Закрывайте за собой могилы

Даниил Михайлович Колотыгин
Закрывайте за собой могилы

Я включил свет и увидел столь знакомый коридор. Не поменялось вообще ничего, дед не удосужился сделать даже небольшой перестановки. А вот печку он недавно белил, она едва ли не сверкает в солнечных лучах, дотягивающихся из дверных проемов смежных комнат. Двумя резкими движениями я скинул с себя кроссовки и сразу же отправился на кухню ставить чайник. После не забыл открыть окно, чтобы выгнать застарелый воздух из помещений. Гавриил привычно разместился на одном из стульев за обеденным столом, сразу видно, что не первый раз в гостях.

–Что нового происходит в деревне? – я решил убить время, пока закипает чайник, простым разговором. Пока говорю, бросил пакетики чая в две кружки, предварительно ополоснув их водой из-под крана. – Пока проезжал по деревне, отметил, что несколько домов заброшены.

–Да плохо все! – Гавриил покачал головой, он выглядел чрезвычайно расстроенным. – Молодежь бежит, а старики начали меж собой ругаться. Совсем разлад меж людьми и беседовать с ними бесполезно. Скажешь им, что надо жить сообща, они согласятся, пару дней тишина постоит и опять кто-нибудь из-за козы, случайно забредшей не туда, рассорится. Еще и мародеры эти добавили хлопот. Мы твоему деду денежку собирали, чтоб он в пол глаза за кладбищем присматривал, да все без толку. Видать есть у них сообщник из местных, копали только тогда, когда деда твоего дома не было.

–Он не говорил, что устроился смотрителем за кладбищем. – я удивленно посмотрел на батюшку. Чайник оповестил о своей готовности выходящим из него паром, я выключил газ на плите. – А что вообще могло понадобиться в могилах этим мародерам? Ведь мы не древние Русичи, не кладем ничего ценного в гробы.

–А кто ж их знает! – Гавриил всплеснул руками от возмущения. – Полиция тоже без понятия, зачем им это нужно. Но они говорят, что такие безобразия только в нашей деревне происходят. Скажу тебе по секрету – подозреваю, что это дело рук местных. Не иначе как колдунством кто-то решил заняться. Тьфу!

–Колдовством? – я нахмурил лоб. Не нравилось мне все это. Надо будет скрытую камеру поставить на кладбище, не хочу, чтобы деда кто-то тревожил. – У нас вроде деревня вся глубоко верующая, неужели решили грех на душу брать? Осквернение могил дело нешуточное. За такой проступок не только перед богом придется отвечать, но и перед представителями власти. Даже не знаю, от кого наказание суровее выйдет…

–А полиция ничего не делает! – я поставил перед начавшим говорить батюшкой кружку чая и он тут же начал дуть туда, выбивая небольшие сгустки пара. – Мы с сельчанами их вызвали, так они приехали, посмотрели на раскопанную могилу и просто развели руками. Не пойман, не вор, говорят. Ох, и тяжелые же времена. Я называю нынешнее время «ленивым». Потому что всем лень разбираться в чем-либо, им нужен результат, а не процесс. Вот раньше работали из-за трудолюбия и любви к своей профессии. Теперь все стремятся просто откусить огромный кусок от денежного пирога, при этом, совершенно не помогая его стряпать.

Мы на несколько минут замолчали, каждый погруженный в свои мысли. В наступившей тишине я смог различить тихое тиканье, доносящееся из зала. Дедовы напольные часы до сих пор работали, наполняя дом равномерными звуками. Часто, в детстве, я засыпал именно под это тиканье, а дед тем временем рассказывал мне очередную сказку или просто читал вслух художественную книгу. Он как-то рассказывал, что часы эти притащил еще его отец, они являются очень ценным антиквариатом и возрастом старше любого человека, что еще живет на этой земле. Отец Гавриил поперхнулся чаем и кашлянул, вытягивая меня из теплых воспоминаний в суровую действительность. Он вытряхнул капли жидкости из бороды и посмотрел на меня:

–Ты к нам надолго? – он стал пристально глядеть мне прямо в глаза, выжидая ответ. Даже руку с кружкой оставил на весу. – Нам бы не помешал новый смотритель, а ты, как я слышал от Матвея, все равно работаешь на дому, в этих ваших интернетах.

–Сейчас останусь только на недельку, – я отхлебнул теплого чая и протянул руку к овсяному печенью, лежащему на столе. Оно сильно подсохло и стало твердым, как камень. Думаю, всем заходящим в дом было не до засыхающего лакомства, поэтому никто не убрал его со стола. Разочарованный, я забросил его обратно в тарелку для сладостей. – в городе есть незаконченные дела, которые нужно разгрести. Думаю, потом вернусь сюда и буду обживаться. Места здесь неплохие, за аренду платить не нужно. Разве что магазинов нет, придется приучить себя затариваться впрок…

–И правильно. – Гавриил перестал таращиться и уткнулся в свою опустевшую кружку. Он выглядел довольным. – Нечего тебе в городе делать, распустят там тебя. А здесь мы тебе и жену хорошую подберем, детишек наплодишь, да будешь жить припеваючи. Ладно, у меня тоже дела остались еще, пойду в церковь. А ты давай держись, знаю, как тебе тяжело сейчас. Это нужно перебороть и смирится. Истекло у твоего деда время ходить по земле нашей грешной, в лучших местах сейчас он. И тебе надо это принять, иначе тоска съест целиком.

Договорив, он начал вставать, усиленно кряхтя. Гавриил с трудом вытащил пузо из-за стола и прошел в коридор. Я немного погодя тоже встал и вышел проводить батюшку. Тот уже успел обуться и стоял в ожидании меня. Мы ничего не сказали друг другу, лишь переглянулись. Напоследок он перекрестил меня и вышел за дверь. Одиночество тут же навалилось и я начал чувствовать грусть. Я встряхнулся и попытался взбодриться. Сейчас было не время предаваться жалости, нужно было навести порядок в доме, да разобрать дедовы вещи. Как бы ни было жалко, но все же часть из них необходимо выкинуть. Дед у меня был тем еще барахольщиком, вроде бы доходы позволяли ему не переживать и спокойно купить новые вещи, но он упрямо хранил все свое старье. Он говорил, что выкинуть жалко, а раздавать такую рухлядь стыдно. Вот и держал у себя целый склад ненужного барахла. Я же к этому относился гораздо проще – знаю, что больше не понадобится вещь, значит избавляюсь. Правда, не выкидывал. Продавал через объявления.

Я заглянул в спальню деда. Тут все выглядело довольно аскетично и весьма чисто. Он не любил бардак в основном месте своего обитания. Несмотря на то, что весь дом он завалил хламом, дед всегда соблюдал чистоту. Еще любил приговаривать, что ночью к плохим хозяевам приходят злые домовые и пугают до смерти. Постельное на кровати было скомкано – видимо перед инсультом он лежал и отдыхал, а после просто некому было заправить ее. Я отметил, что в одном углу, у самого потолка, видны желтые разводы. Видимо дом не выдерживает проверку временем, уже и крыша начала подтекать. Неподалеку от кровати стоял железный сейф, закрытый на навесной замок. Думаю, именно там дед хранит свое охотничью двустволку. Раньше он часто ходил охотиться на крупную дичь и изредка брал меня с собой, обучая охотничьим премудростям и показывая хитрости выживания в лесу. Я мало что помню из тех «уроков», но пострелять из ружья дед не давал, только показал, как это делается.

Другие книги автора

Все книги автора
Рейтинг@Mail.ru