любовные романы

фэнтези

серьезное чтение

современная русская литература

современные любовные романы

Она плывёт на яхте к человеку, которого ждала пятнадцать лет. Её опоили, ограбили, бросили на пустынном берегу. Там её изнасиловал юный турок. А потом она нашла трупы. И сбежала.
Но это не детектив. Это история о том, как женщина становится женщиной. В первый раз её взял брат. На альпийском лугу, под шпилем кирхи. Ей было четырнадцать, ему — шестнадцать. Их застала мать. И вместо проклятий сказала: «У вас разные отцы».
Они любили друг друга на малиновом пироге, под открытым небом. Она родила ему дочь. Но потом он ушёл. И она искала его пятнадцать лет.
Это роман о запретной любви, которая оказалась единственно возможной. О том, как любовь становится одержимостью, а одержимость — пустотой. И о том, как однажды ночью она услышала его смех у двери — и не открыла. Потому что знала: если откроет, не выберется.

русская классика

литература 19 века

Томление западного ветра...

В двенадцать Айни становится женой отца. Мать умирает, не вынеся этого зрелища. Лес, где правят наркота и кровь, растит из девочки убийцу. Для неё нет разницы: завалить лося или мужчину. Но однажды она чувствует тепло в промежности, увидев силуэт юного красавца. Яниса вот-вот разорвут.
Айни соблазняет его в кузове пикапа. Не ради любви — ради ножа, который она вложит в его руку. Но лес не терпит иллюзий. Кати, двенадцатилетняя дочь Айни, видит вещие сны. Белочка, явившаяся в бреду, шепчет о древней жертве. Девочка уже знает: мужчина, которого мать привела в дом, станет её первым.
Побег через ураганный лес — бегство по замкнутому кругу. Айни выживает. Дочь умирает под мостом со шприцем. Янис возвращается спустя годы, чтобы уйти ни с чем. «Сквозь лес» — сага, где инцест — система, любовь — оружие, а мистика оказывается самой страшной правдой. Айни вышла из леса. Но лес остался в ней.

детская фантастика

Сквозь лес

общая психология

учебники и пособия для вузов

Он жил, жил и забыл, зачем он это делает. Начал вспоминать, не вспомнил. Устал и сел. И, наконец, сказал Богу…

словари, справочники

энциклопедии

природа и животные

биология

общая биология

динозавры

интересные факты

занимательная наука

занимательная биология

знания и навыки

Легенда о мизантропе

В этой маленькой книжице вас встретят четыре пьесы, наполненные трогательной и страстной любовью, приключениями, поиском смысла и своего пути. Герои — напряженно ищущие правду, и злодеи — замышляющие преступления; разочарованные, отчаявшиеся и испугавшиеся, как и смельчаки, — все они нашли здесь своё место. Все они рассказали свою историю.

о бизнесе популярно

саморазвитие / личностный рост

практика психологии

коучинг

психологические тренинги

просто о бизнесе

Восемь лепестков розы

…Шестнадцать лет… Так хочется узнать свою судьбу… 
Так хочется вырваться из трясины угнетающих будней и унижений. Отомстить за все обиды, за всю несправедливость судьбы! 
Вселенная должна помиловать и явить предначертанное! И оно должно быть прекрасным! А иначе зачем ты страдал, терпел и надеялся? Если ты никому не нужен, такой ничтожный и не любимый – зачем же мир вызвал тебя из небытия? 
Юный герой не собирается сдаваться. Он намерен на зло всем и вопреки всему выжить и найти свой путь.

книги для подростков

детская познавательная и развивающая литература

Пятница

Пронзительная драма, наполненная головокружительными амбициями главной героини. Её бунтарством, жаждой сокрушать основы и традиции.
История пропитана острым романтизмом; насыщена опасными приключениями, обманом, предательством близких, переживанием семейных травм и горьким разочарованием.
Но основной нитью повествования является очень рискованная и запретная любовь к собственному брату.

юмористическая фантастика

Малиновый пирог

Умирающий властитель огромной империи, тоскующий об уходящих славе и силе, готовится к последнему своему деянию.

учебная литература

естественные науки

математика

игровое обучение

обучение счету

развитие познавательных способностей

развивающие методики

Сияние Империи

Его звали Пятница. Не потому, что он последний. Просто так вышло.
Он был зачат на скамейке в парке, где вороны орали так, что глухому стало бы слышно. Потом были: детский сад с общим туалетом, Игорёк и Томик — сладкоголосые провокаторы, девочка Жанна, которая видела его писюн и не оценила, мать с ремнём, отец, который презирал, и вечный вопрос: ЗАЧЕМ?
Он сидел в тёмной музыкальной коморке и плакал. А потом дрочил, потому что больше нечем было заняться. Он лез в ржавый глобус посреди строительной лужи — там ему почудилось спасение. Он спускался в подземелье, где его ждали те, кто его породил. Настоящие.
Это книга про то, как быть никем. Про то, как однажды встать и уйти, оставив записку, написанную кровью:
НИЧЕГО НЕТ, ЕСТЬ ТОЛЬКО Я.
Если боишься правды — не открывай. Если готов — добро пожаловать в голову человека, которого звали Пятница.

сказки

мифы / легенды / эпос

Старуха в пещере. Вход завален мухами. Рюкзак не пролезает в дыру. Три дня она не помнит, что ела и куда опорожнялась. Но это неважно. Важно то, что она видит, когда проваливается в транс: спальню императора. Золото, шёлк, Зевс на потолке, онанизм, Ирис с раздвинутым гнездышком, газы, чёрные комки в золотой унитаз.
Это история про брата и сестру, которые убили пятерых. И про то, как брат стал владыкой половины мира. А сестра — птицей. Или мухой. Или призраком. Она следила за ним шестьдесят лет. А он построил храм в её честь, куда потом влетела ракета.
Здесь будет всё: насилие, нимфетки, трупы, прорубь, горящий сарай, бред, видения, и в конце — белый конь с голубыми глазами. И гриб. Ядерный. И любовь.
Если ты думаешь, что империи сияют — ты ничего не понял. Они смердят. И эта книга — их последний, вонючий, великий вздох.

Ева построила дом на острове. Чтобы не убить мужа. Чтобы не смотреть, как дети превращаются в зомби. Чтобы не слышать мысли людей — там, на материке, где атомы жрут друг друга.
Но голоса всё равно лезут. В эфире. В голове. В зеркале. Где Инга, которая хотела быть Евой, теперь лежит в психушке и бредит Каином и Авелем. Где Кэн, который женился на обеих сёстрах, трахает одну, пока вторая умирает. Где девочки-подростки говорят следователю: «Папа наконец её убил». Где мёртвая женщина пролежала в земле год, а на её лице вырезан овал.
Это детектив, где нет виноватых. Это миф, где Бог — садист, а люди — быдло. Это история про остров, который не числится на карте, и про голос в радиоэфире, который повторяет одно имя: Ева.
Если ты думаешь, что спасёшься в одиночестве, — ты ошибся. Оно придёт за тобой. В тумане. В стекле. В домике, которого не было.

манга / манхва / маньхуа

вебтун

Эфир

изобразительное искусство

досуг

детское творчество

обучение рисованию

школа рисования

хобби, досуг

Двое придурков выстрелили из пушки в космосе. Ядро упало в туман, оцарапало чайку, и из этого родилось Чудовище. Оно вышло на пирс в бриджах и женских туфлях, облизывало рану и говорило с морем.
А я сидел у монитора и видел всё это. Потому что я — Артур. Толстый, старый, злой, больной. Я ненавижу вас. Я хочу только одного: смотреть, как дети елозят друг дружку. И писать. Писать кровью и спермой.
Я вешался. Не вышло. Тогда я включил допотопный компьютер и начал эту исповедь. Про то, как трахнул училку, как стал альфонсом, как убил того парня в Англии, как сошёл с ума. А может, ничего этого не было. Может, я просто фантом, искусственный дух, блуждающий в пустоте.
Здесь не будет добра и света. Только правда. Раздетая. Костистая. И в конце — любовь. Наверное.
Если боишься — не читай. Если нет — добро пожаловать в ад, который я называю своей головой.

практическая эзотерика

эзотерика / оккультизм

предсказание судьбы

гадание по руке

хиромантия

Ректор консерватории умирает от скуки — и воскресает, услышав, как абитуриент-африканец по имени Пушкин ломает рояль. Жена называет мужа идиотом — и ночью расписывает с ним постель всеми цветами радуги. Карлик щёлкает великана по носу, а великан слушает, как карлик уводит гостью. Женщина выходит из тюрьмы, чтобы отомстить, но вместо этого отправляет странное сообщение о белом сне.
Здесь есть всё: абсурд и лирика, кровь и усмешка, бюрократический ад, превращающий Эмму в рыжую всадницу, и пивная философия двух старых англичанок, которые знают, что жизнь кончается, но пиво можно одолжить.
«Рыжая всадница...» — сборник-хамелеон. Он смеётся там, где положено плакать, и замирает там, где можно пройти мимо. Автор смотрит на мир с лёгким отстранением, но не холодно — скорее с той грустью, которая позволяет улыбаться. И улыбка здесь острее ножа.

Рыжая всадница, и чуть грустно...

учебно-методические пособия

педагогика

Две истории для взрослых, которые не забыли, что такое быть детьми. 
Самое главное - о сущностном выборе в сердце маленького человека. Он получает уйму советов от всех своих питомцев. Но неожиданный разговор с другом меняет всё.  
Лагне - о хрупкости, привязанной к ножкам дубового стола. О стойкости, когда все ждут от тебя слёз, жалоб и мольбы о милости. О вере, которая ведёт в таинственный Оранжевый Город.

детские приключения

Сцены для взрослых о детях

Восемь историй: Испания, Восток, Англия, Америка, Африка, Россия, Италия, Франция. Кавалеры закалывают друг друга на дуэлях, восточные купцы обмениваются жёнами, английские леди играют на мужей в карты, а на крыше небоскрёба двое спорят о любви, пока третий не сдувает их вниз. Всё это крутит господин, похожий на Мольера.
Следом — притча «Пьеро + Арлекин». Две маски спорят о жизни, смерти и куклах, которые сгорают, если слишком долго смотреть вверх. Затем — трагифарс «Perpetuum mobile», где персонажи отказываются играть по правилам, дерутся, влюбляются и требуют имён. Завершает миниатюра «Во что верит господин Мом?» — о том, как вопрос о вере становится вопросом жизни и смерти.
Четыре пьесы, четыре жанра, один автор, который умеет быть серьёзным, когда надо, и смешным, когда серьёзное становится невыносимым.

остросюжетные любовные романы

Пьеро изгибает кисти у портового кафе, Арлекин ломает маршруты кораблей, Коломбина не приходит — она осталась в электрическом Раю. Сборник стихов «Голод кожи» — это дневник, где вместо дат — дыхание, вместо имён — маски. Здесь говорят обрывками, намёками, паузами. Здесь любовь не случается — она случилась, уже после всего.
Автор спускается с небес метафор в быт: супы, картошка, рёбра, мак, медицинская карта, телефон за экраном. Он смешивает высокое и низкое, классическое и намеренно корявое, потому что так дышит живая речь. Здесь есть злость, которая сильнее любви, и грусть, которая неотвязна, как собака.
«Голод кожи» — не исповедь, а попытка зафиксировать то, что не поддаётся словам. Стихи, которые не кончаются, а обрываются. Сборник, который можно читать как роман — роман о том, как потерять себя, предать себя, а потом, в самом конце, всё-таки написать: «Любовь / она случилась».

триллеры

Голод кожи

музыка

Без серии

Артур Байрунас