Дарья Ривен Солнце для свечи

Она комментировала каждое своё действие и оценивала результат так, как было в учебниках, в границах нормы.

Умелые руки порхали по телу королевы, аккуратно прощупывая и осматривая. Несмотря на льющиеся протесты, Меллори продолжала делать свою работу. Да, осмотр беременных всегда интимное занятие, которое должно происходить за закрытыми дверьми, но конкретно в этом случае, без коллегии профессионалов оказалось не обойтись.

В завершение осмотра Меллори подтвердила срок беременности и отметила, что состояние пациентки полностью ему соответствует.

Она подняла голову, возвращаясь в реальность, и посмотрела на свою группу: старшие целители теперь стояли вместе, тихонько переговариваясь, а на лицах сестёр было то выражение, какое она частенько замечала у своих студентов — благоговение.

Неужели до этого никто им показательно ничего не проводил?

Меллори посмотрела на Густину. Та поджала губы и кивнула, выражая одобрение.

В ответ она не сдержала фырканье — спасибо большое, доказала, что не просто девка для принца.

— Заканчивайте, пожалуйста, — произнесла горничная группе. — Вы утомили королеву.

— С вашего позволения. — К Меллори подошла предыдущая целительница и пока менялась, слегка сжала её плечо в знак признательности.

Меллори вернулась в строй и встала за Селиндой под общие фразы рекомендаций для беременных.

— Молодец. — дыхнула на неё перегаром наставница.

Теперь стало ясно, почему она не вышла. Королева, почуяв запах, точно бы устроила истерику.

Рекомендации продолжались, а Меллори отрешённо размышляла об исчезновении живота.

Она его трогала, они все его видели, более того, весь организм королевы сигнализирует о предстоящих родах. Как он может взять и исчезнуть?

Так не бывает.

— Всё, хватит. — Королева легко поднялась с кровати и указала пальцем на дверь. — Уходите.

Меллори прищурилась — слишком много прыти для беременной. Значит сил ещё хватает.

Но Густина уже распахнула дверь и все гурьбой начали выходить из комнаты.

И как только та закрылась за ними, оказавшись в коридоре Меллори смогла вдохнуть полной грудью. Даже мысли будто в раз покинули её голову.

Страх, удивление, волнение и даже дурацкая сосредоточенность исчезли, оставив после себя лишь радость, облегчение и едва слышное, остаточное благоговение.

Может на ней сказалось замкнутое пространство? В коридоре было больше воздуха, света и, как будто, жизни.

Персонал госпиталя шёл обратно в приподнятом настроение, какое бывает после окончания экзамена, переговариваясь между собой. Густина сохраняла строгий вид, выводя их из замка обратно.

— Как ты? — Селинда шла около Меллори.

— Бывало и лучше. Ужасная ночь.

— Я слышала, но вы справились.

Девушка невесело угукнула: слышала она. Надо было видеть, а лучше поучаствовать.

— Сейчас пойду проверю пациентов, и что вы им назначили. — Селинда улыбнулась, будто справилась с чем-то глобально сложным. — Одного понять не могу: что стало с колоколом?

Меллори вроде что-то припоминала, но точно не могла сказать, поэтому лишь вопросительно посмотрела на наставницу.

— Как он оказался у входа в большой зал?

— Ах это… — Девушка вспомнила звук, с которым появился Арестос. — Думаю, Тори расскажет.

— А ты пойдёшь отсыпаться? — Селинда улыбнулась.

Понимание… Сочувствие… Уважение…

— Эмм… нет. — Меллори замялась. — У меня есть ещё одно дело.

— Ну да, точно. — Весело фыркнула целитель.

Меллори покачала головой. Селинде никак не давало спокойствие её «особое» положение. Она то и дело старалась каким-то образом указать на это в шуточной манере или подколоть.

В такие моменты девушка предпочитала промолчать.

Густина подвела их к спуску на этаж персонала.

— Дальше дорогу знаете. — Она открыла дверь. — Проводить не смогу. Дела.

Целители по одному начали покидать этаж. Меллори шла последней, по пути пытаясь сообразить как ей уйти, ведь никто в здравом уме не отпустит её просто так шляться по замку. Стражи рядом тоже не было, чтобы было кому проводить. Может ей взять и побежать?

Меллори улыбнулась своим мыслям и внезапно почувствовала, как её ладонь обхватила чья-то рука.

— Далеко собралась? — безумно красивый Арестос, в дорогом чёрном камзоле, стоял вот так просто среди простых людей.

Густина ахнула, широко открыв глаза и на это обернулись Селинда и сестра милосердия, которые ещё не успели уйти. Все, как одна, женщины упали в реверансе. Но Арестос на них не смотрел.

— Доброе утро, Ваше Величество. — Меллори сделала изящный реверанс и выпрямилась. — Я не взяла с собой сумку и мне надо вернуться.

Ответ пришёл сам, как только его увидела — не словами же лечить.

Она не клирик.

— Можно тебя проводить? — Арестос выглядел уставшим и немного грустным.

— Но вы легко одеты. — Меллори было неловко говорить с ним, под пристальными взглядами остальных.

— Мы, наверное, быстро? — он улыбнулся краем губ, продолжая смотреть только на неё.

— Хорошо. — Девушка кивнула на деревянную дверь за ними. — Пойдём?

Она не могла представить непринужденную прогулку с принцем и людьми, которые в его присутствии лишнего слова сказать боялись. Арестос поднял глаза и, казалось, только сейчас заметил удивлённые взгляды. Он нахмурился и вернул свои нереальные глаза обратно.

— У меня есть идея лучше, — негромко сказал он и снова взял Меллори за руку.

Он быстро потянул прочь от замерших женщин и она даже пикнуть не успела, как они уже мчались по коридору в сторону восточной башни. Уход был настолько стремительным, что со стороны могло показаться, будто они действительно убежали.

Но не доходя до заветных дверей, Арестос резко свернул вправо, в ещё незнакомую для Меллори часть дворца.

Он продолжал идти вперед, а Меллори пыталась предположить как они смогут выйти, если по ощущениям, наоборот двигались к центру дворца. Вместе с этим, она была сильно удивлена абсурдностью происходящего: наследный принц куда-то ведёт за руку деревенскую простушку.

Чем не сюжет для романа?

Оторвав, наконец, взгляд от безмятежного вида Арестоса, который в очередной раз резко свернул, Меллори посмотрела по сторонам: теперь они шли вдоль больших окон, выходящих на незнакомую часть улицы. Присмотревшись, она поняла, что это внутренний двор дворца.

Или, будет правильней сказать «сад»? Наверняка летом королева там устраивает розарий и тихими вечерами пьёт чай с мужем.

Сейчас же он представлял из себя несколько изогнутых и уже лысых деревьев, в окружении сухой травы. Ни о каких цветах не было и речи.

Принц распахнул дверь напротив сада и, пропустив вперёд девушку, проскользнул следом.

— Ух ты!

Первое, что ощутила Меллори — неповторимый запах множества книг. В душе сразу разлилось неописуемое тепло, которое бывает во время встречи со старыми друзьями, и девушка испытала восторг, вместе с благоговением, перед исполинскими размерами комнаты:

Огромная библиотека, казалось, не имела краёв и занимала собой сразу два этажа. Вдоль больших окон были письменные столы с мягкими креслами. Массивные книжные шкафы стояли ровными рядами, а прямо в одном из них был зажжённый камин, вокруг которого располагались величественный бордовый диван и кресла с очень высокими спинками.

Библиотека была плодом истинной любви к литературе — чистой, светлой и аккуратно оформленной. Даже отсюда Меллори могла разглядеть аккуратно расставленные на полках древние фолианты, простые книги и даже тонкие рукописи.

— Сюда! — прошептал Арестос и нырнул за тяжёлую коричневую портьеру, потянув за собой Меллори.

Все ещё отходящая от великолепия, она, слишком податливая, легко дала себя увести и на секунду даже потерялась в кромешной тьме, поэтому на полном ходу врезалась в грудь остановившегося принца.

— Ох! Простите! — Она упёрлась в него двумя руками и отстранилась, пытаясь нащупать плечо. — Рану не задела?

— Нет, — тихо сказал Арестос. Он был слишком близко, настолько, что его дыхание пощекотало волоски на лбу девушки. — Она на спине.

Меллори сглотнула: её пугало и одновременно будоражило интимное расстояние между ними. Собрав всю свою смелость в кулак, она, всё ещё упирающаяся в грудь мужчины руками, подняла на него взгляд и опешила.

Его глаза завораживали: тонкие голубые колечки, проходящие по краю радужки, ярко светились в темноте. Это выглядело потрясающе и в то же время опасно.

Будто наблюдает хищник.

Мир остановился. Плотная портьера будто физически отрезала пару от внешней суеты, погрузив в тишину, темноту и ощущения.

Меллори не слышала других эмоций, кроме своих собственных, чувствовала только тепло их дыхания и смотрела в единственный, мистический источник света.

Она боялась, смущалась, предвкушала, но упорно ловила себя на мысли, что происходит что-то не правильное. Не естественное.

Ей стало не комфортно.

— Эммм…. — начала она, но была перебита:

— Тсссс… — еле слышно прервал её Арестос.

Меллори испугалась. Чувство неправильности происходящего било по голове и она немедленно захотела убраться из замка. Готовая защищаться от любых непредсказуемых действий со стороны мужчины, она хотела уже рвануть прочь, как вдруг…

Беспокойство…

Взвинченная Меллори резко крутанула головой в сторону чужой эмоции, безрезультатно пытаясь увидеть источник.

Кроме них в библиотеке был ещё кто-то. Пытаясь не смотреть на Арестоса, Меллори сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Её сильно подвёл внезапный всплеск адреналина от близости с принцем — ускорившимся пульсом и биением сердца в ушах, он перекрыл окружающие звуки.

Теперь, контролируя дыхание, Меллори смогла их различить: быстрые перелистывания страниц и шуршание одежды.

Книга громко встала на полку и раздались шаги. Они увеличивали свою громкость по мере приближения и Меллори, понимая, что портьера, как ни посмотри — всего лишь обычная штора, в ужасе шагнула глубже, упираясь в грудь Арестосу. Он не шевельнулся, продолжал стоять на месте, не уступая, но и не касаясь руками девушки.

Меллори сделала глубокий вдох и аромат дуба и целебной мази, которыми сейчас пах принц, заполнили ноздри.

Шаги остановились где-то совсем рядом и снова раздалось шуршание страниц.

«Лишь бы не король» — подумала Меллори. Принц мог защитить их от кого угодно. Но вряд ли от собственного отца.

Вдалеке раздался негромкий скрип открываемой двери. Другие шаги направились к ним. Меллори задержала дыхание; новые эмоции казались отдалённо знакомыми.

Нетерпение… Разочарование… Злость…

— Ты ничего не найдёшь, — негромко сказал голос.

— Я должен попытаться! Ответ где-то рядом! — шипел другой.

— Все полезные книги давно в башне.

— Решение. Должно. Быть! — первый голос срывался с шёпота на рычание. — Если мы не увеличим срок действия, то останемся прозябать дальше. Один час это мало!

— Да брось. На некоторые дела часа предостаточно, — гадко посмеялся второй.

Похоть…

У Меллори участилось дыхание, ладошки вспотели, поддаваясь чужой сильной эмоции, и она сжала их в кулак, чтобы случайно не набросится на принца. Он же, будто почувствовал — сделал шаг ближе и мягко прижал её голову к себе, словно успокаивал. Наверняка решил, что она сильно напугана.

Но Меллори страшно не было. Её грудь тяжело вздымалась, а аромат мужчины и главенствующая в её голове эмоция похоти отключали сознание. Она ёрзала, сжимала и разжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь себя отрезвить и не вцепиться в принца.

— Шшшш… — выдохнул Арестос.

Его руки ожили и начали мягко гладить по спине девушки, крепко прижимая к себе, чтобы не позволить их выдать своими нервными движениями. Меллори с силой зажмурилась. Ей оставалось только терпеть.

Она положила лоб на ключицу Арестоса, пытаясь выровнять дыхание и свыкнуться со своим новым положением.

— Ты выбрал сложный путь, дружище, а ведь мог…

— Не мог! Что бы я предложил? Давай я буду рассказывать тоже самое?

— Ну почему же…

— Очнись! Его люди везде! Ты занял свою нишу, пусть даже таким путём, так сиди и радуйся! Я тоже приду, вот только в отличии от тебя, докажу свою полезность.

— И свяжешь себя обязательством.

Первый голос громко рассмеялся:

— А ты думаешь, ты не связал себя? Думаешь, тебя легко отпустят?

Страх… Неизвестность… Уныние…

Второй голос не отвечал, но его эмоции говорили сами за себя. От былой бравады и яркой похоти не осталось и следа и тело Меллори расслабилось.

Арестос тоже перестал двигаться, но всё также прижимал девушку к себе, обняв руками плечи.

— Кстати, — после заминки решил сменить тему второй голос. — Должен предупредить, что младшее величество стал выходить из своей башни, — гадко хмыкнул. — Найдет тебя в своей библиотеке и в ней же похоронит.

Первый голос громко фыркнул.

— Скорее это тебе стоит его бояться. Он не найдет меня во дворце, если будет ошиваться в госпитале.

— И что бы ему там делать?

— Тут важно не что, а с кем. Ему твоя новая целительница приглянулась. Их уже видели.

Меллори округлила глаза, резко отрывая лоб от камзола — клевета! Она попыталась было снова пошевелиться, но руки принца, как стальные капканы продолжали сжимать её тело. Она подняла взгляд и встретилась с яркими голубыми глазами.

Арестос молчал. На его лице не было никаких эмоций, а глаза лишь молча изучали её реакцию на сказанные слова.

Меллори снова дёрнула плечом и сжала губы. Какая у неё может быть реакция на враньё?

— Ерунда, — цокнул второй голос. — Мальчик вырос, этого стоило ожидать.

— А она? Не боишься, что охмурит затворника и настроит против тебя?

Меллори продолжала смотреть в глаза принца, но думала о другом. Кто эти люди? Почему они так свободно и громко могут обсуждать кого-либо. Ладно её, она здесь никто. Но Арестоса?

— Обычная деревенская девка, — протянул в ответ голос. — Её максимум — раздвинуть ноги. А его — воспользоваться и уползти обратно. Вот и всё.

У Меллори приподнялись брови. Она смотрела в холодные глаза Арестоса и продолжала удивляться. Говорили, что он жесток. Так почему те двое ещё живы?

Принц лишь продолжал безэмоционально смотреть на девушку. Изучающе.

А что если он согласен?

Что если он сейчас проверяет как она отнесётся к этой информации? Будет ли согласна?

Но ведь она не согласна! Да, может быть её можно назвать деревенской, ведь она прожила там большую часть своей жизни, но остальное — лишь безосновательные оскорбления.

Да и от кого? Кто вообще мог на неё обратить внимание, тогда как она постоянно пропадает в госпитале с другими сёстрами милосердия?

Её глаза сузились от догадки — Брант.

— Ну что, убедился? — деловито произнёс профессор.

— Где могут быть ещё книги? — не унимался первый голос. — Жалко, что Юг уничтожен, там была полезная библиотека.

— Да, многое мы потеряли вместе с Эдератом, — философски заметил Брант. Его голос и его эмоции сошлись воедино и теперь Меллори была уверена, что угадала правильно. — Там были хорошие учёные.

— Друиды. — Захлопнулась очередная книга.

— Ну, друг мой, главное, что они радели за идею. Это не сильно отличается от нас.

Голоса начали удаляться.

— Не знал, что на идею можно купить золотые часы, — хохотнул неизвестный.

Брант обронил смешок в ответ и дверь библиотеки тихо закрылась.

Руки Арестоса разжались и Меллори сделала аккуратный шаг назад. Она продолжала попытки избавиться от налипших эмоций, пытаясь уловить новые. В этот раз она хотела быть уверенной, что кроме них в библиотеке никого нет.

Тишина зала была непоколебима.

Девушка посмотрела в холодные глаза.

— Я не такая, — твёрдо сказала она.

— Я знаю, — шёпотом ответил принц.

Её эмпатия не могла уловить ничего, чтобы понять насколько он честен. Лицо тоже ничего не выражало.

Брови принца дрогнули.

— Останемся тут? — попытался выдавить усмешку он.

— Это Вы нас сюда затащили. — Меллори не была настроена на шутки.

— Я хотел показать ещё один выход из замка, но получилось интереснее. — Арестос начал отходить вдоль стены.

Меллори не реагировала на попытки завести диалог. Очень интересно, ага.

Она молча пошла за голубыми огоньками.

Наконец, портьера кончилась, и принц вышел на свет. Его платиновые волосы, как снег под ярким солнцем, могли запросто прожечь сетчатку. Меллори зажмурилась и отвернулась.

— Вылезай, — миролюбиво сказал он, под звук тяжело открываемой оконной рамы. — Пойдём.

Меллори обернулась: принц сидел на узком подоконнике. Секунда — и он исчез.

Её сердце ухнуло вниз и она рванула к окну. Со сбитым напрочь дыханием она смотрела на улыбающегося Арестоса, который уже стоял внизу, протягивая ей здоровую руку. Меллори поджала губы, демонстративно медля. Ей было не приятно количество эмоциональных встрясок, которые она пережила за день. Она обвела взглядом мимо мужчины внизу и заметила, что окна библиотеки выходили в аккурат по центру ристалища, а прямо перед ними были зрительские трибуны.

Она посмотрела вниз — прыгать не высоко, но всё равно страшно.

Собравшись с духом, она, как и принц, села на узкую раму, свесив ноги на улицу. Полы плаща, оставшиеся на стороне библиотеки, подобрала и перебросила через руку. Холодный воздух обдувал лицо и она снова посмотрела на принца. Он тактично не торопил, стоя на ветру в лёгкой одежде.

Наконец, девушка ухватилась за предложенную руку и спрыгнула. Арестос мягко подхватил и приземление оказалось успешным.

Они шли по дорожке и молчали. Меллори задумалась над произошедшим.

Вот такой её видят окружающие?

С другой стороны, а в чем они не правы? Она знает Арестоса два дня. В первый день она его всего потрогала, а во второй он утащил её в тёмный угол.

И она пошла!

А что она о нём знает? Ничего! Только то, что его все боятся. Конечно, можно сказать, что все кругом дураки, но это только выставит её саму дурой.

— О чём задумалась? — безмятежно спросил он.

— Ни о чем, — безэмоционально ответила Меллори.

Решено. Больше с Арестосом она наедине оставаться не будет — так точно будет правильней для них обоих и безопасней для неё самой, потому что она немножечко, в глубине души, боялась не сдержаться, если он предпримет какие-либо действия по сближению с ней. А этого допускать никак нельзя.

Подходя к забору тренировочного поля, Меллори всерьёз задумывалась прекратить вообще всё лечение. Лекарство он принимает, а вчера она сделала максимум из возможного. Беспокоиться совершенно не о чем.

Она искоса посмотрела на своего спутника: он шёл рядом, невидящим взглядом смотря вперёд и глубоко задумавшись.

Ровная спина и расправленные плечи говорили о том, что его абсолютно ничего из подслушанного не задело и, как её, не расстроило.

Меллори прищурилась — да, в следующий раз она снимет швы при Тобиасе и всё.

А сегодня хорошо выспится и с новыми силами возьмётся за работу. Там у неё Честер, Харвин и надо выяснить где Лис. Они все — ребята её круга, безопасные. Можно сказать «свои».

Никакого принца и никаких больше гадких слухов. Ещё не хватало, чтобы они дошли до её парней.

Она же действительно ничего не знает об Арестосе! Может он раз в долгое время вылазит из башни, находит глупую дурочку, соблазняет, и залазит обратно.

Как какой-то инкуб.

Она не будет этой дурочкой.

Однако, окружающие наверняка думали иначе, и пройти до своей комнаты вместе с принцем, для Меллори оказалось целым испытанием.

Все взгляды были устремлены на них и если Арестос совсем не обращал внимания, продолжая идти с гордой осанкой, то Меллори как будто пыталась исчезнуть, сжавшись в комок.

Она даже постаралась ускорить шаг, мысленно проклиная новый «выход» из библиотеки. Из дверей прислуги они добрались бы гораздо быстрее.

Словно молодая коза, Меллори перескочила через забор и не сбавляла скорость до самого входа в нужное здание, а зайдя внутрь, практически взлетела вверх по лестнице.

— Что тебя беспокоит? — Принц облокотился о стену, наблюдая как она дрожащими руками пытается попасть ключом в замочную скважину.

— Ничего. — Меллори бесилась с каждым неудачным попаданием все больше, а его, казалось, это только забавляло.

— Может быть я могу помочь? — Его яркие глаза следили за ключом. — Говорят, это действительно сложно.

Меллори зарычала. Самодовольный придурок.

Наконец ключ попал в нужную щель и девушка злобно возликовала внутри. Она рывком распахнула дверь и пошла в дальний конец комнаты, чтобы собрать сумку. Некоторые приборы всё ещё сохли на мойке.

Конечно, сегодня они не пригодятся, но целительнице спокойнее, когда у неё с собой весь арсенал.

— Ух. — Принц зашёл и огляделся. — Здесь…. мило.

Меллори скептически на него посмотрела — он стоял посреди серых каменных стен и скудной мебели, выдавливая улыбку.

— Тобиас обещал отвезти меня в город, чтобы я смогла что-то сюда купить.

— Так ты решила остаться?

Меллори остановилась, не донеся прибор до сумки. Действительно, ей же дают добро на возвращение домой.

— Вчера привезли моего брата. — Она продолжила собирать вещи, пытаясь выглядеть важно. — Я хочу проследить за лечением. Еще хочу найти своего друга, он пока не приехал.

Последняя фраза заставила Меллори замолчать и нахмуриться — она очень хотела верить, что Лис приедет.

— А потом?

— А потом ещё надо придумать, как мне доехать обратно. — аккуратно произнесла она. Почему-то ей совсем не хотелось назад.

— Я могу отвезти.

— Вот уж нет, — Меллори фыркнула.

— Почему? — тон принца изменился на удивлённый.

Она спохватилась, но было поздно — слова вылетели быстро и искренне, без возможности их предварительно продумать. Меллори посмотрела на Арестоса: он продолжал стоять в центре комнаты и даже слегка наклонил голову, пытаясь её понять.

Она была бы рада ему объяснить, но сама ещё толком не разобралась:

Во-первых, она не хочет домой — факт, который надо признать самой себе. А принц предложил слишком быстрое и удобное решение проблемы, вызвав у неё отрицание.

Во-вторых, даже если они поедут, она в любом случае может случайно остаться с ним наедине, даже если будет сопровождение. И это пугало… потому что Меллори не была против.

Арестос необъяснимо притягивал. Влюбиться в него было слишком просто и это настораживало.

Сегодня она услышала мнение со стороны. Как видят её и, что думают о нём. Даже если предположить, что ей всё равно на мнение окружающих, то каково будет ему?

Только очень сильное и глубокое чувство переживёт сплетни и осуждение, а может быть даже клевету и домыслы. Будет ли у них такое чувство? Или Арестос, как сказал Брант, просто играет?

Меллори тряхнула головой, осознав, что зашла слишком далеко в своих мыслях.

И наконец, третья, самая важная причина — это её дом. Её скрытый, уютный уголок, известный лишь двум людям. Она не сможет попрощаться с Арестосом на половине пути. Горделивая царская особа захочет увидеть, где она живет.

Меллори замерла у резервуара умывальника, пытаясь придумать хоть какой-нибудь ответ. Наконец, она бессильно выдохнула и посмотрела на него, полным поражения, взглядом.

— Я хочу остаться. — Она смотрела в яркие глаза и всем своим видом просила не осуждать.

Брови Арестоса едва заметно дёрнулись, но он тут же взял себя в руки, чудом уловив состояние Меллори.

— Ну, значит надо Тобиаса поторопить, — он улыбнулся краем губ и откашлялся, пытаясь вернуться к непринужденной беседе: — А там что? — отошёл к боковой двери. — Можно?

— Да, — Меллори кивнула, цепляясь за смену темы. — Форт сказал, там был чулан.

— Это я знаю. — Он открыл дверь. — Мне интересно, что ты с ним сделала.

Меллори проводила взглядом фигуру принца.

— Серьёзно? Ничего? — послышался его возмущённый голос.

Она улыбнулась и подошла к дверному проёму, облокотившись о него бедром. В дальнем углу стоял Арестос, прислонив руку к каменной стене.

— Я думал ты сделаешь лабораторию. Или, не знаю, травы сушить развесишь. — Он покачал головой и повернулся.

— Это не моё помещение, я не могу так просто его занимать.

— Ошибаешься. Оно прилагается к этой комнате. Боковые помещения должны были быть отопительными.

Меллори моргнула. Они смотрели друг на друга всего мгновение, пока принц не вздохнул:

— Иди сюда. — Он поднял свою руку ладонью вверх, приглашая.

Стараясь действовать непринуждённо, она оттолкнулась бедром от косяка и подошла, вкладывая свою руку в его. Арестос едва заметно улыбнулся, прежде чем приложить её ладонь к стене:

— Потрогай, — негромко сказал он. — Чувствуешь? — Низкий и мягкий голос вызывал мурашки на коже девушки, и будоражил от неподобающей близости. — Она холодная.