Дарья Котова Бойцы

Глава 5. Север

Предгорья Северного Хребта были местом небезопасным на всем своем протяжении. На востоке там жили кланы северных орков, особенно кровожадной и жестокой расы, западнее них располагалась Кериана, королевство драконов, тоже весьма недружелюбных существ. На северо-западе же мира простирались земли свалгов. Королевство их было окружено магическим куполом, что, конечно, радовало, но не избавляло от проблем – свалги имели привычку иногда покидать свое государство. И это только разумные расы! А ведь север населяло множество зверей и чудовищ. Одни варги чего стоили! Более злые, свирепые и сильные, чем обычные волки, варги жили в северо-западных землях, сбиваясь в стаи и нападая на любого, кто к ним приблизится. Орки приручали варгов, используя их в качестве средства передвижения и верных товарищей на охоте. Однако оставалось немало диких стай. Север же еще больше ожесточил и без того свирепых хищников. Жить здесь было невозможно, выживать – трудно. Суровые земли, суровые обитатели. И это не учитывая непогоду!

Даже Ворону с Барстом было нелегко, а ведь они наемники, а не нежные леди. Особенно удручал тот факт, что у них не было ни припасов, ни одежды. Зачем набирать вещей, если через пару минут они должны были оказаться в Рестании, торговом центре мира? Только вот Забытые Боги решили пошутить, и вместо осеннего города центральных земель троица оказалась в заснеженном краю. Не прошло и пяти минут, как легко одетые существа начали мерзнуть. Особенно плохо было Агнет.

– Да что же ты такая тощая, – ворчал Ворон, стаскивая с себя куртку. У него всегда был с собой видавший виды плащ и такая же потасканная кожаная куртка, которая была скорее дорога сердцу, нежели необходима для защиты от непогоды – летом оборотню хватало одной рубашки, и даже при наступлении осени он не спешил одеваться.

– Ты ч-что дел-л-лаешь? – возмутилась Агнет, дрожа от холода. Ее человеческое тело не выдерживало столь резкого перехода от теплой осени к лютой зиме. Барста с Вороном-то трясло, что уж говорить о тощей девице.

– Н-не н-над-до к-к-куртк-ку, – отбивалась Агнет. – Ты сам-м зам-м-мерзнешь.

Она была права: мороз уже пробрал его до костей. Но не оставлять же Агнет замерзать среди сугробов?! Еще, как назло, поднялся ветер, северный и колючий.

Рядом тяжко вздохнул Барст. Ворон окинул его придирчивым взглядом, но пришел к выводу, что с орка снять нечего – тот ходил в одних кожаных штанах, сапогах и жилетке, настолько потрепанной боями и невзгодами, что ее наличие на теле Барста было чисто символическим. Правда, имелся у друга еще и плащ, хороший, с мехом, но был он по-орочьи огромным и тяжелым, Агнет таким не укроешь. Не желая сдаваться, Ворон принялся перетрясать походные мешки. Результатом усилий стала его запасная рубашка, которая почему-то оказалась в сумке у Агнет, и шарф Ларона, найденный у Барста. Впрочем, у себя Ворон и вовсе нашел сборник эльфийской поэзии, которую с роду не читал. Вот он – результат путешествий в компании.

Не обращая внимания на завывания ветра и вялые протесты Агнет, Ворон надел на женщину рубашку, шарф и свой плащ. Куртку он все же оставил у себя – ветер крепчал, с неба начал падать снег, и даже выносливый оборотень задубел, как последний нежный эльф. Да, хорошо хоть, что Ларона с ними нет. При всем уважении к эльфу, Ворон в данной ситуации выбрал бы Барста. Орк был вынослив, знал эти края и не мерз также, как Агнет или живший в вечном лете Ларон.

Первые дни Ворон еще надеялся, что Агнет, оправившись от взбесившегося заклинания (почему-то же их выкинуло здесь, а не в Рестании), перенесет их куда надо. У троллей, помнится, она оправилась достаточно быстро. Но через пару дней Ворона ждал неприятный сюрприз.

– Как не можешь? – выдохнул он, выпустив в воздух облако белого пара.

– Так, – мрачно ответила Агнет. – Кто-то сбил мое заклинание и высушил дар. Но это не все. Как только дар начинает восстанавливаться, его вновь что-то осушает. Словно вода сквозь сито… – на мгновение взгляд Агнет стал таким потерянным, что даже черствый Ворон отвлекся от размышлений о собственных проблемах и прижал женщину к себе.

– Ладно, выберемся сами, а там посмотрим, что за беда с тобой приключилась, – проворчал оборотень, пока маг жалась к нему в поисках тепла.

Вот так и начался их путь по заснеженным предгорьям Северного Хребта. Никому из троицы здесь не случалось бывать – как-то ненужно было. Клан Барста жил намного южнее, за королевством свалгов, да и Ворон так далеко на север не забирался. Что уж говорить об Агнет?

Шли весь день, пробираясь сквозь толщу снега. Агнет свалилась в первые же сутки – не прошла даже нескольких метров. Неудивительно! Сугробы здесь были по пояс высокому Ворону. Он сам еле вывозил ноги. Барст же попросту раздвигал широкими плечами горы снега, пробивая в них тоннель. Но даже по нему Агнет едва могла идти – ее роста не хватало, чтобы пробраться через спрессованный, заледеневший снег. Когда она в очередной раз упала, утонув в сугробе, Ворон вздохнул и произнес:

– Иди сюда. Барст, подсади ее мне на закорки.

Чудо, но Агнет даже не сопротивлялась – вцепилась в шею Ворона и так всю дорогу и дышала ему в ухо. Подхватив ее под колени, оборотень проворчал:

– Никогда не носил на руках женщин. Много чести вам. Так что смотри, на какие жертвы иду.

– Ты бы поменьше трепался, – дрожа, ответила Агнет. Скудных одежд не хватало, чтобы спасти женщину от холода.

К счастью, Агнет весила так мало, что тренированному воину и оборотню не составило труда нести ее весь день. Так они и шли: Барст впереди, расчищая путь, за ним следом Ворон с Агнет. На ночь разжигали маленький костер – на севере туго с хворостом. Вот выйдут к лесам… К костру жались все. Какими бы выносливыми воинами с природой нелюдей не были Ворон и Барст, они тоже мерзли. В итоге через пару дней все трое соревновались, кто громче чихнет и кто сильнее высморкается.

– Отряд победителей, – ворчал Ворон, который последний раз болел простудой в пятилетнем возрасте.

Ночью ложились рядом с костром, практически в обнимку с горящими углями. Мужчины – по бокам, Агнет – между ними. Она отчаянно жалась к ним, пытаясь хоть немного согреться.

– Если выберешься отсюда со всеми пальцами, это будет чудо, – каракал Ворон, за что не раз был послан Агнет в Глубины.

Несколько раз им пришлось пережить нападение. Сначала к ним ночью пожаловала стая варгов. Бой вышел тяжелым. В итоге наемники перебили всех волков-переростков, но и сами пострадали немало. Хорошо еще, что кровь на морозе не текла, а так бы точно померли (как предрекал Барст). Но раны все равно отнимали так необходимые сейчас силы. Через неделю на троицу напали какие-то то ли звери, то ли нелюди. Они так и не поняли. Ворон долго разглядывал труп одного из нападавших и в итоге предположил, что это гарги, только сильно изменившиеся. Еще пару раз они сталкивались с варгами – к счастью, то были одиночки, еще одной битвы с целой стаей они не пережили бы.

Много проблем доставлял и сам спуск. Это только кажется, что предгорья – еще не горы. На самом деле и здесь хватало расщелин, крутых спусков и коварных тропок, обваливающихся под ногами в самый последний момент. Хорошо, что у предусмотрительного Ворона в мешке всегда имелся моток крепкой веревки – пару раз им приходилось спускаться по ней. В итоге Барст чуть не упал со скалы, а Агнет поклялась, что Ворон – лучший мужчина в ее жизни (ему опять пришлось тащить девицу практически на себе). Но как бы ни было трудно спускаться с крутых склонов, вися над пропастью, лучше так. Хуже приходилось, когда путь друзьям преграждала особенно глубокая расщелина. Такую можно было только перелететь либо обойти. Приходилось делать крюк, чтобы найти безопасный проход. В итоге на путь из предгорья компания потратила втрое больше, чем если бы они шли по равнине. Лишь через два месяца троица вышла к лесам вокруг королевства свалгов. А ведь казалось, что они так близко. В горах расстояние бывает очень коварным, как и видимая близость. За два месяца друзья успели основательно промерзнуть и оголодать – припасов много тоже не набирали, зачем, если они собирались в крупный город, там можно купить еду на каждом шагу. А вот среди бескрайних снегов ни палаток крикливых торговцев, ни шумных таверн не было. Запасы подошли к концу уже через две недели жесткой экономии, от которой особенно страдал Барст. Пришлось Ворону идти на охоту со своим арбалетом, благо иногда их взору представали бодро скачущие горные козлы (с жестким мясом) и шустрые северные зайцы (их мясо устраивало всех, но его было слишком мало).

Таким образом, к зиме оголодавшая, замерзшая и окровавленная компания выбралась к королевству свалгов. Здесь было теплее: снега лежало меньше, а ветер уже не так нагло гулял среди высоких сосен. Агнет наконец-то пошла сама, и Ворон еще неделю радовался по этому поводу, слушая вялые огрызания в ответ. Барст над ними только ржал. Это был единственный светлый момент в их путешествии. Земли, по которым они теперь шли, таили больше опасностей, чем предгорья Северного Хребта. Свалги были темной расой, о которой мало кто знал. Жили они обособленно, магический купол над их королевством не позволял чужакам попасть в их земли. Но никто, впрочем, и не стремился. Барст рассказывал, что даже орки обходят королевство по широкой дуге. Те немногие свалги, которые покидали родной дом, оказывались сущими безумцами, кровожадными и жестокими. С ними старались лишний раз не встречаться. Так что троице оставалось надеяться, что по пути им не попадется какой-нибудь свалг. Из всей компании лишь Ворону однажды довелось общаться с представителем этой расы. От той встречи у него осталось неприятное воспоминание и шрам на левом плече.

– У тебя так и не получилось накопить дар? Или что, вообще, происходит? – поинтересовался как-то Ворон, протягивая ей руку, чтобы перебраться через поваленное дерево.

Агнет устало помотала головой и приняла помощь.

– Не знаю, – ответила она, буквально упав на Ворона. Похоже, неуклюжесть не была частью маскировки мага. – Словно что-то высасывает дар. Стоит накопиться хоть капле, как она тут же утекает.

– Может тебя прокляли или еще что-то похожее? – предположил Ворон, возвращая Агнет в вертикальное положение.

– Не знаю. Я не вижу в своей ауре ничего противоестественного, заклинания тоже нет… Хотя… Что-то с аурой, но я не могу понять что. Тонкие оболочки очень чувствительны к различным воздействиям и сложно восстанавливаются.

На этом разговор затух, но Ворон иногда замечал, как Агнет безучастно глядит в пространство, а глаза поддергиваются пеленой.

Мимо свалгов шли еще целый месяц. Дорога проходила по самому краю обрыва. Огромная расщелина отделяла земли темных от королевства Сантирии. Того самого, из которого была родом принцесса Грета, подружка Алитеры, жены Ларона. Ворон периодически поглядывал в ту сторону, размышляя о том, осталось ли что-то от некогда могущественного государства. Внезапная гибель всех представителей королевской семьи вкупе с несколькими катаклизмами (часть склонов обвалилась, принеся огромные разрушения) привела к краху Сантирию. Еще и Зорд, король Керианы, то ли в память о возлюбленной, то ли по "доброте душевной" решил прибрать к рукам бесхозные земли. Если у людей и был шанс уцелеть, то после вмешательства драконов о Сантирии можно было забыть.

Видимо, Забытые Боги решили пощадить сумасшедшую троицу, путешествующую по самым опасным местам севера, потому что им удалось миновать земли свалгов без значительных потерь: никому не отрубили голову, не откусили руку и не сожгли на костре. Даже варги не нападали. Ворон с Барстом заметили, что к магическому куполу королевства свалгов звери не приближались. Край казался вымершим. Что ж, это к лучшему.

Когда друзья вышли к землям орков, зима была в самом разгаре – метели, снег по колено и вой голодных варгов по ночам. Но здесь хотя бы были привычные противники, да и морозы в этот год были слабыми, Барст лишь презрительно морщился, когда Агнет жаловалась на холод. Впрочем, о малышке он искренне заботился и готов был отдать последнюю (и единственную) жилетку, чтобы согреть замерзшую женщину. Ворона почему-то это подбешивало.

– Что ты к ней лезешь, – пробурчал он, притягивая вечером Агнет к себе. Они по-прежнему лежали в обнимку все вместе – по-другому на севере нельзя, иначе перемерзнете все. Но Ворон считал, что не так уж и холодно, он вполне мог сам погреть эту вечно дрожащую женщину.

– Что же у тебя такие руки ледяные?

– Ты перестанешь когда-нибудь ворчать или нет? – сонно отозвалась Агнет, прячась под полами куртки Ворона. Ее горячее дыхание обжигало открытую шею. Впрочем, момент не успел стать романтическим, потому что Агнет тут же громко высморкалась – ее до сих пор мучила простуда.

– Слушай, Белый, – начал как-то вечером Барст, когда они сидели у костра и жарили тощего зайца, погибшего от болта в хребте. – Давай свернем на запад.

– Нам на восток, – напомнил Ворон, ножом отрезая жилистый кусок мяса и отдавая Агнет. Та с благодарностью посмотрела на него (на оборотня, а не на кусок мяса), и он сделал вид, что не заметил.

– Да, на восток. Но одежды нет, и еды нет. Скоро подохнем, – постановил Барст.

Ворон скривился. В принципе, он разделял мнение друга: путешествие затягивалось, постоянный холод удобства не прибавлял. Чудо, что они еще ничего себе не отморозили и не умерли от бесконечного кашля и соплей. Но долго ли протянут тела нелюдей? Да и если им повезет невредимыми вернуться в центральные земли, терпеть до этого счастливого момента не хотелось. Но где взять еду и одежду? В орочьих землях было не так уж и безопасно, недаром тролли с орками вечно воевали – у них было много общего. И даже Барст им не поможет – некоторые кланы враждовали настолько долго и упорно, что представителя клана противника могли убить, даже не выслушав. Что уж говорить о каком-то оборотне и человеке?

– Что ты предлагаешь? – со вздохом спросил Ворон, вспоминая, есть ли здесь поселения других разумных существ? Люди селились везде, это точно, но как найти хоть одну деревушку?

– Зайти к моим, – ответил Барст, прервав бесполезные размышления Ворона.

– Твой клан живет дальше, за Быстрой, – припомнил оборотень.

– Переселились, – недовольно произнес орк. – Две реки пересохли, а в Быструю тролли выше по течению стали свои трупы скидывать. Совсем обнаглели! Ну, Гортог с ними повоевал, а потом махнул рукой и увел клан сюда, к Девяти холмам. Я короткую тропку дотуда знаю. За неделю доберемся.

– А нам по пути не попадутся с десяток злобных троллей, парочка воинственных орочьих кланов и многочисленные стаи гаргов? – с подозрением поинтересовался Ворон, зная немного легкомысленный характер Барста.

– Не, – заверил последний друга. – Ну, мож, тролли нападут. Они твари умные. А гарги сюда редко забираются.

– А орки?

– Орков обойдем, – самоуверенно произнес Барст.

В этот момент Агнет громко чихнула, и Ворон понял, что выхода нет: придется идти. На удивление, путь их прошел спокойно, если не считать, что две ночи подряд пришлось спать без костра в целях маскировки – рядом бродил отряд охотников-орков из вражеского клана, – в результате чего следующие дни разболевшуюся Агнет практически тащил на себе Ворон. А потом они наконец-то добрались до родни Барста.

Клан Северных Ветров располагался в лощине между девятью холмами, отсюда и название местности – Девять Холмов. Рядом протекало несколько небольших рек, нашлось даже одно озеро, а соседи были мирные (пару раз в год нападут, разве это серьезно?). Клан Северных Ветров был большой, Ворон насчитал около трех сотен домов и шатров. Орки хоть и вели жизнь оседлую (в отличие от некоторых кланов троллей), предпочитали простоту во всем. Жило большинство орков в больших шатрах из шкур зверей, накинутых на прочные балки из дерева либо металла. Была в клане и своя кузня – одно из немногих каменных зданий, – и даже что-то похожее на ратушу. Как объяснил Барст, в огромном каменном сарае (именно на это походило сооружение в центре) проходили советы старейших мужей клана. Еще здесь была небольшая пещерка (в одном из холмов), где проводили свои ритуалы шаманы. В общем-то, несмотря на явно примитивную жизнь, здесь все было очень хорошо налажено. У всех орков имелось оружие (причем не ворованное, как у троллей, а собственноручно выкованное), луки, запас стрел. Охотники добывали пропитание, те, кто сидел с детьми (в основном старики и немощные), занимались земледелием (по мере сил, север все же). Шаманы духовно наставляли клан, вождь принимал живое участие в жизни своих сородичей.

Но первое знакомство с орками из клана Северных Ветров состоялось чуть раньше. Они спокойно шли по тропинке за Барстом, когда Ворон вдруг услышал шорох, словно кто-то шел по снегу, но старался, чтобы его не заметили. Оборотень тут же насторожился и свистнул Барсту. Орк обернулся, и в тот же момент из кустов раздалось на чистом орочьем:

– Стой, ты кто? Отвечай, иначе стрелу будешь из глотки вытаскивать!

– Сам ты будешь ее вытаскивать, но из задницы! – рыкнул Барст, пока Ворон задвигал Агнет себе за спину. – Выходи сюда, Агрок, я тебе хоть в морду дам!

– Барст? Ты что ли? – прокричали кусты, а потом ветки задрожали, и из них вылез незнакомый орк с массивным луком. – А, точно ты! А Гортог уж думал, что ты сдох. Токо Марда его сразу обрадовала, сказала, что дураки последними мрут.

– Я тебе сейчас по морде дважды схожу. Закрой свой рот клыкастый, – рыкнул Барст, после чего два орка крепко обнялись, стуча друг друга по спинам и довольно скалясь.

– Как мило, – совершенно искренне заметила Агнет и громко чихнула, привалившись к Ворону. Тот привычным движением поймал ее.

– А это кто? – якобы грозно (он же тут сторожит) спросил Агрок.

– Друзья, – односложно ответил Барст, и больше вопросом у его знакомого не возникало.

– Тогда пойдем, Гортога порадуем, – весело предложил Агрок, продолжая похлопывать Барста по спине.

– Пойдем, – вздохнул тот: видимо, перспектива общения со старшим братом не радовала его. Ворон знал от Барста, что с Гортогом они ладили, расходясь лишь в одном – жизненном призвании младшего брата вождя клана Северных Ветров.

– А вы пойдете? – поинтересовался Ворон у кустов.

– Не, мы сторожить будем, – нестройным голосом ответили кусты.

Ворон с Барстом расхохотались и вместе с Агнет отправились вслед за Агроком. Совсем скоро им предстала орочья деревня с ее шатрами из шкур варгов, тонкой струйки дыма от кузницы и громкими криками злых орчих.