Айлин Крайт Эхо хищника

Глава 3

Лев не стал ничего отвечать на очередную провокацию со стороны друга. Гул компьютеров и шелест вентиляторов стали единственным звуком, нарушающим покой огромного помещения. За окном, выходящим на глухую стену соседнего здания, уже сгустились сумерки. Длинный, изматывающий день, полный мертвых тел, стерильных улик и бесконечных теорий, наконец подошел к концу.

Ричард с хрустом потянулся, разминая затекшую спину. Сняв очки, он устало потер переносицу. На его столе царил хаос из распечаток, фотографий и пустых стаканчиков из-под кофе.

— Всё, — пробасил он. — Мой мозг отказывается воспринимать информацию. Поехали по домам.

Лиам, который все это время стоял у окна и невидящим взглядом смотрел на кирпичную стену, лишь молча кивнул. Он чувствовал себя выжатым досуха. Не физически — его звериная натура была полна сил, — а морально. Запах Адель, этот проклятый аромат снега, казалось, въелся в его одежду и кожу, не давая сосредоточиться.

— Я тебя подкину, — предложил Ричард, поднимаясь со стула и нависая над столом своей массивной фигурой. — Моя малышка скучает без движения.

Лиам медленно повернулся к нему. Желтые глаза блеснули в полумраке комнаты.

— Нет, Ричи. Спасибо. Я... прогуляюсь.

Медведь удивленно хмыкнул, приподняв одну бровь.

— Прогуляешься? До твоего района? Котенок, это же километров десять по улицам.

— Мне нужно развеяться, — отрезал Лиам, и в его голосе проскользнули рычащие нотки. — Зверю тесно в четырех стенах. Вот увидишь, я доберусь быстрее тебя.

Ричард посмотрел на друга долгим, изучающим взглядом. Он видел это напряжение в плечах Лиама, эту едва сдерживаемую энергию. И не стал давить.

— Ладно, ладно, — миролюбиво поднял он руки. — Не рычи. Завтра заеду за тобой в семь. Будь готов.

Лиам лишь коротко кивнул и направился к выходу.

Оказавшись на улице, он глубоко вдохнул. Воздух мегаполиса был тяжелым — выхлопные газы, запахи разогретого за день асфальта и далекая вонь канализации. Но это было лучше, чем стерильный запах морга и ладана Церкви.

Он отошел в тень переулка, подальше от редких прохожих и камер наблюдения. Оборот на улицах официально не приветствовался, но многим оборотням было плевать. Зачем тратить время на машину или толкаться в метро, если можно просто... бежать? Дать зверю то, чего он жаждал весь день — свободы и скорости.

Трансформация началась не с боли, а с текучего, почти незаметного перетекания плоти. Это было похоже на то, как густой деготь медленно обволакивает предмет. Кожа на руках потемнела, пальцы начали удлиняться, выпуская острые черные когти. Кости меняли свою структуру с тихим, внутренним хрустом, который слышал только он сам.

Его дорогой пиджак и рубашка не порвались в клочья. Ткань вела себя странно: она не трескалась под напором меняющегося тела, а словно становилась жидкой, эластичной, обтекая формирующиеся мышцы и утопая в густой черной шерсти, которая пробивалась сквозь поры. Одежда не исчезала — она становилась частью зверя, утопая под шкурой. Через минуту на том месте, где стоял мужчина, возвышался огромный черный лев.

Зверь встряхнулся всем телом, окончательно расправляя шерсть и сбрасывая остатки человеческого оцепенения. Он поднял массивную голову и втянул воздух. Свобода!

Лев беззвучно сорвался с места и гигантскими прыжками понесся по пустынным улицам спящего города. Он несся вдоль проезжей части, пугая редких водителей светом своих неестественно ярких желтых глаз в свете фар. Для него город был не бетонной ловушкой, а гигантской игровой площадкой. Асфальт подушками лап казался мягким грунтом саванны.

В какой-то момент, пересекая широкий проспект, он резко остановился. Ноздри льва затрепетали. Среди привычной вони города он уловил его — тонкий, едва заметный след. Не озон после грозы. Нет. Это был запах чистого морозного воздуха и свежевыпавшего снега. Её запах.

Лев замер как вкопанный. Он медленно повернул огромную голову осматриваясь по сторонам и ведомый инстинктами посмотрел вверх. Высоко в черном небе, почти невидимая даже для его острого зрения, парила белая точка. Птица? Возможно. Слишком высоко, чтобы разглядеть детали.

Он постоял еще секунду, ища девушку, но затем мотнул гривастой головой и фыркнул. Показалось. Не придав этому значения больше необходимого (хотя зверь внутри протестующе рыкнул), лев снова набрал скорость.

Бег помогал очистить голову. В ритме мощных прыжков мысли о деле выстраивались в логическую цепочку: Тросы -> Подвал -> Заброшенные объекты -> Энергия. Он почти физически чувствовал близость разгадки.

Спустя полчаса спринтерского бега городские джунгли сменились элитным жилым комплексом для нелюдей. Здесь улицы были шире, чище и почти безлюдны в этот час.

Лев легко перемахнул через декоративную ограду и приземлился на просторном балконе одного из пентхаусов. Здесь трансформация пошла в обратную сторону — так же плавно и текуче. Шерсть втягивалась в кожу, кости принимали человеческую форму, а одежда «выплывала» из-под кожи, снова обретая плотность и фактуру.

Через минуту на балкон вышел уже мужчина — слегка растрепанный после бега, но собранный. Он открыл стеклянную дверь и шагнул в прохладу своей квартиры.

Просторная гостиная с панорамными окнами была идеальным жилищем для оборотня: много места для зверя и комфортная обстановка для человека. Он прошел на кухню, налил себе стакан ледяной воды и залпом осушил его.

Дело сдвинулось с мертвой точки. Но теперь оно казалось еще более опасным, чем он думал вначале.

Ночь была короткой и беспокойной. Горячий душ немного помог снять напряжение в мышцах. Лиам стоял перед запотевшим зеркалом, небрежно стирая с него влагу ладонью. Его фигура, подсвеченная тусклым светом ванной, была воплощением хищной грации и силы: широкие плечи, узкая талия, рельефные мышцы спины и рук, которые сейчас были напряжены, словно он все еще готовился к прыжку. Он провел рукой по мокрым волосам, но даже не потрудился взять полотенце. Капли воды стекали по его коже, но мужчина не замечал этого.

Упав на кровать, онзакрыл глаза. Последняя мысль, прорвавшаяся сквозь барьеры его воли, была о ней. О её холодности. О её уме. О том, как её запах сводит зверя с ума. «Ведьма», — успел подумать он, прежде чем усталость накрыла его тяжелой волной, и он моментально отключился.

Утро началось с резкого, пронзительного звука будильника. Лиам рывком сел на кровати. В голове была звенящая пустота, которая тут же начала заполняться мыслями о деле. Адель? Её больше не существовало в его утренней реальности. Были только улики, карты и убийца.

Быстрые сборы. Кофе на ходу. Ровно через пятнадцать минут у подъезда должен был зареветь мотор внедорожника Ричарда.

Лиам уже стоял у двери, затягивая узел галстука, когда с улицы донесся знакомый низкий гул. Он не стал ждать. Просто вышел из квартиры и направился к лифту. Спустившись, он молча открыл пассажирскую дверь и сел в машину.

— Доброе утро, спящая красавица! — прогудел с водительского места Ричард. — Надеюсь, ты выспался лучше, чем выглядишь.

— Мхм, — неопределенно буркнул Лиам, глядя прямо перед собой.

— Влажная ночка? — не унимался медведь, выруливая со двора. — Я слышал, был дождь.

Лиам лишь бросил на него испепеляющий взгляд. Его волосы действительно были еще чуть влажными на затылке. Он проигнорировал подколку и уставился в окно на проносящийся мимо город.

— Ладно-ладно, молчу, — хмыкнул Ричард, видя реакцию друга. — Давай к делу. Я получил список заброшенных муниципальных объектов в радиусе пятидесяти километров от мест преступлений. Их около сотни. Нам нужно как-то сузить круг.

— Начнем с тех, что имеют выход к старым коммуникациям, — сухо ответил Лиам. — И нам нужны данные по пропавшим за последний месяц. Не только официальные.

— Нат уже в курсе. Он поднимет свои списки.

Они ехали в тишине пару минут, каждый погруженный в свои мысли о деле. Это был их стандартный протокол: сбор данных, анализ улик, построение профиля убийцы и поиск логова. Ничего магического — просто рутинная, изматывающая работа следователей.

Когда впереди показалось массивное здание штаб-квартиры Инквизиции, Лиам недовольно поморщился.

— Я соскучился по нашему отделу, — проворчал он. — Там хотя бы пахнет кофе и старыми отчетами, а не ладаном и фальшивым благочестием.

— Согласен, — кивнул Ричард, принюхиваясь. — Тут действительно не очень приятно пахнет.

Но когда они подъехали ближе и свернули на служебную парковку, Ричард резко нажал на тормоз. Увиденная картина заставила их замереть.

Пространство перед главным входом в Центр было оцеплено патрульными машинами Инквизиции, но это не помогало. Толпа журналистов с камерами и микрофонами буквально осадила здание. Видимо узнав по своим каналам, что в этот раз жертвой стала ведьма, а не оборотень, пресса устроила настоящее столпотворение. Они выкрикивали вопросы в лицо каждому входящему сотруднику, пытаясь получить хоть какой-то комментарий.

Лиам смотрел на это безумие через лобовое стекло и медленно качал головой.

— Похоже, сегодня внутрь мы не попадем, — констатировал он.

Ричард согласно хмыкнул и заглушил двигатель.

— Кажется, наша «королева драмы» Мари уже на месте и раздувает пожар. Что будем делать? Пойдем прорываться с боем? Или подождем, пока кто-нибудь не расчистит нам путь?

Ричард заглушил двигатель, и в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом толпы снаружи. Мужчины синхронно посмотрели на осажденный вход. План проникновения в здание, не привлекая внимания стервятников с камерами, начал медленно формироваться в их головах. Ричард уже прикидывал, смогут ли они проскочить через подземный гараж для служебного транспорта, когда тишину внедорожника разорвал тихий звук уведомления.

Лиам достал из кармана пиджака телефон. На экране светилось новое сообщение. Ричард, сидевший вполоборота, скосил глаза и успел прочитать текст:

«К восточной стене, 15 метров от машины. А. Моро.»

Медведь тихо присвистнул.

— Ого. А я смотрю, ты времени даром не терял, котенок. Когда это вы успели обменяться номерами? — в его голосе звучала неприкрытая насмешка.

Лиам, который уже тянулся к ручке двери, замер. Он метнул на друга раздраженный взгляд, в котором на долю секунды промелькнуло что-то похожее на панику.

— Я тут ни при чем, — глухо прорычал он, распахивая дверь и выходя из машины. Холодный утренний воздух ударил в лицо.

— Ага, конечно! — крикнул ему вслед Ричард, не в силах сдержать смех. — Так я и поверил! Ну раз самочка решила самостоятельно поискать твой номерок, то явно запала! Смотри, не упусти свой шанс!

Лиам не удостоил его ответом. Он просто захлопнул дверь и, не оглядываясь, направился вдоль стены здания. Отмахиваться от нелепых попыток медведя вывести его из себя было бесполезно. Сейчас его внимание было приковано к другому.

Он втянул носом воздух. Среди запахов асфальта, выхлопных газов и озона он безошибочно уловил его — тот самый аромат морозного воздуха и свежевыпавшего снега. Он шел по следу. Сделав ровно пятнадцать шагов от бампера их внедорожника, он завернул за угол.

В глубокой тени, отбрасываемой массивной стеной штаб-квартиры, стояла она. Маленькая, хрупкая фигурка в строгом брючном костюме казалась еще более одинокой и отстраненной в этом полумраке. Она не пряталась, просто стояла неподвижно, словно была частью этой тени.

Адель молча кивнула им обоим в знак приветствия. Никаких лишних слов.

— Сегодня вам обоим нужно зайти в отдел пропусков и забрать обновленные удостоверения. Это позволит вам проходить через служебные входы и лифты, минуя главный холл.

Ричард весело хмыкнул, поправляя очки.

— С чего нам такая честь?

Адель перевела на него свой холодный, изучающий взгляд.

— Не обольщайтесь, мистер Картер. Поскольку дело получает слишком большой общественный резонанс, не в интересах Церкви еще больше тормозить и без того медленную работу следователей. Это вопрос имиджа.

Лиам сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном. Его бесило всё: и её холодный профессионализм, и то, что она была права, и то, что Церковь диктовала им условия через неё.

— Адель... — начал он с явным раздражением в голосе.

Она не дала ему договорить. Её взгляд снова стал отстраненным, деловым.

— И да. Сегодня к шестнадцати ноль-ноль я жду вас в конференц-зале на седьмом этаже. Я желаю получить хоть какие-то данные к этому совещанию. Данные, подтверждающие, что мы не зря не отстраняем вас от расследования.

Ричард лишь тихо рассмеялся себе в бороду от такой дерзости. Лиам же почувствовал, как внутри закипает глухая ярость.

Всё это время они шли через неприметную служебную дверь с магнитным замком, которую Адель открыла своей картой. Оказавшись внутри и пройдя по тускло освещенному коридору для персонала, они вышли в главный холл штаб-квартиры с его стерильной чистотой и запахом ладана.

Не сказав больше ни слова, даже не попрощавшись, Адель молча кивнула им и так же бесшумно и быстро удалилась в сторону лестницы для персонала, растворившись в потоке сотрудников в белых халатах и строгих костюмах.

Оставив позади гул главного холла и запах ладана, напарники направились к лифтам для персонала. Ричард, насвистывая что-то невнятное, с усмешкой наблюдал за метаниями друга.

— А она ничего, — протянул он, искоса поглядывая на Лиама. — Строгая, конечно, как полярная зима, но с характером. И, я заметил, соображает быстро.

— Ричи, — голос Лиама был тихим, но в нем отчетливо слышалось рычание. — Если ты еще раз назовешь её «ничего», я сломаю тебе палец. Один. На выбор.

Медведь лишь громогласно расхохотался, и его басовитый смех эхом отразился от стен коридора, заставив проходившую мимо сотрудницу в белом халате испуганно вздрогнуть и ускорить шаг.

— Ой, напугал! — Ричард хлопнул друга по плечу своей тяжелой ладонью. — Ты бы себя видел, когда читал её сообщение. Лицо как у кота, которому на хвост наступили. И кто мне говорил что не запал на самочку?

Лиам стряхнул его руку и нажал кнопку вызова лифта с такой силой, что пластиковый корпус жалобно скрипнул.

— Я не запал. Она меня бесит. Мой зверь... сходит с ума. А она... просто человек. Холодная, стервозная человечка, которая лезет в наше дело.

— Ага. Человек, который за пять минут на столе в морге увидел то, что мы с тобой пропустили за день, — парировал Ричард уже серьезнее. — И который понимает, что такое «политика» и «конспирация» лучше многих из Ордена. Не обманывай себя, котенок. Она действительно «ничего».

Лифт звякнул, открываясь. Они вошли в кабину, и Ричард нажал кнопку минус первого этажа — уровня аналитических отделов и архивов.

Весь следующий час прошел в размеренной, почти рутинной работе. Их рабочее место представляло собой не один стол, а целую выгородку из четырех серых перегородок, внутри которой царил организованный хаос. Два мощных компьютера гудели вентиляторами, на одном из столов стоял огромный термос с кофе Ричарда и чашка Лиама. Стены были увешаны распечатанными картами города с отмеченными точками преступлений, фотографиями жертв и схемами.

Ричард, надев очки, занялся тем, что у него получалось лучше всего — структурированием. Он вбивал в общую базу данных новые факты: отчеты о пропавших без вести (как официальных, так и полученные от Ната), данные о заброшенных муниципальных объектах, наложенные на карту маршрутов предполагаемого транспорта убийцы.

Лиам же ходил из угла в угол, словно запертый в клетке лев. Он пытался составить психологический портрет «Декоратора», но мысли постоянно сбивались. Он злился на себя за то, что не может сосредоточиться. Злился на неё за то, что она так легко читает ситуацию и отдает им приказы. Злился на Ричарда за его бесконечные подколки.

— Сядь уже! — не выдержал наконец медведь, не отрывая взгляда от монитора. — Ты своим хождением мне картинку на экране размываешь. У меня от твоего мельтешения уже в глазах рябит.

— Я думаю! — огрызнулся Лиам.

— Ты бесишься. Это разные вещи.

Лиам хотел было что-то ответить, но лишь раздраженно выдохнул и упал в свое кресло. Он потер лицо руками и уставился на экран компьютера, пытаясь заставить себя прочитать отчет криминалистов.

Электронные часы на стене показывали 14:20. До совещания оставалось чуть меньше двух часов, и это время нужно было потратить с умом. Или хотя бы с пользой для желудка

— У нас есть полтора часа до этого чертового совещания, — пробурчал Лиам, закрывая файл с отчетом. Он чувствовал, что если сейчас же не сменит обстановку, то просто взорвется. — Если я сейчас не поем, я начну жевать бумагу.

— Я как раз собирался предложить то же самое, — Ричард с хрустом потянулся и захлопнул крышку ноутбука. — Мой мозг отказывается работать без топлива. А судя по выражению твоего лица, тебе тоже не помешает выпить чего-нибудь покрепче кофе.

Лиам хмыкнул. Идея была здравой.

— Пойдем. Тут за углом есть одно место. Бургеры у них отвратительные, но пиво холодное.

Ричард поднялся со стула, и его массивная фигура заполнила почти всё пространство выгородки.

— Звучит как план. Заодно расскажешь мне по дороге, как именно ты планируешь убедить нашу ледяную королеву, что мы не зря едим свой хлеб. Потому что пока у нас есть только догадки и очень много беготни.

Они вышли из своего рабочего отсека и направились к посту охраны. Процедура получения новых пропусков заняла не больше пяти минут. Лиам молча сунул пластиковую карту в карман, даже не взглянув на неё. Ричард же, наоборот, вертел свою в руках, с интересом изучая голографическую печать Инквизиции.

Выйдя через неприметную боковую дверь для персонала, они оказались в узком переулке. Шум главной улицы здесь был приглушенным. Лиам вдохнул полной грудью, наслаждаясь отсутствием запаха ладана.

— Смотри-ка, — пробасил Ричард, кивая в сторону проспекта. — Основная стая разбежалась.

И правда, огромная толпа журналистов, осаждавшая главный вход, поредела. Остались лишь самые стойкие, дежурившие у ворот в надежде поймать кого-то из руководства. У баррикад, как королева на троне, стояла Марианна. В руках у неё был неизменный микрофон с логотипом телеканала, и она что-то эмоционально вещала в камеру, активно жестикулируя.

— Стервятница, — фыркнул Лиам, сворачивая в сторону уютного переулка, где располагалась их любимая забегаловка. — Как она вообще узнала про ведьму так быстро? У неё что, свой человек в морге?

— Или в штабе, — хохотнул Ричард. — Эта проныра везде найдёт лазейку. Не удивлюсь, если завтра она будет караулить нас у подъезда.

— Я её придушу, — безэмоционально пообещал Лиам.

Они подошли к дверям небольшого паба. Изнутри доносился гул голосов и запах жареного мяса. Лиам уже взялся за ручку двери, когда Ричард вдруг замер на полушаге и тихо присвистнул.

— Ого. Наша ледяная королева решила растаять.

Лиам непонимающе посмотрел на друга, а затем толкнул дверь и вошел внутрь. Паб был полон наполовину. В дальнем углу, у окна, сидела компания из трех человек. Лиам узнал Натаниеля. А рядом с ним... Он застыл на месте, словно наткнувшись на невидимую стену.

Адель смеялась. Не той холодной, профессиональной полуулыбкой, которой она одарила их утром, а по-настоящему. От её смеха морщинки на лбу разгладились, а в синих глазах плясали искорки. В этот момент она выглядела совсем юной, почти девчонкой, сбросившей с плеч груз усталости и ответственности. Она сняла строгую рубашку и осталась в легкой майке на тонких бретельках, и Лиам поймал себя на мысли, что ему нравится этот простой, неформальный вид.

Он стоял и просто смотрел на неё, забыв обо всем на свете.

— Эй, котёнок! — Ричард грубо пихнул его локтем в бок. — Земля вызывает! Ты сейчас лужицей тут растечешься и слюни начнешь пускать.

Слова медведя сработали как спусковой крючок. Лиам резко дернулся и повернулся к другу. Его глаза снова вспыхнули желтым огнем.

— Да что за бред! — зашипел он яростным шепотом. — Я просто хочу хотя бы этот чертов обед провести без этой надоедливой человечки! Почему она везде?!

В этот самый момент Адель, словно почувствовав его взгляд или чудом услышав его голос сквозь шум паба, медленно повернула голову и посмотрела прямо на него. Их взгляды встретились на долю секунды.

Ричард, увидев это, не удержался и громко, раскатисто захохотал.

— Кажется, она тебя услышала!

Лиам лишь раздраженно выдохнул сквозь зубы и демонстративно отвернулся от их столика.

— Я и не собирался скрываться, — проворчал он уже в разы тише.

Ричард всё ещё посмеиваясь, подтолкнул друга вглубь зала.

— Ладно-ладно, идём уже. Сядем вон там, в углу.

Они наконец-то прошли к дальнему столику у стены и с облегчением рухнули на деревянные стулья. К ним тут же подошла официантка.

— Два фирменных бургера и два светлых пива, — не заглядывая в меню, заказал Ричард. Лиам лишь кивнул, всё ещё хмуро поглядывая в сторону компании у окна.

Лиам видел, как после его громкого, раздраженного возгласа её улыбка померкла. Она нахмурилась, и её взгляд, словно острие кинжала, на долю секунды метнулся в их сторону. Но тут же отвернулась, демонстративно игнорируя их присутствие. Это было похоже на пощечину.

А потом стало ещё хуже.

Натаниель, сидевший рядом с ней, почувствовав её секундную слабость, приобнял её за плечи. Это был больше чем дружеский, покровительственный жест. И она... приняла его. Расслабившись, Адель склонила голову и положила её на плечо инквизитора, вновь почти беззаботно улыбаясь шуткам незнакомого мужчины напротив. Этот незнакомец, третий в их компании, что-то оживленно рассказывал, активно жестикулируя. Казалось, вся эта троица специально, назло ему, Лиаму, стала лишь активнее смеяться.