Айлин Грин Выбор

Глава 15. Натаниэль

Я отвёз Габриэллу в тот самый отель, где чуть больше недели назад мы вместе укрывались после стремительного и опасного побега из казино. Это место навсегда отпечаталось в моей памяти: нуждаясь в тот момент в тишине и безопасности, мы остановились там посреди ночи, спрятанные от чужих глаз, с адреналином, ещё бурлящим в крови. Теперь я снова привёл её сюда, словно возвращаясь к тому дню, когда всё казалось одновременно рискованным и захватывающим. Кажется, это был тот самый переломный момент, когда я понял, что со мной что-то происходит.

То, что рассказал мне Мэтт, до сих пор не укладывалось у меня в голове. Точнее, я, наверное, должен был рвать и метать, кричать, ругаться…но все чувства ушли на задний план. Пришёл лишь шок, а за ним наступила апатия.

– Эрик Джонсон, – на меня смотрел невысокий крепко сложенный человек. Он был примерно одного возраста с отцом, – как я рад тебя видеть!

– Добрый день, – поздоровался я, с любопытством рассматривая таинственного незнакомца, – спасибо. Приятно слышать, что мой внешний вид доставляет кому-то радость. Но я предпочитаю женщин.

Человек рассмеялся.

– Ты очень похож на своего отца. Вот только цвет глаз…

– На Джека? – поднял я брови. – Не уверен, что это так. А про «глаза, как у матери» уже писала Роулинг в своей саге про Гарри Поттера.

– Нет, Эрик. На своего настоящего отца.

– На настоящего отца…Кто ты такой? И о чём ты говоришь?

– Давай мы присядем? Я расскажу всё, что знаю. Меня зовут Мэтт. Я не причиню тебе вреда.

– Я тебя и не боюсь. Я тебя не понимаю.

– Это сложно понять, Эрик. Но ты не сын Джека Джонсона. И твоё настоящее имя – Натаниэль.

Тишина, которая повисла в воздухе, не была давящей или оглушающей. Она была мучительно тягучей, словно густой дым от сигары, постепенно обволакивающий всё вокруг. Сложно представить и уж тем более объяснить свои чувства в тот момент, когда тебе говорят, что ты не тот, кем считал себя все эти годы.

– Мэтт, верно? – уточнил я ещё раз, хмуря брови и потирая плечи.

– Да, – кивнул он.

– Ты меня с кем-то путаешь? Я Эрик Джонсон, мой отец – Джек Джонсон, глава какой-то там криминальной группировки.

– Да, глава Чёрных волков.

– Ты знаешь про Чёрных волков? – с нескрываемым любопытством спросил я.

– И про Змеев, и про Ангелов. И про то, что мать Габриэллы жива. И про то, что ты не имеешь к этой семье никакого отношения.

– Допустим, – согласился я, понимая, что, если этот человек сумасшедший, то с ним лучше не спорить, – ты же понимаешь, что я не могу просто так поверить словам человека, которого впервые вижу?

– Конечно. – он кивнул, слегка поднимая уголки губ. Странно, но несмотря на странность разговора, этот человек мне нравился. Он располагал к себе и внушал доверие. – Поэтому я взял с собой кое-что, что поможет тебе поверить. Взгляни. Учти, что это видео совсем не для слабонервных.

Он протянул мне телефон с записью не самого высокого качества. Я пару минут смотрел на комнату, в которой никого не было, слушал тишину, которая пугала, и пытался рассмотреть хоть что-то, похожее на доказательство его слов.

– Подожди немного, сейчас увидишь, – предупредил Мэтт мой вопрос.

И точно, дверь в комнату открылась, и внутрь, очевидно, на цыпочках, вошла женщина с маленьким ребёнком на руках. Она положила ребёнка в кроватку, явно будучи уверенная в том, что он спит, а сама юркнула в шкаф. Я недоуменно взглянул на Мэтта, а тот лишь кивнул, взглядом предлагая продолжить мне смотреть. Картинка не менялась – ребёнок спал, комната была окутана мраком и тишиной, но внезапно дверь снова отворилась, и вошёл мужчина. Нет, скорее парень. Молодой. В его руках был пистолет, и направлялся он в сторону шкафа. Видно было очень плохо, картинка прыгала, постоянно появлялись какие-то помехи. Звук тоже не радовал своим качеством. Спустя мгновение комната озарилась светом. Молодой человек стоял напротив шкафа, очевидно, разговаривая с женщиной, которая там находилась. Раздался выстрел, и я зажмурился. Как будто я смотрел триллер с плохим качеством записи, как будто мне лет двенадцать, и я от страха теряю дар речи. К горлу подкатила непрошеная тошнота, и я взял стакан со столика, сделав большой глоток воды. Молодой человек на видео подошёл к детской кроватке, где стоял ребёнок, по всей видимости, уже проснувшийся. Несколько мгновений он колебался, потом взял его на руки и вынес из комнаты. На этом запись прерывалась.

Я вернул телефон Мэтту, не понимая, каким образом это видео доказывает тот факт, что я не имею никакого отношения к Джонсонам.

– Ты, конечно, ничего не понял. И, скорее всего, у тебя куча вопросов. К сожалению, ответов на них я тебе дать не могу. Это должен сделать Джек Джонсон.

– Честно говоря, я ничего не понимаю до сих пор, – сказал я, чувствуя, как во рту снова пересохло, – что на этом видео? Кто эти люди?

– Женщина, в которую стреляли, это твоя настоящая мать. Её звали Оливия Уайт. Человек, убивший её, Джек Джонсон. А маленький ребёнок, которого он забрал, это ты. Натаниэль Уайт. Твоего отца убрали раньше, чем камера засняла это видео. Его звали Мартин Уайт. Именно он в тот момент был центром и сердцем группировки, которые называли себя…

– Белыми змеями, – прошептал я, всё ещё не веря в то, что услышал, – но откуда ты знаешь, что это я? Почему именно я?

– Я был лучшим другом твоего отца. Мы вместе с ним противостояли Чёрным волкам. В тот момент, когда между этими группировками развязалась настоящая война, очень многие из нашего братства, пытались спрятаться, но безуспешно. Они были убиты. Все до единого. Убит был и я, формально. Каким чудом я выжил – не знаю до сих пор. Пуля прошла по касательной, не задев жизненно важных органов, а я в нужный момент умело притворился мёртвым. Волки в тот момент были не настолько сильны, как они сильны сейчас, а потому не стали добивать лежачего. Сейчас твой отец, точнее…я не знаю, как называть Джека, в общем, он и его люди ни за что не отойдут от тела, не убедившись в его смерти. Думаю, что только Джек – тот, кто знает о том, что сохранил жизнь единственному наследнику Змеев, воспитывая его под своим знаменем и приобщая к своему делу.

– Он не посвящал меня в свои дела. Ни разу, – моментально возразил я.

– То есть, – Мэтт замялся, – ты хочешь сказать, что ты не работал на своего отца?

– Нет. Для этих целей он использовал Габриэллу.

– Но почему…ах! – Мэтт охнул. – Я, кажется, понял. Сохранив жизнь наследнику Змеев и никому не сказав об этом, он всё же думал о том, что рано или поздно правда может выплыть наружу. И, если бы он сделал из тебя своё подобие, то ты смог бы бросить ему вызов, узнав правду. А так ты слишком слаб, и пока наберёшься сил…Джек успеет придумать очередной план. Чёрт, он умён даже больше, чем я думал.

– Не настолько он умён, – покачал я головой. – Он не посвящал меня в свои дела, да. Но он и не интересовался моей жизнью. И не был в курсе того, что у меня было хобби.

– Не буду расспрашивать о том, что ты имеешь в виду. Нас могут подслушивать. У Джека везде свои люди. Оставь пока это своим козырем.

– Я рискну спросить ещё раз – ты уверен, что на этом видео я?

– Я уверен. Но, если хочешь, можешь запросить у отца тест ДНК. Сомневаюсь, что у тебя есть шанс получить нужный нам результат, скорее всего он его подделает. Но попробовать и посмотреть на его реакцию можно.

Я замолчал, переваривая информацию, которую только что получил. Человек, которого я столько лет считал отцом, хладнокровно убил мою мать на моих же глазах. Столько лет я жил во лжи, не подозревая о том, что творится у меня за спиной. Не зная даже своего прошлого.

– А отец, – хриплым голосом спросил я, – его тоже…

– Его убил не Джек, – коротко ответил Мэтт, – но не думаю, что это что-то меняет.

– Нет, конечно. Это ничего не меняет, – мотнул я головой.

– И ещё кое-что, Натаниэль. Ты должен понимать, что половина того, что принадлежит Джеку, по праву твоё. Твои родители владели ресторанным и строительным бизнесом. Насчёт строительства я не уверен, прошло много лет, наверное, нужно начинать всё заново. Но рестораны и кафе – это то, что принадлежало сначала родителями Мартина и родителями Оливии, а затем перешло к ним по праву. То наследие, которое они оставили тебе. Я получил лицензию на снос зданий Джека, но не уверен, что он даст мне пробиться. Поэтому будем действовать другим путём. Заберём всё то, что принадлежит тебе.

– Они построены на тех же костях, что и казино?

– Нет, Натаниэль. Конкретно твои родители никогда не делали ничего противозаконного. Наверное, за это они и пострадали. За честность и правду.

– Они не пострадали. Их убили.

Мэтт лишь молча кивнул.

Из болезненных воспоминаний я вынырнул только потому, что услышал, как Габриэлла приходит в себя.

– Где я? – тихо спросила она. Потом резко села и потёрла виски. – Брат? Что случилось? Как мы тут оказались?

Я протянул ей бутылку с водой, которую она без сопротивления приняла, отпив несколько глотков.

– Ты голодная?

– Ты оставишь свои попытки накормить меня? – сморщила она нос. – Я бы хотела узнать, что случилось.

Я внимательно рассматривал её, догадываясь, что от моего пристального внимания, она может смутиться. И думал. Я всё время думал о том, какой же я идиот. Столько лет я не замечал очевидного. Мы же были совсем разными. Габриэлла и Стивен были очень похожи – оба невысокие, темноглазые. Даже тон кожи у них был похож. Я был среди них белой вороной, но откуда я мог знать…откуда могли взяться мысли о том, что я не сын Джонсона.

– Эрик, ты меня смущаешь, – поёжилась она, – после того, что случилось, я опасаюсь, что ты снова…

– Поцелую тебя? – улыбнулся я. – Только, если ты этого захочешь. И меня зовут не Эрик. Меня зовут Натаниэль. И я не твой брат.

– Я уже слышала эту фразу. И это какая-то ерунда.

– Это правда, Габриэлла.

Её глаза выражали одновременно и испуг, и недоверие. И было в них что-то ещё, что я не мог прочитать. Возможно, это было просто любопытство. Возможно, что-то иное.

Я рассказал ей то, что увидел на видео в телефоне Мэтта, и всё, что он рассказал мне. Это было неправильно – открывать правду ей. Той, кто теперь находился по другую сторону. Но кому ещё я мог рассказать всё, что узнал?

Закончив рассказ, я взъерошил волосы и снова посмотрел на Габриэллу, ожидая её реакции. Наверное, где-то в потайной глубине своей души, я мечтал о том, чтобы она изменила себе, бросив то дело, которым она столько лет занималась, и помогла мне. Но она была Джонсон. А такие не меняются.

– Не может быть, – тихо сказала она, – этого просто не может быть. Столько лет скрывать правду? Эрик, ты уверен?

– Натаниэль. Меня зовут Натаниэль, – в очередной раз настойчиво повторил я, – нужно привыкать к этому имени.

– Нужно ли, Эрик? Нужно ли что-то менять?

– Ты шутишь? – отпрянул я от неё в ужасе. – Мою мать убил твой отец! Лишив меня всего, что у меня было! Уничтожив моё прошлое и моё будущее! И ты думаешь, что узнав об этом, я ничего не захочу менять?

– Ты не прав. Он любил тебя, он обеспечивал тебя, он дал тебе…

– Лучше замолчи, – со злостью сказал я, – он не любил меня. Он испугался запачкать свои руки кровью младенца, и лишь потому сохранил мне жизнь. Он не посвящал меня в свои дела, понимая, что меня нельзя допускать к тем знаниями, которыми обладает он. Он был уверен, что я брошу ему вызов, а потому оградил меня от всего, что хотя бы как-то касалось криминального мира. Он не учёл одного. Оставив меня на произвол воспитания, он не обращал внимания на то, чем я занимался. А у меня было хобби.

– Я это уже поняла. – дрожащим голосом произнесла я. – Один меткий выстрел, и Шепард мёртв. Ты раньше стрелял в людей?

– Ты шутишь? Я просто стрелял по мишеням и никогда не бывал так точен. Я не лгал, когда сказал тебе, что оружие меня пугает.

– Зачем ты это сделал, Эр…Натаниэль? – она произнесла моё новое имя медленно, словно пробуя буквы на вкус.

– Я не хочу, чтобы ты стала убийцей, Габи.

– Поэтому решил стать им сам? Ты понимаешь, что ты сделал? Тебя будут искать.

– Пускай ищут, – пожал я плечами, – я прятаться не буду.

– Они убьют тебя! – в ужасе сказала Габриэлла, прикрывая ладошкой рот.

– Не убьют, – сказал я уверенным голосом.

А сам задумался о том, что, возможно, я поторопился с разговором с Джеком. Что, если, испугавшись, он решит убрать меня с дороги? Хотя я не один. Есть Мэтт. И Мэтт сказал, что у него уже есть люди, что он несколько лет пытался возродить то, что уничтожили Джек и его компания.

– Натаниэль, я хочу сказать, что, несмотря на то, что ты теперь…

– Не Джонсон и не твой брат, ты всё равно останешься с отцом? Я знаю, Габриэлла. Мы теперь по разные стороны. Но ты должна знать – я не остановлюсь. Я уничтожу Джека и всю его империю. Я верну себе то, что оставили мне мои родители. И выбор лишь за тобой – с кем ты.

– Я уже сказала, с кем я, – посмотрела она мне в глаза, – это не изменится.

– Это твоё решение, – я поднялся на ноги, понимая, что за несколько дней я потерял всё – и семью, и себя, и даже Габриэллу, – я, пожалуй, пойду.

Поворачиваясь к ней спиной, я думал о том, увижусь ли с ней ещё раз? И, если да, то при каких обстоятельствах? Сможет ли она увидеть во мне не Эрика, не своего брата? А того, кем я являюсь на самом деле? Сможет ли простить, если я пойду против неё?

– Ты можешь остаться? – раздался голос позади меня. Голос, который уже несколько дней мучил меня во снах. Я тяжело вздохнул, опуская руки, и, не успев развернуться, почувствовал, как она подошла ближе. Ощутил её руки на своей спине. И повернулся к ней, готовясь задать один из самых важных вопросов в своей жизни.

Глава 16. Джастин

Несколько дней спустя

За последние дни произошло столько всего необычного, что в тот момент, когда Эрик позвонил мне с просьбой встретиться с ним, я ничуть не удивился. Назначив встречу в торговом центре, где было весьма многолюдно, и вероятность привлечь лишнее внимание сводилась к нулю, я издалека заметил того, кого искал. Эрик был уже там и ждал меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.