Полная версия:
Аня Васнецова Тройное торнадо для папочки
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Ти! – бьет себя в грудь кулаком.
– А ты, как я погляжу, себе не изменяешь? – хмыкаю.
– Ти!
– Да, ты, ты, я понял, – качаю головой.
– Ти! – снова бьет себя в грудь, но только ещё суровей.
Бровки от этой суровости чуть глаза не закрывают.
Тут в разговор вступает девочка с фломастером:
– Ви, – указывает на себя пальчиком. Потом на сестрёнку. – Ни. – Затем на мальчика. – Ти.
– Ти! – пацан подтверждает слова сестры новым ударом в грудь.
– Да, понял я уже, понял, – проговариваю.
Ти – Тимофей. Ви – Вика. Ни – Ника.
Что ж… Вика и Ника – ураганы. Тимофей – цунами. Всё вместе и сразу – мне хана.
Пора мне и самому представиться.
– Ну, тогда и я Ти, – объявляю карапузам и тоже ударяю себя кулаком в грудь.
– Неть! – взрывается пацан. – Я Ти!
Аж слюни вылетают изо рта.
Вид у него такой, что сгрызет меня целиком.
– Ти! Ти! ТИ!
Ну, что ещё за комок ярости такой?
– Ты Тимофей. Я это понял, – пытаюсь пояснить и успокоить этого лютого карапуза. – А меня зовут Тимур.
И показываю на себя пальцем, произнося по слогам:
– Я Ти-мур.
– Ти? – удивляется пацанчик.
Фух! Ну, наконец дошло.
– Ти-и… – пробует повотрить Вика, – …мул. Ти-и му-ул.
О, молодец!
– Ти-и-мул, – проговаривает Ника.
И хихикнув указывает на меня.
– Ти мулл! Мулл! Хи-хи-хи!
– Хи-хи-хи! – вторит ей Вика. – Ти мул-мул!
– Хи-хи-хи-хи!
Пацанчик на сестрёнок смотрит с недоумением и открытым ртом. Он нифига не понял, чего это они?
И я не понял. Но вид у малышек такой забавный. Хихикают, улыбаются. Миленькие такие.
У меня у самого непроизвольно растягивается улыбка на лице.
Ну, вот. Смог детей развеселить. Чем не отец года?
– Хи-хи-хи! – продолжают смеяться девочки. – Мул-мул! Киса!
– Киса-киса! Мул-мул!
Чего?
Какая киса?
Улыбка с моего лица быстро сползает.
– Ти мул-мул! – указывает на меня пальцем Вика. – Ти киса! Хи-хи!
– Киса! Киса! – весело тычет в меня пальцем Ника. – Ти киса!
Теперь и пацан начинает улыбаться глядя на меня. Губы его так и шепчут: «Киса».
– Какая я вам киса?! – спешу переубедить детей в обратном. – Я Тимур!
– Ти киса! Киса!
Да, как так?! Не успел с детьми пообщаться, как тут же уронил родительский авторитет. Ну, кто будет слушаться папу-кису?
– Так, тушканчики вы недоделанные, я Тимур! И точка.
– Ту? – спрашивает девочка с фломастером. Вика, кажется. В записке про нее написано, что спит Вика только с зайкой. Понятия не имею, что за зайка. Но, надеюсь, эта малявка не будет выпускать фломастер из рук, чтобы я смог отличать девочек.
Они вообще на одно лицо. Клоны блин. Даже пацан. Хорошо, что у него стрижка короткая и одежда мальчиковая.
– Ту? – снова карапузы спрашивают меня.
Это они про тушканчиков что ли?
– Да, Ту, – подтверждаю. – Скоро с вами стану ту-ту!
– Ту-ту! Хи-хи-хи!
– Хи! Ту-ту-ту-у!
Детям снова становится весело. Про кису не вспоминают. День налаживается.
Но тут, вдруг, ни с того ни с сего, бровки пацана ползут вверх. То ли от удивления, то ли от какого-то переживания. Он оглядывается по сторонам. Обеспокоено так.
А потом берёт и обеими руками сильно оттягивает свои штаны перед собой. И наклоняет голову, чтобы посмотреть, что же там в этих штанах.
Пытается убедиться, что мальчик? Или для чего всё это?
Там у него что, подгузник?
Сестрёнки первыми понимают суть действий брата. Они дружно хватаются за носы с возгласом:
– Фи-и!
Затем, отпрыгивают в стороны.
И тут до меня доходит осознание. Вместе с запахом.
– Не-е-ет… – протягиваю я, не веря в происходящее. – Нет. Только не это.
Тимофей поднимает на меня свою голову и как бы удивлённо и в то же время извиняющим тоном сообщает:
– Ка.
Глава 5
Тимур
– Ты мне тут не КАкай, – предупреждаю карапуза.
Правда, и сам понимаю, что с предупреждением опоздал.
– Ка-а, – малыш подтверждает своим тоном свершившийся факт дефекации детского организма.
Мол, ты чего, дядь? Оно уже всё.
И будто специально пацан пытается с оттопыренными штанами подвинуться ко мне и показать результат свои действий. Типа, смотри какая тут кака прикольная.
Может, я мысли научился читать, но пацан так и произносит, продолжая ко мне двигаться:
– Ка-ка.
Осматриваю его и пытаюсь понять, как к засранцу подступиться. И что, вообще, делать?
Идея приходит моментально. Я же начальник.
– Светлана! – громко кричу я, чтобы помощница услышала.
Дети даже отшатываются. Переборщил с громкостью, похоже. Пацан дёргается было, но я его останавливаю.
– Ты, давай, от страха вторую кучу не наложи, – упрашиваю карапуза. – Мне и первой за глаза.
– Что-то случилось, Тимур Дмитриевич?! – врывается очень обеспокоенная секретарша.
Она, что, думала меня тут эти монстры в подгузниках уже четвертуют?
– Случилось, – сообщаю ей. – Вот это случилось.
И указываю на Тимофея.
Сначала её брови просто приподнимаются в удивлении, так как девушка не видит, что именно с пацаном не так. А потом до неё доходит запах…
– Уу-у, – Светлана прикрывает ладонью всё лицо.
И через зажатый нос глухо произносит:
– Тимофей Дмитриевич, мне плохо. Наверно, что-то неудачно съела. Я не вытерплю такого запаха. Вам просто нужно поменять подгузник. Если он одет. Он же одет?
Не понял, она специально слиться пытается? Но делать нечего. Вдруг, правда плохо девушке.
– Одет, одет, – отвечаю секретарше. – Но как и что делать-то?!
– Снять старый, – девушка инструктирует меня, быстро тараторя слова через нос. – Вытереть попу влажными салфетками или подмыть. Помазать попу кремом специальным под подгузник. Или присыпкой посыпать. Потом одеть новый.
Последние слова она кричит уже за дверью моего кабинета. Не забыв ту поплотнее прижать.
Тоже мне актриса. Не так уж и сильно воняет. Или я принюхался?
Либо по причине, что ОНО родное для меня.
Ладно, сам всё сделаю. Интернет подкидывает мне схему пошаговых действий. И через минуту Тимофей уже без штанов лежит на моём рабочем столе. Под ним подстелена пеленка, найденная в вещах, которые передал дед. Рядом упаковка влажных салфеток и тюбик с кремом.
Лежит пацан, смотрит в потолок. Сосёт палец. Ни о чём не парится. А я, блин, пытаюсь снять подгузник.
– Да, как его снять?
Где эти чертовы липучки, которые можно по много раз сцеплять и расцеплять? Почему подгузник на резинках?
Если начну снимать его, то все ноги карапузу измажу. Мне всей этой упаковки салфеток не хватит, чтобы оттереть пацана.
И тут до меня кое-что доходит. Этот засранчик тут не один. Вон, ещё две потенциальные отравительницы воздуха. Вика, пока я занят, стащила один из листов в документах и водит по нему фломастером. Хорошо, что это уже ранее испорченные ей документы.
Ника же пытается оторвать ручку ящика моего стола.
– Надеюсь, вы тоже в подгузниках? – спрашиваю девочек. – И прямо сейчас не собираетесь ими воспользоваться по назначению.
Ника отрывается от своего занятия.
– Ка-ка? – заинтересованно спрашивает меня.
– Не надо ка-ка! – прошу её. – Я ещё с этой не справился.
– Осочек, – сообщает малявка мне.
– Чего? – не понял.
– Осочек, – повторяет Вика, не отрываясь от рисования.
Даже в мою строну не глядит.
– Осочек, осочек, – подтверждает Ника.
– Что за осочек? – пытаюсь понять.
Малявка наконец отпускает несчастную ручку ящика и бежит к сумкам. И из самой большой вытаскивает розовую пластиковую фиговину. Тащит ко мне, показывает и с радостью сообщает:
– Осочек.
На вытянутых руках девочки горшок для малышей.
– Понял, – киваю. – Горшочек.
Даже выдыхаю немного.
– Так вы умеете на горшочек ходить? Молодцы какие!
За такое и похвалить несложно.
– Вот, учись у сестрёнок, – пытаюсь пристыдить пацана. – А то обделался тут. А нам страдай.
– Си-си и ка-ка в осочек, – нравоучительно наставляет Ника своего братика.
Даже личико делает, как у строгой учительницы. И как только ей удается выразить такие эмоции?
Но дальше малявка, вдруг, решает показать пример. Наглядно.
– Эй, ты чего делаешь?
Поставив горшок прямо передо мной девочка, никого не стесняясь, спускает юбку прямо до пола. Вместе с… На ней тоже оказывается подгузник на резинке. Затем садится на горшок. И смотрит на меня внимательно, во все глаза.
А что в таких ситуациях нужно делать взрослому мужчине? Я вот, вообще, без понятия. И чего она смотрит? Чего-то ждет?
– Молодец, – выдавливаю из себя.
Девочка всё смотрит и смотрит на меня. Вплоть до самого окончания процесса. Затем надевает подгузник и юбку. Поднимает наполненный горшок своими ручками.
– Н-на! – протягивает мне.
И ждет, пока я заберу.
Ээ…
– Спасибо, – не нахожу что ещё на это ответить.
Пиликает сообщение. Достаю телефон. От Альбины.
«Я сегодня весь день свободна. Сняла люксовые апартаменты. Хожу голенькой, нежусь в большой ванной с пеной. Тут так приятно и тепло. Присоединяйся. Хоть сейчас, хоть вечером. Буду ждать.»
В конце идет адрес отеля.
Так… Я же говорил ей, что не намерен больше проводить с ней время?
Говорил. Но, видимо, разговора мало. Пытается соблазнить.
Ладно. Сейчас не до Альбины.
Сначала нужно с каками разобраться. Мысленно бью себе по голове. Раз подгузник все равно менять, то чего старый жалеть? Просто рву резинки, благо это даётся довольно легко.
Вещи детям собирал кто-то очень продуманный. Тут и рулон с пакетами предусмотрен. В один из них я и укладываю б/у подгузник с детской неожиданностью. Использованные салфетки тоже.
И чего этот «продуманный» свидетельства о рождении не положил?
Теперь Тимофей стоит довольный, в новом подгузнике, с натянутым до пупка штанами. И с улыбкой на лице смотрит за сестрёнками. Явно присоединиться к их веселью хочет.
Те, действительно, не скучают. Ника всё также, держа горшок в руках, бегает за Викой, собираясь то ли вылить содержимое на сестрёнку, то ли на голову поставить.
Я же понимаю, что один всё это не вывезу. И пока служба безопасности разыскивает информацию о детях и об их мамочке, решаю вызвать тяжелую артиллерию.
Абонент, которому звоню, принимает вызов. И я заговариваю первым:
– Алё, мам…
Глава 6
Тимур
– У тебя что-то случилось, Тимур? – тут же с беспокойством в голосе спрашивает мама.
Да, как она так сразу догадалась? Я же ещё ничего не сказал.
Второе, что говорит мне мама это:
– У тебя там дети?! – её удивлению нет предела.
Ну, да, эти чертята бегают и орут на весь офис. Сложно не услышать. Хорошо, хоть, Ника горшок оставила в покое, не носится с ним за Викой.
Приходится выложить маме всё как есть. Мол, так и так, не знал, ни гадал. И тут… БАЦ, агрессивная тройня сразу. На одного меня. Прессуют жёстко.
Мать не то что жалеет меня, наоборот, радуется. И уверяет, что уже чемодан пакует.
Еще бы она не радовалась. Лет десять уже ни один с ней разговор не обходится требованием «сделать» ей внуков. Что на меня давила, что на брата.
Думал, когда у Ярослава внезапно появилась дочка, мама от меня хоть на чуть-чуть отстанет. Так нет же! Теперь ещё сильнее требует. Мол, давай, не отставай от брата!
Ага. Вот и не отстал. А перегнал. Сразу трое!
И, вообще, брат тоже не знал, что где-то его ребёнок гуляет. Это у нас, что, родовое проклятие какое-то?
Девочка сама пришла к Ярославу, и заставила притворяться папой. Вроде как-то так было. А потом, оказалось, что она ему настоящая дочь. Мутная история, в общем. (От автора: речь идёт о романе «Будешь моим папочкой, я сказала!»)
Всё никак не получается доехать к ним в гости. Там бы и подробности узнал. Даже на свадьбу к брату не удалось попасть. Бизнес – дело такое… Он ревнует похлеще любой жены. И за невнимание к себе может наказать фатально.
А ещё, перед тем как завершить вызов, мама обещает, что мне расслабляться рано. И пощады не будет. Она станет помогать, но не делать всё за меня.
Фух!
Это я, конечно, докатился. Весь такой важный, грозный, влиятельный, гениальный, да-да я такой, и все меня уважают и боятся. А сам у мамы помощи прошу. Жесть.
С другой стороны, я лишь рассказал, что у меня случилось. А инициатива помощи шла от неё. Даже просить ни о чём не пришлось. Вон, как сорвалась.
Пока разговаривал с мамой, в кабинете неожиданно стало тихо. Только «хи-хи» раздается с частой периодичностью. Одно из-за штор. Другое из шкафчика. Третье из-за…
Тимофей стоит за торшером и делает вид, что его не видно. Может, и правда так считает.
Он, конечно, маленький и худенький, но не настолько, чтобы скрыться за палкой, на которой держится лампа.
Стоит пацан, значит, смотрит четко перед собой в пустоту, улыбается.
Наклоняюсь к нему. Тимофей начинает догадываться, что его видят. Ну, ещё бы! Моё лицо прямо возле его головы.
Карапуз делает грозную и недовольную мордаху и машет на меня рукой, отгоняет. Злится, что я его нашёл?
Ну, ок. Я тебя не нашёл. Отстраняюсь, и пацан снова начинает улыбаться. От девчонок продолжает доноситься «хи-хи».
Хм… Хорошая игра. А если я уйду из кабинета по своим делам, карапузы долго ещё будут вести себя так спокойно?
Когда делаю несколько шагов в сторону выхода, дверца шкафа резко раскрывается.
– Ку-ку! – кричит Ника.
И дверца закрывается. Затем, уже привычное:
– Хи-хи-хи!
Нет, не дадут мне спокойно уйти и заниматься делами. А я реально не могу весь день провести с ними.
Телефон начинает вибрировать, и я принимаю вызов.
– Тимур Дмитриевич, – раздаётся голос моего второго помощника Никиты. – Мы тут кое-что накопали по вашему запросу. Подойдёте в кабинет начальника службы безопасности?
Накопали? Это хорошо!
Остается вопрос – на кого оставить детей? Задаю его вслух, и решение предлагает Никита.
Говорит, что пришлёт Пашу, одно из сотрудников службы безопасности. Живет с многодетной сестрой. Часто отпрашивается забрать племянника из первого класса. Знает, что и как делать с малышами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
