Арлен Гарднер Тьма в сердце болота

Пролог: там среди болот...

«Там среди болот живёт, песню тихую поёт, коль увидишь ты его, сердце враз твоё замрёт, и дыхание собьётся, да в той топи оборвётся».

Именно так начинался один из рассказов о жутком Болотнике — страхе всех детей и, что уж таить, взрослых. Его всегда описывали как мрачного мужчину с бледным лицом серого оттенка и белёсыми глазами. Обычно подобные глаза у слепых, но в рассказах его всегда упоминали как зрячего. Он бродит меж деревьев и заманивает путников в свои болота, дабы подкрепиться ими.

Я передернула плечами, пытаясь избавиться от неприятного ощущения, которое каждый раз накрывало меня с головой, стоило кому-то из старейшин завести разговор о Болотнике. Раньше я часто слушала, а после долго не могла уснуть ночами, мне мерещилось, что этот мужчина бродит под лунным светом и ищет себе жертв. Глупо, правда? Я поняла это, став взрослее. Теперь, слыша рассказы о нём, я могла заснуть. Болотник никогда не покидал леса, его никто не видел воочию на нашей равнине или возле нашего поселения, а значит, бояться нечего.

Я прошла мимо дома Главы поселения и, свернув вправо, постучала в дверь немного ветхого дома. В нём живёт моя бабушка, и она одна из самых мудрых женщин. Её хотели переселить в новый дом, но она ни в какую не хотела покидать этот, доставшийся ей от её отца, который сгинул в тех самых болотах.

Дверь почти тут же открылась, добрые светло-карие глаза бабушки внимательно посмотрели на меня.

— Ни свет ни заря, а ты уже бегаешь по домам, Вельмира, — сказала она, делая шаг в сторону и пропуская меня в дом.

Я лишь улыбнулась, прошла внутрь и положила на стол корзинку, наполненную разнообразной выпечкой. Моя мама и отец пекли хлеб едва ли не для всего поселения, они были лучшими в этом деле. Я не унаследовала это умение. Тесто не поддавалось, и булочки всегда подгорали. Я помогала родителям как могла: разносила приготовленное и собирала монеты.

Почти каждый день я ходила к бабушке, принося ей остатки того, что мы не смогли продать. Именно от неё я услышала первую историю о Болотнике, как же давно это было, вроде мне тогда 1вёсен семь исполнилось...

— Оставайся, чаёк вместе попьём, — бабушка достала две кружки, этим самым показывая, что отказа не примет.

— Хорошо, — я села на стул и достала из корзины сладкий пирожок с ягодами. — Появилась новая история?

Мне не хотелось слушать, но бабушка всегда так интересно рассказывала, да и я заметила, что ей это приносит удовольствие. Поставив чашки, старшая женщина нашего семейства уселась напротив меня и загадочно блеснула глазами.

— Слышала от местных ребятишек вчера, что видели они Болотника на окраине леса.

— Что? — я чуть не поперхнулась чаем, закашлявшись. — Шутят, должно быть, он же со своих болот не вылазит...

— Кто их знает, — бабушка пожала плечами. — То был вечер, может, обознались, но кто в своем уме в столь поздний час к лесу пойдёт?

Я задумалась: действительно, кто бы туда пошёл? На душе стало тревожно. Почему Болотник вдруг показался? Я ничего не сказала бабушке, но долго думала об этом. В ту ночь я не смогла уснуть. Страх детства вернулся. За окнами мерещилась тень.

Глава 1: Яромир

По утру я, как обычно, встала и направилась в соседнюю с нашим домом постройку, где родители оборудовали всё для своего пекарского дела. Большая печь, железные протвини, миски для замешивания теста. Я вдохнула полной грудью аромат начавшего зарумяниваться пирога.

— Велечка, — позвала меня мама. — Я уже напекла булочек для семьи Главы поселения. Можешь отнести?

— Да, конечно, — я скрыла усталость под улыбкой и, подхватив собранную корзину, выскользнула наружу.

Теплый ветерок нежно трепал мои волосы, и я с наслаждением подставила лицо под его прикосновения. Сезон Оттаивания завершился всего пять дней назад, когда ещё ощущалась прохлада. Теперь же солнечные лучи согревали землю и воздух.

В поселении было как-то непривычно оживлённо, обычно в это время большинство жителей были в домах и ждали, когда я принесу им тёплой выпечки. Мимо пробежал Милослав — соседский мальчишка, всего на две вёсны моложе меня. Но если бы я не знала его возраст, решила бы, что он старше. Милослав был на голову выше, смышлёный и упорный. Родители считали его идеальной парой для меня, но я оставалась к нему равнодушной, несмотря на его красоту.

— Мил, — окликнула я его.

— Утречка Велла! — он обернулся и приветливо махнул мне рукой.

— Почему все из домов повыходили? — спросила я, подходя к нему ближе.

— Так это, у нас гость из поселения, где Северная Граница, — Милослав лучезарно улыбнулся, а на его щеках образовались забавные ямочки. — Пришел за час до рассвета, прямо к нашему Главе, тот ему сейчас свободный дом подыскивает.

Я вздрогнула. О том поселении ходили не самые приятные слухи. Люди там славились суровостью и гордостью, а также часто вступали в конфликты с хаолтами.

Я вздохнула. Как же хорошо, что мы живем мирно и на нас никто не нападает. Бабушка рассказывала, что хаолты жестоки и ненавидят людей. От них не жди пощады. Кстати, мой взгляд невольно упал на забор вдалеке. Наш Болотник, говорят, тоже из этих существ.

— Велла, ты чего побледнела? — голос Милослава вырвал меня из задумчивости, а его зелёные глаза с беспокойством заглянули в мои.

Будь на моём месте любая другая девушка, она бы смутилась. Мил нравился всем, кроме меня. Я всегда воспринимала его только как друга.

— Да так, задумалась, — я отмахнулась и перевела тему: — А чего этот гость вообще у нас забыл?

— Говорит, холодно у них, тепла захотел, — Милослав провел рукой по светлым волосам, которые с детства напоминали мне солнце. — Сколько пробудет, не сказал, и почему один — тоже. Наш Глава поставил ему одно условие: не мешать местным, а в остальном — пусть гостит, сколько захочет.

Я кивнула и, сказав, что мне нужно отнести корзину семье Главы, попрощалась с Милом и направилась к их дому. Там собралось ещё больше людей, всем было любопытно взглянуть на северного человека — так мы в шутку называли людей из тех краёв. Пробравшись через толпу, я уже собиралась подойти к двери, но застыла на месте, увидев незнакомца.

Он резко выделялся среди всех парней, которых я когда-либо встречала. В нашем поселении только у нескольких семей были люди с тёмными волосами, большинство же имело светлые, как у Милослава, рыжие или русые. Но ни у кого не было таких чёрных волос, как у этого парня. Они ровной волной спадали до лопаток, а глаза, которые сейчас смотрели на меня и были темнее самой ночи, заставили содрогнуться. Мне показалось, что он смотрит в самую душу, вызнавая все тайны.

— Можешь жить в доме на окраине поселения, он просторный и пустой, — говорил Глава поселения, стоя рядом с ним. — Если что понадобится, скажешь, дадим. Мы люди не жадные.

Я невольно обратила внимание на цвет кожи, он был бледнее, чем у остальных. Интересно, все северные люди так выглядят? Их такими сделал холод и недостаток солнца?

— О, Вельмира, — Глава заметил меня и махнул рукой, подзывая. — Знакомься, это Яромир, наш гость. Сможешь ему тоже выпечку носить? А то паренек с голоду помрёт, — он широко улыбнулся, а в карих глазах заплясали искорки веселья.

— Конечно, смогу, — сказала я, подойдя и посмотрев на Яромира, добавила: — Приятно познакомиться.

— Приятно, — ответил Яромир. Его голос прозвучал глухо и тихо, как эхо в лесу.

— Э.. могу сейчас и принести, ты, должно быть, голоден с дороги?

— Принеси, — так же коротко ответил парень.

Ладно, нужно постараться быть дружелюбной и не обращать внимания на его странности, а то ещё будет рассказывать в своём поселении, что мы тут не гостеприимные.

Кивнув, я отдала корзину Главе и, развернувшись, направилась домой за новой выпечкой, уже для этого странного парня. Где находится дом, который ему отдали, я прекрасно знала. В свои вёсен десять я любила забираться на его крышу, сидеть там и смотреть на равнину за забором и темнеющий вдали лес. Я никогда не выходила из поселения. Боялась.

Ребята моего возраста и старше частенько перелезали забор, в то время как я неизменно наблюдала со стороны. Забрав корзину с выпечкой для Яромира, я сразу направилась к тому дому, размыслив, что он уже должен осматривать своё новое жилище. Мои предположения оказались верны, стоило постучать в дверь, как она тут же открылась, а чёрные глаза парня уставились на меня.

По моей коже пробежали мурашки, и я, не выдержав, выпалила:

— Да хватит так жутко смотреть!

— Жутко? — спросил Яромир, склонив голову набок. Чёрные пряди упали ему на лицо.

— Именно так, — ответила я, отодвигая его в сторону и входя внутрь. Пройдя небольшой коридор, я оказалась на кухне. — Здесь еды на два дня, — сказала я, ставя корзину на стол. — Но лучше не питаться одной выпечкой.

— Угу.

Я чуть не подпрыгнула от испуга, услышав его «угу» прямо в ухо. Резко повернувшись, я сердито взглянула на него. Он спокойно смотрел на меня сверху вниз, а мне приходилось поднимать голову, чтобы увидеть его глаза.

— Рассердилась? — спросил Яромир, слегка прищурившись.

— Да, представь! — я скрестила руки на груди. — Кто так подкрадывается?

— Я, — невозмутимо ответил он.

— Оно и видно! — я отступила на шаг, отведя взгляд.

Яромир наклонился, продолжая смотреть мне в глаза немигающим взглядом.

«Что он там ищет? Бабочек? Цветочки? Облака?» — я сделала ещё шаг назад, размышляя, придется ли мне видеться с ним каждый день. Может, стоит принести ему выпечки на дней десять вперёд?

— Тебе сколько вёсен? — спросила, дабы отвлечь его от разглядывания моего лица.

— Двадцать, — Яромир выпрямился и перевёл взгляд на корзину. — Спасибо.

— О, ты умеешь говорить спасибо? — я приподняла бровь.

— А кто-то не умеет?

— Да, — я отошла в сторону, думая, уйти сейчас или ещё немного побыть. — Наглецы и придурки.

— Выходит, я не тот и не этот? — вопрос прозвучал довольно серьёзно.

— А вот этого я пока не поняла, — я вздохнула. — Ты странный и непонятный.

«Почему с ним так тяжело говорить?» — мысленно взвыла я.

— Когда поймёшь — скажи.

— Всенепременно, — я направилась к коридору. — Ладно, обживайся тут, а мне пора.

Не дождавшись ответа, я быстро покинула дом и хотела было направиться за выпечкой для наших соседей, как услышала тихие шаги. Обернувшись, я обнаружила, что Яромир идёт за мной едва ли не след в след.

— Ты что делаешь?

— Иду за тобой.

— Это я вижу, но зачем?

— Ты покажешь мне поселение.

Я замерла в шоке от того, с какой уверенностью он это заявил.

— С чего бы это?

— Ты мне понравилась.

— Я не хочу, чтобы ты следовал за мной повсюду, и ничего показывать не буду! Ищи кого-то другого и... Подожди, что ты сказал? В каком смысле «понравилась»?

— Хороший человек.

— Мгм, не могу сказать то же самое про тебя.

«На ум приходит лишь доставучий», — пронеслось в мыслях.

— Это правильно, про меня такого и не скажешь, — Яромир слегка улыбнулся.

Я шагнула к нему и стала внимательно разглядывать. Вроде всё в порядке, голова целая... Может, он как-то так стукнулся, что шишка не появилась? А может, он уже родился таким недалёким?

— Тоже нравлюсь? — парень вдруг коснулся рукой моих волос и пропустил пряди сквозь пальцы, при этом смотря мне где-то в районе бровей.

— Да иди ты! — я резко оттолкнула его руку и фыркнула. — Просто думала тащить тебя к лекарю или нет.

— Зачем мне лекарь?

— Чтобы вылечить твою голову, — я вздохнула. — Слушай, вы все там такие странные? Говоришь не пойми что. Не спрашиваешь ни о чем, просто ставишь перед фактом. Вежливости не учили?

Яромир ничего не ответил, лишь пожал плечами, после чего сказал:

— Я с тобой ходить хочу.

— У меня нет времени показывать поселение, — я отвернулась и пошла дальше. — Мне надо разносить выпечку.

— Будем вместе разносить.

«Да что ж ты такой приставучий-то?» — вздохнула я в мыслях, а вслух произнесла:

— Учти, если будешь за мной ходить, будешь таскать корзины.

— Я не против.

— Да ну? — я глянула на него через плечо с недоверием.

— Могу хоть несколько носить, — вполне серьёзно ответил Яромир.

Мои губы растянулись в предвкушающей улыбке. Что ж, северный человек, ты сам решил свою судьбу. Погоняю тебя.

Глава 2: Новый друг?

Мой неожиданный помощник оказался весьма полезным. Сперва я думала, что он замучает меня вопросами о поселении, как тут всё устроено, кто живёт, Яромир большую часть времени молчал. Послушно таскал корзины, пытался повторить мою приветливую улыбку и с интересом рассматривал жителей.

Те в ответ точно так же рассматривали его. За этот день я уже порядком привыкла к внешности нового знакомого, ни бледная кожа, ни чёрные глаза больше не вызывали у меня удивления. Я внезапно подумала о том, что если бы я отправилась к Северной Границе, то мне было бы неприятно ощущать на себе пристальное внимание и взгляды, словно я диковинка.

К полудню все корзины были разнесены, и мы могли отдохнуть. Яромир уселся прямо на землю, скрестив ноги и смотря на меня снизу вверх. Я-то присела на лавочку и теперь пыталась скрыть недоумевающее выражение лица. Кто знает, может, в Большом поселении все садятся на землю?

«А может, это его возле леса видели и приняли за Болотника?» — посетила меня внезапная мысль.

— Слушай, Яромир, а ты случайно возле леса не ходил?

— Почему спрашиваешь? — парень слегка склонил голову на бок.

— Интересно, — я пожала плечами. — Просто местные говорили, что видели кого-то возле леса, вот я и подумала ни тебя ли.

— Может и меня, — Яромир перевёл взгляд на небо. — Прежде чем пойти к вам я осматривал окрестности.

— Фух, — я не удержалась от облегчённого вздоха и, поймав на себе непонимающий взгляд, пояснила: — Просто у нас в лесу живёт существо одно, мы его Болотником называем. Жители уверены, что это он возле леса бродил, а это, ну, понимаешь, страшно. Он же не выходил никогда, а тут показался. А раз это был ты, то и бояться нечего.

— А от чего вы его Болотником зовёте? — с интересом спросил Яромир.

— Ну так на болотах же живёт, — я призадумалась. — Ещё старейшины говорят, что он вроде как этими болотами и рождён. Ну, появился из них, в общем. Много историй ходит, не знаешь, какая правдивее.

— И ты его боишься?

— Конечно боюсь! — воскликнула я. — Ходят истории, что он людей в своих болотах топит, особенно детей.

Губы Яромира дрогнули, а в глазах появилось какое-то непонятное выражение, но я не успела рассмотреть, он опустил голову и дотронулся рукой до растущего рядом цветка.

— У страха глаза велики, порой люди страшатся того, что на самом деле угрозы не несёт.

— Это Болотник-то не несет угрозы? — удивлённо спросила я и тут же серьёзно добавила: — Яромир, я понимаю, что ты издалека и у вас другой взгляд на мир, но не стоит рисковать понапрасну, — я вздохнула. — Не приближайся больше к лесу, пожалуйста.

— Хорошо, — он оторвал цветочек, привстал и заправил мне его за ухо, от чего я тут же забыла, о чём мы только что говорили.

— Зачем? — мой голос отчего-то прозвучал тихо.

— А так красивее, — Яромир вновь сел как сидел и улыбнулся. — Твоему лицу очень идёт белый цвет.

— Мгм, спасибо, — я отвела взгляд, отчего-то стало неловко. — Тебе тоже пойдёт.

— Сплетёшь мне веночек?

— А?

— Я слышал, люди из этого поселения часто плетут веночки друг другу, — невозмутимо сказал Яромир, смотря на меня.

— Да, но... — я запнулась. — Обычно это делают подруги или... влюблённые пары.

— Но ведь ничто не запрещает сплести веночек не подруге, а другу?

— Ничего, просто так не принято и... постой, другу? — я внимательно посмотрела в его глаза. — Это ты так мне дружить предлагаешь?

— Ага, — он оторвал ещё один цветочек и протянул мне. — Жду от тебя дружеский веночек, Вельмира.

Если бы мне кто-то сказал буквально несколько дней назад, что я буду собирать белые цветочки для того, чтобы сплести из них веночек для малознакомого парня, я бы посмотрела на говорящего как на дурака, но именно этим я сейчас и занималась.

Яромир ушел домой, хотел пообедать вкусностями, которые я ему принесла. Именно так он назвал корзинку с выпечкой. Я же направилась к забору, где в большом количестве росли цветы, в преимуществе белые.

Сначала мне хотелось отказать, неправильно всё это, да и соседи не поймут, но потом я представила, как красиво белые цветы будут смотреться на черных волосах, и решила рискнуть. Никто же не осудит, что я сплела веночек нашему гостю? А может, и вовсе не говорить, что это моих рук дело, пусть считают, что Яромир сам себе его сделал.

В душе, несмотря на думки и сомнения, от чего-то было радостно. Меня ещё никто не просил о подобном, и, что уж таить, я была рада обзавестись новым другом.

«Вот только как мы потом сможем дружить на расстоянии? Он ведь не навсегда к нам...»

— Для кого веночек, Велла?

Я обернулась и приветливо махнула рукой приближающемуся Милославу. Парень улыбнулся мне и, подойдя, присел на корточки рядом со мной, разглядывая сплетённый почти до конца веночек.

— Для нашего гостя, — честно ответила я и принялась вплетать ещё один стебель.

— Для того бледного? — в голосе Милослава проскользнуло удивление. — Ну и зачем ему цветочки на голову? Он и так привлекает к себе внимание.

— Можно подумать, веночки носят лишь для того, чтобы собирать на себе взгляды, — я не удержалась и закатила глаза. — Мы с Яромиром подружились, вот я и плету ему дружественный веночек.

— Дружественный? — брови Милослава поползли вверх. — Вы когда подружиться успели? Да и таких веночков не бывает, ты ведь знаешь.

— Бывают, — я хмуро посмотрела на него. — Подруги дарят друг другу.

— Женская дружба — это женская дружба, — Милослав оторвал желтый цветочек и прокрутил его в пальцах. — Девушки их дарят, чтобы помочь подруге в будущем жениха сыскать, или твоему этому Яромиру жених нужен?

Я замерла на мгновение, а после прыснула со смеху. Умеет же Милослав вплетать шутки в разговор, как стебли в веночки. Парень тоже засмеялся, уже сев на землю, скрестив ноги.

— А может, я ему невесту найти хочу? — сказала я, просмеявшись. — Или веночки лишь парней привлекают?

— Как знать, как знать, — Милослав улыбнулся. — Вот на пришлом и проверим.

— Ты на нём ещё что-нибудь начни проверять, — усмехнулась я, вставая и придирчиво рассматривая веночек. — Кстати, он хоть мне поначалу и показался непонятным и каким-то страшным, но вполне хороший парень.

— Да ну, а не врёшь, Велла?

— С чего бы мне врать, Мил?

— Ну не знаю, может, ты в него влюбилась, вот он тебе и кажется хорошим, а на самом деле...

— Я на тебя сейчас этот венок одену, — перебила я Милослава.

— Прошу, не надо, сжальтесь! — парень тут же вскочил на ноги и отбежал от меня. — Подобное дарят лишь потенциальным женихам!

— Он дружественный, дурачок! — засмеялась я.

— И что? — Милослав сделал большие глаза. — А если он мне невесту привлечет? Вот оно мне надо?

— Хватит в холостяках ходить, — я кинулась к парню, намереваясь нацепить ему на голову веночек. — Пора семьёй обзаводиться!

— А вёсен мне сколько? Чай не тридцать, чтоб ты мне невесту искала! — Милослав отбежал ещё дальше. — Хотя, если невестой будешь ты, м-м-м, я подумаю.

— Я тебя за такие думки к Болотнику отправлю, — шутливо пригрозила я.

— Ка-а-акая ты добрая у нас, Велла, — протянул Милослав. — Иди уже, небось твой ненаглядный Яромир уже ищет тебя, веночек ждёт.

Я не стала ничего на это говорить, посмотрела вниз и, увидев так удачно подвернувшуюся веточку, подняла её и кинула в парня. Тот ойкнул, увернувшись. Я нагнулась, сделав вид, что хочу ещё чем-то в него кинуть.

— Ну Велла, ну прости, я же просто пошутил! — Милослав настороженно следил за моими движениями. — Чего сразу ветками кидаться, ты еще камень кинь.

— О, камень! — я подняла на него взгляд и улыбнулась. — Хорошая идея, Мил, спасибо.

Милослав тут же побежал прочь, а я залилась звонким смехом, провожая взглядом его быстро отдаляющуюся фигуру. Ещё раз осмотрев веночек и убедившись в том, что он красивый, я направилась к Яромиру.

Тот ждал меня, сидя на крыльце своего временного дома. Рядом стояла корзина, уже пустая, и укрытая хлопковым полотенчиком. Ничего не говоря, я, подойдя, одела ему на голову веночек и невольно улыбнулась. С ним Яромир казался каким-то милым.

— Спасибо, — он тоже улыбнулся. — Присядешь?

— Да, пожалуй, — я устроилась рядом с ним и посмотрела темнеющее небо. — Чем планируешь завтра заняться?

— Помогать тебе, — Яромир словно невзначай коснулся моих пальцев своими. — Ты же не против?

— Я никогда не против погонять кого-нибудь, — я посмотрела в его черные глаза. — Неужели тебе понравилось быть на побегушках?

— Нет, — он усмехнулся. — Просто с тобой интересно.

«Мне тоже с тобой интересно», — подумала я, но вслух ничего не сказала, лишь улыбнулась.

Глава 3: разговоры о Болотнике

— Вельмира, а можешь рассказать о Болотнике?

Я едва не уронила корзинку от вопроса Яромира. Сегодня с утра пораньше мы пошли разносить выпечку, в основном хлеб и пирожки, и вот, когда нам осталось сходить ещё в два дома, он решил ввести меня в ступор. Не специально, конечно, но всё же.

— Зачем? — спросила я, спустя недолгое молчание, и ухватила корзинку крепче. — Ничего хорошего в этих рассказах нет, да и ты уже знаешь о нем основную информацию.

— Мне интересно, — парень слегка улыбнулся. — Расскажи.

— Ты ведь не отстанешь? — хмуро поинтересовалась я.

— Не-а, не отстану, — Яромир кивнул. — Тебе лучше сразу согласится.

Я закатила глаза и, тяжело вздохнув, кивнула. Яромир оказался на редкость упрямым, точно так же как он упорно хотел носить со мной корзины, он хотел услышать эти истории.

«Может, отвести его к бабушке? Вот она ему точно понарассказывает», — подумала я, но тут же отбросила эту мысль. Бабушка меня не отпустит, захочет напоить чаем, и мне придётся слушать всё это вместе с Яромиром. А сейчас я хотя бы могу выбрать, что рассказать, а что нет.

— Можешь начинать, — напомнил о себе парень и я не удержалась от ещё одного тяжелого вздоха.

— Ла-а-адно, — недовольно протянув, я задумалась и решила рассказать ему одну из первых историй, которая передавалась от поколения к поколению: — Говорят, Болотник не всегда жил в наших лесах. Много лет назад мы могли свободно ходить туда, ловить дичь, играть в прятки и бегать среди деревьев босыми ногами по траве. Болота тогда были небольшими и совсем не страшными, это после они разрослись и стали губительными. Первый раз Болотника встретили несколько молодых ребят, что собирали цветы на опушке. Они были глупы и наивны, увидев его, не испугались, а пошли навстречу, желая познакомиться. Он заманил их в болота, там они и остались... Их пошли искать родители, и их постигла та же участь. Лишь одна женщина выжила и, вернувшись, поведала всем эту трагичную историю. С тех пор никто более в лес не ходил, но порой молодые ребята бегают к нему, дабы смелость свою проверить, и очень часто такие вылазки кончаются тем, что их поглощает болото.

— Интересно, но это не то, что я хотел услышать, — сказал Яромир, подав мне руку и помогая подняться на небольшую возвышенность, где стоял один из домов. — Ты рассказала про болота, но не про Болотника.

— В смысле? — непоняла я. — Эта история именно про него!

— Нет, — парень качнул головой. — Мне интересно, что вы знаете именно о Болотнике. Например, каков его характер, поведение? Может есть какие-то привычки, особенности.

— Ты серьёзно? — я остановилась, с удивлением смотря на него. — Кто в здравом уме полезет в лес наблюдать за ним и выявлять привычки?

— Никто, — Яромир кивнул. — По сему выходит, что вы его совсем не знаете, и утверждать, что именно он топит людей, не можете.

— Как это?

— А есть ли хоть один свидетель, что видел это воочию?

— Не знаю, но были, наверное, — я задумалась. — Из живущих сейчас точно нет, но вот наши предки, должно быть, видели, откуда-то же пошла эта информация.

— А что, если это плод чьего-то воображения? — Яромир слегка склонил голову на бок, и я невольно залюбовалась тем, как красиво белые цветы смотрятся на его волосах. Он так и носил мой венок, отказываясь снимать, даже когда я ему сказала, что на него будут непонимающе смотреть. Видно, чужое мнение северного человека вообще не волновало.

— Болотник — это не воображение, — я отрицательно качнула головой. — Его видели и продолжают видеть. Страшное существо с длинными черными волосами, белесыми глазами, острыми ушами, каких нет у людей, и с бледной кожей, словно у мертвеца.