Арнольд Беннетт Как все успевать за 24 часа

IV. Первая практическая ступень

Мозг – очень устаревший организм. И позвольте уточнить, прежде чем мне возразят врачи, психологи или метафизики, что под «мозгом» я подразумеваю способность рассуждать и отдавать приказы мышцам. То есть под мозгом я имею в виду то же самое, что любой обычный человек. Мозг – это дипломат, который выстраивает отношения между нашими инстинктами и вселенной, и он выполняет свою функцию, когда предоставляет инстинктам максимум свободы с минимальным уровнем противоречий. Он спорит с инстинктами: отводит их в сторонку и пеняет им за глупость определенных поступков. Например, он хватает их за полы сюртука, когда они готовы вот-вот выставить себя идиотами. «Не пей ледяное шампанское на сквозняке! – говорит он одному инстинкту. – Мы в итоге можем умереть!» «Не связывайся с этим грубияном, – предупреждает он другой инстинкт. – Он гораздо сильнее тебя». По сути это великолепная демонстрация здравого смысла. И в то же время он допускает совершенно невероятные оплошности. Точь-в-точь как тот самый человек – мы все его знаем и постоянно с ним консультируемся, – который постоянно дает отличные мудрые советы, но почему-то не может применить эту мудрость для продвижения в собственной карьере.

В вопросах собственной деятельности мозг обычно крайне недисциплинирован и ненадежен. Мы никогда не знаем, что он выкинет. Мы загружаем его определенной работой, например, когда идем пешком по улице к офису. Допустим, ему нужно придумать схему, как превратить сто пятьдесят фунтов стерлингов в двести или подобрать заголовок для важного письма. И в этот момент мы видим красивую женщину, и тут же наш недисциплинированный мозг переключается на нее, забрасывает финансовую схему или заголовок и занимает себя надеждами или сожалениями в течение получаса, часа, а иногда и целого дня. Серьезная часть нашего инстинктивного «я» слабо протестует, но тщетно.

Или, допустим, мы пострадали от какого-то серьезного разочарования, после которого у нас не осталось никакой надежды. Сможет ли мозг, как разумное существо, отставить разочарование в сторону и жить не прошлым, а настоящим и будущим? Нет! Хотя он прекрасно знает, что зацикливание на этом разочаровании приведет лишь к потере времени и навлечет лишь болезненное и совершенно ненужное уныние, мозг настолько плохо контролирует себя, что никакие уговоры не заставят его вести себя разумно.

Возможно, после беседы с душой, было решено, что в следующий раз, когда в дело вмешается какой-то вредный инстинкт, мозг решительно вмешается в ситуацию. «Да, – отвечает мозг, – я обязательно так и поступлю». Но когда наступает нужный момент, появляется ли мозг? Возможно, он уже забыл о договоренности, или вспомнил о ней слишком поздно, или просто вздохнул, когда одержавший победу инстинкт начал стучать ему по голове. «Ну что ж, в следующий раз».

Все эти примеры и множество похожих – любой читатель может предоставить их из собственной захватывающей коллекции – демонстрируют абсурдную и нелепую часть нашего мозга. Они убедительно доказывают, что мозг находится не в лучшем состоянии: ленив, как раб на плантации, капризен, как звезда подмостков, и изъеден до дыр плохими привычками. Поэтому нужно начать его тренировать. Это самая важная часть человеческой машины, через которую душа выражает себя и развивается, и нам нужно привить мозгу хорошие привычки.

Первым делом его нужно научить послушанию. Послушание может быть достигнуто только сознательным усилием, волевым актом. Мозг должен управляться волей, чтобы он мог действовать согласно установкам, которые он же сам и выдает, – это и есть начало мудрой жизни. С послушным, дисциплинированным мозгом человек сможет жить по стандартам, которые устанавливает в лучшие моменты.

Когда вы учите послушанию детей, вы приказываете им что-то сделать, а потом проверяете, выполнено ли ваше поручение. Тот же процесс можно применить к мозгу. Это основа эффективной жизни и противоядие от склонности выставлять себя на посмешище. Это на удивление просто. Скажите своему мозгу: «С девяти до девяти тридцати утра ты должен сосредоточиться на конкретной задаче, которую я тебе дам». Неважно, какую именно вы поставите задачу, ведь суть в контроле и стимуляции мозга с помощью упражнения, но лучше, конечно, дать ему практическое, а не бессмысленное поручение.

Вы можете сформулировать это так: «Мозг – мой слуга. Я не намерен с ним играть. Пусть сосредоточится в течение тридцати минут на этих утверждениях».

«Что?! – вскричите вы. – И это путь к эффективной жизни? Какая бессмыслица!» Это может показаться слишком простым, но это единственный путь. Что до бессмыслицы – просто попробуйте. Гарантирую, вы не удержите внимание и на тридцать секунд, не говоря уже о получасе. Вы обнаружите, что ваш мозг ведет себя так, что это могло бы быть смешно, если бы не было трагично. Ваши первые эксперименты завершатся обескураживающим поражением, потому что добиться от мозга с помощью волевого усилия концентрации на определенной идее в течение даже такого короткого периода времени, как полчаса, невероятно сложно и очень утомительно.

Ему нужно упорство. Ему нужно ужасное упрямство со стороны воли. Ваш мозг будет скакать туда-сюда, и при каждом таком скачке вам нужно будет приложить усилие, чтобы вернуть его на место. Вам необходимо будет заставить его игнорировать все посторонние факторы и сосредоточиться исключительно на идее, которую вы для него выберете. Вы не можете надеяться с первого раза достичь успеха, но можете рассчитывать на то, что это случится в будущем. Нет никакой королевской дороги к контролю над мозгом. Нет никакой запатентованной уловки, но нет и особых сложностей, в которых не разобрался бы обычный человек. Это просто вопрос: «Я смогу. Я смогу. Я смогу». (Обратите внимание на курсив.)

Позвольте подытожить. Эффективная жизнь, жизнь в соответствии с лучшими стандартами, способность выжимать всю энергию из машины с минимальными противоречиями и конфликтами – все это зависит от дисциплинированности и четкости работы вашего мозга. Мозг можно дисциплинировать, научив его послушанию. И можно выработать привычку послушания, натренировав сосредоточенность. Дисциплинированная сосредоточенность – кажется, что не может быть ничего проще, но на самом деле это основа всей конструкции. Этот факт должен быть осмыслен творчески, его нужно прочувствовать и увидеть. Чем больше вы практикуете регулярную сосредоточенность, тем более четко воображение улавливает ее эффективность, как прямую, так и косвенную. После всего лишь нескольких дней честных попыток выполнить упражнение, которое я посоветовал, вы почувствуете его влияние. Вы привыкнете к идее, которая поначалу могла смущать вас своей непривычностью: мозг – это внешний элемент превосходящей силы (вас) и подчиняется ей. Вы увидите, и не в самой отдаленной перспективе, возможность включать и выключать мозг для концентрации на определенной теме, точно так же, как вы включаете и выключаете электричество в определенной комнате. Мозг привыкнет к прямым путям послушания. И – удивительное явление – он станет благодаря элементарной практике послушания менее забывчивым и более эффективным. Он реже станет подчиняться инстинктам, застающим его врасплох. Другими словами, он будет в общем и целом более работоспособен. С мозгом, который с каждым днем становится все более эффективным, вы сможете научным образом начать совершенствовать свою машину.

V. Формирование привычек с помощью сосредоточенности

Как только воля овладеет контролем над мозгом, как только она сможет сказать мозгу с достаточной долей уверенности: «Сделай это. Думай на данную тему и продолжай это делать не отвлекаясь, пока я не скажу тебе прекратить», – наступит время, когда можно будет приступать к совершенствованию человеческой машины, широко и всеобъемлюще, подобно тому, как городской совет осуществляет очистку и реконструкцию города. Огромные возможности послушного мозга станут очевидны сразу же, как только мы начнем размышлять над тем, что мы имеем в виду под «характером». Характер человека – это итоговый результат наших привычек и мыслей, и он не может быть ничем другим. Человек доброжелателен только потому, что регулярно предается доброжелательным мыслям. Человек отличается праздностью, потому что его мысли постоянно сосредоточены на сиюминутных удовольствиях, приносимых праздностью. Это правда, что мы все рождаемся с какими-то предрасположенностями, и эти предрасположенности очень сильно влияют на раннее формирование привычек мышления. Но факт в том, что длительное развитие этих привычек способствует формированию характера. И если характер взрослого лишь гиперболизированно отражает детские предрасположенности, это всего лишь указывает на то, что человек подошел к вопросу бессистемно и бездумно. Ребенок может быть предрасположен к сутулости, и если по этому поводу ничего не делать, более того, если в будущем, когда вырастет, он станет клерком и будет избегать гимнастики, очевидно, что сутулость его усугубится исключительно благодаря привычке. Однако если его воля, подстегиваемая логикой, сформирует иную привычку: заниматься корректирующими упражнениями – сутулость, если и не исчезнет совсем, станет практически незаметной. Сейчас мы говорим о физической привычке. Ментальная формируется таким же образом.

Чем более пристально мы будем рассматривать развитие изначальных предрасположенностей, тем более четко мы увидим, что это развитие не представляет из себя нечто неизбежное. Это не процесс, который развивается независимо от нас, подчиняясь загадочным и беспощадным законам, для нас непостижимым. Например, предрасположенность может быть уничтожена каким-то шокирующим событием, например: молодой человек с унаследованной предрасположенностью к алкоголизму может стать убежденным трезвенником, увидев, как пьяный отец бьет мать. Однако, если, выпив, отец ведет себя смирно и ласково, его сын может окончить свои дни в канаве. Никакого бессердечного закона! Также известно, что иногда натура человека может полностью изменить вектор своего развития, столкнувшись с другой, более сильной натурой. «С сегодняшнего дня я решил…» – и так далее. Вы знаете эту фразу. Очень часто обещания, данные себе, не сдерживаются, однако столь же часто решения выполняются. Искра разжигает волю. Горящая воля тиранит мозг. В итоге формируются новые привычки. И результаты выглядят как настоящее чудо.

Получается, если серьезные изменения могут происходить благодаря случайности, разве не могут они быть осуществлены сознательно? В любом случае, любые трансформации начинаются с уверенности человека в том, что изменения возможны. А человек уверен в этом лишь потому, что они когда-то уже происходили. Также они начинаются с полного осознания того, как сильно привычка влияет на жизнь. Возьмите любую вашу привычку, физическую или ментальную. Вы запросто сможете вспомнить то время, когда эта привычка вообще не существовала или практически не проявлялась. И вы обнаружите, что почти все ваши привычки формировались несознательно путем каждодневного повторения. Вы практиковали их, даже не замечая этого. Вам придется признать, что ваш «характер» на сегодняшний момент – структура, возведенная практически без участия архитектора: кое-как, наспех. Но время от времени архитектор все-таки вмешивался и что-то подправлял. То тут, то там среди ваших привычек вы обнаружите что-то, что вы сформировали в себе сознательно. Безусловно, это случилось благодаря какому-то хорошему влиянию. В чем разница между сознательными и бессознательными привычками? Вообще никакой, если мы говорим об их влиянии на ваш характер. Сознательная привычка может быть самой сильной из всех. Единственное качество, отличающее ее от других, заключается в том, что у нее есть определенная цель (скорее всего, хорошая) и что она полностью или частично ее достигает. Нет ни одного человека, читающего эти строки, который доказал бы, что воля, заставляющая мозг повторять одно и то же действие снова и снова, может изменить наш характер точно так же, как скульптор может придать форму мягкой глине.

Характер взрослого человека развивается изо дня в день. Но, предположим, что девять десятых развития относятся к бессознательным действиям и только одна, самая удовлетворительная часть, – к сознательным. Так почему бы не сделать так, чтобы девять десятых, а не всего лишь одна десятая, были результатом сознательных усилий? Что мешает достичь этой достойной цели? На самом деле ничего, кроме неподчинения части мозга. И это неподчинение можно исправить, как я выше продемонстрировал.

Когда я вижу несчастливых и неэффективных в искусстве жизни людей, которые страдают из-за чудовищного невнимания к собственному развитию; когда я вижу «бесформенных» людей, которые заняты строительством бизнеса и империй, но неспособны построить собственную жизнь; когда я вижу унылых людей, которые тратят усилия на то, чтобы научить собаку ходить на задних лапах, вместо того чтобы потратить эту энергию на то, чтобы оживить собственную жизнь, мне просто хочется испустить дух, настолько это зрелище кажется мне нелепым и бессмысленным! Но, разумеется, дух я не испускаю: это желание быстро пропадает. Однако же я просто обязан воскликнуть: «Разве вы не видите, что упускаете?! Не видите, что упускаете самое интересное, что есть на земле?! Интереснее бизнеса, империй и собак! Неужели вам не приходит в голову, настолько вы неуклюжи и близоруки: вечно работаете как неисправная машина, когда можете быть совершенством? Неужели не понимаете, как плохо вы с собой обращаетесь?»

Послушайте, вы, убежденный ворчун, портящий всем ужин жалобами на судьбу, именно к вам я обращаюсь. Знаете ли вы, о чем люди шепчутся за вашей спиной? Они говорят, что вы делаете несчастным себя и свою семью из-за укоренившейся привычки ворчать. «Да ладно, неужели все так плохо?» – возразите вы. Да, именно так. Вы скажете: «На самом деле, я понимаю, как абсурдно на все ворчать. Но ведь я такой, какой есть – я просто не могу прекратить. Пытался, но у меня не получилось». Но как именно вы пытались это сделать? «Ну, я несколько раз принимал решение бороться с этой привычкой, но ни разу не одержал успех. Но это только между нами. Обычно я не признаюсь, что ворчун».

Учитывая, что вы ворчите примерно по часу каждый день своей жизни, было слишком легкомысленно, мой дорогой сэр, рассчитывать, что от подобной привычки удастся избавиться, просто приняв как-то раз решение, о котором ваш мозг тут же забудет. Нет, вам нужно сделать гораздо большее. Если вы заставите ваш мозг каждый день по полчаса сосредотачиваться на правде, он начнет формировать новую привычку, он смирится с тем, что ворчание абсурдно и бессмысленно (а вы знаете, что это правда). А потом, в разные моменты, когда мозг ничем конкретным не занят, он внезапно будет вспоминать о том, что ворчание абсурдно и бессмысленно. И тогда, когда вы сядете за стол и откроете рот, чтобы сказать: «Даже представить себе не могу, что этот осел имеет в виду под…», – ваш мозг вам подскажет, что ворчание абсурдно и бессмысленно, и изменит конфигурацию вашего горла, зубов и языка таким образом, что вы скажете вместо этого: «Какая сейчас прекрасная погода!»

Если кратко: он будет сам благодаря новой привычке напоминать вам о том, с чем вы решили бороться. Каждый, кто рассмотрит этот опыт, согласится, что неудача в замене старых привычек на новые проистекает из того, что в критический момент мозг забывает о вашем решении. С этим вам поможет регулярная практика сосредоточенности. Ворчание – просто пример, хоть и выбранный не совсем наугад.

VI. Господин своего котелка

Доказав личным опытом правдивость первого из двух великих принципов, касающихся человеческой машины, а именно того, что мозг – это слуга, а не господин, и его можно контролировать, мы можем перейти ко второму. Второй более фундаментальный, но от него не может быть никакого толку, пока вы не поймете и не начнете применять на практике первый. Человеческая машина – аппарат мозга и мышц, который позволяет Эго свободно развиваться в окружающей его вселенной, не вызывая при этом конфликтов и противоречий. И функция машины – преобразовать факты вселенной наилучшим для Эго образом. Факты вселенной, не идеальной, а реальной, в которой мы обитаем, – это материал, ресурс для нашего Эго. Таким образом, когда возникают противоречия, когда факты вселенной перестают оказывать полезное воздействие на Эго, это происходит из-за ошибки в машине. Нас подводит не Солнечная система, а человеческая машина. И второй великий принцип звучит так:

В случае конфликтов и противоречий виновата всегда машина.

Вы не можете контролировать ничего, кроме собственного разума. Даже ваш собственный двухлетний ребенок может бросить вам вызов инстинктивной силой своей личности. Но собственный разум контролировать вам под силу. Это священные чертоги, в которые ничто вредоносное не может попасть без вашего позволения. Ваш разум способен адаптировать любой внешний феномен под свои цели. Если счастье проистекает из жизнерадостности, доброты и нравственности (кто же станет с этим спорить?), какая возможная комбинация обстоятельств может сделать вас несчастливым, если машина исправна? Если саморазвитие состоит из использования собственного (а не чьего-то чужого) окружения, как оно может воспрепятствовать вашему развитию? В этом вашем котелке имеется все необходимое для развития, поддержания достоинства, достижения счастья, и вы являетесь абсолютным господином своего котелка, если только, конечно, пожелаете воспользоваться правом на господство.

Ни к чему беспокоиться о содержимом чужих котелков, в которых вы можете оказаться только в качестве незваного гостя. К тому же вы совершенно точно добьетесь большего, если направите все свои действия на собственный котелок. «Загляни внутрь себя». «Царство Господне у тебя внутри». «Ну конечно! – возразите вы. – Все это старье! Об этом говорил Эпиктет. И Марк Аврелий. И Иисус». Да, так и есть. С готовностью это признаю.

Но если вы сегодня испытали раздражение из-за того, что ваш омнибус сломался и вам пришлось взять такси, в таком случае, для вас, эти великие учителя жили напрасно. Вы называете себя разумным человеком и при этом ставите свое счастье, достоинство и саморазвитие в зависимость от тысячи вещей, которые не контролируете. А невероятно тонко организованная машина, предназначенная для того, чтобы обеспечить вам счастье, достоинство и саморазвитие, в это время ржавеет внутри вас. И все это из-за того, что вы с какой-то стати взяли, что слова двухтысячелетней давности не могут иметь практического значения.

Вы мудро говорите своему ребенку: «Нет, мой дорогой, ты не можешь заполучить луну, и никакие слезы не помогут тебе этого добиться. Возьми эту коробку с кубиками: ты сможешь развлечь себя, а заодно многому научиться и развить мышление. Надо стараться быть довольным тем, что у тебя есть, и извлекать из этого максимум пользы. Если бы ты заполучил луну, ты не стал бы от этого счастливее». И после этого вы лежите полночи без сна и страдаете из-за того, что получили по почте письмо с уведомлением о том, что «Правление не может удовлетворить ваш запрос на…» и т. д. Вы скажете, что эти два примера не похожи друг на друга. И это правда. Ваш ребенок никогда не слышал об Эпиктете. С другой стороны, справедливость – это и есть луна. В вашем возрасте уже пора бы это знать. «Но директор должен был удовлетворить мой запрос!» – настаиваете вы. Именно так! Совершенно согласен! Но вы не живете во вселенной, где вещи делаются потому, что они должны делаться. У вас внутри есть особый аппарат, способный договориться со вселенной, где все эти «должны делаться» откровенно игнорируются. Вы им просто не пользуетесь. Вместо этого вы не спите, не даете спать жене, вредите своему здоровью и здоровью жены, теряете достоинство и жизнерадостность. А все почему? Потому что вы думаете, что все эти ваши переживания как-то повлияют на правление? Потому что считаете, что благодаря им вы лучше справитесь завтра со своим окружением? Ничего подобного. Это происходит потому, что ваша машина неисправна.

В определенных случаях мы все-таки пользуемся нашими машинами (в той степени, в которой нам позволяет их плачевное состояние), но в других мы ведем себя невероятно иррационально. Если мы выходим из дома и попадаем под ливень, мы, если не совсем уж дураки, не садимся и не принимаемся проклинать погоду. Мы раскрываем зонтик, если он у нас есть, или бежим домой, если зонтика нет. Возможно, мы будем при этом ворчать, но не слишком серьезно. Мы принимаем ливень как факт вселенной и контролируем себя. Схожим образом, если в случае внезапной катастрофы мы теряем близкого, мы предаемся горю, но тоже себя контролируем, признавая, что от ударов судьбы не застрахованы даже миллионеры. В результате наше Эго улучшается в основных аспектах взаимодействия со вселенной. Однако существуют и другие удары судьбы, которые вызывают у нас протест, подобно протесту ребенка, который не получил луну.

Возьмите случай человека с искаженным представлением о честности. Этот человек сформировался благодаря родителям и окружению, а его родители – благодаря своим, и так аж до одноклеточной протоплазмы. Этот человек – результат вселенского порядка, неизбежный результат причинно-следственной связи. Мы знаем об этом. Мы должны признать, что он такой же факт вселенной, как ливень или шторм, потопивший корабль. Мы в теории готовы признать, что на данном этапе эволюции на свете может существовать определенное количество людей, не склонных к справедливости. Мы готовы рассматривать подобного человека с точки зрения философии, пока не случается так, что в процессе развития солнечной системы этот человек встречается на нашем жизненном пути. И только послушайте, какой раздается гневный вопль! Посмотрите, какой фонтан эмоций извергает оскорбленный до глубины души добродетельный человек! Этот несправедливый индивидуум может оказаться нашим сотрудником, кассиром, сыном, отцом, братом, партнером, женой, нанимателем. С нами плохо обошлись! К нам отнеслись несправедливо! Мы начинаем пинаться и визжать. Мы купаемся в обиде, которая разъедает нас изнутри, делает нас недовольными. Мы садимся прямо под струями дождя, забывая о зонтике, не пытаясь укрыться под навесом.

Нас не заботит то, что этот индивидуум – результат работы вселенной за последние миллионы лет. Наша реакция намекает на то, что мы хотим, чтобы вечность откатилась назад и начала все заново таким образом, чтобы нас больше никто не потревожил. И хотя мы обладаем машиной, способной преобразовать факты в пищу для развития, мы ей не пользуемся. Ведь, как мы утверждаем, этот человек причиняет нам вред! Где? В нашем сознании. Он лишил нас покоя, комфорта, счастья, хорошего настроения. Даже если это так и есть, мы все равно могли бы попытаться укрыться от дождя. Но так ли это на самом деле? Чем занимался наш мозг, когда этот хулиган вмешался и отобрал у нас единственное ценное имущество? Нет-нет! Дело не в том, что он причинил нам вред, ведь единственная радостная деталь во вселенной мрачных фактов заключается в том, что только мы сами можем нанести себе вред. Дело в том, что мы повели себя глупо: проявили глупость, сравнимую с тем, чтобы сесть под дождем, положив рядом сложенный зонтик. Машина неисправна. Надеюсь, теперь вы начали понимать, что именно это значит.

VII. Что по сути означает «жить»

Качества и состояние человеческой машины определяются и тестируются в ходе социального, сентиментального или делового взаимодействия с другими людьми. Ту часть жизни, которую я провожу в одиночестве или, во всяком случае, без прямого общения с другими, я могу организовать таким образом, что боги не плачут от жалости. Обстановка вокруг кажется более легкой, понятной, когда я один, и почти ничто не может потревожить меня, выбить из колеи. Невозможно расстроиться из-за стула! Стул не станет действовать на нервы. Невозможно обвинить стул в том, что он не ведет себя столь же логично и терпеливо, как я. Но вот когда речь заходит о людях! Да, тогда и начинается, собственно, жизнь. Искусство жизни, искусство извлечения всех ее возможностей из человеческой машины по большей части не заключается в художественных текстах и размышлениях о красоте и величии бытия. Оно – в сохранении покоя, полного и абсолютного покоя в общении с теми, с кем ты связан. Улучшаю ли я себя и учусь ли жить, когда в тиши кабинета ночью читаю произведения Шелли, Шекспира или Герберта Спенсера? Или во время анализа всех своих бытовых разговоров и взаимодействий с окружающими? И не надо увиливать, заявляя, что я ненавижу чтение, или указывая на то, что вечные истины стоят выше повседневности. Ничего подобного! Я настолько помешан на книгах, что одно лишь их наличие приносит мне удовольствие. И если истины хороши для вечности, они должны быть хороши и для каждого дня. И если я не могу обменять их на повседневную монету: если не могу купить себе счастье на один день, потому что у меня нет ничего, кроме вечных истин, а ни у кого нет сдачи, – в таком случае мои истины не вечны. Это просто не подлежащий обмену кусок стекла (под названием «бриллиант») или даже фальшивая банкнота.