Арника Вермон На пути к дьяволу

Глава 1. Вступление

«И что мне теперь, блин, с этим делать?» — шепчу я, еле разлепив глаза и глядя на мужчину. Ну точно мужчину, на которого я внезапно свалилась...

Начну с начала. Меня зовут Лилиана Грейсон, я обычная девушка 25 лет от роду из Мичигана. Но сегодня, идя из книжного магазина, я споткнулась о кошку и упала. Да-да, знаю, глупо, но по сути упала я не на землю, а на огромного и шикарного мужика... да ещё и в другой мир... «Как?» — спросите вы меня... Хотела бы я знать ответ, но увы...

Я потихонечку поднимаюсь, придерживая голову, потому что она гудит, как после похмелья, и, немного шатаясь, встаю на ноги. Мужчина поднимается следом, невнятно ругаясь и искоса глядя на меня. И вот тут я понимаю, что что-то в нём не так... А-а-а-а... Мамочки, кажется, я точно уже не на Земле. У него рога! Блять, рога-а-а! И глаза горят алым, и смотрит он на меня так, будто я ему должна что-то... Ой...

— Кто ты? — спрашивает мужчина, сурово осматривая меня с ног до головы. — Как ты попала в мои покои?

Ну прекрасно! Я ещё и в его покоях... Всё по классике рассказов о попаданках, боже…Я тяжело вздохнула, посмотрев на этого мужчину. Он был шикарен — как ни посмотри, хоть сбоку, хоть анфас. Меня даже не смутил тот факт, что он был в одних пижамных брюках, а его плечи и торс оставались абсолютно голыми. И какими же они были! Широкие, покатые плечи плавно переходили в мощные, рельефные руки, где каждая мышца прорисовывалась с идеальной чёткостью, будто высеченная из камня. Грудная клетка — широкая, внушительная, с отчётливым рельефом, который спускался вниз, к упругому, словно выточенному прессу. Кубики на его животе выделялись так чётко, что хотелось дотронуться и проверить — настоящие ли они? Кожа, смуглая и будто слегка светящаяся в тусклом свете, туго обтягивала каждый мускул, подчёркивая игру теней и света на его теле. Каждая линия, каждый изгиб его фигуры казался совершенством, от которого невозможно было оторвать взгляд. Я, кажется, на мгновение зависла, рассматривая его торс, и где-то в глубине сознания пронеслось: «Мамочки, ну это же просто ппц...», потому что он был настолько притягательным, что дыхание перехватывало, а мысли разбегались, словно я забыла, зачем вообще сюда пришла. Я залипла на нём, безнадёжно и бесповоротно, как мотылёк на пламени свечи. — Простите, я не знаю, как я тут оказалась... А вы кто? — выдавила я, с трудом поднимая глаза на его лицо.

Но это ни капли не помогло отвлечься. Потому что, даже глядя в его горящие алым глаза, я краем сознания всё равно цеплялась за его торс — он будто жил своей жизнью, притягивая мой взгляд с неодолимой силой. Каждая линия мышц, каждый теневой изгиб на его смуглой коже манили, дразнили, шептали: «Посмотри ещё, ну же...». Я пыталась сосредоточиться на его лице, но мои глаза предательски скользили вниз, к широкой груди, к рельефным кубикам пресса, к этой идеальной картине мужской силы, от которой невозможно было оторваться. Я чувствовала, как щёки начинают гореть, и в который раз мысленно приказала себе: «Не смотри туда, дура!». Но он был словно магнит, а я — жалкая железка, которая просто не могла сопротивляться.

Он сделал шаг вперёд, и его голос, низкий и вибрирующий, словно раскат далёкого грома, заставил меня вздрогнуть.

— Меня зовут Эдиан Мерджес. Я хозяин данного замка и земель вокруг него, демон контрактов и советник короля. Как ты проникла в мои покои? Как сломала защитный контур? Почему я не почуял тебя?

Каждое слово он произносил с ледяной, пугающей спокойностью, но в его алом взгляде читалась едва сдерживаемая ярость. Он был напряжён, как струна, готовый в любой момент сорваться и смести меня с лица земли одним лишь щелчком пальцев. И в этот момент я осознала всю абсурдность ситуации: я, обычная земная девчонка, стою перед могущественным демоном в его же покоях, а он сверлит меня взглядом, требуя ответов, которых у меня нет.

Глава 2. Первый разговор

Я открыла рот, чтобы ответить, но из него вырвался лишь какой-то невнятный писк. Горло пересохло, язык прилип к нёбу, а в голове была абсолютная пустота. Как объяснить демону, что ты просто споткнулась о кошку? Звучит как начало плохой шутки.

— Я... я не знаю, — наконец выдавила я. — Честно. Я просто шла по улице, споткнулась о кошку, упала — и вдруг я здесь. На вас. В ваших покоях.

Я замолчала, понимая, как бредово это звучит. Эдиан Мерджес приподнял одну чёрную бровь, и на его губах заиграла едва заметная, хищная усмешка.

— Ты хочешь сказать, что просочилась сквозь магическую защиту моего замка, которая стоит сотни лет и держится на крови древних демонов, просто потому что... споткнулась о кошку?

Я нервно сглотнула и закивала, чувствуя себя полной идиоткой.

— Ну... да. Примерно так.

Он шагнул ко мне ещё ближе, и я инстинктивно отступила на шаг назад, ударившись спиной о холодную каменную стену. Теперь между нами оставалось не больше метра. Я чувствовала его запах — смесь дыма, старого пергамента и чего-то терпкого, горького, вроде полыни. Голова закружилась, и я не была уверена, что это только из-за удара.

— Это невозможно, — произнёс он медленно, вглядываясь в мои глаза так пристально, будто пытался заглянуть в самую душу. — Ты не маг. Я не чувствую в тебе даже искры магии. Ты — пустая. Обычная. Никчёмная.

Последнее слово он произнёс с таким презрением, что меня словно окатили ледяной водой. Я почувствовала, как внутри закипает обида. Да, я обычная. Да, я не демон и не волшебница. Но никчёмная?

— Слушайте, мистер Демон Контрактов и Советник Короля, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — Я не просилась сюда. Я не хотела падать на вас и оказаться в вашем замке. Я вообще хотела дойти до дома и почитать новую книгу. Так что если вам так нужны ответы — может, вы сами расскажете, как я тут оказалась?

Он замер. В его алых глазах мелькнуло что-то похожее на удивление. А потом он... рассмеялся. Тихо, низко, опасно.

— Забавно, — произнёс он. — Забавно. Смертная девчонка, которая свалилась с неба, смеет требовать ответов от демона. Ты либо очень храбрая, либо очень глупая.

— Наверное, и то, и другое, — буркнула я. — Так что будем делать?

Эдиан Мерджес отошёл от меня на пару шагов, скрестил руки на груди и окинул меня долгим, оценивающим взглядом. Я снова поймала себя на том, что рассматриваю его торс, и мысленно застонала. Ну почему он должен быть таким чёртовым совершенством?

— Раз ты не знаешь, как сюда попала, значит, ты не шпионка, — задумчиво протянул он. — По крайней мере, не осознанная. Но это не значит, что ты не опасна.

— Я? Опасна? — я нервно рассмеялась. — Я — библиотекарь. Вернее, почти. Я работаю в книжном магазине. Моё оружие — это пыль и скидочные купоны.

Он снова посмотрел на меня с той же смесью любопытства и настороженности.

— Это не важно. Магия защиты не могла пропустить тебя случайно. Это значит, что кто-то — или что-то — открыло портал специально для тебя. И я намерен выяснить, кто и зачем.

— И что теперь? — спросила я, чувствуя, как страх снова начинает сжимать горло. — Вы меня убьёте? Заточите в темницу?

Эдиан наклонил голову, и его тёмные волосы упали на лицо, прикрывая один горящий глаз.

— Нет, — сказал он тихо. — Я оставлю тебя здесь. Пока не выясню правду. А ты, Лилиана, будешь моей гостьей. Волей или неволей.

— Я не говорила вам своё имя, — выдохнула я, и по спине пробежал холод.

Улыбка демона стала шире и острее.

— Я знаю, — произнёс он. — Я прочитал его прямо из твоего разума. Ты не единственная, у кого есть секреты.

Глава 3. Правда

Я стояла у стены, прижимаясь спиной к холодному камню, и смотрела на него. Эдиан Мерджес — так он представился. Демон. Хозяин замка. Советник короля. И он только что сообщил мне, что я попала в другой мир — и что свалить отсюда для меня будет той ещё задачкой.

Но, чёрт возьми, мне дико хотелось узнать, где я оказалась и что, блин, вообще это за место. Я снова посмотрела на Эдиана — и улыбнулась кончиками губ: небрежно, даже немного дерзко, но всё ещё с опаской. Он казался недовольным, почти злым на обстоятельства... и в то же время слегка заинтересованным. Рассматривал меня. А я что? Я обычная.

Ну что там про меня сказать? Рост — сто шестьдесят пять, и это если на цыпочки встать да спину вытянуть. В общем, мелкая. Всегда была самой низкой в классе, и, кажется, даже в этом мире тьмы и демонов я умудрилась сохранить этот «подарок». Худая — да, руки-ветки, пальцы длинные, как у пианистки, только вот играть я не умею. Ключицы торчат, когда сутулюсь, а я сутулюсь почти всегда — потому что вечно пытаюсь спрятаться, сделаться меньше, чем я есть. Глупо, да? Но привычка — она такая.

И вот на этом хрупком, почти мальчишеском теле, как назло, красуется третий размер. И знаете, это просто насмешка какая-то! Худая, тонкая, как тростинка, — а грудь вот она, во всей своей дурацкой красе. Талия тонкая, бёдра узкие, а спереди — всё богатство, которое мне совершенно не нужно. Спина от него болит, лифчики нормальные не найти, а когда бегаю — вообще чувствую себя коровой на льду. И эти платья, что здесь носят, — ну просто издевательство: всё обтягивают, подчёркивают, делают из меня куклу. А я не кукла, чёрт возьми! Я библиотекарь. Я люблю книги и тишину, а не вот это вот всё. Но нет — судьба решила пошутить. Сделала меня маленькой, худой, но с грудью, которую не спрятать даже под самым бесформенным балахоном.

Волосы — ещё одна головная боль. Чёрные, длинные, до попы, тяжёлые и непослушные. Вечно лезут в глаза, путаются, цепляются за пуговицы и дверные ручки. Я их ненавижу. Они такие густые, что голова болит от тяжести, когда я собираю их в пучок. А распускать — вообще самоубийство: через пять минут они превращаются в копну, из которой торчат во все стороны, как у ведьмы. И блестят этим дурацким блеском в тусклом свете — будто издеваются. Надо бы отрезать, да всё руки не доходят. Или когда-нибудь я просто сожгу их к чертям собачьим. Хотя нет — Мира сказала, что это «моя гордость». Гордость, ага. Скорее уж наказание.

Лицо... ну, лицо как лицо. Скулы острые — режут воздух, когда я злюсь. А я злюсь часто. Рот вечно недовольный, губы слишком пухлые для моей худой физиономии. Нижнюю я вечно покусываю, когда нервничаю — а нервничаю я постоянно. Так что они у меня вечно красные, будто я только что кого-то поцеловала — хотя на самом деле просто стою и переживаю, что меня сейчас убьют. Глаза — карие, тёмные, почти чёрные. Говорят, в них есть что-то дикое, что я смотрю так, будто готова вцепиться в горло. Да просто я боюсь, вот и смотрю на всех исподлобья — проверяю, не опасны ли они. Ресницы длинные — это, наверное, единственное, что во мне есть красивое. Ну и брови: по крайней мере, я их не выщипываю до нитки, как некоторые.

Кожа светлая, с лёгким желтоватым оттенком — вечно бледная, будто я никогда не видела солнца. А я и не видела — мы же в мире вечной ночи, ага. Родинка на левой скуле — мелкая, дурацкая, но Мира говорит, что она добавляет мне «шарма». Шарма, боже. Единственный шарм, который у меня есть, — это способность вляпываться в неприятности. И цепочка на шее — тонкая, серебряная, с маленьким кулоном, который я нашла в кармане куртки. Не знаю, откуда он взялся, но ношу — он меня успокаивает. Глупо, да? Как и всё остальное во мне.

В общем, если подвести итог: я мелкая, худая, с дурацкой грудью, которая не даёт мне спокойно жить, с волосами, что вечно лезут куда не надо, и с лицом, на котором написана вечная недовольная гримаса. И это я — Лилиана Грейсон. Идиотка, которая споткнулась о кошку и свалилась в мир демонов. Ничего особенного. Просто девчонка, которая ненавидит собственное отражение в зеркале.

Но почему-то этот демон смотрит на меня так, будто я — самое прекрасное создание на свете. Вот уж точно — у него явно проблемы со зрением.

Тем временем он улыбнулся, полностью повернувшись ко мне.

— Ты хочешь знать, куда ты попала? — спросил он, и в голосе послышалась лёгкая досада. Казалось, он не горел желанием говорить на эту тему, но понимал, что придётся. — Садись. Разговор будет долгим.

Я не двинулась с места. Он вздохнул, провёл рукой по лицу и опустился в кресло у камина — жестом приглашая меня сделать то же самое.

— Слушай и запоминай, — сказал он. — Я не собираюсь повторять дважды.

Я медленно подошла и села на самый край кресла напротив, готовая в любой момент вскочить и бежать. Хотя куда бежать в мире, о котором я ничего не знала?

— Этот мир называется Нер'Тар, — начал он, глядя в огонь, а не на меня. — Когда-то он был цветущим. Леса, реки, солнце. Потом пришла война. Боги сражались с титанами — и в ходе битвы мир был разрушен. Сотни лет войны, Лилиана. Сотни лет, в течение которых земля пропитывалась кровью и магией. Когда всё закончилось, выжили только те, кто смог адаптироваться к тьме.

Он замолчал, и я заметила, как сжались его челюсти. Он не хотел говорить об этом. Но продолжал.

— Теперь Нер'Тар — это мир вечной ночи. Две луны вместо солнца. Воздух, пропитанный остатками божественной магии, который убивает обычных людей. Земля, на которой ничего не растёт без магии. И твари, что обитают в каждом лесу, в каждой пещере, под каждым камнем.

— Твари? — переспросила я.

— Твари, — подтвердил он, и на губах появилась кривая усмешка. — То, что ты называешь монстрами, здесь — обыденность. Ты не хочешь встречаться с ними, поверь.

Я сглотнула, чувствуя, как внутри поднимается ледяная волна страха.

— А люди? — спросила я. — Как люди выживают здесь?

Он наконец повернулся ко мне. В его алых глазах мелькнула тень усталости — такая глубокая, что мне стало не по себе.

— Люди здесь не выживают, — сказал он. — Без нас.

— Без вас?

— Без демонов, — пояснил он, и голос стал жёстче. — Без защиты. Без контрактов.

— Каких контрактов?

Он вздохнул с явным раздражением, откинулся на спинку кресла, закатив глаза — будто объяснял прописные истины ребёнку.

— Слушай внимательно, потому что я скажу это только раз. Мир Нер'Тара держится на контрактах между людьми и демонами. Люди не могут жить здесь без магической защиты. Их лёгкие не выдерживают воздуха, тела не справляются с темнотой, разум ломается от постоянного страха. Мы даём им защиту — силу, кров, еду, безопасность. А они дают нам часть своей души.

— Часть души? — я почувствовала, как похолодели руки.

— Да, — кивнул он. — Жизненную энергию. Эмоции. Воспоминания. Всё, что делает человека человеком. Чем больше контрактов — тем сильнее становится демон. Это наша цена за существование.

— Значит, люди здесь — просто расходный материал? — спросила я, и голос дрогнул.

Он посмотрел на меня, и в глазах мелькнуло раздражение.

— Нет, — сказал он твёрдо. — Не расходный. Это сделка. Добровольная сделка, защищённая законом. Демон не имеет права нарушать контракт — иначе он теряет силу. А иногда — жизнь.

— Но это не свобода, — прошептала я.

— Это жизнь, — отрезал он. — Здесь, в Нер'Таре, свобода — роскошь, которую никто не может себе позволить. Люди выбирают контракт, потому что без него они умрут. Они приходят к нам, падают на колени и просят защиты. Мы даём им её. И за это они платят. Так устроен этот мир.

Он замолчал и снова уставился в огонь. По его лицу пробежала тень — и я поняла: он говорит не просто об устройстве мира. Он говорит о том, во что верит. Или во что вынужден верить.

— А я? — спросила я, и голос прозвучал громче, чем я ожидала. — Я ведь не заключала никакого контракта. Почему я до сих пор жива?

Эдиан медленно перевёл взгляд на меня. В его глазах мелькнуло что-то — я не смогла прочитать. Он на мгновение замялся, явно раздумывая, стоит ли говорить дальше.

— Покажи свою руку, — сказал он наконец.

— Зачем?

— Просто покажи.

Я подняла руку, и он взял её — осторожно, словно я могла разбиться. Перевернул ладонью вверх и коснулся пальцем моего запястья. Я вскрикнула от неожиданности: на коже проступил тонкий серебряный шрам, которого раньше не было.

— Что это? — прошептала я.

Он отпустил мою руку и откинулся на спинку кресла, не сводя с меня взгляда.

— Это печать контракта, — сказал он. — Ты уже связана.

— Я ничего не подписывала! — я вскочила на ноги. — Я не хочу быть чьей-то! Я хочу домой!

— Сядь, — сказал он спокойно, и в голосе прозвучала сталь.

— Я не сяду!

— Сядь, Лилиана! — рявкнул он — и я от неожиданности рухнула обратно в кресло.

В комнате повисла тишина. Я дрожала, сжимая руку в кулак, и пыталась унять сердцебиение.

— Контракт был заключён задолго до твоего рождения, — сказал он, и голос снова стал ровным, почти безразличным. — Кто-то из твоих предков связал твою душу с демоном. Когда ты попала в Нер'Тар — контракт активировался. Теперь ты связана с этим миром. И со мной.

— С тобой? — переспросила я.

Он кивнул, и на губах появилась кривая, усталая усмешка.

— Ты думаешь, я хочу этого? — в его голосе впервые послышались эмоции. — Ты думаешь, я просил, чтобы на меня свалилась незнакомка из другого мира, связанная со мной контрактом, о котором я ничего не помню? Нет, Лилиана. Я не хочу этого. Но это случилось.

— И что теперь? — голос начал срываться.

Он посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом — и на его лице промелькнуло выражение, которое я не смогла прочитать. Сожаление? Вина?

— Теперь ты должна быть здесь, — сказал он. — Контракт нельзя разорвать, пока он не исполнен.

— Что значит «исполнен»?

Он встал и подошёл к окну, повернувшись ко мне спиной. Серебряный и багровый свет двух лун заливал его фигуру, делая её почти призрачной.

— Ты должна принять этот мир, — сказал он тихо. — Принять Нер'Тар. И остаться в нём по своей воле. Только тогда контракт будет закрыт.

— А если я не приму?

Он медленно повернулся ко мне — и я увидела в его глазах отблески пламени.

— Тогда ты будешь жить здесь. Или умрёшь. Потому что Нер'Тар не прощает нерешительных. Выбор за тобой, Лилиана. Но запомни: пока ты здесь — я твоя защита. Я не дам тебе умереть. Это единственное, что я могу обещать.

Он развернулся и направился к двери, но на пороге остановился. Не оборачиваясь, добавил:

— И ещё кое-что. Я не знаю, кто заключил этот контракт за тебя. Но я должен был сказать тебе правду — хотя и не хотел. Теперь ты знаешь. Решай сама, что делать дальше.

Дверь закрылась за ним, оставив меня в одиночестве.

Я сидела, глядя на серебряную печать на запястье, и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Страх, злость, растерянность — всё смешалось в один болезненный ком.

«Нехотя, но рассказал, — пронеслось в голове. — Не хотел этого. Но всё равно сказал. Почему?»

Я перевела взгляд на дверь, за которой скрылся демон, и впервые задумалась: может, он тоже не хотел быть частью этой игры? Может, просто выполнял долг, каким бы он ни был?

«Ты теперь знаешь. Решай сама», — повторила я его слова — и почувствовала, как внутри разгорается странное, почти дерзкое желание: выжить. Во что бы то ни стало.

Я медленно поднялась, подошла к окну и посмотрела на две луны, которые висели на небе, словно два вечных холодных глаза. Ветер завывал за стеклом, и в его голосе слышалась тоска.

«Нер'Тар, — подумала я. — Мир без солнца, где люди умирают, если не заключают контракты. Демоны, питающиеся человеческими душами. И я — девушка из Мичигана, которая должна решить: остаться или умереть».

Я усмехнулась, и в усмешке была горечь.

«Что ж, Лилиана, — сказала я себе. — Добро пожаловать в новую жизнь. Или в новую смерть».

За окном две луны продолжали светить — равнодушные к моим страхам и надеждам. А где-то в глубине замка я чувствовала присутствие демона, который не хотел говорить мне правду, но сказал. И от этого становилось одновременно страшнее... и легче.

Глава 4. Осваиваемся и исследуем новый мир

Итак, что мы знаем? Мы знаем о том, что в этом мире не выжить без магической защиты, а даёт её контракт с демоном. Это у нас уже имеется. Недовольный демон плюс один… Я тихо захихикала. Ой, бедолага, он ещё не понимает, кто именно ему на голову свалился. Ну да ладно, это потом, а сейчас нужно разузнать как можно больше об этих самых контрактах, особенностях мира, тех самых тварях, о которых говорил Эдиан, и конечно же понять, в каком именно положении я нахожусь, что даёт мне контракт, к чему обязывает и что это вообще такое. Может, как-то можно его разорвать или изменить… Я всё же хочу обратно — в свой уютный мирок из книг и музыки, на свою любимую работу, к своей тихой жизни и квартирке на окраине.

Я осмотрелась. В углу комнаты увидела зеркало. Вздохнула и подошла к нему. На меня смотрела всё та же мелкая девчонка с длинными чёрными волосами и ехидными глазами, но что-то было не так. Не могла понять, но что-то меня смущало. Я осмотрела свой наряд и задумалась: вряд ли в этом мире знают, что такое джинсы и кожанка… Ха-ха… Господи… Но что такое спортивные штаны, они точно знали. Вспоминая тело Эдиана, я снова лихорадочно покраснела. Блять… Не сейчас. Нужно выбираться из этой комнаты и найти, например, библиотеку. А можно ли мне покидать комнату? А безопасно ли это? Хотя он говорил, что я теперь под его защитой, так что похер дым… Ох, блять. Ну соберись, Лилиана, давай, не впервой, прорвёмся.

С таким настроем я открыла дверь спальни и столкнулась нос к носу с девушкой в форме горничной — и отшатнулась от неё. Она была получеловеком-полукошкой. Это как? Эдиан не говорил, что тут живут полузвери или зверолюды… Как их называть вообще? Ох, голова загудела от мыслей. Что же делать? Я подняла глаза на девушку и, развернув плечи, вопросительно взглянула на неё. Она же, в свою очередь, присела в реверансе и представилась:

— Меня зовут Роза. Отныне я ваша личная горничная. Я буду вашей помощницей, по всем вопросам обращайтесь ко мне. Я буду верно вам служить, госпожа.На задворках своих мыслей я понимала, что без помощницы мне не справиться — по крайней мере, на первых порах. Я приветливо кивнула ей и представилась:

— Приветствую. Я Лилиана. Буду благодарна тебе, если расскажешь, как тут всё устроено. Ну, в замке. Как проходит день и какие обязанности теперь будут у меня — как у контрактника господина Эдиана.

Роза улыбнулась — мягко, с лёгким любопытством в глазах, и я заметила, как её кошачьи уши чуть заметно дрогнули, словно она прислушивалась к чему-то, чего я не слышала.

— Ох, госпожа, вы так забавно говорите, — сказала она, и в голосе её послышалась тёплая, искренняя улыбка. — «Контрактник»... Мы тут обычно говорим «подопечный» или «состоящий на службе». Но контрактник — тоже верно, пожалуй. Я с удовольствием всё расскажу. Хотите, начнём прямо сейчас? Я как раз собиралась проветрить комнаты в восточном крыле — могу показать вам замок по пути.

Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается облегчение. Роза казалась доброй, и её присутствие успокаивало — в ней не было той опасной, давящей энергии, что исходила от Эдиана.

— Давай, — сказала я. — Я готова.

Роза взяла с комода чистую тряпку, перекинула её через руку и жестом пригласила меня следовать за ней.

Мы вышли в коридор, и я впервые за всё время заметила, насколько замок был огромным. Высокие потолки терялись в темноте, факелы горели через каждые несколько метров, отбрасывая пляшущие тени на каменные стены.

— Замок называется Мрачный Пик, — начала Роза, идя впереди меня и легко касаясь пальцами стен, будто здороваясь с ними. — Построен больше пятисот лет назад, ещё до того, как господин Эдиан стал советником короля. Здесь живёт около двухсот человек — прислуга, охрана, повара, садовники, ну и сам господин, конечно. А теперь ещё и вы.

— Двести человек? — удивилась я. — И все они — контрактники?

Роза кивнула, и её уши снова дрогнули.

— Почти все. Некоторые родились уже здесь — их родители заключили контракт, и дети автоматически попадают под защиту господина Эдиана, пока не вырастут и не решат, заключать ли свой собственный контракт. Хотя выбор, по сути, небольшой — без контракта в Нер'Таре не выжить. Но господин Эдиан не принуждает. Он даёт время подумать. Иногда годы.

— Он кажется... не таким уж плохим, — осторожно сказала я.

Роза рассмеялась — тихо, музыкально.

— О, госпожа, он — лучший из демонов. Честно. Я служу ему уже пятнадцать лет, и он ни разу не поднял на меня руку. Никогда не кричал без причины, не наказывал за мелкие ошибки. Он строг, да, но справедлив. И он всегда держит слово. Это в Нер'Таре — редкость.

— А остальные демоны? — спросила я, и мы свернули в широкий коридор, стены которого были увешаны гобеленами.