Дарья Аркадьевна Донцова Аукцион волшебного хлама

Я хотела ответить: «Да, это Николай, муж моей подруги», – но почему-то соврала:

– Не особо. Когда решили украсить таким образом вход, бросила клич по знакомым, и мне подсказали человека.

– И как? Не подвел?

– Вовремя заказ сдал. Возможно, Лолита и шила наряды, но ее имя не указано в договоре… Значит, она в близких отношениях с тем, кто кукол создал. Так?

– Угадала, – улыбнулась Валя. – На всякий случай допытывалась, знакома ли ты с мужчиной. Заказ приятный, с хорошей оплатой – подобные стараются своим людям давать. Если ты вась-вась с мужиком, не хотела говорить, что он спал с Лолой. Но раз он тебе чужой, можно правду сообщить.

Я собрала в кулак все хилые актерские данные и засмеялась:

– В этом случае просто сарафанное радио сработало. А как понимать твои слова о том, что он делает мертвецов?

Валю передернуло.

– Кто-то умирает, остаются родственники. Не все спокойно переносят утрату, есть безутешные люди. Им хочется, чтобы покойник ожил. Сидел за столом, разговаривал.

– Жуть, – поежилась я.

– Ставят же в гостиных чучела животных.

– Отвратительно, – прошептала я. – Как-то раз нас с мужем позвал в гости его знакомый, не близкий приятель. Юбилей он отмечал. Оказалось, мужчина – охотник. По всему дому развешаны головы оленей, обезьянок, других бедняг, которых они с женой убили. Мне прямо плохо стало.

– Лолкин любовник берет разные фото умершего, делает игрушку, ну очень на покойничка похожую. Внутрь вставляется…

Мальцева примолкла.

– Что в нее вставляется, говори, – поторопила я рассказчицу.

– Да не знаю, как назвать. Устройство какое-то. Есть пульт. Нажимаешь на кнопку, манекен оживает, веками хлопает, голову поворачивает, поддерживает беседу. Ну, например, спрашиваешь у него: «Как дела?» И слышишь в ответ: «Хорошо, а у тебя?»

Примечания