Диана Кравц Сахар со вкусом соли

Пролог

Бродя по коридору, никак не могу найти нужную дверь. Кажется, уже прошла мимо нее раз пять, но каждый раз что-то отвлекает. То странный шорох, то приглушенные стоны соитий, доносящиеся из-за закрытых дверей.

– Бордель такой-то, а не стрип-клуб, – бормочу себе под нос, следом по спине пробегает холодок.

Когда все-таки одна из дверей поддается, вхожу. Но едва переступив порог, замираю на месте от увиденного. Передо мной – сцена, от которой кровь приливает к щекам. Брат Джоэля, Рафаэль, стоит напротив меня и жестко насаживает на свой член рот девушки. Не шелохнувшись, смотрю, как он, крепко вцепившись в рыжие волосы девушки, руководит всем процессом. Пухлые женские губы плотно обхватывают член с таким профессионализмом, что становится завидно.

Не могу оторвать взгляд. Почему? Почему стою здесь и смотрю на это? Это же... мерзко. Наверное…

Его глаза – темные, почти черные – расширяются, когда он замечает мое присутствие. На мгновение замедляется, но затем, не отрывая взгляда от меня, начинает двигаться быстрее, жестче. Закусываю нижнюю губу и сжимаю бедра, пытаясь унять легкую пульсацию между ног. Следом сглатываю вязкую слюну, когда мужчина на всю длину вонзает член в рот девушки, которая без всякого сопротивления принимает его полностью.

Когда Рафаэль закрывает глаза и из него вырывается низкий, хриплый стон, мое тело будто пронзает электрическим током. Каждый мускул напрягается, кожа покрывается мурашками, дрожь пробегает по всему телу. Мне даже кажется, что я вздрогнула – настолько это интимно и… возбуждающе.

Стою словно парализованная, не в силах оторвать взгляд от него. Когда наконец прихожу в себя, вылетаю из комнаты, как будто за мной гонится сам дьявол. Сердце бешено колотится, а дыхание сбилось.

Что, черт возьми, только что произошло? Как вообще я могла наблюдать за тем, как Раф кого-то имеет в рот?

– Сумасшедшая, ей-богу, – пробормотала.

Внутри, в самой глубине, что-то зашевелилось. Что-то, что не хотелось признавать. Что-то, что заставляет сердце биться чаще, а кожу – гореть.

Коридор кажется бесконечным, но я иду быстрым шагом, не оглядываясь, пока не врезаюсь во что-то твердое и теплое.

– Откуда это ты так летишь? – интересуется Гарс, перехватив меня за руку.

– Отпусти меня! – кричу на него.

– Эй, ты чего, куколка?

– Устроили дом терпимости! – выдыхаю, пытаясь вырваться. – Черт знает что, а не заведение!

– Есть такое, – пожимает он плечами. – Но тут насильно делать ничего не заставляют.

– Да я так и поняла!

– Так что ты такого увидела, что неслась как ураган?

– Меня, – раздается голос Рафаэля.

Его низкий, бархатистый голос заставляет меня вздрогнуть и снова покрыться мурашками. Да будь ты проклят!

– Не думал, что помимо твоих девочек кто-то другой может шастать и подглядывать, – слова предназначены Гарсу. – А ты Даниэлла, та еще вуайеристка, как посмотрю, – переводит взгляд на меня.

– Двери нужно закрывать, – огрызаюсь, чувствуя, как жар приливает к щекам.

– Понравилось? – произносит издевательски, но в нем есть что-то... опасное.

– Было бы на что смотреть, – бросаю, стараясь звучать равнодушно.

– Ну да, ну да, – появляется соблазнительная ухмылка на лице.

Тут к Гарсу подбежала полуголая девушка и увела с собой. Последовав их примеру, пошла дальше, вот только Раф, видимо, решил поиздеваться еще.

– Я видел твои глаза, малышка, – хватает за руку и разворачивает к себе.

Пальцы этого мужчины горячие, почти обжигающие. И они по-странному действуют на меня.

– Ответь мне, представляла ли ты себя на месте этой шлюхи?

От возмущения начинаю хватать воздух губами. Признаться ему? Ни за что. Но... я действительно представляла себя на месте рыжей девицы. Впервые в жизни. Раньше от одной мысли о таком меня тошнило, но сейчас всего несколько минут назад, наблюдая за всем процессом, чуть слюной не подавилась. Тьфу ты!

– Мечтай! – пытаюсь вырваться, но он держит меня мертвой хваткой.

– Жаль, – наклоняется ближе, от чего сердце замирает. – А я вот представлял твой манящий ротик на своем члене, а не ее. Честно, я бы не отказалась от такого на самом деле. Вот только, – поднимает за подбородок двумя пальцами, – маленькие девочки мне не интересны. Да и подруг брата как-то не входит в мои планы трахать.

Даю звонкую и мощную пощечину, вырываюсь и иду прочь, чувствуя, как сердце бешено колотится.

– Индюк напыщенный, – бормочу себе под нос.

– Я все слышу, – смеется громко, почти зловеще.

Не оборачиваясь, показываю ему средний палец. Сердце готово выпрыгнуть. Внутри все горит. От стыда? От возбуждения? Даже сама не знаю, от чего. Но с точностью могу сказать, этот мужчина оставляет после себя приятный привкус.

Глава 1

Рафаэль Адамати

С каждым годом все яснее вижу, как жизнь меняется, но внутри остаюсь тем же мальчишкой, который когда-то мечтал о великом. Взросление – всего лишь иллюзия. Мы просто носим маски, притворяемся, что все под контролем, но внутри – все те же дети, которые боятся темноты и не знают, куда идти. Мы сталкиваемся с поражениями, которые бьют по самому больному. Каждый раз, оглядываясь назад, вижу себя – молодого, глупого, наивного. И мне становится страшно. Страшно оттого, что я до сих пор не знаю, куда иду. Деньги, власть кажутся всего лишь пылью.

Жизнь – игра, в которой тебе не всегда раздают хорошие карты. Но я научился играть тем, что есть. Когда смотрю на людей вокруг, вижу их истинные лица. Они тянутся ко мне, но не потому, что я им дорог. Нет. Я – инструмент. Средство для достижения их целей. Всем что-то от меня нужно. Даже тем самым женщинам. И я это понимаю. Но если кто-то нуждаются во мне, это не значит, что они мне нужны.

С возрастом приходит другое понимание счастья. Оно больше не в деньгах, не в статусе, не в этих дурацких иллюзиях, которые продают по телевизору. Оно в простых вещах. В деле, которое заставляет кровь кипеть. В истинных друзьях, которые не предадут, даже если их поставят на колени и приставят ствол к виску. В семье, которая всегда будет за твоей спиной, даже если весь мир против. И даже в любви… Хотя какая уж тут любовь? У меня ее нет. Вернее, есть, но не та, о которой мечтают в юности, когда все кажется розовым и пушистым. Мои женщины – они другие. Им не нужны мои чувства, им нужны мои деньги, моя власть, моя защита. И меня это полностью устраивает. Потому что научился быть «счастливым» без иллюзий. Без этих дурацких розовых очков. Без фальшивых обещаний и сладких сказок. Я играю свою игру. И я всегда выигрываю. Потому что знаю правила… Чаще, которые создаю сам.

За тридцать лет своей жизни понял одну вещь: женщин, с которыми можно создать что-то настоящее, почти не осталось. Однажды мой старик сказал: «Самых лучших разбирают еще со школьной скамьи». И знаете, он прав. Но пустоголовые малолетки мне не интересны. Было бы мне девятнадцать, я бы, может, и позабавился. Но мне уже пошел четвертый десяток. Мать твою! Даже не верится, что мой возраст перевалил за тридцатку! Я, конечно, не жалуюсь, ведь это только начало жизни и у меня все впереди. Но все же… Иногда, когда остаюсь один, думаю: а что, если бы все было иначе? Если бы встретил ту самую, которая смотрела бы на меня не как на кошелек или привлекательного мужчину, а как на человека? Но это уже из разряда фантазий. В моем мире такие вещи не случаются. И я научился жить с этим. Потому что другого выхода нет.

Многие в моем возрасте ничего не имеют, а я пахал с пятнадцати лет, чтобы добиться всего сам. Семья у меня не бедная, далеко не бедная, но всегда хотел всего добиться своими руками. И сделал это, как бы тяжело ни было. Сейчас у меня охранная и строительная фирмы. Охранку создал сам, с нуля, хоть и незаконным путем – но в нашем мире иначе нельзя. А строительная фирма – детище нашего деда.

Два года назад отец передал мне и двум младшим братьям основной пакет акций. Как бы ни хотелось отказаться, выбора не было. Отец по состоянию здоровья больше не может управлять, хотя он еще молод. Один брат – зеленый, неопытный, а второй живет и доучивается в Германии. Поэтому все легло на мои плечи.

Серый и скучный образ жизни скрашивают два моих лучших друга. Мы с ними – как братья. Помню, как в школе первоклассно портили жизнь учителям и ученикам. Тогда нас прозвали «Троица Сатаны». Издевались знатно, и сейчас, вспоминая, становится стыдно. Были охламонами, что уж там. Но это было наше время, наша юность.

В шестнадцать увлеклись мотоспортом, и до сих пор не можем остановиться. Времени, конечно, мало, но раз в неделю выбираемся на трассу. Не хочу хвастать, но я лучший в этом деле. Даже мои друзья, Гарс и Аррон, мне не ровня. Они частенько говорят, что у меня не все в порядке с головой, ведь гоняю, как сумасшедший. Но друзья не понимают, что такое чувство эйфории, когда адреналин заполняет каждую клетку тела. Даже секс не приносит столько удовольствия как скорость.

Да и сама жизнь у меня – как гонка. Постоянно на пределе, постоянно в движении. Но я привык. Сам выбрал этот путь. И знаете, что самое главное? Я ни о чем не жалею.

Эх, вот даже сейчас, вместо того чтобы наслаждаться этим шикарным ртом, умело скользящим по моему члену, думаю о своей жизни, которая лишена каких-либо красок. Тряхнул головой, отгоняя посторонние мысли, намотал волосы девицы на кулак и задал темп, в котором нуждаюсь.

Мне всегда нравились женщины с длинными волосами. Сейчас куда ни глянь – все коротко стриженные, а у некоторых вообще мужицкие прически. Женщина должна быть женщиной, а не пародией на мужика.

Не обращая внимания на мою крепкую хватку, девица заглатывает член по самые яйца. Не у всех такой талант, а у нее – есть. Насаживаю ее все быстрее, пока не изливаюсь до последней капли ей в рот. Она послушно проглотила сперму, вылизала дочиста чувствительную головку и облизнулась с таким видом, будто только что съела что-то вкусное.

Надо будет отблагодарить Гарса за такую умелую работницу. Он кого зря на работу не принимает. У него свой стрип-клуб, идею которого вынашивал еще с шестнадцати, когда впервые попал в такое заведение. С тех пор только и думал, как бы свое открыть. И открыл. Теперь у него лучший клуб в городе, а даже, может, и во всем штате.

– Молодец, постаралась на славу, – хлопаю ее по щеке, как собаку, которая принесла палку.

Любая баба любит, когда ее хвалят. Ну, а я не жмот. Засунул три сотни ей в трусы и шлепнул по аппетитной заднице. Она улыбнулась мне, как будто я ей жизнь подарил, и покинула приватную комнату.

Застегнув ширинку, пошел к друзьям. Они сидят, развалившись на диване. Аррон залипает в телефон, а Гарс, как всегда, в своем репертуаре – бутылка виски на столе, сигарета между пальцев, и никаких забот. Ну, хоть кто-то умеет отдыхать.

– Как тебе Марика? – спросил Гарс, когда я устроился рядом с ними. – Хороша, не правда ли?

– Сосет нормально, но не до звезд в глазах, – утолил любопытство друга и выпил залпом стакан виски.

Янтарная жидкость прошлась по горлу, согревая изнутри.

– До звезд в глазах будет сосать только любящая женщина, – с самодовольной ухмылкой вставил Аррон.

– Ну, похвастайся, как ты это любишь, – съязвил я, наливая себе новую порцию.

– Завидуйте молча, неудачники! – откинулся на спинку дивана, явно наслаждаясь своим положением.

И он прав. Нам оставалось только завидовать. Аррон женат уже два года. С Евой он познакомился, когда ездил заключать контракт на поставку золота. Его семья владеет сетью ювелирных магазинов, и вместо директора на встречу приехала его младшая сестра. Ну, а дальше все пошло по накатанной: через полгода он ее окольцевал, а еще через пару месяцев заделал ребенка – чтоб наверняка.

Гарс, как и я, заядлый холостяк. Раньше думал, что бабы нужны только для того, чтобы опустошить яйца, но сейчас начинаю понимать, что это не совсем так. А вот что думает по этому поводу друг, без понятия.

– Ну что, составишь компанию? – Гарс подмигнул, кивая в сторону новой девчонки, которая только вышла на сцену.

– Не, братан, завтра рано вставать, да и гонка на шесть вечера. Не хочу быть как выжатый овощ на трассе.

Последние три года все как-то тухло. Ни одного достойного противника, ни одного настоящего вызова. Гонки стали предсказуемыми, как эти стриптизерши на сцене. Одни и те же движения, один и тот же финал. Скука, блять.

Приехав домой, сразу понял, что младший братан снова ночует у меня. Видимо, опять отрывался в клубе до свинячьего визга или с родителями поругался. Господи, даже обувь снять не удосужился, прямо в постель в ней лег. Идиот! Разбужу его в пять утра и заставлю драить квартиру зубной щеткой. Чтобы в следующий раз думал головой, а не жопой.

Утро выдалось, мягко говоря, хреновым. Проспал на полчаса, будто кто-то специально вырубил будильник. Хорошо хоть братец кофе сварил, иначе бы я его точно прибил. Наспех собрался, выпил кофе и помчал на работу. Такое чувство, будто на мне всю ночь танцевали слоны. И как назло, в городе образовалась пробка. Чертов понедельник.

И тут раздается знакомый рев мотора. Вперед моей машины протиснулся… да быть такого не может! Эту модель даже еще в продажу не пустили. Ладно, опустим это, но то, что на мотоцикле сидит особь женского пола, больше шокирует. Твою мать!

И пока я охереваю от увиденного, подъезжает еще один такой мотоцикл, и на нем – еще одна девушка. У меня что, двоится в глазах? Смотрю на ту, что сбоку, и отмечаю шикарную фигуру, особенно сочный зад. Она повернулась ко мне, видимо, почувствовала мой взгляд. Из-за шлема лица не видно, но я готов поставить сотку, что точно красотка. Обладательница сочной попки отсалютовала и дала по газам.

Черт, вот это да! Утро началось с дерьма, а теперь еще и эти девушки. Интересно, кто они такие? И главное – как они смогли достать мото? Даже предзаказ на эту модель днем с огнем не сыщешь. Откуда деньги? Каждый из них будет стоить больше трех сотен тысяч баксов. Да и вообще девушки на таких монстрах – что-то новенькое. Мне срочно нужно узнать, кто это.

На работу приехал только через полчаса, будь неладна та авария, из-за которой проторчал в пробке. Как только вошел в офис, мой секретарь начала тараторить без умолку. Ненавижу понедельники! Будь они прокляты! Сегодня все резко решили, что я им нужен. Сотрудники, клиенты, партнеры – все как с цепи сорвались. Готов сброситься с тринадцатого этажа, лишь бы это закончилось.

Только ближе к трем все утихомирилось, и я смог спокойно выдохнуть. В четыре часа поехал домой, по пути заехал в ресторан перекусить. Как оказался дома, сразу направился в душ. До начала гонки оставалось сорок минут. Завел своего красавца и полетел в пункт назначения.

Людей сегодня, на удивление, много, и в основном студенты. Минут через пять из-за поворота выехала машина брата и его дружков, а за ними, мать твою, те самые мото, которые утром меня так впечатлили.

– Так, сегодня будет что-то новенькое, – сказал Гарс, не сводя взгляд с новоприбывших.

– Определенно, – согласился с ним Аррон, затягиваясь сигаретой.

На стартовую линию подъехала только одна из обладательниц мотоцикла. Надел шлем и сам подъехал к линии старта, став рядом с ней. Прошелся взглядом по ее фигурке. Второй раз убеждаюсь, что девушка обладает отличными данными, и повторюсь – ее пятая точка просто бомба. Прямо в моем вкусе. За такую как схватишься...

Так, мысли пошли не в то русло. Тряхнул головой и следом замечаю, что девушка смотрит на меня. Я кивнул ей, а она в ответ повторила тот самый жест, что и утром – отсалютовала, как будто уже знает, чем все закончится.

Когда раздался звук старта, рванул вперед. Девушка была сразу за мной, словно тень. Я стараюсь не отвлекаться, но, черт возьми, это невозможно. В зеркале заднего вида ее фигура выглядит как что-то из фильма – стройная, подтянутая, в облегающем костюме, который подчеркивает каждую линию ее тела.

Мчусь как сумасшедший, адреналин зашкаливает. Остальные участники гонки уже отстали, превратившись в далекие точки на горизонте. Но она рядом. Близко. Слишком близко. И тут, в какой-то момент, ее мотоцикл пронесся мимо меня с такой скоростью, что я чуть не выронил руль от удивления.

– Твою мать!

Она едет без страха, без сомнений. На резком повороте пытаюсь ее обойти, но девчонка делает идеальный маневр и вырывается вперед. Я дал по газам, пытаясь догнать, но безуспешно.

И вот он – мой первый проигрыш. И кому? Девушке! Это же пиздец в чистом виде!

Обладательница сочной попки подъехала к моему брату, сказала что-то и уехала, оставив за собой лишь рев мотора и облако пыли. Вторая девчонка, которая стояла чуть поодаль около близнецов, надела шлем, не дав мне даже шанса разглядеть ее лицо – стояла ко мне спиной. Потом тоже села на свой мотоцикл и умчалась, оставив меня с кучей вопросов и легким раздражением.

Подъехал к брату, который уже ржал как конь, чуть ли не падая на землю.

– Поздравляю с первым поражением! – еле выговаривал слова сквозь смех. – Красиво она тебя уделала, просто мастер-класс устроила!

– Ой, да заткнись, – рыкнул, но сам еле сдержал улыбку. – Кто это вообще такие? Я раньше их не видел.

– Они только вчера приехали, – ответил Эл, наконец успокоившись. – И, представляешь, эти красотки учатся вместе со мной. Кстати, они очень хорошо знакомы с близнецами, – кивнул в сторону дружков, которые уже трепались с какими-то девахами.

– Только не говори, что они такие же придурошные, как твои друзья, – поднял бровь, скептически глядя на него.

– Еще не знаю, – пожал плечами. – Но острые на язычок – это точно. Особенно Даниэлла.

– А точнее можно?

– Это та, которая тебя уделала, – снова заржал. – Кстати, она любит мальчиков постарше.

– С чего ты взял? – нахмурился, но внутри уже заинтересовался.

– Сама сегодня сказала, – брат ухмыльнулся. – Даже могу процитировать: «Ты красавчик, я не спорю. Вот только мне нравятся мальчики постарше, а не те, которые только оторвались от мамкиной сиськи». Ты прикинь? Я тогда, мягко говоря, охренел. И это сказала та, которая такого же возраста, что и я.

Я заржал во весь голос. Особенно фраза про мамкину сиську – это просто шедеврально. Он, можно сказать, еще висит на ней.

– Ну что, брат, – хлопнул его по плечу, – похоже, тебе еще расти и расти до ее уровня.

– Да пошел ты, – засмеялся, но в его глазах читалось легкое раздражение.

– Я должен с ней познакомиться, – заявляю, смотря в ту сторону, где та самая девчонка скрылась.

– О-о-о, что-то новенькое, – поднял бровь, явно наслаждаясь моментом. – Неужели сам Рафаэль Адамати наступит на свой принцип: «Ни-ни с малолетками»?

– Она уже совершеннолетняя, – фыркнул.

– Вот только мне кажется, ты ее не потянешь, – ухмыляется. – Я хоть и знаю ее меньше дня, но сразу понял, что Дани с характером. А ты, как я помню, любишь покладистых.

Друзья Джоэля уехали по своим делам, и он приуныл без них. Мне хорошо известно, кем является их отец. Как же не хочется, чтобы мой брат, так же как и я, крутился в этой грязи. Но, похоже, он уже на пути к этому.

Вечером мы заехали в бар, где к нам присоединились Гарс и Аррон, а также какие-то левые девчонки, не считая Евы – жены Аррона. Мы немного потрепались, все поиздевались надо мной из-за моего поражения, и я, в конце концов, поехал домой.

Утром проснулся в хорошем настроении, несмотря на вчерашний завал на работе. Но, как назло, день начался с нового хаоса. Да что ж такое? Меня точно прокляли!

В обеденный перерыв написал брату и поинтересовался, когда у него заканчиваются пары. Перед тем как ответить, он поржал в своей манере, а только после этого отправил сообщение, что пары заканчиваются в шестнадцать тридцать.

От одного предвкушения все тело будто оживает. Очень хочется узнать, действительно ли девчонка с характером, или это просто выдумки моего брата. Вот почему-то кажется, что она не из тех, кто будет вилять хвостом и льстить. Нет, скорее всего, эта девчонка относится к тем, кто говорит прямо, без прикрас, и, возможно, даже с долей сарказма.

Да, эта соплячка меня зацепила.

Глава 2

Ровно в назначенное время стою недалеко от выхода. Поток студентов вываливается из дверей учреждения. Через какое-то время замечаю брата, от которого убегают две девчонки. Он что-то кричит им вслед, а те заливисто смеются. Они бегут в мою сторону, но когда брат замечает меня, сразу останавливается. Одна из них оглядывается и тоже останавливается, а другая продолжает бежать... прямо в мои объятия.

Когда девчонка врезается в меня, успеваю ее перехватить за прекрасные полушария. Она испуганно смотрит на меня, и с этого момента я тону в омуте изумрудных глаз. Это самые прекрасные глаза, которые когда-либо видел. Не могу оторваться от их глубины и блеска. Брюки моментально натягиваются в районе паха.

Матерь божья! Давно такого не было!

– Убери свои руки с моей задницы, – раздается мелодично-ангельский голос с нотками угрозы. – И стояк прикрой, – пытается оттолкнуть.

Слова про стояк отрезвляют, но я не спешу ее отпускать. Оторвавшись от гипнотизирующих глаз, начинаю рассматривать лицо: красивые пропорциональные черты, пухлые губы и милая родинка над губой. Красавица, одним словом.

– А у нас красивые получатся дети, – подмигиваю ей и облизываю пересохшие губы.

Мои слова ее удивляют, но это мимолетно. Малышка нахмуривает бровки, изучая меня. А потом как скрутит мне соски… Я отпускаю ее сразу же.

– Больно же! – рычу на нее, морщась от боли.

– Я же по-хорошему просила отпустить меня. Но, видимо, ты не понимаешь слов. Пришлось воспользоваться более убедительным аргументом, – цокает языком и закатывает глаза.

Вот же мелкая пигалица.

Смех вырывается через боль в сосках.

– Ты опасная. Мне такие нравятся.

Вру нагло. Мне по душе больше покладистые, но ее дерзость безумно заводит.

– Опасная? Ты еще не видел, на что я способна.

– О-о-о, Раф, – подходит брат с девчонкой, которая точь-в-точь как эта пигалица, только с другим цветом волос. – Я посмотрю, ты уже познакомился с Дани.

– Да, мы очень близко познакомились. Он полапал меня за задницу, а потом потерся своим стояком. Прекрасное знакомство! Только о таком я и мечтала. Извращенец, блин! – съязвила красотка.

И вот тут-то я понимаю, что обладательница этого острого язычка будет моей. Чего бы мне это ни стоило.

– Братец, ты подался в педофилы? – заливается смехом Джоэль, но я, вместе с девчонками, смотрю на него, как на полоумного.

– Эл, ты дебил? – бросает брюнетка, нахмуривает бровки.

– Ты не спрашивай, а утверждай, – притягиваю ее за талию к себе.

Она поднимает голову, нахмуривается сильнее, но все же следом улыбается. Сглатываю ком в горле и крепче прижимаю красотку к себе.

– Господи! Да пошутил я! Не смотрите на меня так, – пытается выкрутиться брат. – Не всегда мой язык работает вместе с мозгом.

– Об этом уже все знают, – качаю головой.

– Так, ладно, с моим языком и мозгом все понятно. Теперь расскажите, что между вами? – указывает на каждого из нас, и его взгляд прыгает с одного лица на другое.

– Да ничего такого. Вот думаю, сломать ему руку или врезать по яйцам, – отвечает беззаботно пигалица, словно для нее это дело – норма.

– Попал ты, дядя, – хмыкает блондинка, ее глаза блестят от азарта.

– Какой я тебе, нахрен, дядя? – возмущаюсь и отпускаю сочную попку. – Не такая уж у нас огромная разница в возрасте.

– Как по мне, одиннадцать лет – достаточно большая разница, – влезает младший братец, куда ему не следовало.

– Кому как, – парирует брюнеточка.

– Раз мы закончили с выяснением возраста и где что нормально, может, познакомимся? – подкидывает дельную мысль блондинка, искренне улыбаясь.