Cd Pong Анкнит. Хранители памяти

Глава 6. Прыгун.

— Вот вы где. Мне Акс сообщил, что страж перешёл. Быстро ты в этот раз. Схватываешь. Молодец, — к Резоне бодро подошёл Скерцо и крепко обнял.

— Иииии, как всегда, потрясающе выглядишь!

Девушка оглядела себя: сапоги, штаны, туника — никаких джинсов.

— У вас, что ли, прикол такой? Хороший коп и плохой? — язвительно уточнила она.

Скерцо насупился, но всё же спросил:

— Что он тебе наговорил? — кивнул он на Сагиттара. — Обидел?

Лучник цокнул языком, закатывая глаза и обошёл этих двоих по широкой дуге.

— Куда нам? Акс направил? — спросил суровый брюнет.

— У нас… Прыгун, — ответил ему, непривычно погрустневший Скерцо.

— Что это значит? Что-то плохое? — занервничала девушка.

— Нуууу… Не то чтобы плохо… — музыкант снова улыбался — скорее муторно. Колдун не придёт, он не носится за прыгунами. А вот нам придётся побегать… Резона, где нит сейчас? Чувствуешь его?

Девушка сосредоточилась — и вот он, огонёк на грани сознания.

— Там, — указала она направление, искоса поглядывая на Сагиттара.

— Тогда идём, — Скерцо был, как обычно, воодушевлён. Он взял Резону за руку и потянул в указанном направлении.

— Кер, а что у Сагиттара за проблемы? Чего он меня так ненавидит?

— Это не так. Он может и не самый приветливый тип, но он за нас. Лучше сам исчезнет в вечности, чем позволит рисковать кем-то.

— Настоящий друг? — скривилась девушка.

— Возможно, сейчас тебе сложно в это поверить, но да. Лучший друг из тех, что у меня были.

В ответ на его слова Резона только скептически хмыкнула.

Спустя минут тридцать пути хранители замерли на краю небольшого озера. В центре водной глади дрожал светящийся шарик, пульсируя, как живой. Он, словно фигурист по льду, скользил по поверхности воды. Но в тот момент, как Сагиттар по колено зашёл в воду, шарик замер… и исчез.

— Зашибись… — прошипел лучник. — Куда теперь?

Резона не сразу поняла его вопрос, но вот она уже снова прислушивается к себе.

— Метров шестьсот — туда, — снова указала она направление. — Так вот что значит «прыгун»… И как его поймать?

— А никак. Он сам решит, когда и к кому приблизится. Зато прыгун может взять не только страж, но и хранитель. Смотря кому он принадлежит, — пояснил Скерцо.

— В смысле принадлежит? — не поняла девушка.

— В смысле — этот нит наш. Одного из пяти. Точнее…теперь из шести, — пробубнил себе под нос Сагиттар. — Это воспоминание. Про наше прошлое.

— Да, Тар прав, — тихо сказал Скерцо. — Мы же духи. Кто-то из нас уже умер, кто-то ещё находится на границе, но… Мы все тут замерли. Не можем ни вернуться, ни пойти дальше… Пока… Пока не вспомним. — Произнеся эти слова, Скерцо украдкой посмотрел на девушку.

Та же хмурилась, пытаясь всё это осознать.

— Вы… Вы мертвы? — её голос дрогнул. — Но… вы же живые. Вы говорите, смеётесь, злитесь…

— Именно поэтому мы здесь, — тихо сказал Скерцо. — Потому что смерть — не конец. Забвение — вот что страшно. А я, к примеру, точно умер. Это я отчётливо помню. Но забыл что-то более важное, — заливисто рассмеялся скрипач.

— Ты сейчас серьёзно? Это вообще не смешно, ни разу. Что может быть важнее собственной смерти?! — воскликнула Резона, усиленно пытавшаяся понять слова юноши.

— Эй, ну ты так не заморачивайся. Да, я умер. Но это мало что меняет. Сейчас я здесь с вами… С… тобой, Реза, — улыбнулся музыкант, и улыбка его грела, несмотря на его страшные слова.

— Стоп — скомандовала Резона. — Нит сменил место. Теперь — туда.

И они направились снова в сторону города.

Солнце начинало выглядывать из-за крыш, когда хранители со стражем ступили на мостовую. Резона чувствовала себя полностью опустошённой. По её внутренним часам было не раннее утро, а поздняя ночь, и долгие пешие прогулки сил не добавляли, чего уж говорить о тяжёлых мыслях, что одолевали её светлую голову последние часы.

Друзья подошли к высокой часовой башне. Резона медленно задрала голову к небу, лёгонько присвистнув.

— Ооо… Да… Он на самом верху… И почему-то мне кажется, что Аксис уже там, наверху… — ткнула она в острый шпиль башни.

Ответом ей было молчание Сагиттара и лёгкая улыбка Скерцо.

Едва ступив на нижнюю ступень, наша путешественница поняла, что это будет не простой подъём. И действительно — уже к середине второго пролёта ноги девушки, не привыкшей к таким нагрузкам, горели и отказывались шевелиться дальше. Но, чтобы не видеть больше пренебрежительного взгляда лучника, она упрямо передвигала вялые конечности.

И когда она уже была готова шлёпнуться без сил на равнодушные к её страданиям ступени, сильные руки подхватили её обмякшее тело — и стрелок взвалил её себе на плечо.

Девушка коротко взвизгнула, но постаралась не раздражать лишний раз своего спасителя. Она послушно зависла в неудобной позе, но вскоре нашла вид, открывающийся ей с этой точки зрения, весьма занимательным.

Крепкие ноги переступали со ступени на ступень. А узкие брюки из кожи, обтягивающие бёдра и ягодицы, только усиливали эффект. В какой-то момент девушка забыла, где она и зачем тут находится, но…

Вот она снова на полу.

Сагиттар поднялся на самый верх и сбросил её, словно мешок картошки, со своих плеч.

— Ай — пискнула девушка, стараясь не акцентировать на себе внимание угрюмого мужчины.

Вставая с пола, Резона тихо проговорила, лукаво улыбаясь своим мыслям:

— Ты, конечно, не Мери, но Поппинс зачёт…

Сагиттар резко обернулся. Брови его взмыли вверх, глаза округлились — на долю секунды он выглядел почти ошарашенным.

— Ничего‑ничего, я так, сама с собой, — поспешно добавила она, растягивая губы в невинной улыбке. — Спасибо за помощь.

Внутренне она ликовала: хоть так удалось выбить его из привычного ледяного равновесия.

Сагиттар замер, бровь его чуть приподнялась. Взгляд на долю секунды скользнул ниже её подбородка — туда, где ткань туники обозначила линию выреза. Он тут же одёрнул себя, ресницы дрогнули, будто он мысленно выругался за эту непроизвольную задержку.

— Дура набитая, — произнёс он ровным, почти безразличным тоном. — В следующий раз сама карабкайся.

Он отвернулся, но Резона успела заметить: уголки его губ на миг напряглись, словно он боролся с желанием добавить что‑то ещё — или, может, с улыбкой?

На самом верху башни находилась площадка, где восседал Аксис. Парень закрыл глаза и словно медитировал. Когда друзья приблизились к нему, он открыл глаза и произнёс:

— Этот проныра уже четвёртую локацию сменил. Надеюсь, вот сижу , что это последняя.

Но… Это было не так. Только стоило Резоне поднять взгляд и найти глазами светящийся шарик, как он тут же с громким хлопком снова исчез. А позади девушки раздался протяжный выдох музыканта.

— Ну, видимо, не судьба, — хмыкнул Аксис и плавной, пружинящей походкой первым прошёл к лестнице. По пути он приблизился к Резоне, двумя пальцами приподнял её подбородок и, заглянув в глаза, сказал:

— Привет, малышка. Рад, что ты с нами. Умоляю — не зависай больше. И держись поближе.

Он так же по-кошачьи отпустил девушку и начал спускаться.

Следом к Резоне приблизился Сагиттар — и она уперлась рукой ему в грудь.

— Я сама спущусь. Не надо меня нести, — взмолилась девушка.

— И не думал, — отрезал лучник и шагнул в темноту.

Резона, проследив за ним, тяжело вздохнула и, коротко взглянув на подошедшего Скерцо, начала спускаться следом за двумя товарищами.

Ноги уже не слушались после забегов по Анкниту, но чувствовалось, что этот проклятый «попрыгун» ещё не до конца насытился их страданиями и перенёсся куда-то за лес.

Аксис твёрдо шагал впереди, за ним по пятам следовал лучник, а завершали процессию Скерцо с Резоной под руку. Музыкант, не унывая, развлекал нашу героиню различными историями из их долгой и удивительной жизни хранителей.

Например, девушка узнала, что дольше всего здесь находилась Умбра — хранительница склада. Она знала ещё предыдущего стража. Потом появилась Мнема — хранительница дерева памяти, сердца всего мира Анкнит. Следом за ней к хранителям примкнул Аксис, а за ним — сам Скерцо. Завершил их пятерку Сагиттар. И было это чуть более десяти лет назад.

Когда хранители вышли на открытую ровную площадку посреди поля, солнце уже было в зените и мягко согревало путешественников.

Преследуемая сфера зависла в двадцати метрах над землёй — и более не двигалась.

— И? Как его достать? — поинтересовалась у ребят Резона.

— Никак, — отрезал Аксис, поведя плечом. — Либо исчезнет снова, либо сам спустится. Шаловливый попался. Я думаю — это похищенное воспоминание. Они обычно так сложно даются в руки.

Резона стояла посередине поля и смотрела вверх, высоко задрав голову, когда ей в грудь уперлось что-то твёрдое.

Удивлённо взмахнув ресницами, девушка поняла — это Сагиттар тычет в неё палкой.

Эй. Что за?

— Бери, — он протянул ей палку, а точнее — шест или жезл. Попутно материализуя в руках ещё один, такой же. — Пока ждём, научу паре приёмов.

— Тар, не трогай её, пожалуйста. Мы все устали, а ещё не конец. Да и поранить можешь, — взмолился Скерцо.

— В этом-то и дело. Она не до конца понимает, во что ввязалась, — он ощутимо ударил девушку по плечу и продолжил: — Как Кер тебе сказал — мы души. И… Убить нас — невозможно. Только развеять, отправить в небытие или освободить. Но мы уже мертвы. А вот ты — он снова тыкнул в неё концом шеста. — Ты человек. И, следовательно, можешь пострадать, пораниться и… умереть. Здесь. И поверь… Ты тут застрянешь. Поэтому бери шест и защищайся. Старайся повторить за мной.

И он сделал выпад. Один. Другой. Третий. Раз за разом девушка оказывалась поверженной. Она честно пыталась отбивать удары Сагиттара, но он был слишком быстр, слишком проворен, слишком силён.

И вот, будучи в очередной раз распластанной на земле и придавленной шестом лучника, девушка прикрикнула на него:

— Я никогда не держала в руках оружие! Чего ты от меня хочешь? Я архитектор! А не боец муай-тай!

Услышав знакомое слово, соперник ухмыльнулся и пошутил:

— Ну, может быть, тогда тебе поможет… подвязать волосы? — и, взяв её за руку, дернул девушку на себя.

— Посмотри на руки. Видишь синяки? А теперь смотри — Он продемонстрировал свои стальные конечности. Ни одного красного пятна, не говоря уже о кровоподтёках. А у девушки —уже места живого на теле не было.

— Давай-ка я сравняю шансы, — произнёс Аксис, материализуя свой шест и вставая за спиной стража. Он направил оружие в грудь лучнику, и тот довольно улыбнулся. Улыбка была похожа на хищный оскал.

— Так даже интереснее. Ну, страж. Без помощи никак? — подначивал Сагиттар, не сводя глаз с Резоны.

И, почувствовав уверенность с Аксисом за спиной, Резона бросилась в бой. Один удар — скользит по воздуху. Второй — блокирован. Третий — и снова пустота. Противник отбивал всё, не нападая, лишь лениво отмахивался, словно от назойливой мухи.

Резона злилась всё больше, её движения становились резче, но менее точными. Она всё чаще пропускала болезненные удары по бёдрам, плечам, рёбрам. А гениальный блондин так и не вмешивался — лишь снял плащ, бросил его на землю и, скрестив руки, с явным интересом разглядывал её жалкие потуги добраться до горла Сагиттара.

В очередной раз оказавшись подмятой под ударами, девушка рухнула на спину, задыхаясь.

— Акс! Ты вроде помочь хотел? В чём проблема? — выдохнула она, хватаясь за бок.

Беловолосый лишь наклонил голову набок, словно рассматривая редкий экспонат.

— Пытался проанализировать твой стиль боя… Вывод — он отсутствует. Но… — и вдруг он рванул вперёд.

Резкие, чёткие удары — один за другим — заставили Сагиттара отступить, слегка потеряв равновесие. Лучник на миг растерялся, и этого хватило.

Резона, уже на ногах, мгновенно поняла, чего добивается Аксис. Она незаметно переместилась Сагиттару за спину, вскочила одним прыжком ему на плечи, перекинула шест поперёк шеи и, резко запрокинув, потянула противника назад.

Аксис тут же подхватил его спереди, навалившись плечом — и могучее тело лучника не устояло. Они рухнули на землю, Резона оказалась на спине, но не успела даже вдохнуть — удар по рёбрам выбил весь воздух, а вес противника пригвоздил её к траве.

Миг промедления и вот уже Сагиттар прижимает её к земле, низко нависая. Его дыхание опалило кожу на шее, вызывая волну мурашек.

— Неплохая попытка, страж, — прошептал он, и в этом шёпоте звучало что-то вроде одобрения.

Он откинул оба шеста — свой и Резоны — и те мгновенно исчезли. Затем прижал её руки к земле жёстким захватом и, чуть отстранившись, продолжил:

— Противника гневом не победить. Гнев застилает глаза. Только холодный расчёт. Эмоции — твой враг. Ты очень предсказуема, человечек…

Её грудь судорожно вздымалась, ноги девушки лучник зажал бёдрами, руки держал крепко. А сам он, казалось, даже не запыхался. И только сверлил ее своим темным взглядом, который пробирал до глубины души.

— Эй, может, хватит обжиматься? Оставь мне немножко, девичьего внимания, — вмешался Аксис, привычно хитро улыбаясь одним уголком губ.

Сагиттар устало опустил голову, его длинная чёлка коснулась лица девушки. Волосы щекотнули кожу и Резона вдохнула аромат его волос— невероятно, но этот угрюмый и нелюдимый человек пах…хвоей… Сам же Сагиттар протяжно выдохнул, и покачав головой, произнес:

— Главный урок на сегодня. Мы бессмертны. Ты — нет. Не медли. Не лезь на рожон. Во всём слушайся меня… Нас. Поняла?

Он рывком встал, а затем одним движением поднял и её.

— Я задал вопрос!

— Поняла! — огрызнулась Резона и поспешила отойти от своего мрачного учителя.

Скерцо жестом подозвал её к себе. Девушка поспешила к скрипачу. Всё-таки, как ни крути, он был намного дружелюбнее и внушал доверие. Музыкант аккуратно взял её руки в свои, согревая пальцы, затем слегка сжал, следом провёл лёгкими касаниями от ладоней к плечам, ласково коснулся шеи, нежно пробежался по скуле, невесомо провёл линию бровей и, повинуясь его воле, с тела девушки исчезли все синяки, ссадины, боль, а с души тревоги.

Закончив, он осмотрел Резону с ног до головы и кивнул, будто проверяя работу. Девушка замерла, не понимая что делать, смущенно смотрела в его искрящиеся изумрудные глаза и поражалась тому волшебству, что таил в себе этот мир и эти мужчины.

— Ну вот, помогай после этого этим красивым девушкам… — обиженно протянул Аксис, складывая руки на груди и смешно надувая губы. — А они всё равно выбирают милых парней, а не меня.

Он так многозначительно поднял брови, что Резоне снова стало не по себе — щёки залила краска.

Она оглядела хранителей. Аксис деланно обижался, вызывая звонкий смех Скерцо. Сагиттар стоял, облокотившись на лук, и закатывал глаза, наблюдая за этой сценой.

И вдруг ей показалось — она знает их не несколько дней, а годы. Словно они вместе бродили по Анкниту, разгадывали его тайны, сражались, смеялись, падали и вставали.

— Эй, вы! — тихо сказал Скерцо, поднимая взгляд к небу. — Посмотрите.

Светящийся шарик, до этого застывший в небе, медленно начал спускаться. Плавно, почти торжественно — прямо в раскрытые руки стража.

Глава 7. Пробуждение памяти.

Резона разглядывала предмет, пульсирующий энергией в её руках. Это была небольшая серебристо‑зелёная ёлочная игрушка в форме шишки. Шишка мягко светилась и была тёплой, словно живой.

— И‑и‑и? Что дальше? — девушка вопросительно подняла взгляд.

На неё были направлены три пары глаз. Сосредоточенно и настороженно нит в руках стража разглядывали: изумрудные глаза Скерцо, ледяные — Аксиса и чёрные, как самая густая чернота, — глаза Сагиттара.

— Что‑то чувствуешь? — поинтересовался скрипач. — Можешь определить, чей он?

Резона задумалась, склонив голову набок, а брови девушки сошлись на переносице.

— Кажется… Да, точно. Мой. Он мой! — радостно воскликнула Резона. Но тут же снова нахмурилась. — Хотя… Не только мой. Ещё… Ещё и моего брата. Там наши с ним воспоминания. Что мне делать?

— Тц‑ц… — Сагиттар начинал терять терпение. — Что делать? Что делать? Перестать ныть и становиться полезной. Очень надеюсь, что там не воспоминание, где ты потеряла второй носок. Иначе, если так пойдёт дальше, ты либо сама кони двинешь, либо нас разорвёт на атомы. — Мужчина приблизился и, взяв двумя пальцами подбородок девушки, прошипел ей почти в губы: — Твоя бесполезность раздражает. Ни силы, ни ума, ни каких‑либо других необходимых навыков.

Девушка зло оттолкнула его руки и прошипела в ответ, не менее ехидно:

— Отвали. Я пару дней как в курсе вашего существования. Я во всём разберусь и заставлю тебя подавиться твоей желчью.