Диана Мэй Тайна доски почёта

– На втором этаже есть доска почёта, которую нужно обновить. В последние два года этим никто не занимался. Я попрошу завуча, Елену Викторовну, предоставить фотографии новых кандидатов, а вас, молодая леди, попрошу поменять все старые фотографии на новые, – строго произнёс Лев Александрович, его взгляд неотрывно следил за мной.

Едва он закончил, как вдруг в дверь постучали. Все головы повернулись к входу. Кто-то шепнул: «Наверное, новенький». В воздухе повисло любопытство. Что ждёт его, если даже со мной учитель не был милостив?

Дверь приоткрылась, и в проёме показался высокий парень с рюкзаком, закинутым на плечо. Да, это был новенький. Но на его лице не было ни тени вины. Спокойным голосом он произнёс:

– Здравствуйте, извините за опоздание. Я заблудился среди кабинетов, можно войти?

Учитель бросил на него колючий взгляд, губы сжались в тонкую ниточку. Всего второй день в школе – любой мог заплутать среди одинаковых коридоров, тем более когда кабинеты менялись после каждого урока. Но напряжение, висевшее в воздухе с моего неудачного входа, теперь сгустилось до предела, словно перед грозой. Новенький стал второй молнией, ударившей в и без того накалённую атмосферу.

У учителя явно кончалось терпение, и он сквозь зубы процедил:

– Подобные задания будут даны каждому, кто опоздает на мой предмет. Это касается и вас, молодой человек. – Он сделал акцент на последней фразе, смотря прямо в глаза парню. – Будете помогать своей соседке по парте. А что нужно сделать, она вам объяснит. На этом всё. Мы уже достаточно времени потеряли. Начнём урок.

Новенький сел, приняв позу со скрещёнными руками на груди, и вёл себя абсолютно спокойно, как будто подобные наказания были для него обыденностью. А для меня это стало ударом по самолюбию. Вот бы и мне так же реагировать на всё, – пронеслась мысль.

Оставшаяся половина урока прошла в гробовой тишине. Все поняли: новый учитель – человек строгий, если не сказать больше. И я бы не так злилась, если бы он просто простил мне опоздание и озвучил своё задание как просьбу, а не как наказание.

Прозвенел звонок, и наконец-то можно было прервать эту зловещую тишину. Ученики, словно разъярённые быки, протискивались через дверь, чтобы насладиться десятью минутами перемены. Мои друзья только повернулись ко мне, чтобы что-то спросить, но новенький опередил их:

– Так что за задание он дал?

Я была удивлена его бесцеремонности – хоть бы поздоровался для начала, – но решила не язвить.

– Учитель попросил обновить фотографии на доске почёта. Фотографии должен предоставить завуч, а потом мы сможем их заменить, – объяснила я, с трудом скрывая раздражение.

– Окей, – бросил он через плечо и вышел из класса.

Я сжала кулаки. Этот день испытывал меня на прочность – сначала строгий учитель, теперь этот невыносимый новичок. Внешне я сохраняла ледяное спокойствие, но внутри кипела, как забытый на плите чайник.

Тёплое прикосновение прервало мои мысли. Мира аккуратно накрыла мою дрожащую руку своей ладонью.

– Не кипятись, – прошептала она, и её улыбка – та самая, солнечная, с ямочками на щеках – растопила часть моего раздражения. – Если этот загадочный тип не придёт, мы тебе поможем.

– Без вариантов, – тут же подхватил Эрик, бросая на меня из-под очков свой фирменный подбадривающий взгляд.

Мира вдруг оживилась:

– Ой, я же звонила тебе утром! И писала… Но ты… – Её голос дрогнул с ноткой вины. – Когда ответа не было, а время поджимало, я рванула в школу. Ты ведь не в обиде?

– Да ладно тебе, – махнула я рукой. – Странно только, что я ни звонка, ни будильника не услышала…

– После трёх месяцев свободного графика организм бунтует, – философски заметил Эрик, поправляя рюкзак на плече.

Я почувствовала, как напряжение постепенно уходит.

– Спасибо, что вы есть. Без вас я бы… – Голос неожиданно дрогнул. Быстро взяв себя в руки, я поспешно добавила: – Ладно, бежим, а то опоздаем опять. Двух наказаний за день моё сердце точно не выдержит.

Их смех – звонкий у Миры и сдержанный у Эрика – прозвучал как лучшая музыка, моментально развеяв остатки моего плохого настроения.

Спустя несколько уроков я вместе с друзьями направлялась на следующее занятие, когда навстречу нам попалась завуч. Мира и Эрик моментально уловили ситуацию – их взгляды скользнули между мной и ей, и они молча удалились, оставив меня одну.

– Фотографии для доски почёта, – сухо произнесла Елена Викторовна, протягивая мне плотный конверт.

Я машинально приняла его, удивляясь оперативности – видимо, наш новый учитель действительно заставил администрацию работать быстрее обычного.

Занятия заканчивались рано, и я решила сразу заняться этим делом. Я незамедлительно направилась в класс, чтобы узнать, сможет ли новенький остаться и помочь мне.

У нужного кабинета я заметила Артёма. Он стоял у окна и говорил по телефону, его голос звучал резко и отрывисто:

– …не сейчас. Да, я понял, пап…

Увидев меня, он резко оборвал фразу, понизив голос до шёпота. Я сделала вид, что не слышала, и отошла в сторону, позволяя ему закончить разговор. Через минуту он сунул телефон в карман и повернулся ко мне.

– Ты свободен после уроков? – спросила я, поднимая конверт. – Нужно поменять эти фото на доске почёта.

Он мельком взглянул на часы:

– Да, свободен.

Его ответ прозвучал ровно, без эмоций. Я лишь кивнула и прошла в класс, предвкушая «увлекательное» совместное времяпрепровождение. В голове уже рисовались картины, как мы будем молча менять фотографии, изредка обмениваясь ничего не значащими фразами…