современная русская литература

стихи и поэзия

мистика

юмор и сатира

классическая проза

Бессмертие — не дар, а капкан. Он стал вампиром по жестокой случайности, заплатив за вечную жизнь собственными душами. Теперь он бежит: от охотников, от полиции, от самого себя. Убийство инквизитора запускает цепь событий, которая выводит его за пределы привычного мира — в глухую сибирскую тайгу.

юмористическое фэнтези

иронические детективы

детективное фэнтези

Евангелие о вампире

Мир сборника представляет собой голые эмоции и непричесанные, как девушка после секса переживания.
У сборника нет ни общей темы, ни хронологии, ни цели, лишь сломанный ритм острого слова.

историческая фантастика

научная фантастика

Герменевтический тверк душой

Фантасмагория антисюжетного путешествия сознания и неприкрытая насмешка в сторону того, что не я и безумная любовь к тому, что не Я.

русская классика

И ничего кроме

Кто сказал, что свиньи не умеют мыслить? Этот хряк — философ, эстет и главный интеллектуал скотного двора. Он презирает кур за примитивность, снисходительно терпит восторженного петуха и с лёгкостью ставит в тупик наивную козу. Он уверен, что люди кормят его не просто так — они ценят его тонкую натуру. Но что, если вся его «культурность» — лишь роскошный самообман, а «далёкая родина», о которой он так любит рассуждать, существует только в его воспалённом воображении?

семейная психология

любовь и отношения

СвИнтурист

В глухую деревню приезжают инженеры с чертежом невиданной красоты — храма, который обещает стать земным воплощением рая. Крестьяне, измученные беспросветностью, в одночасье обретают смысл. Они готовы молиться, работать, жертвовать — лишь бы это чудо воплотилось в камне. Но чертёж — это ещё не стены, а энтузиазм — не фундамент. И чем дольше деревня живёт в ожидании, тем явственнее проступает трещина между мечтой и реальностью.

зарубежное фэнтези

городское фэнтези

историческое фэнтези

героическое фэнтези

Обитель веры

Этот текст родился не из вымысла, а из сна. Автор утверждает, что увидел его однажды ночью — целиком, от первого до последнего слова, — и проснулся с ощущением, будто ему явился сам Велес. Древний бог мудрости, скота, подземных вод и поэзии — тот, кто водит души между мирами, — продиктовал эту историю. Или, вернее, показал её как вещий сон.
Эта проза — как вечерний разговор с самим собой. Она не про события, а про состояние: тот особый, почти физический холод одиночества, когда ты сидишь в кругу близких и всё равно чувствуешь себя чужим. Когда смех вокруг звучит как музыка на непонятном языке, а собственная душа кажется тёмной комнатой, в которую давно не заглядывал свет.
Текст для тех, кто не боится медленной прозы. Для тех, кто готов вслушиваться в шёпот ветра, рассматривать падающий лепесток и чувствовать, как в этой почти остановившейся жизни вдруг проступает вечность.

зарубежная классика

литература 19 века

Велес

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Фантасмагория антисюжетного путешествия сознания и неприкрытая насмешка в сторону того, что не Я и безумная любовь к тому, что не Я. 
Лука ищет жизнь. Макс ее смысл. В их городах пахнет кофе и алкоголем, порохом и тоской. Белочка шепчет о тайных знаниях, Ра-Хорахте и баба Яга посвящают для таинства распития водки, а кто-то изнутри листает страницы этой книги, чтобы вспомнить — где кончается сон и начинается тот, кто его видит.
Книга для всех и не для кого – по всей видимости, книгу эту по-настоящему поймет лишь тот, кто уже самостоятельно приходил к мыслям, в ней изложенным, – или по меньшей мере предавался размышлениям подобного рода.

Антон Кинстлер