Smoke House в Бёрбанке, навернули вкуснейший салат, выпили мартини, и я произнес: «Не хочется об этом говорить, но, кажется, этот сериал выстрелит». И она ответила: «Да, я тоже так думаю».
Кунал Нэйэр. Я привел человек двадцать зрителей на съемки пилота, а после мы поехали зависать у меня дома. Почти все гости, приглашенные на запись пилота, пришли в студию посмотреть финальный эпизод. Мои родители тоже были. Мой друг Брайан Битнер подарил мне программку, которую в день записи пилота выдавали всем зрителям. Он вставил ее в рамку и отдал мне в день финала первого сезона.
14 мая 2007 года канал CBS объявил, что заказывает тринадцать эпизодов на сезон с 2007 по 2008 год. Нина Тасслер не зря решила рискнуть и переснять пилот. Галэки и Парсонс должны были переехать в Лос-Анджелес, лестница в 25-м павильоне осталась, а перепуганный Чак Лорри обратился за советом к легендарному Норману Лиру, одному из самых плодовитых телевизионных продюсеров последнего времени.
Чак Лорри. Когда нам заказали сезон «Теории…», меня ужаснула перспектива быть исполнительным продюсером и сценаристом сразу двух сериалов. Вот я и подумал: а кто может помочь мне советом? Разумеется, Норман Лир. В какой-то момент у него на телевидении выходило семь сериалов одновременно. Я заявился в его офис без приглашения. А я ведь даже не был с ним знаком. Представился его ассистенту, поинтересовался, есть ли возможность поговорить с мистером Лиром, большое спасибо. Меня пригласили на встречу в его офис в Беверли-Хиллс. Я сказал ему: «У меня осенью выходят два сериала, а меня на оба не хватит. Один из них чрезвычайно трудный, выматывающий, приводящий в ужас и требующий много сил и времени. Может, вы подскажете, как мне со всем справиться?» Норман Лир: «О, мой ответ вас сильно разочарует! (Смеется.) Фокус в том, что вы идете туда, где пожар ярче, и пытаетесь потушить его». Такова была его стратегия исполнительного продюсирования нескольких проектов: работай над сериалом, где заваливается второй акт. Или иди решай вопрос там, где приглашенная звезда выбрана неудачно, и ищи другого артиста. Просто сидеть и общаться с Норманом Лиром – незабываемый опыт. Мне уделил полчаса своего времени сам Норман Лир! Здорово же! Мы потом виделись еще несколько раз, вместе обедали и участвовали в различных мероприятиях, я был у него в гостях… Но да, такие встречи здорово сбивают с тебя спесь. Выдающийся человек.
Лорри не знал, что совет Лира пригодится ему довольно скоро. Спустя несколько дней после того, как CBS заказал ситком в производство, Лорри, Прэйди, Галэки, Парсонс, Куоко и Хелберг полетели в Нью-Йорк на ежегодный апфронт – мероприятие, на котором канал представляет свои осенние проекты рекламодателям. В эти дни проходит масса интервью, красных дорожек, коктейльных приемов, личных встреч… Так в чем же была проблема? А вот в чем: одного из ключевых участников актерского состава, Кунала Нэйэра, забыли позвать. Дальнейшее развитие событий покажет, насколько предан Лорри своим актерам. И насколько важным для него оказался совет Лира.
Кунал Нэйэр. О том, что сериал запустили, я прочитал на сайте Deadline Hollywood[27]. Мне никто даже не позвонил. Я связался с Саймоном, и он сказал: «Слушай, понятия не имею, что происходит. Сериал будут снимать. Мне только что купили билет в Нью-Йорк, рейс завтра. С тобой наверняка тоже свяжутся». Я прождал всю ночь, но никто так и не позвонил. Мой агент попыталась узнать, в чем дело. Выяснилось, что CBS отправил в Нью-Йорк на апфронт всех четырех главных актеров, кроме меня. Тогда я забеспокоился: «Неужели меня кем-то заменят?» На то время CBS еще не выкупил мой опцион на сериал. У канала было время до тридцатого июня, а тогда уже был май. Что еще хуже: через два месяца заканчивалась моя виза, а рабочей не было. Я вообще ничего не понимал. Подумал было, что раз тут не складывается, то уеду домой и буду работать в Индии. Такой был расклад.
Чак Лорри. Прилетел я в Нью-Йорк на апфронт и узнаю, что Кунала здесь нет. У меня сразу посыпались вопросы: «В смысле, нет? Почему его нет?» Оказывается, пока я летел через всю страну, какой-то менеджер CBS в одностороннем порядке решил, что Кунал на роль не подходит и надо найти другого актера. Что ж, отреагировал я на эту новость не очень хорошо. Да я был просто в ярости. Решение приняли, не посоветовавшись со мной. Кроме того, если пересмотреть пилот, станет ясно, что у Кунала даже особо не было реплик. Думаю, его уволили из сериала не потому, что он был плох, а потому, что мы совсем не успели понять его персонаж. Я позвонил на CBS и сказал: «Вы не можете его уволить. Я его утвердил, и я верю в него. И ответственность несу тоже я. Это мой человек». Если я облажаюсь, то лишь из-за своего выбора, а не из-за того, что кто-то другой решил за меня. Я не собирался менять актера только потому, что кому-то там так вздумалось. Очень несправедливо увольнять актера из сериала, основываясь… Кстати, а на чем основываясь-то? На паре реплик, которые персонаж шепчет на ухо Воловицу?
Джеймс Берроуз. Старина CBS всегда находит жертвенного агнца в каждом пилоте, лишь бы оставить след в проекте. У них это в привычку вошло. И так уже некоторое время. Поверьте, количество снятых мной пилотов, в которых пришлось потом менять актеров, просто немереное.
Кен Миллер. Вера Чака в Кунала была непоколебима. «Я докажу, что вы все ошибаетесь» – так он сказал. И как же Чак был прав. Он настоял на своем и сказал: «Это мой человек, и все тут».
Джонни Галэки. Очень стремно, когда не хватает кого-то из актерского состава на апфронте. Мы чувствовали себя ужасно неудобно, беспомощно и были расстроены, потому что не знали, какое значение эта ситуация имеет для сериала. Но в основном мы очень сочувствовали Куналу.
Чак Лорри. Я позвонил Куналу – он был в полном смятении – и сказал: «Пусть тебя сейчас нет в Нью-Йорке, это не страшно, главное, что ты будешь в сериале». Велел ему не запариваться, потому что мы все разрулим. Мы тщательно проработали персонажи Шелдона, Леонарда и Воловица, и, если на то пошло, Кунал пострадал вовсе не из-за своей несостоятельности, а из-за нашей. Мы должны были лучше раскрыть и его персонаж. Что потом и сделали, причем даже не ожидая, насколько отлично у нас получится. Он стал прекрасным и замечательным голосом в нашем ансамбле. Сериал уже нельзя представить без него.
Кейли Куоко, Джим Парсонс, Джонни Галэки и Саймон Хелберг на апфронте CBS в 2007 году. Тогда рекламодателям впервые была представлена «Теория Большого взрыва». Заметно отсутствие Кунала Нэйэра, который остался в Лос-Анджелесе в ожидании решения о дальнейшей судьбе сериала. Фотография любезно предоставлена Ро Даймонд
Кунал Нэйэр. Отчетливо помню тот звонок от Чака: «Слушай, я без понятия, почему ты тут не с нами. Правда не знаю в чем дело, но роль точно твоя. Я поговорю со всеми, потому что твое отсутствие здесь – полная хренотень. Я обязательно со всем разберусь». Он и впрямь боролся за меня. Не знаю, как это происходило на самом деле, но тридцатого июня 2007 года я в своей квартире паковал вещи, и тут мне звонит агент и говорит, что она только что получила по факсу мой опцион. Помню, как упал на колени и заплакал. Просто зарыдал в голос. Потому что я почти сорок пять дней просидел в неведении. Неудивительно, что нервишки сдали.
Нина Тасслер. К чести Чака, он очень яростный защитник, когда за кого-то заступается. А к своим актерам относится с невероятной заботой и уважением.
Кунал Нэйэр. Сейчас-то уже понятно, что не было ничего личного. Я был парнишкой, который только-только окончил актерскую школу. С точки зрения канала, который собирался вкладывать в проект немалые деньги, у меня не имелось никакого опыта, да и был-то я всего на одном прослушивании. Вы бы так рискнули? Для меня это стало еще одним поводом доказать себе, на что я способен. Но Чак боролся за меня. Он верил в меня.
В прессе писали, что апфронт выдался невероятно успешным. 9 мая 2007-го Slate[28] опубликовало статью, в которой говорилось: «Если полагаться на отклик рекламодателей в Карнеги-холле, то у CBS намечается хитовый проект». Ким Мастерс[29] все там же писала, что из пяти новых сериалов, которые появятся на канале в этом сезоне, «Теория…» «произвела лучшее впечатление» и она «как будто смесь сериалов „Чики и фрики“ и „Трое – это компания“ с ернической интонацией „Двух с половиной человек“: два гениальных зануды и их соседка-красотка. Зрители клюнули».
Нина Тасслер. С некоторыми сериалами, которые выходят в нужное время и в нужном месте, обычно связано случайное везение. «Теория…» вышла в самое нужное время: тогда гики, нёрды и ученые были на слуху (особенно в связи с фильмами по комиксам о супергероях, которые все больше набирали популярность). Среди наших актеров была дивная Кейли, и не будет преувеличением сказать, что она принесла особую искру в дуэт Шелдона и Леонарда. Присоединение Кейли, Саймона и Кунала к основному актерскому составу сотворило чудеса. Питер Рот был огромным сторонником сериала, и словами не передать, какие прекрасные партнерские отношения у него сложились с Warner Bros. Кроме того, Чак умеет делать многокамерные сериалы едва ли не лучше всех по современным стандартам, и, когда сериал получается безумно смешным, но при этом с продуманным сюжетом и проработанными персонажами, это настоящий подарок.
Есть и другая причина, по которой пилот выстрелил.
Джеймс Берроуз. «Шоу Мэри Тайлер Мур», «Такси», «Чирс», «Друзья», «Фрейзер», «Новостное радио», «Каролина в Нью-Йорке» – сериалы, в которых поначалу большинство актеров, если не все, были никому не известны. Это моя епархия. И когда зрители открывают для себя актеров, а те вскоре становятся знаменитыми, люди чувствуют, будто в этом есть и их заслуга, и потому еще больше склонны смотреть сериал.
Премьеру «Теории Большого взрыва» 24 сентября 2007 года посмотрели 9,52 миллиона зрителей. Газета The Washington Post назвала сериал «самым смешным ситкомом сезона», а USA Today отметила, что «у сериалов Лорри есть тенденция становиться лучше после пилота», и добавили: «Он выпустил первую серию, после которой вам не терпится посмотреть вторую. Возможно, в наши дни это и считается гениальностью». Были и такие рецензии, как, например, в Detroit Free Press, в которых «Теория…» называлась «самым отталкивающим» из всех новых шоу, но по большей части пилот приняли хорошо.
Джуди Парсонс. Наша семья закатила огромную вечеринку в доме моей дочери. Подруга даже испекла печенье в стиле «Теории…», и на некоторых было написано имя Джима. Сериал понравился людям совершенно разного возраста: старшеклассникам, студентам, взрослым, пожилым. Многие говорили мне, что сериал сближает и его здорово смотреть в компании. Поскольку я учительница, то была в восторге от слогана сериала: «Теперь сексуально быть умным». Мне понравилось, что это история о людях, которые не похожи на остальных. И несмотря на все их отличия, с ними все равно можно подружиться и включить в свой круг общения. Меня гордость за сериал пробирала.
Лестница с бирюзово-зеленым ковровым покрытием все двенадцать лет служила отдельным устройством для развития сюжета в «Теории…». Однако в первом пилоте, который так и не вышел в эфир, ее не существовало. Она появилась по требованию Лорри, который не хотел строить в павильоне фальшивую улицу и подыскивал более достоверное место, где герои могли бы ходить и непринужденно разговаривать. «Мне нравилось, как тема беседы естественным образом менялась, когда они поворачивали в другой пролет, – говорит Лорри, заставивший героев ходить по лестнице из-за сломанного лифта. – Можно было продолжать диалог, а можно было пройти поворот со смехом, пока они спускались или поднимались».
Но поскольку был построен только один лестничный пролет, декораторам приходилось всякий раз менять вид лестничной клетки, когда герои поднимались или спускались на другой этаж.
Марк Сендровски (режиссер). Поначалу было непросто, потому что они сочиняли сцены на лестнице, а нам нужно было время на смену декораций всякий раз, как герои скрывались за углом. А это значит, реплика должна быть настолько смешной, чтобы следующие слова произносились уже на другом этаже, потому что, пока они проходят очередной пролет, зрители смеются. Иногда нельзя было заставить их идти помедленней, чтобы успеть со смехом, так что пришлось попотеть. Если у нас были проблемы, мы говорили сценаристам: «Очень смешно, но, может, сократить?» Или: «Пусть они начнут эту реплику на втором этаже вместо третьего». Наши декораторы овладели своим мастерством в совершенстве. Они постоянно меняли номера квартир, перевешивали сигнальную ленту на дверях лифта, где-то ставили велосипед. На втором этаже у нас была труба. Обычно, когда герои переходили с этажа на этаж, я продолжал снимать, потому что не хотелось останавливаться и переставлять вещи, сбивая настрой у публики в студии. Было так: снимаем, меняем – готово, третий этаж. Так зрители понимали, что смотрят одну сцену.
Джим Парсонс. Я любил сцены на лестнице. Такие физические, такие технические, но при этом часть комедии. Когда шутки срабатывали, то становились ярким моментом вечера. У нас появилась возможность войти и выйти, сказать что-нибудь вне поля зрения аудитории, – бывает, что сказанная за кадром реплика становится еще смешнее. Сложнее всего было рассчитывать то, с какой скоростью и с каким темпом нужно идти, выбирать место… Очень техническая работа. Но не важно, насколько тщательно ты все просчитал, реакция публики часто может все испортить. Можно лишь предположить, где они засмеются, как долго будут смеяться и что тебе нужно будет сделать. Когда спускаешься по лестнице, нельзя просто взять и остановиться – такое выглядит неестественно. Но мне все равно нравилось то, что мы использовали эту лестницу как средство продвижения сюжета все десять лет и два года. На мой взгляд, у него было одно несомненное, хоть и неприятное достоинство: ну не могли же мы обмениваться репликами в закрытом лифте. Нужна была лестница, и потому лифт сломали и не чинили. А мы ведь жили в благоустроенном многоквартирном доме! С какой стати в нем не работает лифт? Никакой логики! Хотя лично я вижу в этом прекрасный комедийный элемент. Лифт все-таки починили в последней серии. Было здорово.
На площадке «Теории…» всего один лестничный пролет, но благодаря искусному оформлению и разрешению студии Warner Bros. пробить дыру в павильоне, чтобы актеры могли «спускаться», удалось создать иллюзию нескольких пролетов.
Фотография любезно предоставлена Джессикой Рэдлофф
В самом низу лестницы находилось небольшое свободное пространство, в котором актеры ожидали начало съемок.
Джим Парсонс. Забавнее всего было с тем небольшим пространством внизу и наверху. К зоне наверху прилегала деревянная лестница, ведущая вниз, в мастерские, так что там было немного свободного места. А вот внизу… Если нас было четверо, то приходилось тесниться в ожидании слова «мотор». Очень странно было. Ничего страшного. Просто странно.
Марк Сендровски. Декорация вестибюля располагалась справа от зрителей в студии, и мы снимали сцены в ней заранее, потому что она отделялась от декорации лестницы. В вестибюле и на всех трех этажах сцены снимали редко. А раз не было возможности построить такие декорации, а требовалась сцена на лестнице, то сценаристы знали, что должны ограничиться тремя пролетами без вестибюля.
Вторая серия «Теории Большого взрыва» была очень важной по нескольким причинам. Актерский состав и большая часть съемочной группы впервые встретилась спустя пять месяцев после съемок нового пилота. 2-я серия получила название «Теория отрубей»[30]. Всего будет 278 серий, и название каждой практически невозможно запомнить (первая серия красочно называлась просто «Пилот»). Но что самое важное, 2-й эпизод, вышедший 1 октября 2007-го, станет первым из 244, снятых будущим постоянным режиссером Марком Сендровски, а также первым для шоураннера Стива Моларо. Казалось, впереди захватывающий путь, однако ранние годы сериала оказались такими же непростыми, как отношения Леонарда с его матерью.
Чак Лорри. Пару лет с начала съемок были похожи на безумную борьбу: мы пытались понять, в чем суть сериала, как его сочинять, как продюсировать и снимать. В дополнение ко всей нестабильности я продолжал писать сценарии и продюсировать «Два с половиной человека», а опыта многозадачности такого уровня у меня не было. В сценарной комнате «Теории…» постоянно стояли крики, велись споры. Мы тогда многое переписывали и переделывали, то и дело меняли расположение камер и актеров на площадке.
В результате Лорри попросил помощи у соавтора «Двух с половиной человек» Ли Аронсона, исполнительного сопродюсера Эдди Городецки, Марка Робертса и Дона Фостера. Они взяли на себя роли консультантов, помогали со сценарием и продюсированием.
Чак Лорри. Пожалуй, они спасли сериал от полного краха и даже от закрытия, поскольку в самом начале не было ни малейшей гарантии, что у нас что-то получится.
Ли Аронсон. Наверное, Чак понимал, что Биллу не помешала бы дополнительная помощь. Я смог внести большой вклад в сериал, потому что когда-то я и сам был нёрдом. Я не любил физику, но обожал комиксы и поп-культуру гораздо больше, чем Чак. Так что моя ценность для сериала заключалась в том, что я помог ему не затормозить в начале.
Эдди Городецки. Люди ошибочно принимают Чака за человека резкого или жесткого только потому, что он умный и в делах не тянет кота за хвост. Он строго относится к остальным, но он так же строг и к себе. Он готов выслушать хорошую идею от кого угодно, но если идея плоха – ни за что не примет, даже будь она его собственной. Подкинете ему дурацкую идею – и никогда не услышите «Здорово придумано». В мире Чака Лорри не раздают призов за участие. Одна из моих любимых его фраз: «Если тебе не страшно, значит ты просто чего-то не замечаешь». Очень метко сказано.
«Теория…» в первый год своего существования сильно отличается от третьего или четвертого года, и этому поспособствовал шоураннер Стив Моларо. Американец итальянского происхождения во втором поколении, уроженец Квинса, единственный ребенок в семье, в детстве Стив был малоподвижным и не очень общительным. Утешение находил лишь в культовых ситкомах «Счастливые дни», «Лавёрн и Ширли» и «Морк и Минди». Настоящую связь с «Теорией…» Моларо почувствовал благодаря тому, что «и сам был изгоем, когда рос, поэтому воспоминания о тех эмоциях и ощущениях позволили ему лучше понять персонажей».
Стив Моларо. Из всех нанятых сценаристов, которые работали над «Теорией…», только меня собеседовали без личного участия Чака. Дело в том, что, когда я разговаривал с Биллом в Лос-Анджелесе, Чак находился в Нью-Йорке. Билл с удовольствием слушал о моей любви к конвентам по «Звездному пути», хвалил пробы моих текстов. Билл позвонил Чаку и сказал: «Прошу тебя, пообщайся с ним, хочу нанять его». Чак ответил: «Чудно. Раз он тебе нравится, нанимай».
Моларо понимал мировоззрение и интересы молодого поколения, поскольку писал сценарии для сериалов «Зоуи 101», «АйКарли», «Дрейк и Джош» и «Все лучшее в тебе».
Билл Прэйди. Я сказал Чаку, что нам позарез нужен этот парень. В сериале без него не обойтись.
Стив Моларо. Сначала я был сценаристом самого низкого уровня. Более того, меня даже часто не было в сценарной комнате. Я переписывал промоматериалы или придумывал питчи сюжета. Обычно сценарии для сериалов создаются так: в сценарной комнате продумывают основные сюжетные арки и поэпизодник[31], а затем один из сценаристов уходит писать его детальную версию. Через несколько дней сценарист возвращается с первым черновиком. И затем шоураннер отсматривает текст, что-то переписывает – и все в таком духе. Но для сериалов Чака сценарии пишутся в несколько рук одновременно, поэтому работа всегда идет в очень интенсивном темпе. И так как пишут несколько людей сразу, сложно найти место, куда можно вклиниться с питчем. Сценарий буквально на глазах создается, в процессе съемки. Было время, когда я вообще не мог ничего вставить от себя. Я и так дико нервничал, будучи новичком, а тут еще и такие люди, которые умеют мастерски сочинять смешные штуки, и сам Чак, вкалывающий в бешеном ритме. Пытаться найти свой стиль и при этом не мешать остальным было очень страшно.
Ли Аронсон. На съемках любого нового ситкома сотрудники в сценарной комнате никак не защищены и могут вылететь с проекта в любой момент. По-моему, штатным авторам нелегко приходится, поскольку они бьются над материалом для идеи, которая не продумана до конца. Только когда у шоураннеров появляется четкое видение проекта, сценарист понимает, способен ли он выполнить поставленную перед ним задачу или нет. Когда же шоураннеры понятия не имеют, что делают, ищут точку опоры или часто меняют свое мнение, штатные сценаристы сходят с ума. Сидишь, все утро пишешь, пишешь, а потом приходит человек и говорит: «Нет, это никуда не годится, переделывайте». В тот год я проникся симпатией к Стиву и другим авторам, потому что создавать ситком с нуля – сложнейшее дело.
Стив Моларо. Помню, как Дэн Фостер (один из старших сценаристов) сказал мне: «Если хочешь, можешь питчить мне, а я с удовольствием запитчу Чаку. Зайдет – я скажу, что идею подкинул ты; если нет – получу люлей вместо тебя». Тогда я был не уверен в своих силах, и заботливый Дэн стал моим амортизатором. Но для начинающих авторов это суровое место, Чак и Билл согласятся со мной. Мы никак не могли понять, что из себя представляет сериал, и мне казалось, будто я совершенно бесполезен.
Все эти трудности роста распространялись и на режиссерскую долю. Ветеран телевидения Джимми Берроуз, на счету которого «Друзья», «Чирс», «Такси», «Уилл и Грейс» и прочие сериалы, сняв два пилота, ушел заниматься другими проектами. Режиссерское кресло стало вакантным.
Ли Аронсон. Чтобы добиться успеха в работе над сериалом Чака, всем режиссерам надо очень тесно сотрудничать с ним, потому что телевидение – вотчина шоураннера, а не режиссера. Джимми Берроуз снял два пилота «Теории…», но Джимми надолго не задерживается. Он едет домой и считает заработанное баблишко. (Смеется.)
Для постановки 2-й серии пригласили Марка Сендровски, работавшего над сериалами «Да, дорогая!», «Как сказал Джим», «Король Квинса». Он даже снял пару эпизодов «8 простых правил…».
Марк Сендровски. Чак еще до «Теории…» забрасывал мне удочку, но я занимался другим сериалом. Мы не были знакомы, просто знали о существовании друг друга. В итоге когда он собеседовал меня на «Теорию…», то упомянул, что ему понравилось, как в «Короле Квинса» я сделал кое-что не как у всех. Но по-настоящему сблизил нас на том собеседовании Билл Прэйди. Он спросил: «Ты ведь тоже из Детройта, да? Фанат „Тайгерс“?» Конечно же, я их большой фанат! Приятно, когда у вас есть что-то общее, кроме работы. В конце концов меня пригласили снять несколько серий.
Продюсеры не планировали никого брать на постоянную режиссерскую должность в «Теорию…». Лишь спустя несколько серий, когда нанятый постановщик (Сендровски отказался называть его имя) был уволен в середине недели, Сендровски предложили доснять брошенный эпизод.
Марк Сендровски. Мне позвонили, спросили, смогу ли я вернуться и доделать серию. Я тогда работал над «Правилами совместной жизни», но нашел время и закончил серию «Теории…». Продюсеры воскликнули: «Ты спас сериал!» Я им в ответ: «Да не, я ж его как раз таки и закончил». Это помогло закрепить мой статус на площадке, я стал «тем самым парнем, который режиссер». В итоге я так и остался «тем самым парнем».
Ли Аронсон. Марк стал идеальным режиссером сериала, поскольку он прекрасный соавтор, а еще умеет работать с актерами. Он всегда выдавал нам именно то, что мы хотели увидеть. Конечно, если мы точно знали, что именно хотим видеть. Далеко не все режиссеры способны на такое, многие даже не понимают, где в сцене кроется шутка. Приходится им подсказывать, куда направлять камеру, чтоб эту шутку грамотно акцентировать.
Сендровски снял 13 из 17 серий 1-го сезона. То, что он идеально подходил на должность режиссера, бросалось в глаза еще со 2-й серии, в которой Шелдон и Леонард затаскивают по лестнице габаритную мебель в квартиру Пенни.
Марк Сендровски. В сценарии значилось: «Парни пытаются поднять по лестнице коробку с разобранным стеллажом». И все. Во время репетиции мы придумали шесть сцен, по две на каждой площадке. Показали их на прогоне, и сценаристам понравилось. В серию вошли три из них, а суть была в том, что парни почти затаскивают коробку на нужный этаж, но в конце она съезжает. Очень простой комедийный прием, но актерам понравилось. Наверное, после этого Чак и сценаристы прониклись симпатией ко мне.
Джонни Галэки. Это была не просто отличная комедийная сцена, это сцена, в которой мы с Джимом впервые взглянули друг на друга, услышали, как смеются зрители, и поняли, что у нас получается нечто особенное. Мы почувствовали связь.
Джим Парсонс. Прошло уже несколько месяцев после съемки второго пилота, так что тогда мы только начали снимать весь сезон. Чувство было примерно такое: «Господи, вот и начало пути! Работа пошла!»
Марк Сендровски. Я снял много сериалов, которые смешными не считаю. Снимал просто ради денег. Здесь же была совсем другая история.
По названию 1-й серии – «Теория отрубей» – никто бы не догадался, о чем в ней идет речь (в данном случае название отсылало к хлопьям с отрубями, которые ел Шелдон), но в этом и заключался весь смысл.
Ли Аронсон. Идея о том, как называть серии, пришла Биллу Прэйди. Обычно никто не помнит названия серий в ситкомах, поэтому в «Друзьях» они все начинаются со слов «Серия, в которой…». Так про них люди и говорят.
Билл Прэйди. Я подыскивал шаблон для названий и даже предложил несколько. В итоге мне пришла идея назвать каждую серию в стиле какой-нибудь научной теории, закона или явления. На стене в сценарной комнате мы повесили огромный список «типа научных» слов. Согласно нашему правилу, нельзя использовать одно и то же слово дважды за сезон. Иногда целый час убивали, чтобы название придумать. Чак всегда от этого увиливал.
Стив Холланд (исполнительный продюсер, шоураннер). Иногда мы в сценарной играли так: кто-то говорит название серии, а другой угадывает, что в ней происходит. Угадывали мы плохо.
В 3-й и 4-й сериях появлялись актрисы, уже знакомые и любимые зрителями по сериалу «Розанна»: Сара Гилберт (в «Розанне» играла Дарлин Коннер) в роли женщины-ученого Лесли Уинкл и Лори Меткалф (играла Джеки Харрис) в роли Мэри Купер, религиозной матери Шелдона из Техаса. И хотя «Розанна» закончилась почти десять лет назад, работа с этими актрисами стала своеобразным воссоединением для Лорри (он работал сценаристом и исполнительным продюсером сериала) и Галэки (играл парня, а затем и мужа Дарлин). Можно подумать, будто актрис позвали специально, чтобы привлечь внимание зрителей, но Лорри это отрицает.
Чак Лорри. Я был их огромным фанатом, да и все желали поработать с ними. Когда пишешь роль, скажем, для пассии Леонарда, то хочешь, чтобы он встречался с женщиной-ученым, которая так же хороша, как и он, или даже лучше его, и чтоб она еще была остра на язычок. В такой момент думаешь: «Хмм, кого бы позвать?» (Смеется.) И Сара была той самой.
Кейли Куоко. Я знала, что Сара с Джонни были добрыми друзьями. Он так радовался, когда узнал, что она будет сниматься в сериале.
Джонни Галэки. С Сарой было так здорово! Но вместе с тем и немного странно, ведь мы с ней играли персонажи, которые были совершенно непохожи на Дарлин и Дэвида. И все же, работая рядом с Сарой, чувствуешь некое спокойствие. Помню, я чуток накосячил в серии, где мы играли на виолончели, потому что, когда меня спросили, умею ли я играть на музыкальных инструментах, я ответил: «Конечно, на многих!» В реальности я к виолончели лет сто не прикасался. Думаю, от меня ожидали большего. (Смеется.) И вполне закономерно!
Сара Гилберт и Кейли Куоко в перерыве между съемками. Гилберт известна по роли Дарлин Коннер в сериале «Розанна», а также по «Теории Большого взрыва», в которой она сыграла доктора Лесли Уинкл, специалиста в области экспериментальной физики. По сюжету она встречается с Леонардом незадолго до того, как тот вступает в отношения с Пенни. Фотография любезно предоставлена Кейли Куоко из личной коллекции
Сценаристам было интересно, наладятся ли отношения между Леонардом и Лесли, однако у тех ничего не вышло. Кроме того, зрители уже предвкушали роман Леонарда и Пенни.
Стив Моларо. Нам хотелось, чтобы у Леонарда было несколько любовных линий, поэтому подыскивали истории. Мы также думали, что будет круто добавить в сериал женщину-ученого, поскольку Лесли с Леонардом работали в одном университете. Да и Чак знал Сару еще по «Розанне». Но мы не рассматривали долгие отношения для Леонарда, поскольку всегда считали, что он время от времени будет сходиться и расходиться с Пенни. Нам не нужна была постоянная подружка для него. Мы просто добавляли персонажи и наблюдали, удачное ли это решение и приведет ли оно к забавному развитию сюжета.
Ли Аронсон. Прежде чем мы придумали Эми Фарру Фаулер и Бернадетт Ростенковски, мы рассматривали несколько вариантов девушек в качестве возлюбленных или приятельниц для главных героев. Лесли Уинкл была одной из них, еще была Сара Ру. Раз мы хотели продолжать сериал, стоило расширить состав персонажей.
Стив Моларо. Но мы никогда не планировали далеко вперед, хотели, чтобы сюжет развивался сам собой. Мы не форсировали арки персонажей, ну разве что в двенадцатом сезоне, когда продумывали финал сериала и получение Шелдоном Нобелевской премии. Что же до развития отношений и добавления новых персонажей, то мы предпочитали просто плыть по течению. Пусть развиваются в своем темпе, а мы будем следить за тем, вписываются ли они в общую атмосферу сериала.
Лори Меткалф впервые появляется в 4-м эпизоде «Эффект светящейся рыбки». Лорри, зная о ее знакомстве с Галэки, попросил того разузнать, будет ли ей интересна роль в «Теории…». По сюжету Мэри приезжает к парням, когда Леонард рассказывает ей об увольнении Шелдона из Калтеха. Мэри объясняет, что характером Шелдон пошел в отца, а предрасположенность к науке у него «от Бога».
Лори Меткалф (исполнительница роли Мэри Купер). Джонни спросил, не хочу ли я участвовать в сериале. Там было столько моих знакомых по «Розанне» из актеров, съемочной группы и сценаристов, что я как будто неделю побыла в родном доме. Я поразилась тому, насколько хорошо все сработались в команде сериала. А ведь съемки начались только недавно. Сценарий тоже был потрясающий, поэтому к своей роли в «Теории…» я возвращалась снова и снова.