Ава Морденбрук Загадка человека со шрамом

Глава 1. Право наследника

Прошло полгода с того дня, когда Антур сказал отцу, что хочет стать его наследником.

Полгода с момента, когда Игорь спокойно ответил:

— Тогда начнём.

Антур ожидал, что после этого что-то изменится.

Он думал, что отец пригласит его на закрытые встречи, покажет настоящую структуру бизнеса, расскажет о людях, которые работали на семью годами. Возможно, объяснит, откуда появились деньги, почему старинные реликвии превращались в активы, а найденные клады оказывались частью сложной финансовой системы.

Но первые месяцы ничего не происходило.

Антур получил новый кабинет, помощника и доступ к нескольким отделам компании. Он участвовал в совещаниях, проверял договоры, разбирался в поставках и учился отличать важные документы от тех, которые просто создавали видимость работы.

Отец действительно начал его обучать.

Но только той части бизнеса, которую можно было показать.

Остальное по-прежнему оставалось за закрытыми дверями.

И за этими дверями почти всегда оказывался Виктор Смирнов.

Антур видел его утром, когда выходил из переговорной.

Виктор стоял у стойки охраны, спокойно просматривая документы. Он выглядел так же, как в ночь в Петропавловской крепости: тёмное пальто, собранная поза, внимательный взгляд человека, который никогда не терял контроль над ситуацией.

После той ночи Смирнов не исчез.

Он просто перестал объяснять свои действия.

Антур уже знал, что Виктор работает на его отца. Знал, что он занимается перевозками, документами и закрытыми сделками.

Знал даже, что Смирнов говорил о смерти Дмитрия Соколова почти буднично: «Его пришлось убрать».

Но это знание не давало ответа на главный вопрос.

Почему Игорь доверяет ему?

Смирнов прошёл через охрану и направился к лифтам.

Антур догнал его.

— Виктор.

Смирнов остановился.

— Антур Игоревич.

— Я думал, после нашего разговора в крепости кое-что изменится.

— Что именно?

— Например, отец перестанет скрывать от меня каждое второе дело.

— Это вопрос к нему.

— Я работаю в его компании уже полгода.

— Знаю.

— Я участвовал в поисках изумруда и клада Матильды Ксешинской.

— Знаю.

— Я знаю, что вы выполняете его поручения.

— Знаешь недостаточно.

Ответ прозвучал спокойно, но Антур почувствовал раздражение.

— Тогда расскажите мне больше.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что не всё, что связано с Игорем, касается тебя.

Антур посмотрел на него внимательно.

— Я его сын.

— Это не всегда даёт право знать.

— А что даёт?

Смирнов ненадолго замолчал.

— Доверие.

Антур усмехнулся.

— Вы хотите сказать, что отец доверяет вам больше, чем мне?

— Я этого не говорил.

— Но это так.

Смирнов не стал спорить.

В этот момент из кабинета Игоря вышла секретарь и кивнула Виктору, пропуская его дальше. Антуру она ничего не сказала.

Смирнов направился к двери.

— Вы снова к отцу?

— Да.

— По какому делу?

— По поручению.

— По тому, что как-то связано с кладом Матильды?

Виктор остановился, но не обернулся.

— Клад найден.

— Да, я знаю.

— Тогда зачем продолжаешь о нем спрашивать?

— Я не ищу клад.

— А что?

Антур посмотрел на закрытую дверь кабинета Игоря.

— Ответ на вопрос, почему мой отец доверяет вам больше, чем собственной семье.

Смирнов медленно повернулся.

На его лице не появилось злости. Только усталость, почти незаметная для человека, который не привык показывать эмоции.

— Ты задаёшь неправильный вопрос.

— А какой тогда правильный?

— Почему твой отец вообще вынужден кому-то доверять.

Смирнов вошёл в кабинет.

Дверь закрылась.

Антур остался в коридоре.

Он достал телефон и набрал номер отца.

Игорь ответил сразу.

— Да?

— Смирнов у тебя.

— Да.

— Я хочу присутствовать на встрече.

— Нет.

— Почему?

— Потому что это не твоя встреча.

— Я твой наследник.

На другом конце провода повисла пауза.

— Наследник — это не должность, Антур.

— Тогда что это?

— Обязанность.

— Я готов.

— Ты пока не понимаешь, к чему именно.

— Так объясни.

— Не сейчас.

Антур закрыл глаза.

Эти слова он слышал слишком часто.

Не сейчас.

Потом.

Когда будешь готов.

Когда поймёшь.

Все они означали одно и то же: отец снова оставлял его снаружи.

— Если ты не пустишь меня, я сам выясню, что происходит, — сказал Антур.

— Я знаю.

— И тебя это не беспокоит?

— Беспокоит.

— Тогда почему ты ничего не делаешь?

— Потому что если ты действительно хочешь стать наследником, я не могу всю жизнь вытаскивать тебя из последствий собственных решений.

Отец отключился.

Антур опустил телефон.

В коридоре было тихо. За стеклянной стеной сотрудники продолжали работать, обсуждать контракты, отвечать на звонки и делать вид, что компания жила обычной жизнью.

Но Антур уже знал: за этой обычной жизнью всегда будет существовать другая.

Та, где люди исчезали.

Где старинные украшения превращались в капиталы.

Где клад мог быть найден задолго до того, как кто-нибудь попытается его найти.

И где Виктор Смирнов имел доступ ко всему.

Антур вернулся в свой кабинет и открыл внутреннюю систему.

Он не собирался взламывать её. Пока нет.

Просто проверил журнал доступа к архиву.

Виктор Смирнов вошёл в закрытый архив через три минуты после встречи с охраной.

Основание доступа:

«Личное поручение Игоря Андреевича».

Антур открыл список сотрудников, имевших право входа.

Игорь Андреевич.

Элия Игоревна.

Виктор Константинович Смирнов.

Антура в списке не было.

Он смотрел на экран, пока буквы не начали расплываться.

Через полгода после того, как он заявил о праве стать наследником, у него всё ещё не было доступа к семейному архиву.

Зато у Виктора Смирнова он был.

Антур распечатал журнал.

Затем открыл карточку Смирнова.

Внутри были только стандартные данные:

- имя;

- дата рождения;

- должность консультанта;

- контактный телефон;

- дата заключения договора.

Раздел «родственные связи» был пуст.

Антур нахмурился.

Он никогда раньше не интересовался прошлым Смирнова. Виктор появился в его жизни как готовый исполнитель, который знал слишком много и задавал слишком мало вопросов.

Антур открыл старые документы компании.

В одном из файлов нашёлся договор, заключённый почти двадцать лет назад.

Подпись Игоря.

Подпись Виктора.

И третья строка, которую Антур раньше не замечал:

«В случае смерти доверителя права по договору переходят к лицу, указанному в отдельном закрытом приложении».

Приложения в файле не было.

Антур пролистал документ ещё раз.

Внизу стояла старая печать.

Не печать компании.

На ней был герб, которого Антур не узнавал.

И дата, поставленная задолго до того, как Виктор начал работать на Игоря.

Антур сфотографировал страницу.

В этот момент зазвонил телефон.

Номер был незнакомым.

— Антур Игоревич?

— Да.

— Меня зовут Мария Сергеевна. Я работала у вашего деда.

Антур выпрямился.

О деде почти никто не говорил. После его смерти семейная история словно разделилась на две части: официальную, где осталось наследство, и закрытую, о которой Игорь и Элия предпочитали молчать.

— Что вам нужно?

— Я узнала, что вы начали работать с Игорем.

— Да.

— Тогда вам пора спросить его о Викторе Смирнове.

Антур сжал телефон.

— Что именно спросить?

На другом конце провода женщина помолчала.

— Кто он такой.

— Я знаю, что он работает на отца.

— Нет, — тихо ответила Мария Сергеевна. — Это не то, что вы должны узнать.

— Тогда расскажите.

— Не по телефону.

— Где мы можем встретиться?

— Я перезвоню.

Связь оборвалась.

Антур остался один в кабинете.

Он посмотрел на фотографию документа, затем на закрытую дверь архива.

Виктор Смирнов пришёл к его отцу не ради очередной сделки.

В старом договоре было имя его деда.

А теперь неизвестная женщина утверждала, что Антур даже не знает, кто такой Смирнов на самом деле.

Он снова открыл карточку Виктора.

В поле «родственные связи» по-прежнему стоял прочерк.

Антур не знал, что через несколько месяцев этот прочерк окажется ложью.

Не знал, откуда взялся сам Виктор и его шрам.

Но теперь у него появился первый настоящий вопрос.

Не: «Что Смирнов делает для моего отца?»

А: «Кем был Смирнов до того, как стал человеком Игоря?»

Глава 2. Квартира деда

Антур не стал ждать звонка Марии Сергеевны.

После разговора он ещё несколько минут сидел в кабинете, глядя на фотографию старого договора. На экране телефона светились три подписи: его деда - Василия Прохоровича, отца - Игоря Андреевича и Виктора Константиновича Смирнова.

Третье имя не давало покоя.

Виктор занимал в семейной системе слишком важное место для обычного исполнителя. Он мог войти в закрытый архив, получить поручение от отца и исчезнуть на несколько месяцев, не отчитываясь ни перед кем, кроме него.

Но почему?

Антур снова набрал номер с подписью "Отец", однако почти сразу сбросил вызов.

Если Игорь захочет рассказать, он расскажет.

А если не захочет - очередной разговор закончится тем же, чем всегда: извечным «Ты пока не готов».

Антур открыл контакты и нашёл номер Элии.

Она ответила только после четвёртого гудка.

— Малыш?

Его старшая сестра Элия всегда называла его так. Даже теперь, когда ему было двадцать три и он уже полгода официально работал в компании отца. В её голосе это обращение звучало одновременно ласково и насмешливо, словно Антур всё ещё оставался мальчиком, которого она забирала из школы и заставляла делать уроки.

— Эля, ты сейчас где?

— В офисе. А что случилось?

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Это звучит тревожно.

— Про Виктора Смирнова.

На другом конце провода стало тихо.

Не так, как в разговоре с Игорем. Отец замолкал, когда не хотел отвечать. Элия молчала, когда уже слишком много поняла.

— Что именно ты хочешь узнать? — спросила она.

— Кто он такой для нашей семьи.

— Почему ты решил, что я это знаю?

— Потому что ты знала деда лучше всех.

Элия не ответила.

Антур почти представил, как она сидит за своим столом, перебирает листы документов и смотрит в окно. Она всегда выглядела спокойной, но Антур хорошо знал сестру. Если Элия замолкала, значит, внутри уже начиналась работа.

— Приезжай ко мне, — сказала она наконец. — Только не в кабинет.

— Почему?

— Потому что в кабинете стены тоньше, чем тебе кажется.

— Ты думаешь, нас могут подслушать?

— Я думаю, что в нашей семье не стоит произносить вслух всё, что приходит в голову.

— Тогда где встретимся?

— В ресторане. Через час. Я забронирую столик.

— Эля, мне нужен прямой ответ.

— Малыш, если бы прямые ответы помогали, ты бы не звонил мне.

Связь оборвалась.

Антур положил телефон на стол.

Слово «дед» вызывало у него не образ, а несколько разрозненных ощущений.

Высокий человек.

Тяжёлый запах табака.

Жёсткие пальцы на плече.

Тёмный кабинет с книжными шкафами.

И голос, который никогда не становился мягче, даже когда обращался к ребёнку.

Антур почти не помнил деда. Он был слишком мал, когда тот умер. В памяти остались только отдельные обрывки, похожие на старые фотографии, которые долго лежали на солнце.

Но Элия помнила всё.

И, судя по её голосу, далеко не всё хотела рассказывать.

Через час Антур приехал в ресторан в центре Москвы.

Элия уже ждала его в дальнем зале. На ней был строгий тёмный костюм, волосы собраны, на шее — тонкая золотая цепочка. Перед ней стояла чашка кофе, к которой она почти не притронулась.

Антур сел напротив.

— Ты стал похож на отца, — сказала Элия вместо приветствия.

— Это плохо?

— Пока не знаю.

Антур положил телефон на стол и развернул экраном к ней.

На фотографии был старый договор. Бумага пожелтела, края покрывали тёмные следы времени.

Элия посмотрела на документ и сразу изменилась в лице.

Не испугалась.

Но стала внимательнее.

— Где ты это нашёл?

— В архиве компании.

— У тебя был доступ?

— Нет.

— Тогда как ты получил документ?

— Это неважно.

— В нашей семье всё важно, если речь идёт о документах.

Антур подался вперёд.

— Эля, я не хочу опять слушать, что ещё не готов. Я уже знаю, что Смирнов работает на отца. Знаю, что клад Матильды Ксешинской давно был найден и что его использовали в семейных сделках. Знаю, что за всем этим гибли люди.

Элия опустила взгляд.

— Ты не знаешь всего, что там происходило.

— Смирнов сказал, что некоторых пришлось убрать.

— Смирнов много чего говорит.

— А ты ему не веришь?

— Я ему верю. Именно поэтому и боюсь того, что он может сказать.

Антур замолчал.

Элия наконец посмотрела на фотографию договора.

— Ты хочешь больше узнать о Викторе?

— Да.

— Тогда сначала тебе нужно понять, кем был дед.

— Я почти его не помню.

— Знаю.

В голосе Элии появилась мягкость.

— Ты был совсем маленьким. И дед не любил детей.

— Он не любил меня?

— Он не умел любить мальчиков.

Антур нахмурился.

— Это звучит странно.

— Потому что ты почти ничего о нём не помнишь. Дед был суровым человеком. Особенно с Игорем и Виктором. Он считал, что мальчиков нельзя баловать, нельзя жалеть и нельзя подпускать к деньгам раньше времени.

— А с тобой?

На лице Элии появилась короткая улыбка.

— Со мной он был другим.

— Почему?

— Потому что я была его любимицей и единственной внучкой.

Это прозвучало так просто, что Антур сначала не понял.

— Любимицей?

— Да. Я могла попросить у него что угодно. Книгу, поездку, лошадь, дорогую одежду, обучение у лучшего преподавателя. Он почти никогда не отказывал.

— А мама?

— С твоей матерью было так же. Дед позволял ей больше, чем всем остальным.

— В отцу — нет?

— Папа должен был заслужить всё.

Антур посмотрел на неё внимательнее.

— И Виктору?

— Виктору он ничего не обещал.

Антур почувствовал, как раздражение уступает место тревоге.

— Ты знала Виктора до того, как он начал работать на отца?

— Да.

— Откуда?

— Это не тот разговор, который стоит вести в ресторане.

— Ты сама выбрала ресторан.

— В ресторане люди смотрят на тех, кто долго сидит за одним столом. Но никто не обращает внимания на тех, кто выходит через служебный вход.

Антур поймал себя на мысли, что волнуется.

— Ты часто так делаешь?

— Только когда разговор важнее места.

Элия положила на стол несколько купюр и встала.

— Идём.

Они прошли через зал, свернули в боковой коридор и вышли через служебную дверь. За рестораном стояла машина Элии — чёрный автомобиль с затемнёнными стёклами.

Она села за руль сама.

— Куда мы едем?

— В квартиру.

— В какую?

— В ту, о которой тебе не рассказывали.

Элия выехала на дорогу и несколько минут молчала.

Антур смотрел в окно. Москва за стеклом быстро менялась: ресторанные улицы уступали место старым домам, затем появились тихие переулки, закрытые дворы и здания, которые словно намеренно прятались от города.

— Почему ты не рассказала мне о ней раньше? — спросил Антур.

— Потому что ты не спрашивал.

— Я спрашивал о деде.

— Ты спрашивал, что он оставил семье.

— И что в этом было неправильного?

— Ты спрашивал о наследстве. Но не спрашивал, почему он его оставил.

Антур посмотрел на сестру.

— А в чём разница?

— В первом случае ты хочешь узнать, что принадлежит тебе. Во втором — кому ты обязан.

Он ничего не ответил.

Элия продолжила:

— Дед не просто умер и разделил имущество. Он создавал систему много лет. Проверял людей, давал им задания, отнимал доступ, возвращал его. Он хотел понять, кто сможет удержать состояние семьи, если рядом не будет его самого.

— Отец прошёл проверку?

— В конце.

— А до этого?

— До этого он проваливал одну за другой.

— Какие были проверки?

— Деньги. Лояльность. Ответственность. Умение молчать. Способность отказаться от лёгкой выгоды.

— И он всё это проходил?

— Не всегда.

— Но всё равно получил наследство.

— Потому что дед видел в нём не готового наследника, а человека, которого можно им сделать.

В машине стало тихо.

— А ты? — спросил Антур.

— Он начал заниматься со мной, когда мне было лет шесть. Я уже тогда интересовалась цифрами, умела замечать детали и не боялась спорить со взрослыми. Дед решил, что из меня получится хороший управляющий.

— Чему он тебя учил?

— Сначала мы играли: я училась замечать, кто хитрит в игре, кто честно играет, а кто придумывает правила под себя. Потом игры стали серьёзнее — мы разбирали, как договариваться, как видеть, где человек оставил себе лазейку. А через несколько лет я уже читала настоящие договоры, проверяла партнёров и понимала, кто врёт, даже если говорит всё правильно.

— Ты сразу согласилась?

— Не сразу.

— А потом?

— Потом поняла, что дед не спрашивает, согласна ли я.

Элия улыбнулась, но взгляд у неё оставался серьёзным.

— В десять лет другие девочки думали о школе и вечеринках. А я сидела в кабинете деда и разбирала контракт на поставку металла.

— Тебя это не раздражало?

— Иногда. Но дед умел делать так, чтобы я чувствовала себя единственным человеком в комнате, который действительно понимает происходящее.

Она повернула на узкую улицу.

— Он часто говорил: «Элия, мужчина может унаследовать деньги. Но удержать их сможет только тот, кто умеет видеть дальше цифр».

— Он тебя баловал?

— Очень.

— А мать?

— Её тоже. Дед позволял девочкам то, за что мальчиков заставлял платить.

— И отца?

— И Виктора.

Антур повернулся к ней.

— Ты говоришь так, будто они оба росли рядом с ним.

— Они и росли.

— Наш отец был воспитанником деда.

— А Виктор?

Элия не ответила сразу.

— Виктор был рядом по другой причине.

Машина остановилась у старого дома во дворе, скрытом за высоким каменным забором.

Фасад выглядел обычным: потемневшая штукатурка, высокие окна, тяжёлая дверь с кодовым замком. Элия ввела код, и они вошли в подъезд.

Антур сразу почувствовал запах пыли, дерева и старой бумаги.

Лифт поднял их на последний этаж.

Элия открыла дверь ключом, который достала не из сумки, а из внутреннего кармана пиджака.

В квартире было темно.

Она включила свет.

Антур замер.

Комнаты были заставлены вещами.

На стенах висели старые фотографии и картины. В шкафах лежали папки, книги, карты, письма и коробки. На столах стояли часы, печати, футляры для украшений, медные приборы, старые телефоны и предметы, назначения которых Антур не знал.

Всё выглядело так, будто дед вышел отсюда вчера.

Только пыль на поверхностях напоминала, что прошло много лет.

— Это квартира деда? — спросил Антур.

— Одна из его квартир.

— Он здесь жил?

— Иногда. Когда хотел, чтобы никто не знал, где он находится.

Элия прошла в гостиную и сняла с кресла серый чехол.

Под ним оказался письменный стол.

На столе стояла фотография.

Молодая Элия сидела рядом с дедом. Ей было не больше двенадцати. Она держала раскрытую папку, а дед смотрел не в объектив, а на неё.

На другом снимке Элия стояла у автомобиля. Рядом был Игорь — худой, серьёзный с напряжённым лицом.

На третьей фотографии Антур увидел Виктора.

Антур похолодел и впервые понял: история человека со шрамом началась задолго до рождения самого Антура.

И, возможно, его собственная семья была частью этой истории с самого начала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.