Свидание под мантией

Дарья Донцова
Свидание под мантией

Глава 4

Когда мы вошли в ложу, Степа, радостно закричав: «Селфи», сделал несколько снимков своим телефоном, потом утащил Ксюшу на танцпол, а я устроилась на красном бархатном диванчике. Помещений, смахивающих на купе поезда, в клубе было всего четыре, и в них весело проводили время мужчины средних лет и девочки, с виду подростки.

Часа через два показалась раскрасневшаяся Ксюша и спросила:

– Ты Степана не видела?

– Нет, – ответила я, – он в ложу не заходил.

– Если вы ищете парня, с которым пришли, – сказал официант, который как раз принес в ложу блюдо с фруктами, – то он уехал, велел вам клубнику подать.

– Счет кому принесут? – испугалась Ксюша.

Парень наклонил голову:

– Деньги уже в кассе, отдыхайте.

– Эй, Королева! – завизжал кто-то. – Ау!

Мы с Ксенией одновременно посмотрели с балкончика вниз. Вход на второй этаж, где находились ложи, преграждала охрана, около накачанных парней в черных костюмах прыгала на высоченных каблуках высокая худая девушка.

– К вам можно? – запищала она. – Устала, посидеть хочу, ну, плиз, Королева!

– Пустите ее, – попросила Ксения секьюрити.

Красавица влетела в ложу, плюхнулась на диван, со стоном скинула босоножки на шпильке и заныла:

– Умираю! Воды! Ноги до колен парализовало! Вот уж не ожидала тебя тут встретить! Вау! Ложа! Круто! Ты с кем пришла?

– Это Дарья, – представила меня Ксюша, – она не из Москвы, наша родственница из Парижа, интересно ей поглядеть, какая в России ночная жизнь.

– Нели Закоркина, – устало произнесла гостья, – мы с Ксю на одном факультете тухнем.

– Очень приятно, – улыбнулась я.

– Вы вдвоем? – проявила любопытство Нели. – Взяли ложу? Ну ваще! Денег не считаете.

Ксения закатила глаза.

– Нас Степа Рубцов пригласил, а тебя как сюда занесло?

– Я в модельном агентстве подрабатываю, нас в клубы приглашают для создания атмосферы, – призналась Нели. – На сегодня, правда, уже все, теперь я могу домой переть!

Около часа мы втроем сидели на диванчике, болтая о пустяках, и почувствовали явное расположение друг к другу.

– Ксюха, а ты прикольная, – неожиданно заявила Нели, – хоть в институте народ о тебе разное треплет!

– Ну тебя тоже не очень-то любят, – хмыкнула Королева. – За шмотки и брюлики.

Закоркина возмутилась:

– Я в курсе, чего гонят! Будто я продаюсь за тряпки! Ошибаются, я стою намного дороже, нашим дурам даже в голову не приходит, че можно с мужиков поиметь!

Нели вытащила из сумочки коробочку, насыпала на стол немного белого порошка, при помощи кредитной карточки сформировала из него «дорожку» и радушно предложила:

– Хотите? Не стесняйтесь. У меня много.

– Нет, – твердо ответила я, – и тебе не советую.

– Ерунда, – отмахнулась Закоркина, – это ж не герыч! Так, для тонуса! Вы тут еще долго просидите?

Я решила прервать веселье.

– Уходить собираемся!

– А давайте завалимся ко мне, – предложила Нели.

– Нет, – зевнула я, – Ксении завтра рано вставать.

– У меня поспите, – не успокаивалась Закоркина.

– И в ботфортах на занятия? – возразила я.

– У меня одежды целая гардеробная! Бери че хочешь, – начала упрашивать Закоркина, – какая вам разница, где дрыхнуть? Ну плиз!

Я посмотрела на Ксению, которая рылась в своей сумочке.

– Ну, Королева, – ныла Нели, – пли-и-из!

– Уговорила, едем, – тряхнула головой Ксения.

– Супер! – взвизгнула Нели. – Почапали, моя красавица на улице стоит, во двор ее не впустили! А где ваша машина?

Я заулыбалась.

– Нели, мы отойдем в туалет?

– Ладушки, – согласилась Закоркина.

– Мне туда не надо, – возразила Ксю, но я дернула ее за руку и утянула в сортир.

Встав у зеркала, обрамленного варварски великолепной рамой в стразах, я строго сказала спутнице:

– Мы так не договаривались. Не хочу ночевать неизвестно где. Поехали к тебе домой.

– Не получится, – вздохнула Ксения.

– Почему? – не поняла я.

Королева сунула мне под нос свою открытую сумочку.

– Я ключи оставила дома. Сейчас два часа, мамахен и папахен дрыхнут.

– Нехорошо будить родителей, но придется, – уперлась я.

– Плевать на них, – махнула рукой Ксения, – другое плохо, у нас подъезд закрыт на замок. К нему надо приложить кругляшку, тогда откроется. А ее нет. Днем это не проблема, подождешь немного, кто-то войдет-выйдет и тебя впустит. А ночью как? Это не домофон, в квартире не звонит. Хочешь до утра на холоде у запертого подъезда скакать?

– Нет, – вздохнула я.

– Тогда поехали к Нельке. – предложила Ксюша.

И что было делать?

– Хорошо, – согласилась я.

– А ты не противная, – неожиданно сказала Ксюша, – когда я тебя впервые в кабинете профессора увидела, подумала: «Во гадостно будет, если мне эта пожилая крыса в пару достанется».

– Ну ты мне тоже не понравилась, – не осталась я в долгу.

– Это почему? – обиделась Ксюша.

– Когда я тебя в кабинете у Прудкина увидела, подумала: «Вот гадостно будет, если мне эта молодая дурочка в пару достанется».

Ксения поджала губы, а потом рассмеялась.

– Один-один!

Мы вернулись в ложу и вместе с Закоркиной пошли на улицу.

– Где ваша машина? – второй раз поинтересовалась Нели.

– Давай на твоей поедем. Фигли нам караваном кататься? – нашла выход Ксюша.

Когда Нели воткнула ключ в зажигание, я решила уточнить свои шансы остаться живой.

– Ты хорошо водишь?

– Не дрожите, Дарья, – заржала Закоркина и понеслась по почти пустым улицам со скоростью обезумевшего носорога.

– Ты где живешь? – поинтересовалась я.

– В «Монпаласе», – ответила Закоркина.

* * *

Хоромы однокурсницы Ксюши оказались на самом последнем этаже, Королева вошла в просторную прихожую и не удержалась от восхищенного возгласа:

– Вау! Всю жизнь о таком мечтаю!

– Угу, – почему-то грустно ответила Нели, – симпотная квартирка.

– Сколько тут комнат? – с плохо скрытой завистью поинтересовалась Ксения.

– Две спальни, – сказала Закоркина, – и кухня-столовая!

– Повезло тебе! – подпрыгнула Ксения.

– Ага, – кивнула Нелька.

– Дорого небось заплатила, – никак не могла успокоиться Ксюша, – дом элитный, двор охраняемый, лифт в зеркалах, на лестничной клетке ковры.

Закоркина стащила сапоги.

– Квартира съемная, – неохотно пояснила она.

– Тысяч на сто в месяц тянет! – присвистнула Ксения. – Неужели в твоем модельном агентстве столько платят?

Нели скривилась:

– Ага! Щаз! Пятьдесят баксов за показ, еды не дают, вода за свой счет!

Ксения повесила свою куртенку во встроенный шкаф.

– Выглядишь ты отлично, одежда модная, ездишь на машине, наши считают тебя богатенькой. Я сплетням не очень верю, но сейчас смотрю на обстановку и понимаю, деньги у тебя точно водятся!

Внезапно требовательно зазвонил телефон, но Закоркина не поторопилась к трубке, она замерла с выпученными глазами.

– Эй, ты чего не отзываешься? – удивилась Ксюша.

– А… ммм… ну… – промямлила Нели, – наверное, номером ошиблись!

– Ты экстрасенс? – удивилась я. – Как определила, не взяв трубку, кто там?

– Меня так поздно обычно не беспокоят! – нервно воскликнула Закоркина.

– Вдруг это родители? – предположила я. – Хотят убедиться, что дочка дома.

– Нет!!! Они не могут! – заорала Нели.

– Мало ли что случилось, слышь, как надрывается, давай я подойду? – предложила Ксюша.

– Не бери! – завизжала Закоркина. – Не трогай, не смей, дура, идиотка!

Она со всего размаха швырнула в однокурсницу сапог и унеслась по коридору, телефон звонил еще пару секунд и стих. Я в недоумении посмотрела на валявшийся сапог.

– Вообще-то полагается обидеться и уйти, но прыгать у подъезда не хочется, – задумчиво протянула Ксюша. – Да и мороз ночью ударил.

– Простите меня, – закричала из глубины квартиры Закоркина, – идите сюда!

Мы двинулись по коридору и в конце концов оказались в гигантской кухне, под завязку забитой разнообразной техникой. Нели сидела на высоком барном стуле, а на стойке валялась кредитка и виднелись белые следы.

– Извините, – плаксиво протянула она, – башню свинтило!

– Если будешь и дальше кокаин употреблять, в полную дуру превратишься, – мрачно сказала я.

Закоркина затрясла головой.

– Я совсем даже не наркоманка. Просто боюсь.

– Кого? – спросила я. – Тут дюдюка живет? Или Фредди Крюгер под кроватью прячется?

– Заткнись! – заорала Закоркина и швырнула в меня чашку.

Не понимаю, как я успела увернуться. Красивая кружечка попала в стену и дождем осколков осыпалась на вычурный паркет. Это было уж слишком!

– Вау! – ахнула Ксюша. – Ну ваще! Она с ума сошла!

Я развернулась и пошла в прихожую. С меня хватит! Закоркина бухнулась мне в ноги, вцепилась в мои колени и завыла:

– Не бросайте! Не уходите! Он убьет меня!

Я попыталась высвободиться. Куда там! Нели держала меня мертвой хваткой.

– Он меня убьет, – повторяла она, – зарежет!

И тут снова зазвонил телефон. Закоркина вскочила, схватила трубку, сунула ее мне и осела на пол. Я на секунду растерялась и услышала чуть глуховатый баритон, явно принадлежащий мужику.

– Вижу, Нелечке плохо, – сказал он. – Здравствуйте.

– Э… э… э… – ошалело ответила я и с изумлением посмотрела на трубку. Каким образом собеседник может видеть, что происходит в квартире? А он явно наблюдает за нами, иначе как понял, что трубка не у Закоркиной.

– Спокойно, – ласково продолжал незнакомец, – не волнуйся, Нели в последнее время коксом увлеклась. Это плохо! Давай познакомимся, я Леон. Открой холодильник, – прозвучал следующий приказ.

Я протянула руку и тут же была остановлена:

– Это шкафчик, подайся левее. Открывай. Видишь на второй полке спрей, баллончик такой темно-синий?

 

– Нет, – сказала я.

– Внимательно гляди! Слева!

– А-а-а, – протянула я.

– Бери его, засунь Нели в рот и нажми на распылитель, она быстро придет в себя. Когда она начнет соображать, передай ей привет от Леона, больше я беспокоить вас не стану, устал, завтра позвоню. Спокойной ночи. Попроси Нели не натягивать на ночь ужасную желтую сорочку, она ей совершенно не идет.

Леон отсоединился.

– Эй, ты с кем болтала? – удивилась Ксюша.

– Понятия не имею, – ответила я, – с мужчиной по имени Леон, кажется, он видит нас. Велел впрыснуть Неле лекарство.

– И где оно? – изумилась Королева.

Я вытащила из холодильника баллончик и направилась к хозяйке квартиры. Не успело едкое, с резким запахом облако попасть в рот к Закоркиной, как та открыла глаза и простонала:

– Спасибо! Молодец! Догадалась спрей взять!

– Мне Леон посоветовал, – призналась я.

Закоркина взвизгнула, отшатнулась, потом заскулила:

– Не убивай меня, пожалуйста!

– Похоже, у тебя от кокаина с нервной системой беда, – сказала я.

– Ты знаешь Леона, – прошептала Нели.

– Никогда с ним не встречалась! – честно ответила я.

– Но… только что… баллончик… – задрожала Закоркина, – не ври… Леон… не убивай меня!

Ксюша села на пол возле безумной подруги и попыталась достучаться до ее разума.

– Ты нанюхалась кокса и ушла в астрал, а Даша взяла телефонную трубку!

– Ой! – сжалась в комок Нели.

– Ты сама мне ее сунула, – зачем-то стала оправдываться я. – Со мной заговорил мужик с глухим голосом.

– Леон!!! – прошептала Закоркина.

– Верно, он так и представился, – кивнула я. – И сказал мне про спрей.

– О-о-о!

– Потом сообщил, что идет спать. И все!

– Все? – пролепетала наркоманка. – Ничего больше не сказал?

– Просил тебя не надевать ночную сорочку желтого цвета, – вспомнила я.

– Подонок! – подскочила Закоркина. – А ну, давайте сюда!

Не успела я опомниться, как Нели схватила нас с Ксенией за руки и втолкнула в платяной шкаф.

Глава 5

Очутившись внутри огромного гардероба, Ксюша возмутилась:

– Эй, с тобой совсем кранты?

– Тише, – умоляюще прошептала хозяйка, – это единственное место, где мы можем спокойно поговорить.

– В шифоньере? – уточнила я. – Ну, прям «Лев, колдунья и платяной шкаф».

– Давайте сядем, – прошептала Закоркина, сдернула с вешалок пару свитеров, бросила на дно и плюхнулась на них. – Устраивайтесь и поймите: я не сумасшедшая.

Ксюша кивнула.

– Ага, только обожаешь нюхать кокс, швыряться предметами, уходишь в астрал, а вернувшись, лезешь в шкаф. Совсем нормальная!

Нели затрясла головой:

– Помогите мне!

– Брось нюхать кокс, и тебе сразу полегчает, – отрезала Королева.

Нели засопела.

– Выслушайте меня, умоляю! Я попала в жуткую ситуацию! А теперь еще и Леон! Знаете, сколько на мне долгов? Триста тысяч!

– Ни хрена себе, – вздохнула Ксения, – гора рублей.

Закоркина мрачно усмехнулась:

– Королева, ты не въехала! На мне висит триста тысяч долларов, и счетчик включили.

Я опустилась на дно гардероба.

– Сколько?

– Три сотни тысяч зеленых! – повторила Нели.

– Умереть не встать! – ахнула Ксения. – Как же ты умудрилась столько назанимать? Придется квартиру продавать!

– Она не моя! Уже говорила! Съемная! И не я аренду плачу! – простонала студентка.

– А кто? – удивилась я.

– Додик! Мужик один! – проныла Нелька. – Мы с ним немного пожили вместе, потом он исчез.

По моей спине пополз озноб. Какой-то Додик, триста тысяч в американской валюте… Похоже, девица вляпалась в скверную историю.

– У меня друзей нет, – шептала Нелька, – умоляю, хоть вы выслушайте.

– Говори, – после небольшой паузы согласилась я.

И Закоркина принялась изливать душу. Родители у нее умерли, последнее, что успела сделать мать, это полностью заплатить за высшее образование дочери. Нели родом из Подмосковья. В местечке под названием Грязево живет ее бабушка, дремучая старуха, а от матери в Москве осталась комната в коммуналке, одиннадцатиметровый пенал, восемь соседей, кухня одна на всех, ванной нет. Это даже не квартира, а общежитие.

Придя впервые на занятия, Закоркина приуныла, похоже, на курсе собрались сплошь дети миллионеров. Основная часть студентов уже имела личные автомобили и одевалась с иголочки. Нет, попадались в аудиториях и убогие ботаны, но их в компании не звали, а Закоркиной хотелось примкнуть к «золотой молодежи», вот только шанс попасть в заветный круг был равен нулю. Туда принимали только шикарно одетых, с тачками. О какой машине и шубе могла идти речь, если Нелечке подчас нечем было пообедать? Выручали поездки к бабке. Окончательно оголодав, Закоркина уезжала в Грязево, отпивалась там молоком, набивала сумку домашними заготовками и некоторое время жила сыто. Но в тусовку, где крутились самые модные девочки и наиболее привлекательные мальчики, путь Нели был заказан.

Помог случай. Однажды Закоркина решила украсть в магазине кофточку, нацепила ее на себя, покрутилась у зеркала, уже собралась содрать защиту и смыться, но тут раздался низкий голос:

– Девушка, не хотите попробовать себя в модельном бизнесе?

– Кто тут? – взвизгнула Нели.

Из-за занавески, разделявшей примерочные кабинки, высунулась женская рука, потом появилась и сама дама.

– Привет, я Нина Терехова, владелица агентства «Модикс», приходи к нам, мы хорошо платим.

– Сколько? – спросила Закоркина.

– Пятьдесят долларов за рабочий день, – сообщила Терехова, – поверь, это шикарно.

Вечно голодной Нели сумма показалась запредельной, она ушла вместе с Ниной, так и не украв кофточку. Терехова не обманула первокурсницу. Первую неделю Нина исправно давала ей обещанные деньги, научила модельной походке, сделала множество фотографий Закоркиной, в том числе в бикини. И пошла играть гармонь. Симпатичная Нели нравилась клиентам, ее часто звали для съемок. Задумала некая мебельная фирма сделать каталог, скучно же, когда на снимках одни диваны, диваны, диваны… Надо оживить картинки. Нели являлась тем самым «оживляющим» аксессуаром, сидела в разных позах на подушках. Через некоторое время она сообразила, что Терехова ее нагло обманывает, берет с заказчиков нехилые суммы, а ей отстегивает всего пятьдесят баксов.

Закоркина закатила истерику, Нина ткнула ей в нос подписанный контракт и спокойно ответила:

– Никто тебя не заставлял. Хочешь расторгнуть договор, плакать не стану! Плати неустойку и вали на все четыре стороны.

– Что? – не поняла девушка.

– А вот тут маленькими буковками написано, – охотно пояснила Терехова, – читай: «Если одна из сторон настаивает на прерывании контракта ранее оговоренного срока, она выплачивает второй стороне двадцать тысяч евро, при этом вторая сторона имеет право не удовлетворить первую сторону и взять с нее сумму за моральный ущерб вдвойне». Ясно и понятно! Гони еврики! Сорок штук.

– У меня их нет! – обомлела Нели.

– Тогда работай, – хищно улыбнулась Терехова.

Закоркина ощутила себя мышью в мышеловке, а Нина расплылась в улыбке.

– Ладно, будешь получать шестьдесят баксов! Как звезда! И прекрати носом хлюпать. Так и быть, я переведу тебя в сопровождение. Используй предоставленную возможность, ищи мужа! Не тяни, времени у тебя года два-три, потом в тираж выйдешь!

Нелька стала оказывать эскорт-услуги, бегала по тусовкам с мужчинами, чаще всего с голубыми, которым для создания нормального имиджа требовалась девушка-блондинка. Пару раз фото Закоркиной с вечеринок попало на страницы модных изданий, и мнение однокурсников о Нели полярно изменилось. «Золотые детки» захотели дружить с ней, а она не растерялась и наврала всем с три короба: что она дочь богатых родителей-дипломатов, папаша с мамашей сидят за границей, откуда шлют дочурке шмотки. В Москве Закоркину стережет злобная бабка, старуха не разрешает ей садиться за руль автомобиля и приходит в ярость, если внучка выражает желание пригласить гостей. О деревне Грязево Нели не упомянула бы даже под пытками.

Снимки в журналах косвенно подтверждали ее слова, а мужчины, нанимавшие эскорт-сопровождение, никогда не признаются, что спутница веселится с ними за деньги. Закоркина не боялась разоблачения, весело проводила время, в институте она стала звездой. На тусовках было много еды, вещи она иногда получала в подарок или попросту крала в магазинах. Мастерство воровки студентка отточила до совершенства.

Некоторое время назад судьба свела Нели с симпатичным Додиком. Он не испытывал никаких проблем с деньгами, раскатывал на шикарной машине, имел квартиру в «Монпаласе» и завтракал в ресторане «Манио». За время общения с ним Нели получила шубу, дорогие часики, пару колечек, мобильный телефон и поселилась в благоустроенной двушке парня. Потом Додик исчез, просто не пришел ночевать.

Нели сначала не беспокоилась, она прождала любовника до трех утра и легла спать. В восемь дверь в квартиру распахнулась, вошли два незнакомца в коротких кожаных куртках, бесцеремонно сели в кресла и сказали:

– Деньги отдаешь?

– Какие? – затряслась Закоркина.

– Триста тысяч, – сказал один.

– Баксов, – очень вовремя уточнил другой.

– Вы, наверное, ошиблись, – затряслась Неличка, – не в ту дверь попали. Я всего лишь модель.

– Про Додика слышала? – спросил один из незваных гостей.

Он так нехорошо ухмылялся, что Нели предпочла сказать правду:

– Да, мы вместе живем.

– И где он? – продолжал допрос парень.

– Не знаю, – пробормотала Закоркина, – он ночевать не пришел.

– Ясненько, – протянул парень в кожаной куртке. – Вот, читай!

В руках у Нелички оказалась бумажонка, на которой она увидела косо написанное слово «рОсписка».

– Это чего? – заволновалась манекенщица.

– Глазками работай, – ласково велел другой уголовник, – озвучь текст вслух.

– Ага, – засмеялся первый незваный гость, – а то мы неграмотные, может, не сообразили, че там накалякано, объясни нам!

Оцепенев от страха, Нели начала читать:

«Я, Дундуков Игорь Михайлович, паспорт серия, номер, кличка Додик, отдаю в счет проигранных мною трехсот тысяч долларов Закоркину Нели Ильиничну…»

– Скумекала? – поинтересовался первый.

– Нет, – ошарашенно ответила Нелька.

– Твой Додик проиграл нашему хозяину бабки, – зевнул второй, – разделся весь, но лавэ отдать не смог. Должок на тебя переведен. Или ты его отдаешь, или мы твои хозяева.

– На меня? – залепетала Закоркина. – Почему? За что? С ума сойти!

– Объясни, Рома, – велел второй парень.

– А че языком трясти? – пожал плечами Роман. – Ты теперь наша, что хотим, то с тобой и сделаем.

Нели вцепилась в край кровати, ущипнула себя, но гадко ухмыляющаяся парочка не исчезла, это был не дурной сон, а страшная реальность.

– Юра, – неожиданно спросил Роман, – скока ща на рынке килограмм шашлыка стоит?

– Не знаю, – безмятежно ответил Юрий. – У меня баба за харчами бегает, ну… триста рублей, наверное!

Роман повернулся к Нельке:

– А ты скока весишь?

– Сорок пять килограммов, – прошептала Закоркина.

Рома вытер лоб ладонью.

– Значитца, сдавать тебя на мясо невыгодно. Всего тринадцать пятьсот получим, в рублях!

Юрий заржал, а Нели заплакала.

– Хорош сопли пускать, – приказал Роман. – Теперь ты работаешь на нас!

– И ты согласилась?! – воскликнула я.

Закоркина сгорбилась.

– А что мне оставалось делать?

– Никто не имел права требовать с тебя чужой долг! – объяснила я.

– Додик мною расплатился, – загундосила Закоркина.

– Следовало вызвать полицию, – посоветовала я.

– Больно ты умная, – огрызнулась Нели. – Посмотрела бы я на тебя под дулом пистолета. Как мне с двумя парнями справиться? Слушай, дальше будет еще мерзотнее.

На следующий день после визита уголовников Неле позвонила Терехова и сказала:

– Тебя перекупили.

– Кто? – ахнула Закоркина. – Зачем?

– На других горбатиться будешь, – истерично взвизгнула Нинка. – Наш контракт разорван.

Не успела Неличка оценить ситуацию, как позвонил Роман и приказал:

– Наводи марафет, в пять за тобой машина заедет!

И Закоркина стала выполнять поручения других хозяев. Самое интересное, что ее никто не обижал, а работа оказалась привычной. Девушка сопровождала на тусовки мужчин. Через семь дней в «Монпалас» приехал Юрий и бросил на стол конверт со словами:

– На жрачку.

Внутри лежала тысяча долларов, и Нели слегка воспряла духом. Пока что никаких неудобств от смены хозяина она не испытала, даже зарплата стала выше.

Примерно через месяц после исчезновения Додика Нели поздно вечером решила устроить себе праздник, заказала пиццу, залезла в ванну, налила в воду всяких снадобий и решила оттянуться по полной. Но не успела она расслабиться, как затрезвонил телефон.

 

– Здравствуй, милая, – вкрадчиво сказал незнакомый голос, – давай познакомимся, я Леон!

– Ну привет, – милостиво ответила Нели.

– Какая ты красивая в пене, – заявил мужик.

Закоркина усмехнулась:

– Ты чего, меня видишь?

– Конечно, – зашептал мужик, – на бортике ванны стоит бокал с вином, а на голове у тебя розовая шапочка. Кстати, купи голубую, мне кажется, что этот цвет больше подойдет к твоим глазам! Мы с тобой поладим, если расскажешь мне свои тайны.

Нелька взвизгнула, швырнула трубку, схватила полотенце и бросилась опускать жалюзи на окне. Она сразу сообразила, что произошло. В доме напротив устроился наблюдатель, вооруженный хорошей оптикой. Подглядывание за соседями – хобби некоторых людей. Не успела Закоркина опустить жалюзи, как аппарат вновь ожил.

– И полотенце плохое, – сообщил Леон, – натяни халат, только не шелковый, что на крючке, а махровый.

– Ты меня до сих пор видишь? – ахнула девушка.

– Ну конечно, – подтвердил Леон, – рассказывай мне свои тайны.

И началось! Леон принялся терроризировать Нели. Закоркина решила не отвечать на звонки, а телефон, как назло, трезвонил без конца. Потом приехал Роман и заорал:

– Чего трубку не берешь, дура!

Манекенщица рассказала ему о Леоне, но Рома не поверил Нели, дал ей пару легких зуботычин и велел:

– Если еще раз такой фокус устроишь, отдам тебя бойцам, пустят по кругу!

И Нели оказалась меж двух огней, с одной стороны Роман, с другой – Леон, который требовал от нее: «Расскажи мне все свои тайны, до конца!»

Услышав в очередной раз его просьбу, девушка решила выполнить ее, иначе ведь псих не отстанет. Но не успела Закоркина произнести фразу: «Я медленно снимаю блузку», как Леон в гневе оборвал «Шахерезаду»:

– Мне совсем не это надо!

– А что? – растерялась Нели.

– Выкладывай свои тайны.

– Ей-богу, я не врубаюсь, чего ты хочешь, – честно призналась Закоркина.

– Говори то, о чем никогда никому не сообщала, – велел Леон. – Ну?

– В шесть лет я утопила котенка, – пробормотала она, – хотела посмотреть, как он поплывет…

– Умница, – похвалил Леон, – начинай с самого раннего детства, ничего не упускай. Я выслушаю все твои истории очень внимательно.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru