серьезное чтение

cтихи, поэзия

стихи и поэзия

русская классика

литература 20 века

«…Шел дождь, не переставая. Он то отдалялся, то вновь приближался к земле, он клокотал, он нежно шелестел; он то медленно падал, как снег, то стремительно пролетал светло-серыми волнами, теснясь на блестящем асфальте. Он шел также на крышах и на карнизах, и на впадинах крыш, он залетал в малейшие изубрины стен и долго летел на дно закрытых внутренних дворов, о существовании коих не знали многие обитатели дома. Он шел, как идет человек по снегу, величественно и однообразно. Он то опускался, как вышедший из моды писатель, то высоко-высоко пролетал над миром, как те невозвратные годы, когда в жизни человека еще нет никаких свидетелей…»


словари, справочники

учебная и научная литература

руководства

зарубежная справочная литература

зарубежная образовательная литература

учебно-методические пособия

гуманитарные и общественные науки

культура и просвещение

педагогика

физкультура и спорт

спортивные тренировки

легкая атлетика

методики тренировок

тренировочные программы

педагогика спорта

знания и навыки

Аполлон Безобразов

В издание вошли все найденные в архивах стихотворения Бориса Поплавского, относящиеся к началу 1920-х годов. Примерно половина из них публикуется впервые. Тексты дополнены пятью приложениями, в числе которых полная версия парижского дневника поэта 1921–1922 годов, серия досье французской тайной полиции на членов семьи Поплавского (1922–1947), а также фрагменты автобиографического романа М. Туган-Барановского «За чертой» (1928), в котором поэт выведен в качестве одного из героев. Издание подробно прокомментировано и содержит 20 иллюстраций.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

публицистическая литература

историческая фантастика

историческая литература

публицистика

об истории серьезно

В смирительной рубашке. Стихи первых парижских лет

«…Шел дождь, не переставая. Он то отдалялся, то вновь приближался к земле, он клокотал, он нежно шелестел; он то медленно падал, как снег, то стремительно пролетал светло-серыми волнами, теснясь на блестящем асфальте. Он шел также на крышах и на карнизах, и на впадинах крыш, он залетал в малейшие изубрины стен и долго летел на дно закрытых внутренних дворов, о существовании коих не знали многие обитатели дома. Он шел, как идет человек по снегу, величественно и однообразно. Он то опускался, как вышедший из моды писатель, то высоко-высоко пролетал над миром, как те невозвратные годы, когда в жизни человека еще нет никаких свидетелей…»

В книге впервые собрано воедино самое раннее поэтическое творчество Бориса Поплавского, охватывающее период с 1917 по 1921 г., до начала его парижской эмиграции. Это стихи и поэмы, написанные в Москве, в Харькове, в Крыму, на Северном Кавказе и в Константинополе. В собрание, основанное исключительно на архивных материалах, входит множество оригинальных произведений, сочинённых под влиянием русского футуризма. Большинство текстов прежде не публиковалось. В одном из четырёх приложений – полная версия константинопольского дневника поэта. Издание подробно прокомментировано и содержит 24 иллюстрации.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

биографии и мемуары

национальная политика

Истерика истерик. Стихи времён революции и Гражданской войны

Третья гилейская книга неизданных ранних стихов Бориса Поплавского (1903-1935), на этот раз обнаруженных в его парижском архиве. Вновь интереснейшие примеры дада и постфутуризма, не вошедшие в трехтомник Поплавского, подготовленный Е. Менегальдо (поэтический том которого, кстати, содержит великое множество ошибок). По Интернету гуляет неверный, предварительный вариант верстки «Орфея», выложенный туда автором предисловия из соображений нарциссизма.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

медицина / здравоохранение

научные справочники

прикладные отрасли медицины

диагностика заболеваний

медицинские справочники

спортивная медицина

Орфей в аду

Без серии

«Флаги» Бориса Поплавского – один из важнейших поэтических сборников младшего поколения первой волны русской эмиграции. Он вышел в 1931 году, изменив лицо русской поэзии. Сюрреалистическая образность, трагическая интонация и муки эмигрантской судьбы воплотились в книге, открывающей для читателя образы «хореической смерти» (по М. Л. Гаспарову) и индивидуального стоицизма перед ее лицом. «Очарование стихов Поплавского – очень сильное очарование», – писал Г. Иванов, – «Силу “нездешней радости”, которая распространяется от “Флагов”, можно сравнить безо всякого кощунства с впечатлением от “Симфоний” Белого и даже от “Стихов о Прекрасной Даме”». По свидетельству Георгия Адамовича, Мережковский на одном собрании после смерти Поплавского сказал, что для оправдания эмигрантской литературы на всяких будущих судах с лихвой достаточно одного Поплавского. Сам Адамович писал, что Поплавский был «необычайно талантлив, талантлив „насквозь“, „до мозга костей“, в каждой случайно оброненной фразе». А о стихах его – что он был подлинно одержим стихами, был «Божией милостью стихотворец».

футбол

Флаги

Поэтическая серия «Русского Гулливера»

Книга впервые представляет всё поэтическое творчество Бориса Поплавского периода «русского дада» (1924–1927), а её название восходит к одному из нереализованных замыслов поэта. Целиком основанная на архивных материалах, она воспроизводит подлинные авторские версии известных произведений и включает множество текстов, прежде читателям недоступных. Издание подробно прокомментировано и содержит 41 иллюстрацию.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

зарубежные детские книги

зарубежная классика

Дирижабль осатанел. Русский дада и «адские» поэмы

In girum imus nocte et consumimur igni

Неизданные стихи Бориса Поплавского (1903-1935) – поэта и писателя, жившего в эмиграции, но далекого от ее культурного мейнстрима. 50 оригинальных текстов, написанных без надежды на публикацию и недавно найденных в архивах, дополнены уточненными версиями известных стихотворений, а также фотографиями архивных документов.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Борис Юлианович Поплавский