Анюта НеПушкина Журналистка-попаданка

— Привет, — я улыбнулась девушкам и помахала рукой. Они отложили свои дела и подбежали к нам с заинтересованными лицами.

— Ух ты, настоящая человечка у нас в гостях! А ты правда с запретки? Расскажешь про свой мир? — обратилась ко мне блондинка.

— Да, я не знаю, что рассказывать. Обычный мир, у вас интересней: магия всё такое, а у нас только технический прогресс, машины там разные, роботы… в общем, ничего интересного.

— А кто такие роботы? Расскажешь? — блондинка потащила меня к столу; девочки обступили со всех сторон. Вдруг, словно по мановению волшебной палочки, на столе появились закуски и напитки: горячий отвар сам наливался в чашки; на тонкие ломтики хлеба нож намазывал масло, кусочки рыбы укладывались сверху и вот уже бутербродики и канапе сами складывались на тарелочки. Я судорожно сглотнула слюну: есть хотелось очень сильно.

— Роботы — это такие механизмы, они… — я запнулась. Блин, что я несу? Откуда они про механизмы знают? Как им объяснить?

— Слушайте, — решила я, — я не знаю, как вам рассказывать о том, чего вы никогда не видели; а подобрать что-то подобное и ассоциативное из вашего мира… я с ним ещё плохо знакома. Вот могу только нашу музыку включить. — Я достала MP-плеер и включила подборку музыки. — Это называется плеер: на него можно с интернета загрузить музыку, книги, а потом слушать в наушниках.

Я включила плеер: оттуда полилась песенка Максим — «Знаешь ли ты, вдоль ночных дорог шла босиком, не жалея ног».

— Ух ты, а где эта девушка с чудным голосом? И вдоль каких дорог она шла? И почему босиком? Она лесная фея? Это они любят по ночам босиком гулять? — с интересом спросила рыжая.

— Нет, она не фея, и девушки тут нет: её голос в записи, и плеер его просто воспроизводит. Слушать можно везде; главное, чтобы батарейки не сели. Но батарейку можно зарядить, только нужно электричество, — на меня уставилось четыре пары удивлённых глаз. Мда, всё будет сложнее, чем я думала. Одно дело показать штуку из моего мира и совсем другое — объяснить, как она работает, причём я сама до конца не знаю, как она работает. — Блин, давайте лучше вы мне что-нибудь расскажете о своём божественном мире, у вас тут намного интересней, чем в моём родном мире.

— А у вас совсем нет магии? Ни капельки? — поинтересовалась брюнетка.

— Нууу, честно, не знаю. В последнее время у нас появились так называемые маги, ведьмы, экстрасенсы и прочие: с мёртвыми говорят, людей ищут, ну и другие фокусы показывают. Уж не знаю, насколько правда всё это, но как по мне — так шоу, оно и есть шоу, врут они всё. А всех ведьм ещё в двенадцатом веке инквизиторы сожгли.

— Зачем? — оторопело спросил Кассель.

— Затем что, по мнению инквизиции, ведьмы верили и служили не тому богу, поэтому и жгли их на костре.

В комнате повисла пауза, которую смогла нарушить только Ксия.

— Так в запретке же нет богов? Эти миры вне божественной юрисдикции, из-за этого за пятое кольцо и вынесли. Какому богу эти ваши инквизиторы служили?

— Ой, там всё так сложно… если в двух словах: две тысячи лет назад от непорочного зачатия, в семье плотника родился мальчик; он был истинным сыном божьим, звали его Иисус Христос. До его тридцати трёх лет о нём ничего не известно, а потом он стал народ просвещать: по воде ходить и нести слово божие. Набрал себе учеников, а один предателем стал, предал учителя и продал его властям за тринадцать серебрянников; власти сына божьего поймали, на кресте распяли, а он через три дня ожил и в царствие отца вознёсся. Ну это вкратце, и как я сама всё это поняла, я далека от наших церквей.

В комнате возникла секундная пауза, а потом грянул смех: девушки и Кассель смеялись так, что мне стало немного страшновато.

— Что смешного? — спросила я.

— Ой, Маша, прости, — засмеялась Париса. — Это мы о своём. Помнишь, я тебе рассказывал, как я богом дорог стал? Вот ваша легенда схожа с этим. Все всё не так поняли: было такое, сын бога от простой женщины, только его никто этой миссией не обязывал. Ты же историю о войне богов знаешь?

Я кивнула.

— Так вот, в то время и ваш мир был втянут в эти разборки; ваши боги тоже здорово погуляли с подопечными женщинами, пока их жёны не взяли в руки скалки и молнии. Мужей-то они в лоно семьи возвратили, а вот с результатами гулянок не разобрались: вам ещё повезло, что парнишка просто просвящал народ, а не пытался мир захватить и старый пантеон свергнуть.

— Нууу, я бы так не сказала, — встряла я. — Старый пантеон его учение как раз и сверг. У нас, ну у моего народа, были другие боги до него, а его учение и его вера в Русь, князь Владимир принёс. История его, конечно, к лику святых за это причислила — Русь покрестил. Только у меня немного другое мнение: нельзя в веру мечом обращать. Он много крови пролил тех, кто крест нести не захотел. Вот такая у нас вера — на людской крови. Да и сейчас всё мутно и непонятно: прихожане не дети божьи, а рабы его; куча «не», запрет, табу и прочее. Бог у нас теперь один в трёх лицах, но правила его строги; раньше много богов было, каждый за своё отвечал, а сейчас один, и тот молчит. Прям не отец, а отчим какой-то.

Я схватила чашу с горячим отваром и судорожно глотнула. Блин, ну не умею я с богами диалоги вести: а вдруг сейчас обидятся? Я ж про бога говорю, а не о дворовом пацане — вот дернуло меня за язык.

— А сама-то ты в бога вашего верила? — спросила рыжая.

— Нууу, даже не знаю: я в Создателя верила, в то, что есть во вселенной Тот, кто создал нашу планету, а вот в богов… неа, не верила: неубедительная легенда какая-то.

— Ну мы-то настоящие, мы же не легенда, — усмехнулся Кассель.

— Кассель, скажи: тебе путники молятся, ты им помогаешь? — поинтересовалась я.

— Конечно, у меня работа такая: они мне молитвы и энергию души, я им помощь — нормальный обмен.

— А вот наш нас не слышит. У вас есть больные дети? Такие, чтобы сами даже дышать не могли? А у нас вот есть, и церковь о них говорит: «Это вас боженька наказал». Вот вы можете наказать ребёнка? Вот он только родился, а вы его сразу раз… и наказали за грехи родителей, причём не всегда его родителей. Многим зачастую по наследству от пра-пра-бабок достаётся. Ладно, если ещё в семье остаётся, а то могут и в детский дом сдать, как брак или утиль. Я сейчас не утрирую и не преувеличиваю.

Я начала заводиться, что они докопались до меня? Неужели не видно, что меня это напрягает?

— А что? Лекари ваши исцелять не умеют? — спросила брюнетка.

— Умеют, но не всё и не всегда. Может, лучше вы мне что-нибудь расскажете? Вот, например, что вы там вышиваете? — я посмотрела на рыжую богиню и изобразила на лице самую лучезарную и заинтересованную улыбку. Париса повелась и побежала показывать работу, потащив меня за руку.

— Смотри, — Париса повернула ко мне своё полотно. Я восхищённо ахнула. На полотне стояла Селена в объятиях нашего нового конюха: они смотрели друг на друга влюблёнными глазами, а за их спинами, ещё не оформившись в рисунок, словно тени, то появлялись, то исчезали малыши — три девочки и мальчик. То, что это их дети, не вызывало сомнений: девочки были уменьшенной копией мамы, а мальчик был похож на отца.

— Это же Селена? Наша Селена и Федус?

— Да, это они. Меня за счастье Селены очень просили: не смогла отказать. Она хорошая и счастья достойна.

— Ты говоришь, что просили тебя за её счастье? То есть не она просила?

— Нет, не она: она ещё не пришла в себя, а вот её новый знакомый Мирон был уже в моём храме с вечера; тронуло его за душу то, что с ней случилось. Уж больно дочь его ему напоминала; вот он за неё меня и просил, чтобы у неё всё в жизни было ладно: чтобы полюбил её мужчина надёжный и добрый, деток им здоровых и умненьких. Вот я и вышивала её судьбу новую.

— Угу, — заметила я. — Не мешало бы ещё и мнение Селены услышать; может, она после Жабикуса и не захочет мужа да деток — это ж травма психологическая, насилие, потом выкидыш, бррр.

— Ну, воспоминания ей маги подправят: помнить о этом она будет, но так, будто не с ней это всё случилось, — Париса пожала плечами. — А о семье и любимом она сама мечтала.

В комнату словно ураган влетела Богиня-Мать.

— Привет всем, Мария! Пойдём со мной: тебя тут никто не обижал? Накормили? Так, дети, я в кабинет — нам не мешать, — Богиня схватила меня за руку и потащила по коридорам. Я не успевала рассмотреть то, что нас окружало, но всё равно было очень красиво, светло и просторно, с размахом.

— Пришли — проходи, присаживайся, — Богиня толкнула двустворчатые двери, и мы оказались в кабинете. Высокие открытые стеллажи с кучей папок, огромный стол; на стене напротив окна проекция союза миров: на проекции было видно время суток и погоду в тех или иных мирах — в Живалисе даже поливал настоящий дождь. Практичненько так. Над проекцией висели ящики, чем-то похожие на почтовые; только вместо номера были изображения богов: угадывался лик Парисы, Касселя, даже Богини-Мать — в общем, вся семья в сборе. Периодически ящики моргали и блямкали как старая и давно забытая аська — я улыбнулась, услышав такой знакомый звук.

— Просьбы, молитвы со всех храмов, корреспонденция идёт в персональные ящики, потом распределяются по степени важности и необходимости помощи; вечером мы их разбираем и, если надо, помогаем, — пояснила Богиня принцип действия.

— Класс, удобненько так. Но ваших храмов ведь великое множество, и в каждом храме тысячи людей ежедневно к вам обращаются, как вас не погребло ещё от количества работы?

— Ну, у нас в храмах не только просят: многие благодарят или преподносят дары.

— Да? Это хорошо, когда не просят, — улыбнулась я.

— Так ладно, я тебя не за этим позвала. В общем, ты молодец, что обратилась ко мне через храм: таким образом я смогу вынести проблему с Понтивором на совет богов, а то эти бюрократы без официальных обращений в упор не видят проблему. Я, конечно, не до конца поняла, что у вас там случилось, но как смогла — помогла. Рассказывай, что произошло, подробно.

Я тяжело вздохнула и принялась рассказывать о событиях по порядку: о том, как нашли первых адептов, как нашли Эсвиэль и давно пропавшую эльфийскую княжну, о событиях в Самарии, о обнаруженных и спасённых юных магах, о телепортационных махинациях. По мере моего рассказа лицо Богини всё больше вытягивалось от удивления, когда же она услышала о том, что с её помощью мы выявили места, где прячут остальных похищенных, — просто похолодела.

— В общем, сегодня ночью с помощью магов и леших Кристиан освободит тех, кого держат в лесах, а уже завтра днём освободят тех, кого прячут в городах герцогства, — закончила я. — А, ещё забыла сказать: сегодня рвануло в телепортационной башне в Тарривасе. Девочку — внучку библиотекаря — ребята подбили на то, чтобы она какой-то травы на замок дверной насыпала; она и насыпала, а за дверью оказалась комната со старой мебелью магов, ну и всё рвануло. Маги со всех постов ломанулись на взрыв и оставили пост у ворот города. Мы подозреваем, что это проделки Понтивора: ведь всех выходящих из города сканировали маги, а при взрыве они пост оставили. Думаю, он побежал догонять Элис.

— А что с ней? — удивилась Богиня.

— Его величество отправил её в северную башню: она после того, как я вам книжку вернула, потеряла не только магию, но и память. Теперь, пока Понтивора не поймают, её будут держать там.

— Бедная девочка, — сострадательно сказала Богиня. — Она ни в чём не виновата: на книге стоял блок, вся её память о Понтиворе была завязана на книгу, а сама она была под заклинанием подчинения. Ладно, с этим потом разберёмся; пока пусть там побудет: там безопасно.

— Я так понимаю, теперь боги наконец вмешаются?

— Я расскажу им, — кивнула Богиня, — но на то, что они вмешаются, я бы на твоём месте не рассчитывала. Судить его мы будем, но искать его и ловить придётся вам самим. Вот, держи: это амулет связи. Если вдруг тебе будет угрожать смертельная опасность или ты столкнёшься с Понтивором, просто сожми его. Время для всех остановится, а я услышу, что ты меня зовёшь и прибуду к тебе на помощь. — Богиня протянула мне бусинку на шнурке; я надела её на шею, и она тут же растворилась. Я то её чувствовала, но не видела.

— Амулет никто не сможет увидеть, снять или потерять его, тоже невозможно. Я всегда буду знать, где ты и что с тобой. Правда, слышать и видеть не буду, пока сама не позовёшь. Ладно, давай отправлю тебя обратно: возвращайтесь домой, я соберу всех богов союза и расскажу им о возникшей проблеме. Похищения адептов — очень серьёзная проблема, чтобы её задвинули на совете, человеческие маги очень важны для союза миров: без них союзу грозит большая опасность.

Богиня махнула рукой — и я оказалась на острове.

— Блин, я ж забыла тебе подарок передать, — крикнула в пустоту я.

— Подарок? Какой подарок? — раздался в моей голове голос Богини.

— Благодарность за помощь в поиске адептов. — Передо мной возникла тонкая кисть Богини, я положила на неё плеер, и рука исчезла.

— Это для прослушивания музыки моего мира: наушники в уши, кнопку с треугольником нажмёшь и музыка зазвучит. Правда ему нужно электричество и зарядка, ну думаю, разберёшься.

— Спасибо, посмотрю, пока.

Я поднялась с песка и отправилась к своим друзьям: миссия на острове выполнена, Богиня отблагодарена, можно и домой. Нам ещё сегодня всю ночь лететь на демонах — бедная моя попа.

Своих друзей я нашла сидящими прямо на песке и играющими в карты. В «подкидного дурака» играли и в этом мире. Играли пара на пару, девочки против мальчиков и видимо мальчики проигрывали. Рик и Итор сидели в тёплых тулупах, шапках-ушанках и валенках. Пот струился градом, лица были красные от жары и злости, девочки их делали как детей.

— Оксана, откуда у тебя козырной туз? Ты им в прошлом кону отбивалась, даму мою им била, — злился Рик.

— Рик, это было в прошлой игре!!!,— сделала невинные глаза Оксана.

— Эй,орлы, а что вы так странно одеты? Вам не жарко?- спросила я парней подходя ближе.

— Жарко, но просто так играть не интересно, на деньги — девочки отказались, желания в голову лезут только пошлые, поэтому Оксана предложила играть на одевание, якобы в такой жаре это самое то, — пояснил Итор. — Она говорит, что это самый распространенный интерес в вашем мире.

— Ага,только наоборот, — улыбнулась я. - В нашем мире играют на раздевание. Так эффективней.

Парни вытращили на меня удивленные глаза и подозрительно посмотрели на Оксану, та мило улыбнулась и захлопала ресницами.

- Мальчики, ну тогда б вы с первого кона уже сидели перед нами в чем мать родила.

Так, все, мальчики и девочки, потусили и будет, пора возвращаться, нас ждут великие дела. — Я хлопнула в ладоши и подтянула всех к себе, чтобы активировать амулет переноса.