Барри Берт Незваный гость - Тысячелетний сон Аркагхена

Октябрь 2019-го, г. Песчаногорск, Краснодарский край

Октябрь 2019-го, г. Песчаногорск, Краснодарский край

Осень неистово рвала листву, забивала ею щели в подворотнях, застилала обочины тротуаров и дорог вдоль бордюров. Это утро, было серым и промозглым, впрочем, Денис любил такую погоду.

Сжимая скрученный в рулон новый выпуск журнала «Кровавые строки», он неспешно вошел на территорию института, идти на дежурство не хотелось, однако радовало, что это не пары, чисто отдежурил ночь – отоспался день, отметился в группе, отправил готовые задания и опять на дежурство, так глядишь и осень пройдет, а там и зимы конец недолог.

По инициативе старосты, в деканате ему предложили такой распорядок, взамен обещали автоматом проставить некоторые баллы, как-никак последний курс, тем-более, из-за ковида учились дистанционно, в таком случае, сложившаяся ситуация являлась сущим подарком, или как говорили в их кругу – полной халявой.

Такая бонусная система конечно образовалась неспроста, никто не хотел дежурить ночами в этом здании, на то были свои причины. Хотя, он мог спокойно купить экзамены, родители хорошо зарабатывали, но он сам посчитал, что для самодисциплины ему нужна хоть какая-нибудь работа, и тут подвернулись эти дежурства. Для начала он решил – сойдет. К тому же, к дежурствам он привлек и своего лучшего друга Костика, с которым учился на одном факультете. Вообще, по жизни они все время проводили вместе. Но уже как неделю, Костик был на больничном.

Вынув из кармана пачку с сигаретами, он подтянул ворот и зажав под мышкой журнал, прикрыл огонек зажигалки ладонями, раскуривая сигарету. Затем он пересчитал содержимое бело-синей пачки, двенадцать штучек, на дежурство должно хватить заключил он и свернул за угол, шагнув на тропу, щедро усыпанную гравием, его путь пролегал вдоль стены здания ведущей к парадному входу.

Около недостроенного корпуса института, находилось несколько полицейских машин, близ техники маячили и сами сотрудники полиции. Среди толпы, собственной персоной суетилась ректор института, присутствовали там и завхоз с дворником, а еще какой-то бездомный с огромной желтой бородой.

Денис пришел чуть раньше и у входа было довольно людно, по разным вопросам сновали немногочисленные студенты. Он поднимался по ступеням, когда навстречу из распахнувшейся двери вывалился однокурсник Антон, тот сдернул маску, громко втянув свежий воздух.

–Привет Денчик, на дежурство?

–Да! Сам как? – Ден же наоборот, натянул маску на нос.

–По-своему заходил. Слыхал о находке? – глаза Антона блеснули любопытством.

–О какой еще находке?

–Ты что не слышал?!

–О чем ты? Говори уже, и так хреново, – не выдержал Денис, размазав жерло бычка о базу многогранной колонны.

–В новом корпусе нашли голову человека, – прошептал Антон.

–Не гони? – Дениса передернуло, он поглядел в сторону полицейских.

–Да, то ли бомжа, то ли просто бомж обнаружил, что-то такое...

–Еще что? – Ден вынул из кармана куртки футляр с очками. Натянул прибор и вновь окинул взглядом сборище правоохранительных органов.

–Насчет чего? – переспросил Антон.

–Ну, как она там оказалась?

–Да кто знает-то?! А тебе чего хреново? – поинтересовался товарищ.

–Пить нужно меньше, потому...

–А, ну понятно, – пожал плечами Антон.

Постояв еще немного они распрощались.

Денис зашел в сторожку, снял серую куртку в квадратик и повесил ее на вешалку туда же определил шелковый шарфик, затем он подошел к столу, бросил на поверхность журнал и поглядел в график дежурств с новыми правками. Скоро вместо Кости, должен явиться напарник Валера, с прошлого года в ночные дежурства стали заступать по двое, поговаривали, будто это связано с неким неприятным происшествием, но точно с каким он не знал. Да и если честно не хотел знать, хотя порой странные видения в полудреме ночных коридоров, наталкивали его на разные мысли, и черт побери, где в них была хмельная испарина, а где явь, все как одно.

В этом огромном старом корпусе всегда хватало необъяснимых шумов, обычно, все дежурившие находили им объяснение, чаще всего стуки, позвякивания и шорохи принадлежали сквознякам или крысам. Бывало кошка залезет, или залетит летучая мышь, но случались вещи, не поддающиеся логическому объяснению о которых будто невзначай старались позабыть и не вспоминать, типа – было и было, авось показалось, так, всем в одночасье.

Рассказ Антона не давал ему покоя. Он хотел было почитать свежий выпуск журнала, но как ни старался, не смог сосредоточится. Подумать только, отрезанная голова, стоило ему представить эту картину во всей «красе», как его невольно передергивало. Кто может решиться на такое, вероятно маньяк не иначе. Отложив журнал, он вынул смартфон. Поделившись с Костяном последней новостью, в сообщениях, он сунул телефон в карман и немного поразмыслив поднялся с кресла.

Парень приблизился к окну, с этого места открывался хороший вид на дворовую панораму, у новостроя все еще находились полицейские они то и дело мелькали медицинскими масками, только теперь, служители закона перетягивали проходы и периметр перед входом в недострой, красно-белой оградительной лентой.

Он же поглядел в чернеющий дверной проем, его взгляд притянули парные оконные дыры, расположившиеся по обе стороны, словно пустые глазницы черепа, проемы выглядели устрашающе, будто предвещали что-то нехорошее, отчего по его лицу пошли мурашки. Задернув штору, он подошел к столу с компьютером, резко подергал мышкой, пробудив монитор он глубоко вдохнул несколько раз, затем поглядел на настенные часы.

После вчерашней гульки с друзьями прошло семнадцать часов, а он все еще чувствовал недомогание. «Вот оно, дело молодое», – подумал Ден, отыскивая свою дежурную бутылку с минералкой.

Экран монитора делился на пятнадцать секторов, ровно столько камер приходилось на здание института, он обозревал камеры у двух главных входов, несколько глазков осматривали площадки общего двора и закрытого с садом, по камере приходилось на холлы каждого этажа, одна из камер лицезрела кабинет деканата, и все же большая часть здания не просматривалась.

Спустя полчаса, устроившись за столом, сторож-студент попивал только что заваренный чай, когда увидел полицейских, покидающих двор на своих белоснежных машинах. Он увеличил изображение, проводив взглядом последний фургон Мерседес-Спринтер с синей полоской.

Студенты к этому времени разошлись, здание умолкло, а он ощутил гнетущее чувство и вновь вихрем завертелись мысли, рисуя сюрреалистичные картины, центральным образом которых выступала отрезанная голова. Желая разрядить атмосферу, он включил на телефоне новости.

Денис перевел взгляд на часы, еще и напарник конкретно задерживался. Не хватало только, чтобы Валера не вышел, а этот мужик мог выкинуть и такое, что в такой вечер совсем было бы печально. Несмотря на личную неприязнь, царившую в его сознании до этого, Денис вмиг приободрился, увидев на экране подымающегося по ступеням напарника. Выбравшись из-за стола, он поспешил навстречу коллеге, стуча каблуками по бетонному полу коридора.

Последующие сорок минут они сидели в комнате, пили чай и мусолили последние новости, касательно происшествия.

–Стремно, – заключил Ден.

–Говорят, здесь чертово место, – пробурчал мужчина.

–В плане? – не понял Денис.

–Бабка одна, травила у ларька. Что здесь еще с дореволюционных времен творится всякое, еще института не было, а черное происходило, да только я так и не понял, что именно...

На этой волне они и завершили посиделки. На обход, Денис отправился по обычаю в правое крыло, Валерий в левое. Вся процедура занимала не более часа. Огромное старое здание после их разговоров нагоняло жути.

Во мраке длинных коридоров вновь разносились едва уловимые шумы, свет одиноких ламп горел лишь на пересечении коридоров и клетках лестничных пролетов. Сколько раз Ден собирался взять на смену обувь с мягкой подошвой, какие-нибудь бэлансы, иначе каблуки его туфель давали такое эхо, что всякий раз ему казалось, будто сзади есть некто посторонний.

Иногда он старался двигаться тише, но тогда процесс заметно растягивался, а эмоциональное напряжение лишь нарастало. Хотя это было и смешно, но только не тогда, когда он шарил по коридорам сжимая вспотевшей кистью фонарь, маяча рыжим лучом, и уж точно не сегодня.

Эта темень могла довести любого, своей ненавязчивой всепоглощающей бездной мрака, в которой нет-нет, да и двинется темное пятно или силуэт.

Он шагнул на лестничный пролет, однако возникший из ниоткуда грохот над головой заставил его застыть на месте. Сердце оборвалось, пальцы сжали фонарь так, что затрещал пластиковый корпус. Плита лестничной площадки дрогнула, на лестницу осыпалась штукатурка с побелкой. Денис чуть присел, слушая звуки по ту сторону перекрытия: «бах-бах, бабах». Складывалось впечатление, будто там сверху на лестничной площадке уронили шкаф не меньше.

Поднявшись на подрагивающих ногах на ступеньку, ведущую наверх он прислушался, затем шагнул на вторую ступень. Фонарик начал моргать и чем выше он поднимался, тем сильней барахлил прибор. Однако стоило спуститься, как он тут же нормально заработал.

Ден решил не испытывать судьбу и быстро спустился этажом ниже, бегло осматривая двери миновал последний коридор.

–Мертвая тишина, – констатировал мужчина, помещая свой фонарь на зарядку, он долго возился с батареей, которая была прочно стянута изолентой. Наконец, индикатор вспыхнул красным оповестив об удачном контакте. Вытирая о спинку дивана липкие пальцы, он устало опустился на стул.

–Эге, – протянул Ден, думая о грохоте. Он хотел предложить пойти глянуть чего там, но передумал настроение не располагало, да и на мониторе все было спокойно. Он знал, как всегда там никого и ничего не обнаружится, а потому лучше и не думать о лишнем.

Около часа ночи они вышли на повторный обход, вместе обошли все коридоры, прошлись и той лестницей, где ранее он слышал шум, как он и предполагал – ничего. Единственное свидетельство о том содрогании, были остатки побелки хлопьями усыпавшие лестницу и кусочки цементного раствора.

С приходом утра растворились и ночные тревоги.

Апрель 1986 года, ЯАССР, п. Тикси

«Уважаемые пассажиры, через пять минут мы совершим посадку в аэропорту поселка Тикси, просьба пристегнуть ремни и не вставать со своих мест до полной остановки воздушного судна», – из динамика проскрипел едва разборчивый голос командира самолета.

Молодой человек поглядел в иллюминатор, в гуще ночи ничего не было видно, лишь красные огни посадочной полосы. Командир объявил об успешной посадке, обозначил температуру за бортом и прочее, затем последовали аплодисменты пассажиров.

На материке ко входу аэропорта довозил автобус, здесь же из-за возникших технических трудностей пришлось спускаться по узкой лесенке, встречая лицом не совсем приветливый порыв северного ветра в сочетании с двадцатью градусами ниже нуля и далее идти пешком.

Подтянув шапку, мужчина поспешил к зданию аэровокзала желая поскорее пересечь эти сто метров враждебной атмосферы. После самолета контраст был ощутим, хотя внутри борта тоже было не жарко.

Помимо ожидания багажа, в этом населенном пункте нужно было отмечаться в кабинете таможенного контроля. Городок относился к особой зоне так называемого закрытого типа, здесь базировалось несколько стратегических объектов. Возможность попасть к тем же родственникам, представлялась лишь после согласования с КГБ и получения специального приглашения. Однако, только что вошедший в здание капитан Геннадий Максимов являясь сотрудником госбезопасности, имел особые полномочия и цели пребывания.

Стряхнув с ворота пальто снег, он направился к очереди в кабинет пограничного контроля. Привлекать внимание мужчина не собирался, а потому, стащив шапку занял место и стал ждать.

Вокруг стоял гул и шепот, но без особой суеты. Размеренный северный ритм. Когда подошла его очередь он вошел в кабинет, а спустя минуту вышел, направившись за своим чемоданом к пункту выдачи багажа и ручной клади. Там же происходил и контроль провозимых вещей.

Когда он покинул здание то обнаружил, что за эти пол часа проведенные внутри погода изменилась кардинально. Пуржило, мело не менее двадцати метров, вот из-за такой невообразимо быстрой перемены в прошлый раз самолет развернули обратно, а он потерял целую неделю. С его работой это немало на кону всегда чья-то жизнь.

У стоянки толпились люди, он направился к шумной компании, снег неприятно бил в глаза. Четверо усаживались в небольшой японский внедорожник таких не встретишь на «большой земле», другие залезали в буханку, японец отъехал и спустя минуту растворился в мареве. В буханке было очень тесно хотя его и попытались взять, однако чемодан не влезал, как они его не крутили.

–Ну брат, извини! – водитель пожал плечами.

–Ничего, может еще кого словлю.

Автомобиль тронулся и покачиваясь вырулил за ворота, он же осмотрелся. Около будки КПП стоял микроавтобус. Водитель получал на складе продукты для гастронома, а пассажирское место оказалось свободным, так что шофер взял его, сказал только, что минут пятнадцать придется подождать. Он мог потерпеть и более ведь главная задача на сегодня – добраться к гостинице в Тикси-1, почти была выполнена.

Гостиница оказалась пустынной и тихой в отличие от ленинградских заведений подобного типа. Дежурившая в регистрационном окошке пожилая женщина, зевая внесла в журнал его данные и выдала номерок с ключом.

–Завтрак в семь тридцать, в столовой, та-а-м по коридору, – прикрыв ладонью правой руки зевающий рот, левой она ткнула пальцем в сторону дверного проема, поглощенного мраком.

–Хорошо, спасибо.

Под ногами скрипели половицы местами и вовсе прогибались, так что ступать приходилось с опаской. Насколько он знал, поселок был основан около пятидесяти лет назад, само же здание простояло уже не менее трех десятков лет, возможно чуть больше относительно молодая постройка. Суровый климат давал свои плоды.

В комнате оказалось уютно по-домашнему: рыжие плотные шторы закрывали окна, на тумбочке пылился черно-белый портативный телевизор, антенна которого подобно останкинской башне гордо тянулась ввысь, около широкого окна располагался письменный стол на нем томился настольный светильник с широкой бирюзовой головкой и почивал телефонный справочник, хотя самого телефона в номере не было. Полы коридора покрывали ковровые дорожки, в зале же пол был устлан большим паласом, ковром была облагорожена и стена, у которой скучал двуспальный диван.

Капитан опустил чемодан на пол сам мягко присел на стул. Только сейчас он ощутил, насколько вымотал его этот путь. «Все же, годы дают о себе знать», – пронеслось в его мыслях. Совсем недавно он встретил свой тридцать третий день рождения, еще молодой, но с его службой это уже немало. Одному богу известно, каких нервов и сил стоит выполнение таких вот задач.

В номере было очень жарко. Он стащил пальто тут же вешая его на крючок в прихожей, шапку повесил на спинку стула, стоящего около двери и вошел в миниатюрную кухоньку. Там он нашел что искал, алюминиевый электрочайник, наполнив его из-под крана он сунул вилку в розетку и проследовал через коридор обратно в зал.

Раскрыв коричневый чемодан, мужчина разложил вещи на полки шкафа затем принялся формировать на письменном столе рабочую атмосферу. Ему не хватало доски для планирования. Максимов прошелся по гостиничной квартире в поисках чего-нибудь подходящего и таки отыскал. На кухне, за небольшим холодильником сбоку от стены стояла доска с тонкими рейками по каждому краю и небольшой прорехой в одном углу. Назначение сей вещицы для него так и осталось загадкой, но для его задач она пришлась в самый раз.

Выбрав в канцелярской коробочке самую «экзотическую» кнопку с медной головкой в узоре, он пригвоздил по центру главного подозреваемого. На доске появилось рисованное от руки изображение на первый взгляд чего-то невнятного. Но стоило присмотреться, как тут же вырисовывались черты и взору представлялось лохматое чудище с рогами.

От него протянулась стрелочка, начертанная им спустя мгновение затем он приколол к доске фотографию. Это был труп женщины. Черно-белый фотоснимок десятилетней давности.

Затем вытянулась еще одна полоса и на доске появилось изображение снега, при более пристальном созерцании угадывался отпечаток следа, специалисты не смогли его классифицировать и однозначно дать ответ – кому он принадлежит, отпечаток стопы внушительного размера с тремя фалангами выбивающимися впереди остальных.

Он собрался провести очередную линию, когда его отвлек бурлящий чайник. Бросив фотографию на стол, он поспешил на кухню. В зал он возвратился уже со стаканом чая, чашек в номере не оказалось, но граненый стакан ничем не уступал.

На следующем снимке виднелась серия силуэтов, отдаленно напоминающих останки человеческих тел. К слову таковыми они и являлись.

Когда все манипуляции были завершены на доске красовалось около двух десятков фотографий, несколько из них были в цвете. Часы показывали половину второго ночи, пепельница курила остатками папиросы рядом возвышался стакан с недопитым чаем и чайной ложечкой в нем.

Максимов решился и вынул шахматную доску. Оставалось сделать ход и дело за малым. Он посмотрел на лежащую перед доской с фотографиями карту, на прочерченные красным карандашом линии в ней, затем перевел взгляд на доску со схемой из снимков.

Пальцы обхватили головку белой пешки, и он сделал ход на клетку вперед. Немного помешкав он провел встречный ход черной пешкой, на этом завершив вечер.

"Танец теней" - Песчаногорск, учебный корпус №6. Октябрь 2019-го

Профессор Мамедов задерживался этим вечером допоздна. Работы привалило много, с тех пор как они перешли на дистанционку процесс значительно растянулся, помимо лекций в онлайн необходимо было проверить множество работ, выполненных студентами. Они засыпали его почту не только решенными заданиями, но и массой вопросов по учебе.

После шести вечера институт вымирал в коридоре изредка слышались чьи-то шаги, даже по дню жизнь кипела большей частью на втором этаже, где находился кабинет деканата. Сейчас там все стихло. Разве что периодически раздавался звонок стационарного телефона. Естественно, к этому часу уже никто не отвечал на звонки.

Профессор поднялся со скрипнувшего стула, подошел к тумбочке у окна, раскрыл саквояж и вынул термокружку, свинтив пробку он отпил затем окинул взглядом улицу задержав взор на покачивающихся деревьях, рыжий свет фонарей скользил по блестящим влагой черным ветвям. Над улицей и домами бурой тучей нависли плотные облака.

Довольно неожиданно за спиной мужчины дрогнула дверь, так если бы в нее врезался порыв сквозняка возможно кто-то из дежурных открыл входную, после чего дверь в кабинет профессора застонала и медленно открылась.

Профессор обернулся, подойдя к письменному столу он поместил кружку на его поверхность около ноутбука и направился к выходу из кабинета. В коридоре было темно, синели оконные проемы, открывающие вид во внутренний двор.

Довольно неожиданно, в лицо мужчине пахнул сквозняк должно быть где-то поблизости забыли открытым окно, наверняка причина в этом подумал он. Он вышел из аудитории и решил идти на поток, пройдя метров тридцать он обнаружил, что все окна закрыты, единственное, приоткрытой оказалась дверь в актовый зал. Вот оттуда и тянуло холодом озябшей осени.

Мужчина приблизился к двери, протянул руку и зажал отполированную бронзовую ручку намереваясь закрыть дверь, но повинуясь мимолетной мысли заглянул в зал, чтобы спустя мгновение пожалеть об этом многократно.

В большом помещении вдоль проходов горел приглушенный дежурный свет. Такого освещения было достаточно чтобы увидеть то, что происходило на сцене. Там в бешенном вихре вились две огромные черные тени, они выделялись на фоне мрака отчетливыми фигурами, отдаленно напоминающими силуэты людей, исполинские подобия рук тянулись к потолку раскачиваясь маятником в диком хороводе.

Профессор отпрянул назад с глухим стоном он захлопнул дверь, после чего резко обернулся, но внезапно у него сжало в груди, он разинул рот желая вдохнуть. Перед ним стояло нечто, он хотел было завопить что есть мочи, но не успел. От темного пятна отделились руки, он даже увидел чернеющую бездной голову, темные конечности вонзились мужчине в грудь, и он ощутил, как его сердце сжало цепким хватом. Руки тени оттолкнули его, сердце отпустило, мужчина отшатнулся и навалился спиной на дверь глухо застонав. Будто смерч, призрак закружился и исчез в потолке.

Мужчина с трудом поднялся его конечности дрожали словно с похмелья, опираясь рукой о стену он побрел вдоль коридора едва ворочая ногами. Спотыкаясь путающимися конечностями, он увидел сквозивший в щель приоткрытой двери свет, отныне он желал одного, как можно скорее попасть к себе в кабинет и запереться там.

Обернувшись Геннадий Петрович поглядел во мрак коридора. В груди натужно пульсировало, ноющая боль рвалась наружу, тело ломило от осадка адреналина. Он вошел в кабинет с трудом обернулся и запер дверь, все еще надрывно дыша, он громко выдохнул. Рукавом пиджака он смахнул со лба пот и пошатываясь направился к столу.

Перед глазами мужчины все еще стояли чертовы тени. Он оперся руками о стол, жар в груди начал нарастать, тяжело дыша он опустился на стул, грузно осев в него он окинул мутнеющим взглядом аудиторию, тело профессора вытянулось словно струна, каблуки начищенных до блеска туфель уперлись в пол, а левая рука неуклюже выскочила в сторону сбив со стола кружку. Посудина с грохотом покатилась по паркетному настилу. Спустя мгновение мужчина обмяк, голова повалилась на грудь, и он затих. По полу растеклись остатки кофе.

Вскоре дежурные заподозрили неладное, ведь профессор до поздней ночи так и не покинул стен университета. Двое парней тихо подошли к двери аудитории, словно они совершали преступление. Внизу, сквозь щель пробивался свет, однако дверь оказалась заперта, а на стук реакции не последовало. Один из парней опустился на колени, прильнул щекой к пыльному паркету, сквозь щель между полом и дверью он попытался хоть что-нибудь рассмотреть.

–Он за столом, – прошептал парень.

–Хорошо, почему он не открывает? Ты видишь его?

–Вижу его ноги, он наверно спит...

–С чего ты взял? – спросил тот, который стоял рядом, опираясь рукой о стену.

–Его нога, – смотревший приподнялся, размял руку и опять прильнул к щели. –Левая нога, как-то необычно смотрит в бок.

В дальних коридорах раздался металлический скрежет. Оба парня отвлеклись от двери. Они поспешили на шум, темными коридорами замаячили два рыжих луча.

–Что здесь творится? – нарушил тишину Вадим.

–Бред, вот что! – отозвался Давид, его голос дрогнул.

–А что, если ему стало плохо? – предположил Вадик.

Длинным коридором разносился топот их ног.

–Да он просто решил переночевать, точно! Может коньяку перебрал? – предположил Давид.

Однако Вадику это казалось странным, насколько он знал, профессор не употреблял. Они решили не беспокоить преподавателя до утра. Внимание парней привлекла открытая дверь в актовый зал, она постанывала, и оттуда тянуло холодным сквозняком, парни направились к ней.

В просторном по

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.