Дина Данич Стану твоим парнем

- Мой, - киваю.

Снова смотрю на кулон. Я ведь смирилась с потерей за эти дни. Было больно и обидно вот так лишиться единственной памятной вещицы.

Когда мама попала в аварию, мне кажется, весь мир посерел. Стал черно-белым. Мне было так одиноко и страшно.

Тогда я думала, что хуже быть не может.

Оказалось, очень даже. Просто тогда я не знала, каким мерзким и грязным бывает предательство.

Сглатываю тугой ком в горле и снова поднимаю взгляд на Игнатова. Он молчит и как-то чересчур пристально смотрит на меня. Словно ждет чего-то.

Я с огромным трудом собираю себя и свои эмоции, медленно выдыхаю, мысленно считая до пяти.

Конечно, я не дурочка, понимаю, ради чего он старался. Не знаю, зачем ему это нужно - девчонок за ним бегает полно. Даже сейчас, когда он вроде как с Макаровой, все равно находятся смелые, готовые из трусов выпрыгнуть, только бы затусить с одним из завидных женихов нашего университета.

Почему при этом Игнатов упорно преследует меня уже которую неделю - большой вопрос. Неужели, и правда, я так сильно задела его гордость на той проклятой вечеринке?

- За кулон спасибо, - тихо говорю, и в этом я искренняя с ним. - Но в остальном больше не трать время. Тебе не обломится.

Парень чуть приподнимает брови, словно не верит тому, что я говорю. Вроде бы его привычной ухмылки нет, но я буквально чувствую, что вот-вот все скатится к нашей традиционной пикировке. Поэтому наношу удар первая. Лучшая защита - это ведь нападение, правда?

- Хочешь сдать меня Хвостову - валяй.

Игнатов продолжает молчать - только сверлит меня тяжелым мрачным взглядом. Нечто подобное я видела у Карельского, но видимо, потому что они одного поля ягоды.

Решив, что ответа так и не будет, поднимаю пакет и, развернувшись, иду на свой этаж. Потом забегу к Марусе. Не в том я состоянии, чтобы обсуждать какие-то деловые вопросы.

Витя догоняет меня и резко разворачивает к себе.

- Вася, да куда ты собралась?

- Домой, - спокойно отвечаю. - Повторяю - за кулон спасибо. Правда. Но в остальном - можешь не строить планы на мой счет.

- Так я уже построил, - нагло заявляет мажор и делает ко мне шаг, так что встает подозрительно близко. - Причем гениальный, - добавляет он, сверкая почти одержимым взглядом.

- И в чем он состоит? - с вызовом спрашиваю. - Начнешь шантажировать? Или погоди, может быть, ты и нанял тех придурков, чтобы сейчас выглядеть как настоящий спаситель бедной девушки?

С каждым моим словом на лице парня все ярче проступают досада и злость. Как будто все, что я говорю, его жутко раздражает.

- Нет, детка, - гаркает он, хватая так, что я оказываюсь прижатой к его огромному телу. - У меня, знаешь ли, план попроще, но куда более действенный.

- Удиви меня, - огрызаюсь, стараясь держать удар.

Игнатов наклоняется так низко, что между нашими лицами остается очень маленькое расстояние.

- Стану твоим парнем, Василина.

Звучит это как проклятье, честное слово.

- Ты станешь моим кошмаром, если не оставишь в покое, - шиплю, стараясь оттолкнуть нахала. Но куда там! Держит он меня достаточно крепко. - Уходи!

- Ты такая красивая, - внезапно шепчет Витя, чем выбивает меня из колеи.

- Серьезно? И на это все еще ведутся?

- А еще настоящая, - продолжает он одержимо шептать. - У меня такого раньше в жизни не было. Никогда.

Его палец скользит по моему лицу, а у меня почему-то мурашки по спине бегут. И вовсе не от омерзения.

Мне никто никогда не говорил такого. И даже если я отчётливо понимаю, что все это - просто игра, нет смысла врать себе самой - мне нравится. Нравится, когда на меня смотрят вот так.

- Уходи, - повторяю и упираюсь ладонями в его грудь. Это становится моей ошибкой, потому что в следующий момент его губы накрывают мои.

А дальше случается что-то невообразимое. Я полностью теряю контроль над происходящим. Это не первый мой поцелуй, но есть ощущение, что первый настоящий.

Как будто меня подхватывает ураган - беспощадный и в то же время крышесносный.

Игнатов целуется умело, и я даже не улавливаю момент, когда мы оказываемся в нашей с девочками квартире.

Тем более что именно в это мгновение щелкает выключатель, и вспыхивает свет. Я морщусь, а затем вижу Олесю, которая ошалело смотрит на нас с Игнатовым.