Дина Данич Невинная для Севера

16 Алина

Прихожу в себя я уже в своей комнате. Даже странно, как быстро я стала ее считать своей. Глубоко вдыхаю и осторожно приподнимаюсь, с опаской оглядываясь по сторонам. Но я одна. Никого больше нет.

Тут же вспоминаю, что было перед тем, как потеряла сознание, и мороз по коже. Резко после слов Яна. Мне повезло – Север тормознул его, хотя это и странно. Он же уверен, что я шлюха. Так почему же оттащил своего друга? Или работника?

Смотрю на часы – похоже, всего пара часов прошла, как все случилось. Я бы с радостью так и осталась здесь сидеть, но вряд ли та же Валентина за это по головке погладит.

Тележку с тряпками и средствами для уборки нахожу там же, где и в прошлый раз – в подсобке. В коридор выхожу не сразу – вначале осторожно выглядываю. Не хотелось бы снова в кого-то врезаться. В прошлый раз ничего подобного Яну не было. Только Кирилл обознался, но больше никто меня и пальцем не тронул. Даже когда Марк поймал в кабинете хозяина дома.

Теперь же стоит быть аккуратнее, раз в доме бродят такие неадекваты, как Ян.

Едва поднимаюсь на второй этаж, как вижу Валентину. Она хмуро смотрит на меня.

– Очухалась?

– Д-да, – киваю. – Простите, я не специально, просто…

Она демонстративно закатывает глаза, и я замолкаю, так и не закончив фразу.

– Ясно все с тобой. Но если увидишь Демьяна, не провоцируй этого недалекого.

Снова киваю. А сама думаю – почему Демьяна? Хотя, может, это сокращение такое.

– Он иногда лезет к девочкам. Дашь слабину – решит, что ты не против. И в следующий раз Сергей Александрович может не успеть вмешаться.

Краснею так, что даже уши горят. Какой же кошмар… Стыдоба. Получается, она теперь в курсе того, что случилось.

– Иди, работа сама себя не сделает, – добавляет экономка и уходит к лестнице.

В целом с уборкой у меня проблем не возникает. Никогда не боялась работы. А учитывая, какое у меня детство…

Комнат, конечно, слишком много. И когда я добираюсь до спальни Севера, то долго не решаюсь зайти. Даже стучусь для начала, чтобы убедиться, что хозяина дома нет… дома, получается.

Каламбур какой-то.

Осторожно заглядываю – не знаю, что уж я там хотела увидеть, но комната как комната. Довольно минималистичная обстановка. Широкая кровать бросается в глаза. Шкаф, тумба, кресло. А справа – дверь в ванную комнату.

Борюсь с желанием поглазеть по сторонам. Мое дело – провести уборку. Точка.

Но почему-то одного понимания, что это – территория Севера, хватает, чтобы руки тряслись. Ругаю себя за такую реакцию – ну, подумаешь, комната! Что такого-то?

Но, видимо, все дело в том, что одна лишь мысль об этом жестком циничном мужчине повергает меня в состояние, близкое к панике – слишком он сильный, властный и пугающий.

Хотя ведь он заступился перед Демьяном за меня…

Наконец, справившись с оставшимися комнатами, спускаюсь вниз. Отношу все в подсобку и, глянув на время, направляюсь на кухню.

Но лучше бы задержалась с уборкой и побыла еще наверху, честное слово. Первое, что я вижу, когда захожу – Кирилла, сидящего на стуле, а весь его правый бок залит кровью.

Начальник охраны поднимает взгляд и замечает меня.

– О, новенькая, – морщится он. – Тебе чего?

– У в-вас кровь, – заикаясь, отвечаю.

– Да ты просто Капитан Очевидность, – ухмыляется мужчина. – Бля, Марк, а можно как-то побыстрее? – рычит он.

Тут появляется помощник Севера с аптечкой в руках и тоже замечает меня.

– А, Бедовая, – равнодушно бросает он. – Хорошо, что пришла. Давай, будешь помогать.

– Я?

Он поворачивается и смотрит на меня тяжело.

– Ты, Алина, мать твою, Малина. Что, переломишься помочь?

– Нет, конечно, – мотаю головой испуганно. – Просто я мало что умею. А тут, наверное, в больницу надо, – замечаю, видя, как Кирилл стягивает окровавленную рубашку.

– Да не ссы ты, – фыркает он. – Тут просто черкануло маленько. Ты что, крови боишься?

– Ничего я не боюсь, – обидчиво отвечаю и иду мыть руки. – Я вообще-то курсы первой помощи проходила.

Кирилл присвистывает.

– Слышь, Марк, у нас тут медсестричка наклевывается.

– Завались, – беззлобно бросает тот, раскладывая на столе все, что понадобится – перекись, ватные диски, бинты, нитки с иголками.

Замираю, ожидая указаний или еще чего.

– Вот какого черта полез? – ворчит между тем Марк. Тихо, но я все равно слышу.

– Ты сам знаешь, – бубнит в ответ пострадавший. – Черт, понежней, начальник! – возмущается, когда помощник Севера промакивает рану.

– Больно нежный ты стал.

Они тихонько переругиваются. Я же отстраненно наблюдаю за этим и почему-то вместо ужаса испытываю любопытство – получается, что девчонки не врали, и Север и правда ворочает незаконные дела? Иначе откуда бы у его работников были огнестрельные ранения?

– Ау, бедовая! – рявкает Марк.

– Что?

– Доделай, говорю. Мне уехать срочно надо.

– Как? – округляю глаза, косясь на начальника охраны, у которого явно не заштопано еще ничего.

– Жопой об косяк, – грубит он. – Зашей все, чего непонятного? Дела у меня.

И уходит. Ошалело смотрю на Кирилла – тот, по ходу, вообще не парится. Подумаешь, дырка в боку.

– Ну, что, медсестричка, латать-то будем меня?

– Вам совсем не больно? – удивляюсь, подходя ближе.

– Ну, почему не больно? Больно. Но бывало и хуже. Давай, штопай, и мне пора уже по делам.

– По делам? – тупо повторяю за ним. – Да вы что ! Тут нужен покой. И антибиотик. И вообще к врачу надо съездить!

– Э, тише, чего раскипятилась-то, – ухмыляется Кирилл. – Давай, помоги, раз не хочешь сама. И вискарь притащи – Марк что-то запамятовал, по ходу.

Дурдом какой-то, честное слово. Но кто я такая, чтобы спорить с огромным мужиком?

Мне впервые приходится шить кого-то нитками. Руки трясутся, и первый прокол дается сложно.

– Да что ты мнешься, как девчонка! – рявкает Кирилл. Затем осекается. – А, ну да. Ладно, давай, не растягивай удовольствие. Или, может, тебе нравится делать больно?

Он прищуривается и так смотрит, что я больше взгляда не поднимаю, полностью сосредоточившись на ране.

Рана, кстати, оказывается не от пули, а от ножа. Что вообще-то не меняет дела. Крови столько, что в какой-то момент у меня начинает кружиться голова. Но, к счастью, это уже финал, так что я, наконец, залепляю рану пластырем, стягиваю перчатки и выдыхаю.

– Все-таки вам надо полежать, а лучше – к врачу.

– То есть все же любишь ролевые? – глумливо щурится мужчина. Даже ладонь свою мне на бедро кладет, которую я тут же скидываю.

– Да делайте, что хотите! – психую и сбегаю к себе в комнату.

Вообще надо бы найти Валентину и спросить, могу ли я быть свободна. Но нет желания снова терпеть издевательства и шуточки со стороны мужчин. Поэтому я отсиживаюсь в комнате. Малодушно? Да. Но мне хватило уже приключений.

Лучше я потом что-то дополнительно сделаю по поручению Валентины, чем снова попаду под раздачу мужского интереса.

Правда, долго отдыхать не получается – ко мне приходит сам хозяин дома.

Я тут же соскакиваю с постели, чуть не в струнку вытягиваюсь, предвкушая очередной непростой разговор.

– Я так понимаю, спокойно тебе не сидится, да? – мрачно спрашивает он, закрывая за собой дверь. И хлопок выходит слишком уж оглушительным.

Напряженно смотрю на мужчину. Чего он ждет? Что я начну оправдываться? Так это не я начала, а Демьян!

– Он сам на меня налетел, – тихо говорю, готовясь к очередной порции унижений.

Правда, Север чуть приподнимает брови.

– Он?

– Демьян.

– Ах, Демьян…

Он проходит чуть вперед. Всего пара шагов, но мне кажется, что вокруг него прямо атмосфера меняется – становится давящей, холодной. Как и он сам.

Ну точно – Север.

– Я его не провоцировала. Я вообще работать шла!

– Похвальное рвение, – фыркает хозяин дома. – Тебя вообще нельзя без присмотра оставлять, по ходу. Сразу находишь себе приключения на задницу. Теперь вот в медсестрички заделалась?

– Я случайно зашла на кухню, а там он…

Слишком уж говорящий в этот момент взгляд у Севера. Замолкаю, так и не озвучив свою версию событий. Плевать ему. Наверняка придумывает, как бы позаковыристее меня обозвать или наказать.

Сжимаю ладони в кулаки. Надоело такое отношение. Но что я могу?

– Объяснять, что об увиденном надо молчать, нужно? – безразличным тоном уточняет он.

– Нет, – тут же мотаю головой. – Я никому.

– Уверена?

Что-то в его голосе меня настораживает. Может, это проверка какая-то? Но я же не идиотка, чтобы угрожать разболтать. Да и что я скажу? Что видела ножевую рану?

– Конечно. Я буду молчать. Хотя кому это вообще интересно?

Север чуть наклоняет голову, окидывая меня оценивающим взглядом.

– Тебе рассказать, кому?

– Не надо. Можно я просто отработаю долг, и все? Я, честное слово, никуда не лезу, и постараюсь вам не попадаться на глаза.

– Что, и даже не хочешь ничего попросить за свою медицинскую помощь?

– Так я ничего такого и не сделала, – осторожно возражаю.

– Правда? А вот Кирилл утверждает обратное. Говорит, залатала его на пятерку. Где научилась?

– Курсы первой помощи проходила. А залатала я его плохо, – честно признаюсь. – Ему вообще-то врачу надо показаться, и антибиотики, наверное, какие-то, чтобы выписали. Это же не царапина рядовая.

– Не царапина, – медленно кивает Север, подходя еще ближе.

Его пристальное внимание тяготит и выводит из зоны комфорта. Хотя… Хотя в принципе нахождение здесь – уже выход из этой самой зоны.

– Так что, Алина-Малина? Что хочешь в благодарность? Шмотки новые? Или баблом возьмешь?

– Спишете долг? – удивляюсь.

– Нет. Долг ты отработаешь, чтобы знала, как колотить все без разбору. Но раз уж ты так помогла, будет справедливо, что и ты получишь какую-нибудь цацку.

– Я могу сама попросить? – спрашиваю, когда молчание затягивается, а Север нетерпеливо приподнимает брови.

– Проси, – кивает он, а в глазах мелькает презрение.

– Можно я вернусь домой? – вижу уже, как Север собирается возразить, и быстро добавляю: – Всего на пару дней! Мне надо сдать важные зачеты! – умоляюще прошу его. – Я учусь на бюджете, и если не закрою хвосты, то меня отчислят. А значит, и из общежития выселят.

Я молча жду приговора, но хозяин дома что-то не торопится высмеивать меня или мою просьбу.

– Ты уверена, что хочешь попросить именно это? Я ведь могу решить вопросы с твоими экзаменами и зачетами.

– Можете? – округляю глаза. – Обалдеть. То есть… Нет, спасибо. Я прошу отпуск, чтобы решить вопросы с учебой.

По лицу Севера вообще нельзя ничего прочесть – совершенно равнодушная маска. Впрочем, чего я ждала? Что его тронет моя просьба?

– Я подумаю, – бросает он и выходит из комнаты.

И затеплившаяся было надежда тут же превращается в пепел.

Ну, дура. Точно – дура! На кого понадеялась-то?

Удивительно, но до конца дня меня никто больше не дергает. Даже Валентина не приходит дать дополнительное задание за то, что я выпала на пару часов из рабочего процесса. Словно про меня все забыли.

А следующее утро начинается с того, что ко мне снова приходит Север. Но теперь не один, а вместе с Демьяном.

17 Алина

Хорошо, что я успела уже умыться и одеться. Иначе бы вышло как минимум неловко.

Демьян смотрит на меня с плохо скрываемым пренебрежением, хозяин дома, как и всегда, невозмутим и безразличен.

Наше общее молчание затягивается, и Север лишь едва поворачивается в сторону Демьяна, как тот, закатив глаза, выдаёт:

– Да понял я, понял, – делает снисходительное выражение лица и добавляет: – в общем, соррян, что хотел тебя выебать.

Парень кривовато ухмыляется и даже шутливый поклон отвешивает. Вот только следом слышится веское:

– Демьян.

Северу даже добавлять ничего не приходится – его то ли друг, то ли работник меняется в лице.

– Приношу глубочайшие извинения, что повелся на милую мордашку и предложил провести время в сексуальных утехах.

Не знаю уж, чем бы все закончилось, но я начинаю задыхаться от того, какое напряжение повисает между этими двумя, и потому тороплюсь сказать:

– Извинения приняты.

Судя по выражению лица Севера, он явно не согласен. Но… Но тему не продолжает. Впрочем, ему и без этого получается в очередной раз выбить у меня почву из-под ног.

– Ты вроде хотела отпуск, чтобы поучиться, – равнодушно произносит он, а я могу лишь удивлённо хлопать глазами.

Да ладно? Он это серьезно? Что, правда отпустит?

– Да, это было бы здорово.

Замечаю, как кривится Демьян, но мне все равно. Пусть думает, что хочет. Надеюсь, больше мы с ним не пересечемся.

– Хорошо. Сколько дней тебе надо?

– Может быть, пару недель, – неуверенно говорю, но, заметив недовольство Севера, тут же исправляюсь: – вообще я могу по выходным продолжать работать. Я не собираюсь сбегать.

Демьян на этих словах демонстративно фыркает и выразительно смотрит на дверь, но почему-то не решается уйти без одобрения Севера.

– Хорошо, – кивает тот. – Сегодня как раз понедельник. В пятницу вечером вернешься. Демьян тебя отвезёт и присмотрит.

Чего?

– Ээээ… Чего?! – вторит тот моим же мыслям. – Север, ты вообще, что ли?

Наверное, я впервые вижу кого-то, кто вот так дерзко разговаривает с этим мужчиной.

– А что такое? – насмешливо спрашивает тот. И это странно – видеть хоть какие-то эмоции на его лице. – Боишься, не потянешь такое простое задание?

– Да, блядь, я же просил нормальную работу! – продолжает возмущаться парень. – Мне что, за этой девкой по пятам ходить? Я, по-твоему, старик без мозгов, что ли?

Север ухмыляется ещё шире. А я опять решаю вмешаться:

– Да не надо за мной присматривать.

Он не злится на мое заявление, снова смотрит на Демьяна и вдруг говорит:

– Поверь, скучно тебе точно не будет.

– Север, у меня вообще-то…

– Я все сказал, – пресекает он возмущения парня. – Головой за неё отвечаешь. Это ясно?

Демьян стискивает зубы, но все же кивает. Затем злобно зыркает в мою сторону.

– У вас полчаса. Машина ждать не будет. Не успеете – пешком пойдёте .

– Бля, ты серьезно? Да я-то при чем? А если эта… – ещё один взгляд на меня, – долго будет собираться? Бабы же вечно толкутся безрезультатно.

– Ну, ты взрослый мальчик, – ухмыляется Север. – Придумай, как решить этот вопрос цивилизованно.

На последнем слове он делает упор.

– Отвечаешь головой.

Бросив это, Север уходит.

Просто уходит, оставляя меня наедине с парнем, который сначала пытался меня соблазнить и поиметь, а теперь ненавидит.

Демьян матерится, не стесняясь. А затем поворачивается ко мне.

– Что застыла? Ты слышала – у тебя полчаса, – заявляет этот хам, а затем тоже выходит из комнаты.

А я… Я в шоке. Конечно, воспользуюсь шансом. Пусть Север и приставил ко мне пугающего Демьяна, лучше уж так, чем вылететь из института.

Одежду мою и вещи из клуба привезли и оставили в шкафу. Это оказалось приятным сюрпризом.

Демьяна я вижу, едва выхожу из дома – стоит возле одной из машин, курит и нервно пинает ботинком колесо. Рядом с ним Кирилл. Надо же, по нему даже не скажешь, что еще вчера истекал кровью.

Стоит вспомнить этот опыт, как меня передергивает. Начальник охраны что-то выговаривает Демьяну, а тот как будто слушает, но постоянно то ли огрызается, то ли спорит. Я замираю в нерешительности – нарываться на очередные едкие замечания нет никакого желания. Но Демьян замечает меня, выпрямляется. И тут же в мою сторону поворачивается и Кирилл.

Неуверенно подхожу к ним.

– Я готова.

– Привет, медсестричка, – подмигивает мне начальник охраны.

– Здрасте, – теряюсь я от его приветствия. А Демьян тут же странно ухмыляется.

– А Север знает, что ты ее пялишь?

– Язык бы тебе укоротить, – вздыхает Кирилл. – Садитесь. Водитель заждался уже.

Я выбираю заднее пассажирское сиденье. Демьян, наоборот, переднее. Но оно и к лучшему. Лучше так, на расстоянии.

Водитель у нас – один из угрюмых охранников. Тот самый Анатолий, что привез меня сюда из клуба.

– В университет? – сухо уточняет он.

– Нет, мне в общежитие сначала надо, – мой сопровождающий демонстративно фыркает. – Надо конспекты взять, – зачем-то оправдываюсь перед ним.

Дорога пролетает быстро. Но вместе с тем еще и нервно. Меня не трогают, не спрашивают больше ни о чем, но я ощущаю напряжение, которое так и витает в салоне автомобиля.

Когда возле общежития Демьян выходит из машины вслед за мной, я испуганно торможу.

– Ты куда?

Он насмешливо смотрит на меня.

– За тобой, детка.

– Не надо. Я дальше сама. Спасибо, что проводил.

Его ухмылка становится еще более обидной и циничной.

– Ты плохо поняла, что сказал Север? Считай, я теперь твоя тень. Хотя поверь, мне есть чем заняться, кроме того чтобы пасти твой симпатичный зад.

– Вот и займись. Не волнуйся, я не расскажу ему ничего.

Парень пару секунд смотрит на меня, а затем начинает хохотать.

– И чем ты его зацепила?

– Кого?

– Ну точно, отмороженная, – фыркает он. – Веди, давай, в этот твой клоповник.

Недовольно поджимаю губы. Конечно, общежитие оставляет желать лучшего. Но все равно неприятно слышать подобное о месте, где я живу. Особенно, учитывая, что ничего лучше мне в ближайшее время не светит.

Вахтерша – тетя Клава – на входе тормозит Демьяна и пытается его не пустить, я же даже не останавливаюсь. Если что – не мои проблемы. Этот Демьян меня и так пугает, а тут еще заступаться за него?

Правда, уже на втором этаже он меня догоняет.

– Здесь могут находиться только студенты.

Демьян ожидаемо полностью игнорирует мой выпад. Он вообще ведет себя так, будто ему плевать на правила. Потому что, идя прямо по коридору, закуривает едва ли не под вывеской о запрете курения.

– В комнату не пущу, – предупреждаю, когда поднимаемся на мой этаж.

– Больно надо, – фыркает он.

Мне везет – Лада уже ушла, так что не приходится объясняться, где я пропадала. Наскоро переодеваюсь, собираю сумку – до начала пары совсем немного времени. Придется бежать.Так сосредотачиваюсь на том, что надо успеть повторить и к кому из преподавателей подойти, чтобы совмещать учебу с работой у Севера, что напрочь забываю про Демьяна.

Он догоняет меня уже на лестнице. Хватает за руку, и только тогда я вообще про него вспоминаю.

– Ты чего?!

– Куда торопишься? – ухмыляется он, выбрасывая окурок в ближайшую мусорку. – Так тянет к знаниям?

Меньше всего хочется вести с ним разговор про пользу образования. Поэтому просто игнорирую парня и спускаюсь вниз.

– Заходи еще, Янчик, – говорит вахтерша, когда мы проходим мимо, и у меня чуть глаза на лоб не лезут. Что он такое сделал, что задобрил тетю Клаву? Она же вечно всем недовольна!

Кошусь в сторону моего навязанного охранника. Но тот увлеченно что-то печатает в телефоне.

– Куда рванула? – дергает меня за рукав. – Машина там.

– Я пешком.

– Не успеешь, – лениво возражает он. – Или ты для прикрытия просилась сюда – лишь бы метелками не работать? Так я могу устроить в места поинтереснее.

И этот туда же!

– Ладно, поехали на машине, – цежу сквозь зубы. В конце концов, мне и правда надо успеть.

Если бы я только знала, чем обернется для меня подобная охрана и доставка до места, ни за что бы не стала привлекать лишнего внимания.

Но увы…

18 Алина

В обед на большой перемене Лада подсаживается ко мне за стол и смотрит на меня своим фирменным взглядом а ля “давай рассказывай, я и так все знаю”.

– Что?

– Говорят, ты сегодня приехала на какой-то крутой тачке.