Черновик- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Дарин Гёц Обещание
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Вам помочь?
– Да, – выдохнул я, стараясь говорить ровно, несмотря на пульсирующую боль в плече. – Нужны продукты: хлеб, овощи и фрукты, рыба и обязательно вода. И желательно быстро.
Продавец отложил журнал и внимательно посмотрел на меня, видимо, заметив признаки усталости и стресса.
– Ясно, – коротко бросил он, разворачиваясь к стеллажам. – Покажете список или сами выберете?
– Сами выберите, пожалуйста, – попросил я, уповая на профессионализм парня. – Я спешу и чувствую себя не лучшим образом.
–Хорошо, что-то еще нужно?
– Да, у вас памперсы есть?
Парень повернулся к дальнему стеллажу и указал на полку с детскими принадлежностями.
– Памперсы лежат вот здесь, выбирайте подходящий размер, – пояснил он, дожидаясь моего решения.
Оглядев ассортимент, выбрал упаковку подходящего размера и добавил её к остальным покупкам. Молодой продавец закончил собирать заказы, выставив итоговую сумму на кассе.
Получив сдачу и чеки, я собрал покупки в пакеты и вышел из магазина, прихватив с собой купленные памперсы, следом зашел в аптеку и купил лекарства для обработки раны.
На подъезде к дому, я заметил, что на веранде сидит Мира с малышом, что-то мелодично напивая.
– Ты что здесь делаешь? – рявкнул я тихо, чтобы не разбудить Джихана.
– Я немного волновалась, – закончила фразу Мира, поднимая взгляд на меня.
Я подошел ближе, опустился рядом с ней на ступеньки, осторожно беря на руки маленького Джихана, который сладко сопел, прижавшись к моей груди. Легкая усталость сменялась чувством спокойствия и умиротворенности. Да, это не моой ребенок, но любовь к нему словно зарождалась ко мне, в эту самую минуту.
– Пойдем в дом, не чего здесь сидеть и привлекать внимание!
Мира молча встала и направилась в дом, слегка улыбаясь. Я вошёл в дом вслед за ней, неся на руках младенца. Проходя мимо неё, я отметил её сосредоточенное выражение лица и уверенные движения, будто бы ничего необычного не произошло. И тут она заметила рану.
– Эмир, ты ранен? – воскликнула она встревоженно.
– Ничего серьёзного, – попытался успокоить я, морщась от очередного всплеска боли. – Царапина, случайно зацепило плечо.
Мира нахмурилась, внимательно разглядывая повреждённое место.
– Не обманывай меня, я вижу, как тебе больно, – возразила она твёрдым голосом. – Давайте посмотрим, что там у тебя.
Поместив ребёнка на диван и убедившись, что он спит спокойно, я снял рубашку, обнажив красную полосу воспаления, растянутую по всей длине плеча. Жена нахмурилась ещё сильнее, явно недовольная увиденным.
– Немедленно идём обрабатывать рану, – решительно потребовала она, направляясь в ванную комнату.
Последовав за ней, я позволил применить лечебные средства и очистить пострадавшую область. Процесс занял немало времени, но моя жена действовала профессионально и уверенно, словно у нее есть опыт.
Я внимательно наблюдал за ней, сейчас она выглядела еще привлекательнее. У неё были невероятно красивые глаза, глубокие и выразительные. Наблюдая за её действиями, я поймал себя на мысли, какая она потрясающая мать и девушка.
Закончив лечение, Мира пристально посмотрела на меня, улыбнувшись теплой и ободряющей улыбкой.
– Будешь беречь себя, хорошо? – попросила она, осторожно прикасаясь пальцами к моей щеке. – Без тебя мы с сыном пропадём.
– Ты великолепна, – неожиданно для самого себя высказал я, глядя прямо в её глаза.
Сказанные слова сорвались с губ, прежде чем я успел задуматься. Они возникли спонтанно, вытекая из глубин сознания, переполненного эмоциями и восторгом от её присутствия рядом.
– Ты тоже замечательный отец и муж, – ответила она, заметно покраснев от неожиданного признания. – Береги себя.
– Постараюсь, – улыбнулся я, нежно коснувшись её ладони.
Завершив разговор, мы вернулись в гостиную, где мирно спал тепрь уже наш сын.
– Я купил памперсы, – сообщил я, вспомнив о важной покупке, доставая один из пачки и передавая ей.
– Отлично, – радостно воскликнула она.
Она села рядом с малышом и стала крутить их в руке, да так странно, словно она не понимала, как ими пользоваться.
Я наблюдал за ней с лёгкой улыбкой, понимая, что, несмотря на её очевидную привлекательность и уверенность в большинстве жизненных ситуаций, иногда она теряется в простых вещах. Такое поведение казалось трогательным и очаровательным.
– Что-то не так? – мягко спросил я, наклоняясь ближе.
– Просто… – замялась она, смущённо отводя взгляд. – Я совсем не знаю, как правильно менять подгузники.
Моя рука инстинктивно сжала её ладонь.
– Не переживай, – утешил я, нежно погладив её по спине. – Давай я это сделаю, а ты посмотришь, хорошо?
Мира кивнула, немного расслабившись. Я взял на руки спящего малыша, аккуратно положил его на мягкую поверхность и развернул памперс. Действовал осторожно, стараясь не разбудить ребёнка.
Сначала расправил подгузник, затем осторожно приподнял ножки и поместил ткань под ягодицы. Аккуратно защёлкнул липучки, удостоверившись, что подгузник лежит ровно и комфортно.
– Видишь, ничего сложного, – объяснил я, заканчивая процесс. – Самое главное – бережность и аккуратность.
Мира внимательно смотрела.
– А откуда ты умеешь это делать? – спросила она с подозрением.
– У меня тоже есть сын, раньше я часто это делал, а теперь он уже большой – объяснил я, улыбаясь воспоминанию.
Её недоверчивость сменилась легким изумлением, затем признанием.
– Так вот оно что, – тихо произнесла она, пожимая плечами. – Почему раньше не говорил?
– Просто не было случая, – пожал я плечами, усаживаясь рядом. – Всё происходило настолько стремительно, что личные истории отошли на задний план.
Мы ненадолго притихли, наблюдая за малышом, мирно посасывающим пустышку. Потом Мира посмотрела на меня серьёзнее:
– Как думаешь, смогу научиться всему этому?
Я понял её беспокойство. Молодые мамы часто испытывают неуверенность в собственных силах, особенно в первые месяцы материнства.
– Конечно сможешь, – ответил я уверенно.
Мира заметно успокоилась.
– Спасибо, – искренне поблагодарила она.
Мы поговорили ещё немного, обсудили бытовые мелочи ухода за ребёнком, я поделился с ней впечатлениями о первых месяцев родительства. Время пролетело незаметно, и вскоре малыш начал проявлять признаки усталости.
Помогая жене уложить сына спать, я подумал, как здорово, что смог оказаться полезным. Вспоминая собственный опыт отцовства, понимал, что такие моменты становятся настоящим испытанием, но одновременно приносят невероятное счастье.
Глава 6
Мира.
– Долго нам ещё ? – спросила я Эмира.
– Нет, совсем немного осталось.
– Ты так и не сказал куда мы летим…
– Ты ведь сама сказала, что не нужно спрашивать путника, если вместе выходите в дорогу…
Я улыбнулась, слегка покачивая головой.
– Ладно, Эмир, я доверяю тебе. Только скажи, что нас ждёт впереди? Ведь этот брак не продлится вечно… – опуская глаза вниз, произнесла я, эти слова вызывали у меня смущение.
– Почему не может? – поинтересовался он.
– Но… мы с сыном не можем вечно быть для тебя грузом…
– Ну почему же грузом? – мягко возразил Эмир, чуть наклоняя голову набок и смотря на спящего Джихана. Его взгляд оставался спокойным и уверенным. – Ты и твой сын стали частью моей жизни теперь, и это не случайность судьбы, а осознанный выбор.
– Может быть, – осторожно согласилась я, пытаясь подавить смутное чувство беспокойства внутри.
– Давай представим нашу жизнь как путешествие, – предложил он, словно читая мои мысли. – Есть начало пути, середина и конец. Сейчас мы находимся в середине дороги, когда многое предстоит пройти и пережить. А вот конец путешествия никто не знает заранее. Что, если наша дорога окажется длиннее, чем мы думаем?
Эти его слова застряли у меня в голове, согревая сердце тихой нежностью и теплом. Взгляд скользнул по моему сыну, мирно дремлющему на соседнем кресле. За окном иллюминатора мелькали белые облака, укрывающие землю подобно мягкой перине.
– Мира, давай сразу договоримся, туда куда мы летим, там есть свои правила, я всеми возможными и не возможными способами буду вас защищать, но, все должны поверить в то, что Джихан – мой сын. Пообещай мне это пожалуйста.
Я замерла, услышав столь серьёзные слова Эмира. Молчание длилось несколько секунд, нарушаемое лишь ровным шумом двигателя.
– Эмир… – начала я тихо, мысленно перебирая аргументы. – Я должна подумать…
– Прошу тебя, доверься мне, – попросил он серьёзно, – Поверь, это единственный способ защитить твоего ребёнка и обеспечить ему достойное будущее.
Сердце забилось быстрее, тревога боролась с пониманием необходимости подчиниться обстоятельствам. Вспоминались рассказы бабушки о загадочной восточной культуре, строгих традициях и жёстких законах, которыми управлялись целые династии. Да, я тоже была из мусульманской семьи, но мой отец был другой и мать тоже. Я росла в любви и взаимопонимании, и если бы не эта помолвка, моя жизнь сложилась бы совсем по другому. Откинувшись назад, я закрыла глаза, вспоминая моменты счастья и тепла, дарованные родителями, подругами и даже друзьями.
Открыв глаза, я встретила внимательный взгляд мужа, ждущий моего решения.
– Хорошо, – выдохнула я твёрдо. – Но обещаю лишь при условии, что всё сделанное пойдёт на благо моего мальчика.
За облаками простирался бескрайний горизонт, манящий и загадочный. Где-то далеко внизу остались привычные улицы родного города, родные места детства и юности.
Небесная гладь стала медленно рассеиваться превращаясь в очертания незнакомого острова. Самолёт стал медленного лавировать, снижаться, приближаясь к нему.
– Скоро приземлимся, – тихо сообщил он, заметив моё напряжение. – Всё будет хорошо, поверь мне.
Расслабляясь под его взглядом, я вдруг поняла всю глубину сказанных ранее слов. Но впервые за долгие месяцы я почувствовала внутреннее равновесие и твёрдую почву под ногами. Рядом сидел мужчина, ставший опорой и защитой для меня и моего сына. Сердце наполнялось благодарностью и доверием.
Приближающийся остров казался таинственным и привлекательным одновременно. Городские огни, рассыпанные вдоль побережья, манили, словно звёзды на ночном небе.
Когда самолёт коснулся морской глади, лёгкий толчок напомнил о конце долгого перелёта. Эмир помог мне подняться с кресла, аккуратно поправляя пелёнку на сыне, спящем сладким сном.
– Уже дома, малыш, – прошептала я, проводя рукой по мягким локонам Джихана.
Следуя за мужем, мы вышли из прохладного салона самолёта на просторный трап, где свежий ветер морского бриза ударил в лицо. Воздух был влажным и тёплым, несущим аромат соли и цветущих растений.
– Дай мне сына, – произнёс Эмир, протягивая руки.
Джихан, крепко прижатый к моей груди, мирно спал, его дыхание было ровным и спокойным, словно ничего не изменилось в его маленьком мире.
Я осторожно передала малыша в надёжные руки мужа, чувствуя волнение и тревогу.
Пока мы шли по причалу, я заметила, что вокруг начала собираться толпа людей, смотрящих на нас с недоумением и любопытством. Как вдруг средь этой всей толпы, к нам стала пробираться вперёд девушка в свадебном платье.
– Эмир! Эмир! – слышался настойчивый зов девушки в свадебном наряде, спешащей к нам сквозь толпу.
Она остановилась неподалёку, тяжело дыша и борясь с возмущением. Её пальцы судорожно теребили край платья, обнажая очевидное разочарование и гнев.
– Зачем ты сделал это со мной?! – воскликнула она с болезненной страстью. – Ты обещал вернуться, но привёл сюда чужую женщину!
Эмир напрягся, прижимая Джихана ближе к себе, чувствуя угрозу в поведении незнакомки. Толпа замерла, напряжённо наблюдая за разворачивающимся конфликтом.
– Тише, Ясмин, тише! – резко одёрнула девушку женщина в голубом платье, властно прокладывая себе путь сквозь толпу. Лицо её выражало недовольство и раздражение.
Женщина приблизилась к Эмиру, демонстративно игнорируя мой испуганный взгляд.
– Надеюсь, ты понимаешь последствия своего поступка, сынок , – заявила она холодно, скрестив руки на груди.
– Понимаю, мама, – ответил Эмир спокойно, но с ноткой усталости в голосе. – Каждый поступок влечёт за собой последствия, и я готов нести ответственность за свои решения.
Женщину в голубом платье, очевидно, обиженную и недовольную ситуацией, явно беспокоила репутация семьи. Она обвела меня критическим взглядом, словно осуждая мой приезд.
– Эмир ответь мне… – продолжала кричать девушка в свадебном платье. – Я тебе наследника родила, ты обещал на мне жениться!
Эмир прервал девушку, делая шаг вперёд:
– Ясмин, прекрати, – громко, но спокойно сказал он. – Мира моя жена, и на этом точка!
Мимика на лице старшей женщины дрогнула, но она сохраняла хладнокровие, обращаясь к девушке более жёстко:
– Ясмин, веди себя прилично, – приказала она, повышая голос. – Свадьба переносится на некоторое время…– объявила она перед толпой.
Голос матери Эмира эхом прокатился по площади, привлекая внимание присутствующих. В толпе начались оживлённые разговоры, шёпот и обмен впечатлениями.
– Какая свадьба! Какая свадьба, госпожа Джавидан? Вы опозорили мою дочь! – кричала женщина.
Женщина, выступившая в защиту Ясмин, оказалась матерью девушки, её появление усилило накал страстей. Голос её дрожал от боли и возмущения, глаза метали искры ярости.
– Опозорили мою дочь! – повторила она, увеличивая темп речи. – Как вы можете позволить такому случиться, Джавидан? Разве это правильно, позволить Эмиру изменить слово, данное девочке?
Отец Ясмин присоединился к протестующей группе, выкрикивая обвинения в адрес семьи Эмира:
– Вы обманули нас! Как вы смеете поступать так несправедливо?
Видя усугубление конфликта, Эмир решил действовать быстро. Обращаясь к толпе, он поднял голос, привлекая общее внимание:
– Тихо! – провозгласил он, держа Джихана ближе к груди. – Решение принято, и отменить его невозможно. Повторяю: Мира – моя законная супруга! И ещё, если вы забыли, напомню, это мой остров, и закон здесь я!
Последние слова Эмира прозвучали весомо и авторитетно, утихомирив собравшуюся толпу.
Женщина в голубом платье, присоединилась к защите его позиции:
– Успокойтесь, – велела она решительно. – Мы в кругу семьи это всё обсудим.
Толпа стала расходиться, а ошарашенная девушка в слезах резко кинулась бежать прочь, едва удерживая равновесие на высоких каблуках.
Мать Эмира осталась стоять неподвижно, словно каменное изваяние, поглощённая собственными мыслями и реакциями. Наконец, обратившись ко мне, она произнесла:
– Ты будешь вести себя достойно и соблюдать традиции, – предупредила она жёстко. – Иначе последствия окажутся печальными.
– Мама, Мира моя жена, и она себя будет вести себя так, как считает нужным!
Последнюю фразу Эмир произнес твердо и уверенно, не допуская возражений. Поза его тела выражала абсолютную убежденность в своем праве на собственное решение. Он посмотрел на мать прямым и серьезным взглядом, демонстрируя нежелание уступать под давлением общественных ожиданий.
Женщина в голубом платье промолчала, едва заметно кивнув. Очевидно, ей пришлось согласиться с выбором сына, признавая силу его аргументов и авторитет в местном сообществе.
И мы двинулись в сторону усадьбы.
Дорога к усадьбе пролегала через густой тропический лес и небольшое поле, покрытое зеленью и цветами. После шумного столкновения на причале царила приятная тишина, прерываемая лишь мелодичными звуками птиц и журчанием ручья.
Увидев ворота усадьбы, я почувствовала смешанные чувства. Дом представлял собой массивное строение с высокими колоннами и просторными террасами, украшенными цветущими растениями и фонтанами.
Эмир.
Я знал, что наше появление с Мирой на острове, вызовет море негодования у всех.
– Добро пожаловать домой, господин Эмир, – обратилась ко мне Суна.
Не успев ответить на приветствие управляющей домой, как у меня зазвонил телефон.
Я достал мобильник, глянув на экран. Номер был знакомый – мама Ясмин.
– Госпожа Айла, – произнёс я недовольно.
– Ясмин взяла Мурада и они пропали, – голос госпожи Айлы дрожал.
– Госпожа Айла, что вы имеете в виду? – уточнил я, внезапно охваченный тревогой.
– Ясмин исчезла вместе с Мурадом, – её голос сорвался от волнения.
Плохое предчувствие охватило меня целиком. Мысленно вспомнив скандал на причале, резкое обвинение Ясмин и последующее внезапное исчезновение – всё это складывалось в тревожную картину.
Нужно было действовать незамедлительно.
– Господин Эмир, что-то случилось? – спросили сзади.
Оглянувшись, я увидел начальника охраны, внимательно глядящего на меня.
– Надо организовать поиски, – приказал я резко.
Я посмотрел на Миру, которая молча наблюдала за мной. Напряжение отчётливо читалось на её лице.
– Что случилось? – спросила она осторожно.
– Исчезла Ясмин с моим сыном, – сказал я коротко. – Предположительно похитила ребёнка, но зная её, можно ожидать чего угодно!
Почти физически ощущая холодный комок тревоги в животе, я передал Джихана на руки Мире, пытаясь передать ей хоть частичку спокойствия, которого самому катастрофически не хватало. Управляющий охранной Хассан схватил рацию и отдал короткие команды.
Собрав команду добровольцев, мы отправились прочёсывать окрестности, исследуя тропинки, пляжи и пещеры, известные местным жителям.
Хассан организовал три группы: первая отправилась на побережье, вторая занялась осмотром лесов и гористых районов, третья приступила к исследованию жилых зон и коммерческих заведений.
Связь между ними поддерживалась по рации и мобильной сети, регулярно докладывая о ходе операций.
Начальник охраны лично возглавил отряд, занимавшийся побережьем. В составе группы были опытные пловцы и специалисты-спасатели, оснащённые необходимым оборудованием. Они тщательно обследовали акваторию бухты, уделяя особое внимание мелководьям и рифам.
Вторая группа углубилась в лесной массив, исследуя тропинки и маршруты, ведущие к отдалённым поселениям и туристическим объектам. Работая методично и последовательно, они искали следы присутствия Ясмин и Мурада.
Третья группа обошла жилые кварталы и коммерческие зоны, опрашивая местных жителей и посетителей магазинов, отелей и учреждений. Многие откликнулись на предложение помочь, поделившись информацией о возможных местах появления Ясмин.
Прошло несколько часов. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тревожные багровые тона. В рации раздавались короткие, сухие доклады – пока безрезультатно.
Вдруг рация Хассана ожила.
Голос начальника группы, обследовавшей побережье, был напряжён:
– Хассан, мы нашли кое-что. На северном пляже, у старых лодок… следы. Свежие. И женские туфли…
Мир словно остановился. Я рванулся к Хасану, выхватил у него рацию.
– Где?! Мы едем!
Через десять минут наш внедорожник уже мчался по прибрежной дороге, поднимая клубы пыли. На северном пляже нас ждали двое охранников. Туфли Ясмин лежали на песке, а рядом – едва заметные отпечатки ног, которые вели к скалам.
– Они могут быть в домике на скалах, – выдохнул Хассан, глядя на спокойную гладь моря.
Я сразу набрал Адаму.
–Ты на лодке друг мой?
–Да, я на лодке, – ответил Адам, его голос звучал спокойно. – Я уже вышел в открытое море, наблюдаю берег. Там ничего необычного, пока что, но я держу ухо востро.
– Отлично, – сказал я. – Мы на пути к скалам. Надеюсь, там найдём Ясмин. Будь начеку и держи связь.
– Брат, я вижу ее в бинокль!
– Где именно? – резко спросил я.
– Она в домике, вышла на террасу!
– Держи связь, Адам. Мы скоро будем там, – ответил я, нервно сжимая рукоять оружия. – Хассан, подготовься. Если она там, нужно действовать быстро и аккуратно.
– Брат, она прыгнула в море!
Мы увидели летящее тело в воду в свадебном платье. Не долго думая, я нырнул следом, чувствуя, как соленая вода обжигает кожу. Взгляд сразу же нашел Ясмин – она шла ко дну, без сил и сознания. Я напрягся, чтобы плыть быстрее, и, наконец, добрался до нее. Подхватил за талию и начал тянуть к берегу.
На прибрежной полосе уже ждали Хассан и Адам. Я бросил Ясмин на песок, она была без сознания, лицо поблекшее.
– Быстро, надо ее согреть и вызвать скорую, – сказал Хассан, глядя на Ясмин.
– Мне надо срочно в домик, надеюсь что Мурад там, – ещё с большим напряжением произнес я и рванул к домику.
Я мчался по песчаной тропинке, сердце колотилось в груди. Домик на скалах был всего в нескольких метрах, его окна светились слабым, приглушенным светом. Я надеялся, что Мурад может быть там.
– Мурад, сынок! Где ты?
А в ответ тишина. Я взял себя в руки и что есть сил кинулся к двери.
