современные любовные романы

мистика

эротические романы

остросюжетные любовные романы

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Лаззаро молчит. Изучает мое лицо так пристально, будто пытается залезть в черепную коробку и прочитать мысли, напечатанные на внутренней стороне лба.
— Получается, расклад такой: ты одна. Беременная. С изуродованным лицом. Без защиты. Без дома. Без денег, скорее всего, или с жалкой подачкой. И с мужем-психопатом, который может вернуться и добить, если узнает про ребенка.
— Пришли потыкать носом в безвыходность ситуации? — злость дает мне силы поднять голову. — Спасибо, я в курсе. Я лежала здесь и прекрасно осознавала глубину той задницы, в которой оказалась.
— Я пришел не тыкать. Я пришел предложить выход.
— Какой выход? Петлю и мыло?
— Поедешь со мной.

самоучители

управление продажами

просто о бизнесе

Жена дьявола. Часть 2

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Сзади скрипит кровать. Матрас прогибается под тяжестью чего-то... кого-то большого.
Воздух застревает где-то между легкими и пересохшим горлом. Сердце пропускает удар, потом начинает долбиться о ребра, как птица в клетке.
Медленно, по миллиметру, поворачиваю голову.
Спина.
Широченная мужская спина. Смуглая кожа, россыпь родинок вдоль позвоночника. Мышцы перекатываются под кожей даже сейчас, когда он просто дышит во сне. Черные волосы, слегка растрепанные.
И на левой лопатке...
Татуировка.
Черный дракон. Агрессивный, детально прорисованный, с красными глазами, обвивающий меч.
Меня парализует. Я знаю эту татуировку. Я видела её. Пять лет назад, в ту единственную ночь, которую прокручиваю в голове перед сном.

социальная психология

саморазвитие / личностный рост

практическая психология

Жена дьявола

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Выглядываю из-за кофемашины. Джейден уже занял столик у окна и изучает меню.
— Там новый посетитель, — Джина кивает в его сторону. — В твоей зоне.
Конечно. Его столик именно в моей зоне. Вселенская ирония.
— Поменяемся зонами? — умоляюще смотрю на неё.
— Зачем? — она хмурится. — У меня шесть столиков, а у тебя только три. Не выдумывай.
— Ладно, забей, — вздыхаю. — Я сама разберусь.
Выхожу из-за стойки, распрямляю спину, задираю подбородок. Внутри всё дрожит, но показывать это я не собираюсь. Этот засранец разрушил мою жизнь. Он назвал меня шлюхой. Он не поверил мне, когда я нуждалась в этом больше всего. И теперь он сидит здесь, в моём новом убежище, как ни в чём не бывало.

семейная психология

Мажор для гордячки

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Звук. Сначала я думаю, что кто-то забыл выключить телевизор. Женский смех. Высокий, грудной, перетекающий в протяжный, откровенный стон. Затем мужской рык. Низкий. С этой характерной хрипотцой, от которой у меня обычно мурашки бегут по позвоночнику.
В желудке мгновенно образуется ледяная пустота. Порно. Он просто смотрит порно. Забыл подключить свои чертовы наушники. Опять. Но акустика бьет по ушам реальностью. Это не из динамиков. Это из нашей гостиной.

попаданцы

книги про волшебников

боевое фэнтези

Измена. Детский психолог

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Беркли. Легендарный университет для богатых и привилегированных. Я выгрызла себе место здесь. Думала, это победа. Оказалось – начало войны. Здесь каждый вдох – борьба. А теперь еще и он – Джейден Монтгомери. Наследник миллионов, с взглядом, прожигающим насквозь. Этот чертов засранец проник под кожу, в мысли, в сны. Он – яд, который я жадно пью. Он разрушит меня, я это знаю. Но остановиться уже не могу.

зарубежная классика

литература 20 века

Гордячка для мажора

— Суть проста. Мне нужна жена.
Тишина в кабинете становится оглушающей.
— Простите, что? — давлюсь воздухом. — Жена?
— Фиктивная, — уточняет. — Временная. На три месяца. Моя помолвка с Дейзи Вудлок расторгнута. Это конфиденциальная информация. Для заключения одного критически важного контракта мне необходим статус семейного, надежного человека. Мой партнер повернут на семейных ценностях.
Смотрю на него во все глаза.
— И вы решили предложить это мне? Женщине, которая утром облила вас кофе, а сейчас ползала у ваших ног с кактусом?

героическое фэнтези

Бывший друг

Правило №1: Не садись в машину к незнакомцам.
Правило №2: Не влюбляйся в того, кто купил тебя за долги отца.
Правило №3: Если нарушила первые два — беги.
Амине Серебряковой 22 года, но она знает о жизни меньше, чем среднестатистический подросток. Домашнее воспитание, тотальный контроль и никакой свободы. Когда отец заявляет о свадьбе с незнакомцем, она делает то, чего никто не ожидал — сбегает.
Демид Волков получает всё, что хочет. Компанию конкурента — пожалуйста. Полный контроль — само собой. Невесту в нагрузку к сделке — почему бы и нет? Вот только судьба подкидывает ему сюрприз: его будущая жена сидит в соседнем кресле и врет про свое имя.
1000 километров пути.
Она не знает, кто он.
Он знает о ней всё.

короткие любовные романы

современная русская литература

young adult

Побег в объятия врага

Вздыхаю. Готовлюсь лицезреть очередного амбала. Поднимаю глаза.
Мужчина, переступивший порог моего кабинета, вообще не вписывается в тот паноптикум, который я наблюдала последние два часа. Никаких гор мышц, распирающих ткань. Темно-синий костюм сидит на нем так, словно сшит на заказ. Движения... экономные. Никакого лишнего шума, никакой попытки занять собой все пространство. Он просто входит и останавливается.
Вдоль позвоночника неприятно прокатывается холодок. Какого черта я вдруг выпрямляю спину и втягиваю живот? Это мой кабинет. Я здесь наниматель.
— Проходите, — указываю на кресло, стараясь, чтобы голос звучал максимально сухо.
Он садится. Бесшумно.
Опускаю взгляд в распечатку, которую мне только что переслал Игорь Петрович.
— Александр Вороновский. Тридцать три. Частная охранная компания «Щит». Бывший спецназ, — поднимаю голову, встречаясь с этим его непроницаемым взглядом. — Убедите меня, Александр, что вы не очередная трата моего времени. Почему я должна нанять именно вас?
Он не шевелится. Даже не моргает.
— Я пока не решил, хочу ли на вас работать.

Ненавистный телохранитель

Слышу шелест чужих голосов. Токсичный, липкий шепот.
«Это реально она?»
«Которую Мэдокс тогда опустил на дно?»
«У нее вообще гордости нет, раз приперлась обратно».
Краем глаза замечаю, как кто-то уже наводит камеру смартфона.
Выпрямляюсь. Пальцы сжимаются в кулаки так сильно, что ногти оставляют полумесяцы на ладонях. Дыши. Просто дыши. Ты больше не та размазня.
И тут я чувствую его взгляд.
Поворачиваю голову. Кассиан. Он обернулся на шум. Метров тридцать между нами, не больше. Я вижу, как на мгновение дергается его бровь. Микросекунда искреннего шока. А затем лицо застывает, превращаясь в ту самую непроницаемую ледяную маску.
Глаза в глаза.
А потом уголок его губ медленно, лениво ползет вверх. Эта ухмылка. От нее кровь в венах превращается в лед. Он поднимает руку. Проводит большим пальцем по своей нижней губе. Взгляда не отводит ни на секунду. И четко, артикулируя каждый слог, беззвучно произносит:
«Мышка вернулась».

современные детективы

Мышка в клетке

Он откладывает блокнот. Делает шаг ко мне. Расстояние сокращается до неприличного. Я должна отступить, но тело будто прибили к полу гвоздями.
— Посмотрите на меня, — просит он.
Поднимаю взгляд.
Его глаза близко. Слишком близко.
И тут меня несет. Я не контролирую свой рот. Слова вылетают быстрее, чем мозг успевает их отфильтровать.
— Я красивая?
Тишина. Слышно только, как дождь бьет в стекло за его спиной.
Максим замирает. Мышцы на его челюсти каменеют. Он смотрит на мое лицо, на губы, на глаза. Дыхание у него становится тяжелым.
Медленно, будто борясь с самим собой, он поднимает руку. Его длинные пальцы касаются моего виска. Убирают за ухо выбившуюся прядь. Кожу в месте прикосновения прошивает током.
— Очень красивая, — его большой палец скользит по моей скуле, обжигая. — Ты всегда была красивой.
Воздух застревает в легких.
Ты. Всегда. Была.
— Что вы сказали? — шепчу одними губами.

Asya Qui