Д. Сухоцкий Петли реальности

«Усталым шепотом кленя чем дышишь.

Взирая тени сквозь усталость, пока спишь.

Убойся, утратой осознать, чем дорожишь,

Оставшись лишь с мечтой, о чем теперь молчишь»

ДОМ

Алексей достал из холодильника бутылку пива, которое супруга брала каждый день на вечер. Ему не хотелось его пить. Он делал это просто по привычке, надеясь, что, выпив пива, его хандра и чувство неудовлетворенности пройдет. Ища глазами на столе открывалку, в существовании которой он вообще сомневался, не помня, чтобы хоть раз пользовался ею, Алексей раздраженно что-то бубнил себе под нос. Потом привычно повернулся, чтобы Люда не видела, как он берет в руки первое, что попалось под руку – нож, открывая с глухим хлопком и шипением свою бутылку. Железная крышка со стуком ударилась об пол. Ему стало лень наклоняться, чтобы поднять крышку и выкинуть ее в ведро, тем более Алексей понимал, что это все равно сделает супруга, которая всегда содержала кухню в чистоте. Лень победила, и он, взяв бутылку, пошел в комнату.

– Ну что, милый, какой сегодня будем смотреть фильм? – спросила Люда, протягивая супругу пульт от телевизора, как только тот зашел в комнату.

Людмила была очень красивой и стройной женщиной, брюнеткой с прямыми длинными волосами, четкими миловидными контурами лица, для подчеркивания которых ей даже не нужно было пользоваться косметикой. Несмотря на долгую жизнь в браке с Алексеем, она очень любила супруга и со временем смирилась с его перепадами настроения. Если в начале отношений ты не знаешь, за что любишь человека, перечисляя его преимущества и достоинства, приводя лишь банальные аспекты, то, прожив с человеком больше десяти лет, ты уже можешь назвать все его преимущества, которые перевешивают недостатки. Так было и в их отношениях. Помимо красоты, Людмила имела кроткий и покладистый характер, благодаря чему достаточно легко мирилась со вспыльчивым характером и переменным настроением супруга. Но она очень ценила Алексея, потому что тот был очень заботливым, нежным, любящим и вообще был надежным оплотом для всей семьи. Людмила всегда нуждалась в нежности и внимании мужа, а он, испытывая теплые чувства к супруге, обычно всегда ей это давал. Однако наступали периоды, когда у Алексея безосновательно менялось настроение, и он становился раздражительным и нетерпеливым ко всему происходящему. В такие периоды его все бесило, к супруге он проявлял равнодушие или даже раздражение и часто приговаривал вслух, так чтобы жена его слышала, якобы в оправдание такому своему поведению:

– Какая же у меня все-таки скучная жизнь… Я больше не могу жить в этом монотонном болоте… Милая, не обижайся, но если бы ты не настояла тогда, я бы сейчас работал не в этом офисе, а в той организации. У нас бы сейчас и деньги были, я бы по командировкам мотался. А так – ни денег, и жизнь и работа нудная. Каждый день одно и то же. Скучная работа и дом, в котором тоже не особо много разнообразия.

Он сам собой раздувал ссору, конечно же, явно этого нехотя. Пытаясь найти причину своей хандры, Алексей начинал обвинять Людмилу в том, что у него такая скучная жизнь. Зная подобные всплески Алексея, Людмила пыталась смолчать и избежать своей реакции на обиды супруга, чтобы скандал не раздувался еще сильнее. Она убегала на кухню наводить порядок либо, громко гремя, мыла посуду, чтобы не было слышно, как она плачет. Но подобные ссоры были нечасты, и в целом между ними всегда были нежные, теплые чувства, а их отношения были по-настоящему крепкими. Поэтому, несмотря на ссоры, это была пара по-настоящему любящих друг друга людей.

Еще у них была дочь, Лиза. Она ходила в младшие классы, но сейчас начались каникулы, и ее отвезли к родителям Алексея, которые проживали за несколько сотен километров в сельской местности. Лизе очень нравилось проводить время у бабушки с дедом, играть во дворе с собакой и храбро гонять гусей лозиной. Людмила с Алексеем думали, что устали от дочери, ведь постоянное внимание к Лизе не давало возможности проводить время вдвоем и исключало полноценную возможность для близости. Но, как оказалось, они оба скучали по дочери, а ее отсутствие никак не повлияло на их близость. Поэтому, несмотря на возможность провести время друг с другом, они почему-то, как и в любой другой обычный вечер, собрались смотреть фильм, компенсируя сидением друг возле друга на диване перед телевизором ту близость, которой, как им казалось, не хватало, когда дочь была дома. Но при появившейся возможности и отсутствии Лизы эта близость им оказалась просто не нужна, что вызывало раздражение у них обоих.

— Люда, я не знаю. По-моему, уже всё пересмотрели, тошно от этого телика, —

раздражённо ответил Алексей, грузно усаживаясь на диван и с пренебрежением беря пульт из рук супруги.

Она уже поняла, что у мужа совсем нет настроения. Это означало, что вечер как минимум уже не будет романтичным, главное – чтобы хотя бы не было ссоры. Тем более Люде и самой уже надоели частые раздражения и обидные слова супруга, она чувствовала, что сама уже на взводе. Люда надеялась, что хоть сегодня удастся провести вечер в спокойствии, на диване перед телевизором в объятьях своего мужа, но уже понимала, что этого не будет. Если сейчас Алексей продолжит ворчать и высказывать свои недовольства, Люда боялась, что попросту не выдержит и сама что-нибудь скажет, от чего все-таки может разгореться скандал. Ей этого хотелось меньше всего, но было и так понятно, что вечер вряд ли удастся. В отличие от супруга, Люда всегда умела довольствоваться мелочами и ценить их. Она готова была смотреть любые фильмы, которые выберет муж, даже те, которые не то что не нравились, а буквально раздражали ее, лишь бы быть рядом с ним. Ей нравилось в выходной день подолгу лежать в постели рядом с мужем, в то время как тот старался побыстрее встать и начать искать себе занятие. Люда обожала просто сидеть за столом и беседовать с Алексеем, пока тот ужинает после работы. Вот и сейчас Люда была готова просто сидеть в спокойствии, пока дочь у родителей, в объятьях любимого супруга. А Алексей всегда искал, чем наполнить вечер, досуг и времяпрепровождение. Его не устраивали обычные посиделки перед телевизором с Людой в обнимку, они казались скучными, поэтому Алексей опять был недоволен этим вечером. Он был недоволен и раздражителен от того, что у них выдалась возможность провести этот вечер исключительно вместе, без телевизора, но сам никаких попыток не делал и теперь психовал, что Люда просто сидит рядом, не проявляя никакой нежности.

— Этот фильм мы уже смотрели несколько раз, —

переключая фильмы один за другим, раздражительно проговорил он.

— Ну, давай еще раз какую-нибудь комедию посмотрим? Ну, вон ту, например, про семью в Африке, —

пытаясь хоть как-то наладить атмосферу, тихим и ласковым голосом предложила Люда.

— Да тоже одни и те же фильмы смотреть. Какое удовольствие? – всё таким же раздраженным голосом продолжал Алексей, добавляя колкость: – Что фильмы одни и те же, что в жизни одно и то же.

Люда, сделав вид, что не услышала недовольного ворчания супруга, попыталась придвинуться поближе к Алексею, хотя у нее самой настроение уже было подпорчено. Но ее попытки оказались незамеченными супругом, который продолжал самозабвенно нажимать кнопку на пульте, переключая фильм за фильмом, раздраженно жалуясь на скучную жизнь. В итоге, не выдержав, Люда встала и пошла на кухню заниматься своими обычными домашними делами. Вечер, который она хотела провести с мужем вдвоем, оказался испорченным, и чтобы окончательно не испортить себе настроение, она начала прибираться, чтобы максимально себя отвлечь.

Для них вечер прошел так же незаметно и быстро, как для человека, которого комар укусил в место ожога после костра. Люда, хлопоча на кухне, быстро устала и, выпив успокаивающего чая, отправилась в спальню. Проходя мимо дивана, на котором сидел супруг, она из вежливости позвала его с собой в постель, хотя и видела, что тот все в таком же плохом настроении.

— Нет, еще посижу немного, – не отрывая рассеянный взгляд от экрана, погрузившись в свои раздумья и нехотя попивая пиво, ответил Алексей. – Иди, я скоро приду.

Люда постояла несколько секунд, с огорчением смотря на затылок супруга. Потом она перевела свой взгляд на пса по кличке Тоби, который лежал у ног хозяина. Уловив на себе ее взгляд, пес весело завилял хвостом, оставаясь преданно лежать у ног Алексея, чем вызвал у Люды улыбку умиления.

Утро наступило как обычно. Встав с постели, каждый из них, как ни в чем не бывало, занимался своим делом, иногда шутя и говоря друг другу нежные слова. По квартире радостно бегал пес Тоби. Задирая голову, он с любопытством наблюдал за тем, как хозяин ругается перед зеркалом, застегивая рубашку не на ту пуговицу; то подбегал к столу, контролируя, что вкусное готовит Люда на завтрак. Собаке явно доставляло удовольствие утренняя суета, и Люда с Алексеем не забывали погладить своего любимца по голове, пробегая мимо в своих утренних хлопотах, но они так же частенько прикрикивали на Тоби, когда тот излишне мешался под ногами. Люда поставила завтрак Алексея на стол и заваривала им обоим кофе. Завтракая, Алексей не забывал поделиться вкусненьким с дежурившим у стола Тоби, чем вызывал недовольную мимику Люды, если та замечала, что супруг балует собаку. Вкусно позавтракав, Алексей встал из-за стола и, нежно поцеловав заботливую супругу, направился в прихожую, чтобы обуться.

— Милый, сегодня я тебя жду в хорошем настроении. Я надеюсь, сегодня мы проведем приятный вечер, —

вдогонку успела сказать ему Люда, убирая со стола посуду.

— Обязательно, любимая. Сегодня будет наш вечер, —

с искренней улыбкой ответил ей Алексей и вышел за дверь.

ПО ДОРОГЕ НА РАБОТУ

Алексей, как и большинство мужчин, очень любил свой автомобиль. Он специально взял кредит, чтобы купить хорошую машину на автомате для Люды. Он сам обожал дальние поездки и наслаждался ездой за рулем своего авто, а также самим процессом переключения скоростей, поэтому предпочитал ездить на механике. Ему нравилось на своей машине выезжать за город – на природу или к родителям. Он любил поездки, особенно по трассе, где нет пробок и утренних заторов. Сейчас же ему предстояло добираться до работы, стоя в длинных дорожных пробках, в которых невероятно длинная вереница из автомобилей медленно продвигалась, словно тягучая, расплавленная лава. Алексею удалось проехать несколько километров с нормальной скоростью, но тут же перед ним начали интенсивно мигать красные фонари стоп-сигналов впереди идущей машины, водитель которой нервно давил на тормоз.

– Ну всееее. Началось, – до хруста прокрутив оплетку руля, с досадой проговорил Алексей.

Пробка из машин медленно тянулась, и он, чтобы хоть как-то отвлечься, добавил громкости, чтобы слушать песню по радио. Музыка действительно немного успокаивала, и нервозность от стояния проходила, но ненадолго. То и дело прямо перед автомобилем Алексея пытался втиснуться какой-нибудь наглец. Сразу же раздавались громкие сигналы и выкрики из открытых окон. Некоторые включали «аварийку» в знак извинения, но были и те, кто просто втискивался и продолжал ехать, как ни в чем не бывало.

Алексей понимал, что как бы он ни нервничал и ни хотел объехать машину впереди, быстрее общего потока он не поедет. Поэтому он попытался расслабиться, продолжая медленное продвижение. Ему ничего не оставалось, как просто уставиться на впереди идущий автомобиль, думая о своем. То ли случайно, то ли уловив краем глаза непривычное очертание, он повернул голову и увидел, что на пассажирском сиденье лежит мужская куртка. Переводя взгляд то на дорогу, то на куртку, он чувствовал растерянное недоумение.

– Что за ерунда? Что это за куртка? – не отводя взгляда от дороги, он взял ее в руку и, быстро окинув взглядом, сразу понял, что она не его. Да и вообще он не мог предположить, чья она, ведь никого не подвозил. – Чья она?

Продвигаясь в плавно текущей колонне машин, он погрузился в раздумья: откуда в машине могла взяться эта куртка и, самое главное, чья она. Больше всего его смущало то, что, садясь в машину, он ее не видел, иначе бы сразу заметил. Задумчиво глядя на впереди едущий автомобиль, он то и дело мельком кидал взгляд на куртку, которую положил обратно на сиденье, пытаясь сообразить, чья она могла быть.

– Ее точно здесь не было, когда я садился, – опять переведя взгляд на куртку, проговорил Алексей.

В этот момент в заднем окне впереди идущего автомобиля показалось детское лицо, будто ребенок, стоя на коленях, смотрел на него. Все произошло так быстро, что Алексей даже не успел сфокусироваться ни на куртке, ни на ребенке, который внезапно появился и так же внезапно исчез. Алексей не разглядел лица, но ему показалось, что оно было как-то смазано. Однако взгляд этого мальчика он успел уловить, и от этого по коже пробежал холодок. Взгляд, хоть и мимолетный, был оценивающе пристальным и пугающе презрительным.

Конечно, Алексей понимал, что ему показалось, и эти ощущения он сам себе придумал. Но с другой стороны, он мог бы даже описать этот взгляд как взгляд человека, который давно знает тебя, ведает все твои тайны и грехи и взирает на тебя, упиваясь своей властью. Алексей попытался прогнать эти мысли, прекрасно понимая, что все это надумал, и не стал долго раздумывать о ребенке. Потом он опять взглянул на куртку и тут же попытался разогнать мистические домыслы, понимая, что вполне мог ее не заметить. Да и могла же она принадлежать соседу Юре, которого он недавно отвозил на вокзал.

– Ну, сколько, три дня назад я его отвозил? – пытаясь найти объяснение внезапной находке, вслух размышлял Алексей. – Неужели я ее три дня не замечал?

«Ну конечно. Скорее всего, Юра повесил куртку на спинку кресла и забыл, а она упала на сиденье», – наконец сообразив, как он мог ее так долго не замечать, удовлетворенно подумал Алексей.

Наконец по радио включили старую песню, от которой в памяти Алексея вспыхнули яркие образы приятных воспоминаний. Под эту песню много лет назад Алексей, будучи достаточно пьяным, веселым и уверенным в своих решениях, сделал предложение Людмиле. К тому времени они встречались около трех месяцев, но, несмотря на столь малый срок, между ними разгорелась сильная любовь и привязанность, а главное – уверенность, что это не просто влюбленность, а настоящее чувство, которое он пронесет через всю жизнь. Несмотря на то что жизнь поставила его перед выбором, он понимал, что уже не сможет без Людмилы, как и она без него.

Предложение он сделал неожиданно не только для нее, но и для самого себя. Произошло это на вечеринке среди друзей, которую он организовал в честь своего отъезда. Алексею предложили работу инженером на севере, и он должен был на следующий день уволиться, а еще через день улететь. Ему очень хотелось заполучить это место, он долго ждал приглашения, ведь это сулило хорошие перспективы, высокую зарплату и интересные командировки. Но он до тоскливой спазмы в сердце понимал, что не хочет разлучаться с Людмилой. Все эти дни, как только он получил приглашение на долгожданную работу, его терзали душевные метания между любимой и карьерой. Именно сейчас, на этой вечеринке, когда все друзья, включая Люду, собрались, чтобы проводить его, Алексей твердо осознал: без этой работы он проживет, а без Людмилы жизнь превратится в пустоту.

Пока все друзья веселились, провожая товарища, Людмила тихонько сидела в стороне, пытаясь изображать радостное лицо, но грустными глазами смотрела на Алексея, понимая, что, возможно, больше никогда его не увидит. Нужно отдать ей должное: она изо всех сил старалась не показывать вида, чтобы своими переживаниями не расстраивать Алексея.

Алексей не планировал этот отчаянный поступок, который решительно изменит его жизнь, но то ли алкоголь, то ли осознание возможности навсегда лишиться счастья заставили его пойти на этот шаг. Подойдя к диджею, Алексей сунул ему деньги, выпросил несколько минут, чтобы сказать речь, а потом – чтобы включили ту самую песню. Естественно, ни кольца, ни заготовленной речи у него не было. Шатаясь от выпитого, он поднес микрофон к губам, от чего колонки начали неприятно пищать, и потом пьяным голосом громко заявил:

– Люда, в жопу эти севера! Будь моей женой!

Сейчас Алексей ехал в машине, слушая песню, под которую в тот вечер танцевал с плачущей от счастья Людмилой. Он вдруг вспомнил вчерашний вечер и свое поведение, которым расстроил супругу. Он понимал, что Люда не заслуживала его раздражения и ворчания. Сегодня Алексей решил по дороге домой купить вина с цветами и постараться организовать для супруги вечер в приятной атмосфере.

НА РАБОТЕ

Добравшись до работы, Алексей в который раз осознал, что можно было не нервничать в пробке, потому что на работе было не особо разнообразнее и увлекательней. Собственно, все было как всегда. У каждого сотрудника, не исключая Алексея, работы было много, а вот настроения работать не было совсем. Мало кто в действительности хотел кофе, но все начинали утро именно с него, собираясь возле рабочего стола одного из коллег по два-три человека и обсуждая вчерашний вечер или планы на день. У Алексея на работе было три товарища, с которыми он тесно общался, а иногда собирался после работы, чтобы попить пива. Самый близкий из них был Олег, и почему-то все думали, что Алексей проводит с ним время и помимо общих посиделок, а возможно, даже дружат семьями. Но они и вправду не были так близки, как думали коллеги, и уж тем более не дружили семьями. Просто на работе им было весело вместе шутить. Вообще, вокруг Алексея с Олегом, когда они были вместе, часто собиралась компания коллег, желавших послушать их остроумные высказывания; они хорошо дополняли друг друга.

Вот и сейчас Олег с двумя другими приятелями стояли у стола Алексея и с бурным весельем обсуждали, как Данил, начальник отдела сбыта с первого этажа, пришел после своего дня рождения на совещание с явного перепоя. Но настоящим курьезом было то, что Данила стошнило прямо на совещании. Однако Алексея с Олегом веселил не сам факт, а то, что начальник оказался настолько глуп, что подумал, будто у того вирус, и отпустил побледневшего подчиненного домой без больничного.

– Да все, и начальник понял, что Данил пьяный и ему просто плохо, – влезла в разговор Нина, которая работала за соседним столом. – Просто Данил трудяга и безотказный, вот начальник его и ценит. И чтобы Даню не компрометировать перед другими, отпустил его домой. Секретарша Ольга рассказывала, как шеф потом звонил ему и здорово разнес по телефону.

– Нина, у тебя работа закончилась? – с напускной хмуростью спросил Олег, при этом улыбаясь симпатичной, но по-женски глуповатой Нине. – Вот ты вечно слушаешь, о чем говорят, а потом встреваешь и шутку портишь. Про любопытную Варвару на базаре слышала?

– Ой, уж мой нос не длиннее твоего будет, – Нина засмеялась, озарив мужчин красивой улыбкой. – Это вы вечно собираетесь, как бабки-сплетницы, и громко смеетесь над всеми. Как вас здесь не услышать? А тебе, Олег, вообще пора к себе бежать, – пытаясь спрятать улыбку, которая буквально вырывалась, Нина победоносно указала рукой в коридор, где промелькнула фигура Рустама Борисыча, начальника Олега. – Так что давайте, парни, расход.

Продолжая весело улыбаться, она смотрела, как парни разбегаются по своим местам.

– Нина, ну вот умеешь ты утро испортить. Такую компанию развалила, – тоже находя забавной реакцию приятелей, улыбаясь, проговорил Алексей.

– Ну, уж лучше я вам утро испорчу, чем Алексей Борисыч, – хихикнула Нина.

С этой минуты начался рутинный, скучный и, по мнению Алексея, давно бессмысленный рабочий день. Бессмысленный, потому что Алексей сам не знал, какую пользу приносит его работа и компания, в которой он трудился уже больше десяти лет. Он неплохо справлялся, но чувства удовлетворения от самореализации у него не было.

«Дворник метет листву, его работа видна. Полицейский ловит преступника – его действия тоже видны. Даже продавец мороженого вызывает улыбки у детей. А какой смысл в моей работе? Такое ощущение, что я как хомяк в колесе: движение есть, а пользы от моих трудов нет», – часто, устав от таблицы с цифрами на экране и подперев голову ладонью, размышлял Алексей.

На столе стояла фотография, где они с Людой в спортивных костюмах на прогулке в горах. Они поехали в Сочи на медовый месяц после свадьбы. Большую часть поездки оплатила компания по ходатайству начальника. Это было своего рода поощрение за то, что Алексей не уехал на север и остался. Оплата этой поездки, наверное, была единственным ценным, что ему дала эта компания. На фотографии Алексей радостно обнимал молодую жену, а та задорно смеялась, сияя радостью и красотой. На тот момент он даже не сомневался в правильности своего выбора и был счастлив.

«Да, милая. Если бы не ты, моя жизнь сейчас могла сложиться иначе», – тяжело вздохнув, он подумал об упущенных возможностях, выбрав Людмилу, а не работу на севере, которую он так ждал. Благодаря той работе он бы уже к этому времени достиг таких высот, о которых теперь можно было только мечтать.

– Леша, тебя к начальнику, – отвлек его от размышлений подошедший коллега.

Алексей взял со стола блокнот, но нигде не мог найти ручку. Он знал, как важно к шефу приходить с блокнотом и ручкой, потому что тот терпеть не мог, если его распоряжения не записывали. Ручки часто пропадали, потому что все их попросту воровали друг у друга. Женщины учтиво прятали их в сумочках, мужчины же, понимая, что всегда найдут, где стащить, беспечно оставляли на столе. Алексей тоже не заморачивался аккуратностью и стал жертвой пропажи. Его срочно вызывал начальник, и он понимал, что так быстро ручку не найти, поэтому был вынужден униженно просить ее у коллеги. Повернувшись к Нине и сделав жалостливый вид, он сказал:

– Нина, дай ручку, пожалуйста, а то меня к шефу вызывают.

– Ага, еще чего, чтобы ты и ее посеял. У меня только моя, подарочная, именная.

– Да дай, ничего я ее не посею. От шефа вернусь и сразу отдам.

Нина нехотя протянула свою ручку Алексею. Она и вправду была красивой и примечательной. На ней была выгравирована надпись «Нашей любимой Нине» – наверное, подарок от близких. Но Алексею было не до созерцания красоты, его ждал начальник. Взяв записную книжку и деловито всунув в нее ручку, Алексей поспешил к руководителю.

Задачи, поставленные начальником, как всегда оказались обыденными и рутинными. Алексей мог бы и не записывать, уже заучив все на память, но, зная щепетильность шефа, записал каждое распоряжение в свою книжку красивой Нининой ручкой. Вернувшись, он не застал Нину на месте – ее вызвали на сверку, и в этот день она в офис не вернулась. Алексей засунул ее ручку в записную книжку, так и не перечитав распоряжения, и закинул ее в ящик стола, твердо намереваясь вернуть ручку хозяйке на следующий день.

Дальнейший рабочий день прошел так же обыденно и бесполезно, как постановка задач в кабинете руководителя. В течение дня Алексей на автомате выполнял привычную работу, действия уже превратились в инстинктивные. Единственное, что хоть как-то отвлекало от этой тошнотворной рутины, – это встречи на перерывах и перекурах с Олегом и приятелями. С ними он хоть как-то мог посмеяться над всей этой серостью.

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Ближе к вечеру пошел дождь. Алексей опять стоял в пробке, возвращаясь домой после работы. Поездка сопровождалась нервным напряжением и гневными выкриками из-за дорожной обстановки, которая была еще хуже, чем утром. Неимоверным усилием Алексей пытался сдерживать раздражение, чтобы сегодня не портить настроение Люде. Доехав до своего района, он забежал в магазин за вином, купив сыр с виноградом, который Люда любила есть вместе с вином. Вооружившись неотъемлемым компонентом романтического вечера и соответствующим настроением, Алексей поспешил домой.

– Ой, Леша. Ты купил мое любимое вино и мой любимый сыр, – искренне радуясь гостинцам, Люда поцеловала зашедшего супруга. – А я тебе взяла коньячку и ужин сделала. Твою любимую пасту со стейком.

Ужин действительно выглядел аппетитно. Алексей поспешил сесть за стол. После рабочего дня, ощущая голод, он с удовольствием выпил рюмку коньяка, заботливо налитого Людой, и смачно закусил отрезанным ею кусочком стейка. Супруга пила вино и с наслаждением прикусывала нанизанным на шпажку кусочком сыра с зеленой виноградинкой. Ей доставляло удовольствие перебивать вкус терпкого вина сливочным привкусом сыра, чтобы потом, сделав новый глоток, как будто заново ощутить вкус любимого белого сухого вина, которое нежно хмелило. Это был замечательный ужин не только из-за прекрасной еды и напитков, а в первую очередь из-за настроения Людмилы и Алексея. Они шутили, весело обсуждали прожитые вместе годы и смеялись, вспоминая забавные события. Немного захмелев, супруга подсела поближе к Алексею, время от времени поглаживая его по руке, а тот привставал, чтобы дотянуться до нее и поцеловать. Алексей включил на телефоне ту самую песню. Нежно смотря друг другу в глаза, они молча слушали ее, наслаждаясь теплым моментом душевной близости.