Dante OUR Кто Я?..

Запись восьмая

И так.

Подведём итог двух недель тренировок…

Не сказал бы, что Рина меня учила. Это было больше похоже на избиение младенца. В какой-то момент я начал думать, что она организовала эти тренировки только для того, чтобы хорошенько меня избить. За кинжал, который я вонзил ей в ногу. Я уверен, что она не простила такого унижения. Чтобы какой-то новичок посмел задеть её?

Да, она не говорила этого напрямую, но… Улыбка в те моменты, когда её кулак бил мне по челюсти, не сходила у неё с лица.

И всё же, я и не скажу, что тренировки прошли впустую.

Во-первых, совместная работа с Джин Хо. Он активно участвовал в каждом бою. Подсказывал, в какой момент уворачиваться. Как и когда наносить удар. Подмечал слабые стороны в защите Рины.

Да, моя реакция сильно увеличилась после пробуждения. Это факт. Но отсутствие боевого опыта играет свою роль. Тело не всегда слушалось так, как я хотел. Я промахивался, пропускал удары.

Поэтому помощь Джин Хо неоценима. Он помогает мне наверстать боевой опыт по максимуму. И это натолкнуло меня на первую мысль: а кем он, собственно, является? Он дух? Тогда что случилось с ним до того, как он оказался в моей голове? Почему именно в моей голове он оказался?

Я всё ещё не могу позволить себе признать, что я сумасшедший, а Джин Хо — лишь результат моей сломанной психики… Это было бы слишком.

Во-вторых, навык исцеления. Он работает превосходно. Рина сказала, что это первый случай в истории Охотников, когда у класса убийцы, который и без того редкий, такое превосходное исцеление. Сказала, что это меняет всё. Если я овладею боевыми искусствами… Если освою несколько видов оружия… Это сделает меня практически неуязвимым.

В-третьих, почти в конце двух недель тренировок я понял, почему изменился цвет моего левого глаза.

Всё дело в Джин Хо.

Точнее сказать, не я понял, а Рина подсказала, хоть сама этого и не поняла. Я ведь всё ещё не рассказал ей о нём. В один из дней, в перерыве между тренировками, мы решили сходить пообедать в кафе, недалеко от полигона. Мы говорили о моих боевых навыках, где стоит приложить больше усилий, и речь зашла о моём глазе. Я спросил у неё, что это могло значить? Как часто такое случается в принципе? Рина пожала плечами, откусив кусок мяса.

— Некоторые верят, — начала она, — что пробуждение Охотника — своего рода сближение с миром духов.

Я удивился. Посмотрел на неё, приподняв бровь.

— Нет, не в том смысле, что ты начнёшь видеть призраков, — поспешила она остановить полёт фантазии. — Я имею в виду что-то астральное. И, видимо, ты был близок к этому миру ещё до пробуждения, раз это сказалось физически. То есть твоя мистическая гетерохромия показывает, что ты приверженец двух миров.

И тут я понял.

Джин Хо.

Из-за того, что в моей голове сидел Джин Хо, пробуждение изменило цвет моего глаза.

Когда мы вернулись на полигон, я решил проверить, а есть ли у левого глаза какие-то особенности помимо цвета.

Сначала я закрыл правый глаз и просто осмотрел окружение. Ничего. Всё было таким, как и прежде. Я увидел разницу лишь во время боя. Левый глаз реагировал иначе. Именно им я видел траекторию движений Рины, как сокращались её мышцы на руках и ногах, как она смещает центр тяжести тела. Как она грациозно двигается в бою. Словно это была не схватка, а танец смерти. Именно благодаря левому глазу я даже смог предугадать её действия.

Это навело меня на следующую мысль…

А что, если я пробудился из-за Джин Хо? Что, если вся моя сила — лишь следствие его появления? Если с Джин Хо что-то случится и он исчезнет, я снова стану обычным человеком?

Я решил подумать об этом как-нибудь потом.

В итоге эксперимент Рины — а иначе это не назвать — прошёл успешно. Мы с Джин Хо неплохо сработались, а это значит, что в первой же стычке я не погибну.

Но ещё нужно многому научиться. Многому…

Пока что Рина дала мне время. Несколько дней на то, чтобы я закончил дела из прошлой жизни человека, прежде чем меня поглотит жизнь Охотника. Я был удивлён. Если честно, я думал, что о выходных можно забыть. Поэтому этот мини-отпуск меня обрадовал.

Решил вернуться в Кисан, посвятить время маме и Томину.

Я удивился, когда Рина заявила о том, что хочет поехать со мной. Оказывается, они с мамой иногда списываются и обсуждают моё состояние. Инициатор этого общения, конечно, мама, но… Я не думал, что Рина пойдёт с ней на контакт.

К счастью, или к сожалению, в последний момент всё изменилось. Председатель дал какое-то срочное задание главе Гильдии Пламени, поэтому тот не сможет возглавить свои рейды. Из-за этого Рине пришлось взять эту задачу на себя.

Мама встретила меня так, будто мы не виделись лет десять. Сжимала в объятиях, гладила по голове, шептала что-то бессвязное. Я стоял и чувствовал, как её слёзы капают мне на плечо.

— Я так не хотела для тебя этой жизни, сынок… — Причитала она, когда мы сели на кухне. Её голос дрожал. — Хотела, чтобы ты жил спокойно… Чтобы тебе не пришлось рисковать своей жизнью… Но учитывая твой высокий ранг… Боже… — Она смотрела на меня с такой гордостью… — Мой сын S-ранговый Охотник. — Кажется, она произнесла эту фразу уже десятый раз за день.

Я попросил её пока никому не рассказывать обо мне. АГО всё ещё держала информацию в секрете. Я ещё должен был пройти обряд посвящения для S-ранга, прежде чем ассоциация сделает публичное заявление. Формальности…

Вечером, когда эмоции мамы по поводу моего приезда немного утихли и мы сели пить чай, я сказал ей, что председатель по ошибке рассказал обо мне и отцу. Она замерла. Рука с чашкой остановилась на полпути к губам. Она поставила её обратно на стол, не сделав глоток.

— Думаешь, выкинет что-нибудь? — Спросила она, нахмурившись.

Я пожал плечами.

— Да плевать! — Её голос стал твёрдым. Жёстким. Таким я его слышал редко. — Он давно исчез из нашей жизни. — Она перевела взгляд на меня. — Но я скажу тебе, если он что-нибудь исполнит из ряда вон.

Я кивнул. Это немного успокоило мою тревогу.

— Да, и думаю, Рина сможет мне помочь, в случае чего, решить эту проблему. — Добавил я.

— Кстати, как она там? Заботишься о ней? — Неожиданный вопрос, заставивший меня увезти взгляд в сторону и покраснеть.

— Мама-а-а… Куда ты лезешь?! — Вставил Джин Хо.

— Ну ладно… Ладно… Засмущался, посмотрите на него. — Засмеялась мама.

Так приятно, когда она такая. Радостная. Теперь уже не скоро я смогу увидеть её улыбку.

Томин встретил меня иначе. Он сиял, как лампочка.

— МИНХО! — Заорал он, едва увидев меня. — Вернулся! Всё-таки она не убивать тебя увезла! Ты… — Он не договорил. Просто подбежал и хлопнул меня по плечу, проверяя, настоящий ли я.

Мы прогулялись с ним до парка, сели на лавочку, ели мороженое. Томин болтал без остановки.

— Когда я увидел, как её амбалы грузят тебя в машину, я сразу кинулся… — Делился он, размахивая руками. Чуть не выронил мороженое.

— Ты послушай, как складно врёт… — Рассмеялся Джин Хо. — Скулил как щенок: «Госпожа Ли, с ним всё будет в порядке?» — Пародировал он Томина.

— А я слышал другую версию… — Прервал я его. И Томин сразу помрачнел.

— Она рассказала, да?

— Нет. Рина, как раз, про тебя ни слова не сказала.

— Джин Хо? — Прошептал он, широко раскрыв глаза. — Он до сих пор болтает с тобой?

— Больше прежнего… — Усмехнулся я.

Томин болтал без остановки. Рассказывал о своих планах на будущее. Я слушал. Некоторые его идеи мне даже понравились.

Джин Хо… Он был в своём стиле.

— Может, нам пора вернуться?

— А-А-А! Он заткнётся когда-нибудь?

Мне и без того было сложно переубедить Джин Хо, но когда Томин сказал, цитирую: «Если бы ты остался в Кисане, то мы навели бы шороху в этом скудном городишке.», я перестал пытаться.

— Напомню, этого имбецила ты называешь другом… — Повторял он раз за разом.

С Риной мы тоже сблизились.

Когда я вернулся в Омгён, мы проводили друг с другом много времени. В основном, поводом для встреч были бюрократические нюансы. Где-то было нужно подписать согласие на страховку жизни и здоровья Охотника. Где-то встать на учёт. Где-то снова пройти процедуру регистрации на случай, если меня нужно будет срочно найти в любое время дня и ночи. Где-то просто было необходимо моё присутствие, потому что так надо.

И обычно в такие напряжённые дни мы задерживались допоздна, поэтому Рина предлагала поужинать вместе. Я не отказывался. Джин Хо ликовал. Ещё немного, и я буду считать его свахой. Но в наших ужинах не было ничего романтичного, поэтому мне было сложно понять его бурную реакцию на это.

Мы сидели в небольшом ресторанчике рядом с гильдией Рины. Ели, пили чай. Пару раз даже кое-что покрепче. Говорили о пустяках. О тренировках. О видах монстров. О рейтинговой борьбе между гильдиями.

С ней было легко. Она не давила. Не лезла в душу. Не задавала неудобные вопросы. Она понимала меня. Но была по-прежнему остра на язык. Это заставляло меня улыбаться.

В один из вечеров Рина позвонила мне обсудить вопросы моей первой конференции, которая должна была состояться через пару дней. Говорила серьёзно, по-деловому.

— И… У меня есть предложение… — Сказала она вдруг в конце разговора.

— Какое?

— Давай отметим твоё вступление в ряды элиты. Заодно обсудим вопрос о гильдии наедине. Потом у нас не будет возможности для таких встреч.

Я согласился, едва она договорила последнее слово. По многим причинам. Но по моей просьбе, решили посидеть тихо. В моём номере отеля. Рина принесла с собой вино.

Мы сидели на диване, пили, болтали. Рина была расслаблена, и я решил, что это прекрасная возможность узнать её получше.

— А как ты стала Охотницей? — Спросил я. — Главой гильдии? Почему название именно такое?

Я вывалил все вопросы разом, чтобы она не успела сказать потом свою любимую отмазку: «Хватит вопросов!». Обычно в те моменты она была трезва и собрана. Сейчас — нет. Прекрасный повод испытать мою удачу.

Рина допила свой бокал залпом, налила ещё. Посмотрела мне в глаза. Я абсолютно уверен, что она в этот момент боролась с желанием рассказать, и желанием послать меня куда подальше.

— Я родилась и жила в бедной семье, — начала она. Ей было больно вспоминать своё прошлое. Хоть она и старалась скрыть это, но пальцы, которые заметно напряглись на её бокале, выдавали с потрохами. — Отец — беспробудный алкаш. Мать убивала своё здоровье на трёх работах, чтобы наша семья смогла удержаться на плаву. У неё едва находился хотя бы один час для сна. В конечном счёте, организм не выдержал. — Рина сделала глоток.

Было видно, что ей больно. Я хотел её прервать, но она остановила меня жестом руки.

— Мне было двенадцать, когда у мамы обнаружили рак. Пришлось бросить школу и найти подработку. Неофициальную. Кто возьмёт малолетку на официальную работу с достойной зарплатой? Этим некоторые и пользовались, когда решали кинуть меня, не заплатив. Я копила деньги на оплату больничных счетов. — Тишина повисла в комнате. Однажды, когда я вернулась домой, увидела, как отец выходит из моей комнаты. Она была на втором этаже. Довольный, он пересчитывал деньги. Мои деньги. Те, что я успела скопить и спрятать. — Она взглянула на меня, и я увидел в её глазах боль, которая до сих пор грызёт Рину изнутри. Слёзы начали скапливаться на её веках. — Я попыталась забрать… — Её голос сорвался. — Кричала на него, старалась заставить его понять, как важны эти деньги. Он ударил меня кулаком по лицу. Я упала. И он решил добить меня. Пнул меня с такой силой в живот, что меня сорвало с лестницы, и я прокувыркалась по ней, как кукла.

Я молчал. Джин Хо тоже не позволил себе произнести хоть слово.

— Очнулась я спустя пару дней, как и ты. Этот ублюдок даже не вызвал скорую… Просто ушёл из дома, бросив своего ребёнка умирать… — Рина сделала глоток вина. — Так я и поняла, что пробудилась как Охотница. — Ещё глоток. — Не знаю, стоит ли благодарить судьбу за то, что не дала мне умереть в тот день. Но я абсолютно точно уверена — я благодарна ей за силу. Силу, с помощью которой я заставила его молить о быстрой смерти. Я связала мразь и начала отрывать от него по кусочку. Чтобы он понял… Чтобы он почувствовал хотя бы толику моей боли. — Пауза. Рина посмотрела в окно на ночной город. — В конце я выпустила кишки этому выродку. Не испытала ни капли сожаления. — Она допила бокал. Я налил ей ещё. — Председатель… Он замял дело об убийстве. Взял меня под своё крыло. Тренировал. Обучал. Покрывал мамины расходы на больницу, до тех пор, пока… Пока она не умерла. — Рина замолчала. Долго смотрела в бокал, будто хотела увидеть там что-то вместо вина. — Потом, позже, когда я достигла определённых успехов, он предложил мне создать собственную гильдию. Я согласилась. Назвала её «Тени». Потому что… Потому что тень — это единственное, что осталось от прежней девчонки, которая радовалась жизни, пусть и такой безумно сложной… — Она залпом выпила бокал. Поставила на стол с лёгким стуком. — Теперь моя очередь, — произнесла она с улыбкой, проведя рукой по глазам. — Рассказывай.

И она спрашивала. О моей семье. О том, как складывалась моя жизнь, до её появления. О детстве. О родителях. Обо всём. Я рассказывал всё как было. Умолчал лишь о Джин Хо.

Но в голове крутились мысли не о моей жизни. Рина дала мне ответ на вопрос, который я задал себе ещё в детстве. Что было бы, если бы отец тогда, стоя в коридоре с топором в руке, пошёл не на кухню, а в нашу с мамой сторону? Жизнь и судьба Рины были моим ответом. Она через многое прошла… И спустя годы, её всё ещё пожирает боль изнутри. Каждый её прожитый день — это борьба за выживание самой с собой. Я и до этого знал, что она сильна, но не понимал насколько. И сейчас… Внутри меня… Было лишь одно желание… Не сила, не власть, не собственные амбиции… Я хотел лишь защитить эту девушку, сидящую передо мной, поджав ноги под себя. Защитить от врагов, от монстров, от новой боли — физической и моральной…

— Так что ты решил по поводу гильдии? — Вырвала она меня из потока мыслей. — Уже выбрал?

Я видел — она надеялась. Надеялась, что я приму решение в её пользу. Но единственное, что я мог сейчас ответить:

— Не знаю…

***

Вот и настал день моей первой конференции.

Всю дорогу от отеля Рина инструктировала меня:

— На сцену выйдешь только после того, как это объявят. Иди уверенно, спину держи прямо, голову не опускай. Репортёры будут задавать каверзные вопросы, иногда — провокационные. Отвечай спокойно, не торопись. Понял? Твоя задача — не поддаваться. Улыбайся, если уместно. Не злись. Не показывай слабость.

— Я понял, Рина…

Она взглянула на меня.

— Знаю… Знаю. Просто… Это важно. Ведь ты теперь не просто Ан Минхо, парень с Богом забытого города. Ты — новый S-ранговый Охотник. От того, как ты себя покажешь, зависит очень много.

Я кивнул, улыбнувшись ей. Но внутри всё сжалось в тугой узел.

В здании АГО нас провели в комнату за сценой, где уже ждал председатель. Он стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел куда-то вдаль. Услышав наши шаги, он обернулся.

— О, наконец-то, вот и герой этого дня. — Поприветствовал он. — Готов?

— Готов, — ответил я твёрже, чем чувствовал.

Председатель кивнул. Подошёл ко мне, положил руку на плечо.

— Ты справишься. Просто будь собой. Люди любят, когда на вершине мира стоит простой как палка человек. Это подсознательно вызывает доверие. — Он похлопал меня по плечу. — Удачи!

Услышав гул голосов, мне захотелось выглянуть одним глазком из-за кулисы. Зал был полон. Камеры, микрофоны на длинных штативах, вспышки фотоаппаратов. Люди сидели в креслах, переговаривались, листали блокноты, смотрели в телефоны. Все выглядели спокойными. Конечно, для них это было рутиной. Очередная пресс-конференция, очередной Охотник, очередные новости.

Но меня не покидало чувство, что что-то должно пойти не так.

— Выходим через пять минут, — предупредила Рина, подойдя ко мне сзади. — Ты как?

— Вроде нормально…

Я услышал голос ведущего через динамики. Зал затих.

— Вот уже несколько лет не появлялся S-ранг в рядах Охотников. Все уже думали, что знаменитая Ли Рина была последней, высокоранговой Охотницей. Но этот парень нас всех удивил. — Он сделал паузу. — Прошу вас, поприветствуйте… Пятого. S-рангового Охотника. — Снова пауза. — АН МИНХО! — Ведущий прокричал моё имя.

— Пошёл! — Скомандовал председатель.

И я сделал шаг. Рина пошла за мной.

Вспышки фотоаппаратов били по глазам. Я старался идти уверенно, с гордо поднятой головой. Уж не знаю, как это выглядело со стороны. Внутри всё трепетало. Пока я шёл до стойки с микрофоном, зал аплодировал. Рина и председатель встали недалеко от меня.

Я взял микрофон. Чувствовал, как дрожат пальцы.

Гул затих. Все ждали моих первых слов.

— Всем… Привет, — сказал я. Прозвучало застенчиво. Тихо. Как-то по-детски. Вспышки не прекращались. Они слепили меня. — Как вас много… Что ж… Это даже хорошо. Ведь больше людей узнает о том, что меня зовут Ан Минхо, — продолжил я уже немного увереннее. — Родом из Кисана. И что я очень рад вступить в ряды Охотников для защиты людей от монстров.

Зал зааплодировал, но уже не так бурно. Более сдержанно.

— Господин Ан! — Выкрикнул кто-то из толпы. Я не видел, кто именно. — Каково это — в один день узнать, что вы стали одним из немногих высокоранговых Охотников?

— Если честно, я до сих пор это не до конца осознал, — усмехнулся я. Нервно. Несколько человек в зале тоже посмеялись. Напряжение чуть спало. — Если бы не госпожа Ли Рина, я бы даже и представить не смог, что делать с такой силой.

Аплодисменты, в этот раз более бурные, теперь адресовались ей. Я краем глаза увидел, как Рина слегка кивнула, мило улыбнувшись. Это придало мне смелости.

— Господин Ан! Это звучит, как потенциальное вступление в Гильдию Тени… — Подметил один из журналистов.

— Это звучит как благодарность. — Поправил я его. — А по поводу выбора гильдии… Я ещё не принял решения. И не знаю, приму ли я его, — дополнил я свой ответ, неловко почесав затылок.

— Вы хотите быть одиночкой?

— Я бы так не сказал… Скорее, мне просто нужно чуть больше времени. Мы с вами должны понимать, что после моего выбора расклад сил среди гильдий изменится.

Зал затих. Все начали перешёптываться между собой.

— Господин Ан Минхо… — Прозвучал голос откуда-то из середины зала. Он показался мне знакомым. Но я не мог вспомнить. — А как вы можете прокомментировать дело об убийстве во времена вашего обучения в Академии Прикладного Мастерства? — Вспышек от фотоаппаратов, кажется, стало ещё больше после этого вопроса.

Я вспомнил. Вспомнил, кому принадлежал этот голос.

Детектив Чон Санхёль.

Тот самый Старший Охотник из Бюро Расследований. Тот, что вёл дело по тому бездомному. Я постарался сохранить хладнокровие.

— Да… Я что-то помню про то трагическое событие, — ответил я, стараясь звучать спокойно. — Недалеко от академии, в которой я обучался, кто-то убил невинного человека. Мы с моим другом даже ходили в Бюро Уголовных Расследований дать показания как свидетели, потому что часто проходили через то место.

Я невольно взглянул на Рину. Ей сохранять хладнокровие удавалось куда лучше. Ни один мускул не дрогнул на лице. Чего не скажешь о председателе.

— К сожалению, как и тогда, я мало что могу рассказать об этом, — продолжил я, пытаясь разглядеть в толпе детектива. Но вспышки слепили, мешали, превращали лица в размытые пятна.

Для чего он пришёл? Зачем задал этот вопрос перед репортёрами? Он что-то знал? Чего он хотел добиться?

— Вот же, сука… — Раздался в голове голос Джин Хо.

— Что будем делать?

— Чёрт его знает. Подумаем после конференции.

— Господин Ан! — Выкрикнул из зала кто-то другой, и я с облегчением перевёл взгляд в сторону голоса. — Вас с госпожой Ли Риной часто видят вместе. Стоит ли ожидать новость о романтических отношениях двух высокоранговых Охотников? — Я выдохнул. Кто-то перевёл тему.

Взглянул на Рину, улыбнувшись. По её выражению лица я понял, что ей понравился этот вопрос, который поставил меня в неловкое положение. Кажется, её совсем не волновала мелкая подстава от старого знакомого. У неё была своя игра.

— Мы состоим в дружеских отношениях, — ответил я на вопрос. — Она хорошо мне помогает освоить новые силы и навыки. Так же консультирует по бюрократическим вопросам.

Председатель подошёл ко мне, взял микрофон, похлопал по плечу и приобнял как старого друга.

— Ну что ж, друзья, — произнёс он в микрофон. — Уверен, Охотник Ан нас ещё удивит и даст повод для хороших новостей. А теперь прошу пройти в банкетный зал, чтобы мы могли отпраздновать появление пятого S-ранга в стране. — Он воткнул микрофон в стойку, и мы ушли за сцену.

Подошли к Рине. Председатель остановился, нервно потопал ногой и повернулся ко мне. Его лицо изменилось — исчезла та мягкость, с которой он говорил на сцене. Передо мной стоял полноценный Глава АГО.

— Что за убийство, Минхо? Ты причастен к нему? — Голос звучал грозно.

— Нет, — ответил я решительно. Едва выдержал его взгляд. — То есть… Я подрался с ним, но не убивал. Позже я узнал, что у него было вспорото горло. Этого я точно не делал. — Я прекрасно помнил, что это было дело рук Рины. Но сдавать её я не собирался.