современная русская литература

книги о приключениях

биографии и мемуары

короткие любовные романы

научная фантастика

Три попытки сделать жизнь легче — и три цены, которые приходится платить.
В первом городе священник-хирург отец Александр создаёт общину «прозрачных». 
Во втором мире врач Марина Ланская строит общество эмоциональной стабильности. 
В третьем городе инженер Андрей Ноль создаёт цифровые модели личностей умерших. 
Герои трёх новелл встречаются на общем консилиуме: священник, лингвист, историк, писатель-ужастик, физик, математик, бизнесмен, силовик, садовница, врач-психиатр и создатель цифрового бессмертия. Каждый защищает свою утопию — и каждый обнаруживает её опасную сторону.
«Утопии» — это книга не о том, как построить идеальный мир. Это книга о том, почему всякий идеальный мир требует от человека стать немного не собой.
Для кого эта книга:
	- для читателей, которым важны не спецэффекты, а идеи;
	- для тех, кто любит «Трудно быть богом», «Мы», «1984», но хочет говорить о современности;
	- для всех, кто задумывался: а какой ценой мы готовы сделать жизнь «лучше»?

современная зарубежная литература

УТОПИИ. Книга 1. Прозрачное тело - Химическое счастье - Архив без смерти

Книга «Голос в эфире» — это цикл автобиографических историй о взрослении в Советском Союзе 1960–1990-х годов. 
Первая глава — «Удивительный пацан — Серёга Спирёв» — о дружбе, рисунках, песнях Высоцкого и о том, как школьный друг уходит в другую школу, а ты остаёшься один.
Вторая — «Приписное» — о первом столкновении с военкоматом, о повестках, которые нужно разнести, и о больной женщине, которой ты не можешь вручить конверт.
Третья — «Январь» — о задержании милицией, о пальто с чужой кровью и об ударе в спину от человека, который должен защищать.
Четвёртая — «Обогащайся — не хочу» — о 1990-х, о цехе, о ваучерах и о разговоре за обедом, в котором один рабочий объясняет, что ему не нужен миллиард — ему нужна нормальная жизнь.
Книга написана живым, разговорным языком, с обилием прямой речи и бытовых деталей. 
«Голос в эфире» — для тех, кто вырос в СССР, кто помнит запах угля и берёзового веника, и для молодых читателей, которые хотят понять, как жили их родители и бабушки с дедушками.

триллеры

детективное фэнтези

Голос в эфире

1961 год. Челябинск. Мальчишка Боря, выживший после тяжёлой болезни, идёт в первый класс. Но школа оказывается не просто местом, где учат буквам. Это — поле боя. За место. За дружбу. За право быть собой. Параллельно — лето в пионерских лагерях, сбор шишек, охота на раков и первая любовь. И Копейск. Две бабушки — баба Шура с её баней и баба Стюра с ткацким станком. Воздушка, найденная в подполе. Драки, в которых победа достаётся ценой боли. И дружба с Валеркой, которая учит не отворачиваться.
Эта книга — исповедь. Она о том, как пахнет уголь и берёзовый веник. Как хрустит нога. Как тишина бывает громче крика.
А в финале — комикс. Я создал его вместе с искусственным интеллектом. Каждый рисунок — из моей памяти, каждый кадр — из моего детства. Это графическая новелла о том, что осталось между строк. О том, что не влезло в слова. Смотрите. Узнавайте. Улыбайтесь. И грустите вместе со мной. Это — «Поперёшный. Глоток свободы». История мальчика, который выжил, чтобы рассказать. И нарисовать.

саморазвитие / личностный рост

Поперёшный. Глоток свободы

Август 1988 года. Мальчишка на велосипеде просит забрать котёнка, которого мать велела выбросить на помойку. Шестилетняя Настя уговаривает родителей — и рыжий Тоша становится членом семьи. Дальше — годы жизни, которые вплетаются в эпоху: перестройка, дефицит, перелёты из Воркуты в Челябинск, поезда, двухэтажная кровать, где кот осваивает профессию парашютиста, охота на мышей в саду, охрана хозяйки в переполненных троллейбусах и долгая борьба за справедливость — даже перед наглой вороной. Тоша не просто питомец. Он — страж, философ и учитель, устанавливающий порядок. Учит терпению, верности и тому, что дом — не стены, а присутствие. А уходит — на взлёте, в последнем прыжке, защищая свою территорию от чужого кота. Похоронен под старой яблоней с любимым одеялом и игрушками. Эта повесть — благодарность рыжему другу и напоминание: настоящий дом там, где тебя ждут. Для всех, кто знает, что кот может научить жить. В конце повести — комикс, запечатлевший самые яркие сцены из жизни Тоши.

учебная литература

детская психология

воспитание детей

Тоша. История одного рыжего кота

Эта книга — художественная история о Севере, где геология, инженерия, память и человеческая верность делу складываются в одну линию. Здесь прошлое не закрыто, а продолжено: люди, удержавшие северные школы и полевые традиции, живут в альтернативном времени, где труд становится формой бессмертия. Воркутинский опыт, хасынская автономия и чукотский размах соединяются в северный мир, где дорога, мерзлота, приборы, карты и песни оказываются не деталями, а языком самой территории. Это книга о том, сколько сил, надежд и профессионального достоинства было отдано Северу — и почему он помнит тех, кто его держал и верит – вернутся!

семейная психология

здоровье

публицистика

Гео-Синтез. Бессмертие на полярном круге

Книга станет отличным подарком выпускникам СГИ, студентам-геологам/геофизиками и всем, кому близка атмосфера института, друзей и товарищества. Она напомнит о важности поддержки друг друга, формировании характера и приобретенных жизненных уроков.
Краткое содержание первой главы
- Начало пути: Как, где и с чего началось увлечение и учеба в (СГИ – Свердловский горный институт).
- Практики и экспедиции: Работа в геолого-поисковой партии — первое серьезное испытание будущего студента.
- Дружба и коллектив: Истории дружбы с девушками-студенток.
- Подготовка к экзаменам: Сложности выбора и вступительных испытаний. Начало учебной деятельности.
- Первые бытовые трудности: Жизнь в общежитии, адаптация к новому месту проживания, решение бытовых вопросов.
- Организация быта: Вопросы питания и транспорта в условиях студенческой жизни.
- Научная деятельность: Экзамены, зачёты студентов и как сдавать экзамены.
- Отдых и развлечения: Шахматные турниры и спортивные соревнования.


социальная фантастика

СГИ: кузница характеров» – о студенческих годах, преподавателях, первых практиках

Эта книга — не просто мемуары, это «научно-производственный триллер» из жизни тех, кто в 1980-е годы вскрывал недра Заполярья с дотошностью патологоанатома и азартом игрока, идущего ва-банк. Здесь арктический ветер пахнет соляркой и камфорным спиртом, а поиски «подземной правды» превращаются в детектив, где «преступником» выступает скрытая структура пластов, а уликами — дрожь гравитационного поля. 
Автор с иронией и глубоким уважением к профессии описывает эпоху, когда геология держалась на плечах титанов, ненавидевших бюрократическую машину, но слишком любивших камень, чтобы позволить себе схалтурить. Это история о чести, точности «до одного метра» и о том, что под любой поверхностью всегда скрыто нечто большее. И о том, как растить дочерей в условиях вечной мерзлоты, побеждать паралич с помощью обычной кухонной табуретки и находить вкус жизни в одной-единственной ягоде морошки, сорванной на Воргашорской площади.

религиозные тексты

Тектоника чувств: ледяной танец заполярных широт. Записки геофизика. Часть вторая

Урал, июль 1970 года. Геологическая партия ищет бокситы — алюминиевую руду, спрятанную в древних известняках. Шестнадцатилетний школьник, перешедший в десятый класс, впервые оказывается в мире взрослых: шурфы, маршруты, образцы пород и окаменевшие брахиоподы. А ещё — Марина. Двадцатиоднолетняя студентка-геологиня, замужем за иностранным специалистом, с годовалым ребёнком. Она читала Манна и знает Гёльдерлина. Он читал Паустовского и Ремарка. Между ними — разговоры у костра, скала над рекой, старый колодец с запертой в воде луной и короткий поцелуй под грозой. Это история о взрослении, о разнице между книжной мечтой и живым человеком, о том, как первая нежность становится первым словом. Роман о том, как мальчик учится любить — не побеждать, не обладать, а видеть в другом человека. И о том, как из этого рождается писатель.

историческая фантастика

попаданцы

исторические приключения

Запертая луна

Книга станет отличным подарком выпускникам СГИ, студентам-геологам/геофизиками и всем, кому близка атмосфера института, друзей и товарищества. Она напомнит о важности поддержки друг друга, формировании характера и приобретенных жизненных уроков.
Краткое содержание первой главы
- Начало пути: Как, где и с чего началось увлечение и учеба в (СГИ  Свердловский горный институт).
- Практики и экспедиции: Работа в геолого-поисковой партии  первое серьезное испытание будущего студента.
- Дружба и коллектив: Истории дружбы с девушками-студенток.
- Подготовка к экзаменам: Сложности выбора и вступительных испытаний. Начало учебной деятельности.
- Первые бытовые трудности: Жизнь в общежитии, адаптация к новому месту проживания, решение бытовых вопросов.
- Организация быта: Вопросы питания и транспорта в условиях студенческой жизни.
- Научная деятельность: Экзамены, зачёты студентов и как сдавать экзамены.
- Отдых и развлечения: Шахматные турниры и спортивные соревнования.

ужасы / мистика

фэнтези

детективная фантастика

мистика

«СГИ: кузница характеров» — о студенческих годах, преподавателях, первых практиках

Трогательная книга о доверии, терпении и настоящей дружбе между дикой вороной и женщиной по имени Людмила. Каждое утро Людмила выходит в сад и оставляет угощение на ступеньке. Ворона Вера долго присматривается, боится, но постепенно понимает: эта женщина не причинит зла. История разворачивается через несколько возрастных версий — от короткой сказки для малышей до глубокого психологического рассказа для подростков и бонус-главы для взрослых. Книга учит, что доверие строится не на словах, а на поступках, и что даже самые разные существа могут стать близкими, если дать им время и уважение.
В книге четыре версии: для малышей 5–6 лет (читают взрослые), для 7–9 и 10–12 лет (самостоятельное чтение), а также бонус-глава для родителей.

остросюжетные любовные романы

иронические детективы

Вера. Удивительная история одной дружбы

детективы

историческое фэнтези

русское фэнтези

«СГИ: кузница характеров» – о студенческих годах, преподавателях, первых практиках

Это не просто автобиография. Это карта выживания, составленная человеком, который с первых месяцев жизни научился идти наперекор — «поперёшный». От младенческого отказа врачей до операции, едва не стоившей ноги, от тяжелого заикания до работы с текстами и смыслами — Борис Колмогорцев проживает свою жизнь как серию испытаний, в которых главным оружием становится не лекарство, а упрямство и семейная память.
Книга соткана из контрастов: безграмотная мудрость бабушки Стюры, лечившей заикание оловянной ложкой и киселём, соседствует с инженерной логикой родителей-металлургов. А верный пёс Пират, рыцарь в немецком ошейнике, — первым учителем надёжности и безусловной любви.
На фоне послевоенного Челябинска и Копейска разворачивается история взросления, где дворовые драки, кораблики из сосновой смолы и чтение стихов у гобелена переплетаются с трагическими семейными тайнами и поисками собственного голоса. 