Анна Волхонская Верните мне мой... срочно

Мы стоим на последней ступени Сенного мостика – остаётся всего-то перейти дорогу, потянуть на себя тяжёлую дверь, подняться по семи ступеням… Но мы не делаем ни шага уже несколько минут, не сводя взгляд с той самой двери, над которой крупными буквами было написано: КОНДИТЕРСКАЯ.

- Кондитерская?! - голос Иры прозвучал хрипло, но громко, и я потянула её за рукав:

- Не кричи, не привлекай внимание, пожалуйста.

- Да что ты так беспокоишься - она проводит ладонью по лицу, и я вдруг осознаю, что моя спутница плачет.

- Кондитерская – произнесла она ещё раз, но уже шепотом.

Я быстро развернулась к ней. Ира не сводит взгляд с ярко-красной надписи, растянутой над дверью, которая когда-то вела в наш магазин. В эту секунду я четко осознала, что наш с ней мир может быть общим, но тот, в котором мы находимся сейчас, абсолютно чужой для обеих. Я провела рукой по её плечу и тихо сказала:

- Давай зайдем внутрь, мне холодно.

Она кивает и уже заносит ногу, чтобы сделать шаг, но тут же разворачивается ко мне:

- Спрячь меня – немного сгибает колени так, чтобы из-за меня её никто не увидел. Но кто?

Я поворачиваю голову и вижу мужчину, выходящего из машины, которая была припаркована метров в десяти от нас, на самой набережной. Высокий и светло – русый, он застёгивает на ходу явно дорогое и отлично скроенное зимнее пальто, надевает кожаные перчатки и тут же снимает правую, чтобы пожать руку подошедшему к нему Вадиму. Моему бывшему мужу. Тут же отвернувшись, смотрю на подругу и тихо спрашиваю:

- Кто это, Ира?

- Андрей. Не двигайся, он не должен меня увидеть. Не слышишь, что они говорят? – она оттягивает капюшон так, чтобы он не закрывал ухо и ещё старается присесть ещё ниже.

- Который? – уточняю я, ибо этот мир может преподнести любой сюрприз.

- Тот, что без шапки, почему ты спрашиваешь?

- Потому что, тот, что в шапке – мой Вадим.

- Муж?

- Бывший. Давай говорить тише и может быть, действительно, расслышим что-нибудь важное.

С осторожностью я подсматриваю за происходящим, закрыв половину лица капюшоном нового пуховика, к тому же, мы не снимали пресловутые маски, и я могу немного повернуться, чтобы посмотреть на него внимательней. Он до сих пор носит ту же причёску – коротко стриженные волосы с прямым пробором, только теперь фонарь напротив освещает в них небольшую седину. Усталое лицо с проявившимися морщинами на лбу и вокруг губ, как и у его отца, с которым мы, конечно же, были знакомы. Слишком давно. Простая куртка, ботинки, шарф и вязаные перчатки – они с Андреем смотрятся как люди разных социальных статусов. Возможно, так и есть на самом деле.

Порыв ветра запорошил нас снегом, но мы не уходим.

- Как же он постарел – шепчу я Ире – пока молчат.

- Я слышу, что молчат, уже ноги затекли. Может быть, подойдём к ним? Спросим, что да как?

- Мне кажется, они кого-то ждут. Не стоит спешить.

Действительно, вскоре подошёл третий мужчина. Он был явно старше их: статный и серьёзный уже с заметной прорезью седины в тёмно-каштановых волосах, в сером пальто с меховым воротником и пушистой шапке, он начал разговор сразу с вопроса:

- Никаких новостей?

- Увы – произнёс Андрей и сложил руки за спиной: мы хотели попросить Вас (он особенно уважительно выделил это «вас») об одном одолжении.

- Это твоя просьба – голос Вадима звучит нервно - я не верю и считаю, что было бы очень глупо озвучивать её.

Я легонько хлопаю Иру по плечу:

- Выгляни, посмотри, ты знаешь этого мужчину?

Она немного приподнимается и аккуратно выглядывает из-за моей спины:

- Впервые вижу.

- Тогда слушаем внимательно.

И мы, невзирая на холод и кажется, ледяной ветер стоим на этом мосту, разделяемые всего несколькими метрами с нашим магазином и возможно, ответами на вопросы.

- Который час? – спрашивает Андрей.

- Ровно восемь – отвечает старший мужчина.

- Поздно для подобных просьб, согласно афише, совсем скоро начнётся мероприятие – тараторит Вадим сбивчиво, стараясь увести остальных от не понятной нам идеи.

- В том-то и дело, возможно, сегодня последний шанс, ты говорил, прошло четырнадцать лет, она пропала в такую же магическую дату.

- Сколько их потом было, к тому же…

- Что?

- Сегодня зеркальная, это немного другое – выдыхает мой бывший муж.

- Ага, всё-то ты знаешь – Андрей радостно поворачивается в сторону кондитерской – пойдёмте.

- Стойте – третий мужчина неодобрительно смотрит на остальных – я солидарен с Вадимом, уверен, это ничего не даст, рад был снова вас видеть, ребята, но свой секрет сейчас я раскрывать не готов.

- Анатолий…я понимаю, что всё звучит глупо и возможно… - Андрей делает ещё одну попытку договориться – возможно, ничего не получится, но надежда есть всегда.

- Мне очень жаль, но нет, простите… Впрочем, вы вольны делать, что захотите. Но, пожалуйста, в следующий раз просите о встрече, если для неё будет действительно веский повод.

Мужчина идёт к своей машине, припаркованной самой последней из ряда у решетки канала, садится, хлопает дверцей так, что вздрагивают все, от парней, наблюдающих за процессом до девушек, желающих остаться незамеченными.

- Псих какой-то – шепчет Ира почти в полной тишине.

- Тссс – я смотрю на неё сверху вниз – не палимся.

Когда визг мотора стихает, Вадим вздыхает:

- Ты же не пойдёшь туда без него?

- Наверное, не стоит. Тебе удалось познакомиться?

- К сожалению, это было практически невозможным в эти дни. Он не приходил.

- Что ж, тогда нам ничего не остаётся, кроме того, чтобы снова ждать…

- Кроме того, чтобы просто жить. Послушай, Андрей, может быть, хватит?

Он так и не ответил, после паузы Вадим услышал только:

- Тебя подбросить?

- Ясно, понятно. Езжай, я сам.

Машина Андрея скрылась за поворотом, Вадим смотрит на лёд, покрывающий воду канала, потом резко разворачивается, переходит дорогу и заходит в кондитерскую.

- Вот это да – Ира наконец-то встаёт на ноги и вопросительно смотрит на меня:

- Ты что-нибудь понимаешь?

- Решительно нет и я опять мёрзну.

- Но мы не можем зайти туда, пока внутри он. Или можем?

- Пойдём – говорю я – всё равно, мы ничего не знаем и явно отсутствуем в этом…хм…времени? Году? Ты слышала, что он сказал? Я пропала, значит, всё это время…нас просто не было…

Ира кивает, но как только я хочу направиться к нашему изменившемуся магазину, хватает за руку:

- Подожди, смотри.

Тяжелую дверь открывает женщина и заходит внутрь.

- Твой Вадим сейчас выйдет. Они явно ищут именно нас и собрались здесь по этому поводу. Но кто третий?

Я же отчётливо расслышала только одну фразу:

- Он не мой – я вздыхаю, понимая, что бывший счастливо женат, а здесь оказался по зову долга. Возможно. Если бы только знать, что происходит.

Но в реальности он действительно вышел деле через минуту и пошёл в нашем направлении. За ним последовала и зашедшая незнакомка. Я натянула капюшон на голову и шаль на лицо, насколько это было возможно. Когда они прошли мимо, стянула с лица и маску, и шарф.

- Нам бы их вообще не снимать – Ира показывает на своё лицо:

- В кафе нужно в них, не забывай об этой изюминке будущего.

Мы пересеклись с Вадимом на секунду, но я успела вспомнить и почувствовать это ощущение, когда нахожусь рядом с ним: тепло и умиротворённость, как будто, он был моим домом. Ира держала меня за руку, когда мы переходили дорогу.

Она сделала два шага, потянула дверь привычным движением. Да, мы обе ещё вчера были здесь. И нам было лучше.

Теплый воздух в мгновение начал оттаивать наши руки, я чувствовала, как мои щеки пылают, наверное, они покраснели от ветра, и теперь от перепада температуры, ощущаю в них лёгкое покалывание. Семь ступеней наверх.

Мы стоим, прижавшись к входной двери, без движения, словно те оловянные солдатики из подарков и только наши взгляды бродят по барной стойке и расчерченной над ней доске. Мелом аккуратно выведенные буквы призывают попробовать горячий морс и кофе с корицей, а блюдо дня сегодня «спагетти болоньезе». Пахнет корицей и кружится аромат выпечки. Или это моя голова? Или это кружусь я. Последнее, что помню – свою собственную мысль: «отлично, я сейчас упаду и очнусь в своем 2007-м на Миллионной, а это всё-таки окажется сном»

- Очнись! Быстрее воды – слышу бойкий незнакомый голос и погружаюсь в кромешную тьму, из которой только что вырвалась на секунду. Вижу лицо Андрея и протягиваю к нему руки, шепчу:

- Прости меня, за то, что не люблю.

- Эй – девушка - драма, мы тебя прощаем, только вставай. Насыщенный аромат кофейных зёрен позволяет мне очнуться от обморока и сделать глубокий вдох.

Полноватая девушка с бейджем, на котором красуется имя «Мила», не высокая, примерно наших лет раскрыла передо мной пакет:

- Вот они, лучшие сорта арабики, и с того света вытащат – смеётся, вытирает руки о чёрный фартук, встает и уходит к кофемашине:

- Сейчас мы тебя на ноги поставим быстро, а пока берите подушки и рассаживайтесь, скоро «час икс» – она указывает рукой на часы. Пятнадцать минут девятого.

- Всё ещё? – жалобно смотрю на Иру. Она кивает. Мы садимся за один из столов.

- Вы ведь новенькие?

Не переглядываясь, киваем обе. Кто угодно, только объясните, что происходит. Мне хочется налететь на неё с расспросами. Знает ли она Вадима? Зачем он заходил? Как они познакомились с Ириным Андреем? Кем является тот третий мужчина на набережной? Но я молчу. Получить второй в жизни обморок и очнуться на улице крайне не хотелось. Поэтому, мы внимательно слушали, что говорит девушка, не подозревая, что будет дальше и чем закончится этот нестерпимо долгий и разнообразный день.

- Мы начнём ровно в двадцать часов двадцать две минуты, скоро придут остальные. Да, пришлось закрыть кофейню пораньше, но и кто придёт ужинать сюда сегодня? Завтра выходной. Чтобы застать толпу, нужно выйти на Садовую, да попробовать занять столик в каком-нибудь баре, увидите, что не получится – девушка засмеялась.

Мы кивнули и стали пить из кружек, которые Мила поставила перед нами. Ароматный напиток с миндалём (он взбодрит), щепоткой корицы (для вкуса) и тающем в кофейной гуще шоколадом (жизнь должна быть сладкой).

- Лучше молчи и наблюдай – шепнула мне на ухо Ира, присев рядом со мной на стул возле самой входной двери, остальные столы девушка уже сдвигала, освобождая посередине пространство, на котором явно предполагается действие. Интересно, все, кто придёт, тоже будут в масках?

Я огляделась: ничего напоминающего мой магазин, ни стола у входа, ни вешалок, даже цвет стен стал иным: заботливо выкрашенный Натальей салатовый сменился нежно – розовым. Вместо обычной обстановки – столы и стулья, даже само помещение было другим, это уже вовсе не один зал с закрытой кладовой. Кафе занимало большую площадь, видимо, стена слева была разрушена и теперь пространство вокруг заполняли столики, на которых лежало меню. Прямо по курсу – стойка с холодильником как в столовых, но здесь заботливо было выложены десерты.

- Фу, корица – Ира поморщилась и поставила свою чашку на стол – терпеть не могу. Она грустно посмотрела на кофе – наверное, это просто не моя история.

Тем временем я внимательно рассматривала Милу: усталое лицо не показывало ни одного признака нанесения косметики, но она улыбалась, раскладывала десерты в холодник и напевала какую-то песенку, слов которой я не разобрала. Заметив, что я смотрю, девушка улыбнулась ещё шире. Она казалась не естественной в своей радости, ведь, когда мы только вошли, наблюдали угрюмое лицо и направленный в стену пустой взгляд.

Ира же, похоже, осматривала помещение - поднимала голову вверх, останавливала взгляд на каждом нюансе: свисающих ламп больше не было, в потолок встроены светильники, на двери в примерочную висела забавная картинка, на которой были схематично изображены мальчик и девочка. Секунду стоило догадаться, что за ней.

- Наконец – то дошло, что все это правда, стены за несколько часов не ломают – сказала Ира достаточно бодрым голосом, как показалось это мне.

- Да, ты тоже надеялась, что мы увидим здесь знакомые лица?

- Я надеялась, Машенька, что мы окажемся каждая в своем времени, как только переступим порог.

- Тяжелый день? – повернулась к нам Мила.

- Не то слово – ответила я, допивая чудесный бодрящий авторский кофе.

- Но вы обе прекрасно выглядите! – почти прокричала она.

- Оптимизм зашкаливает – очень тихо сказала мне Ира.

- Вы давно здесь работаете? – она всё-таки решила начать разговор.

- С самого открытия.

- А это когда?

- Чуть меньше года назад, с апреля, не бывали у нас раньше?

- Никак нет, поэтому и интересуюсь, вроде бы здесь был магазин одежды раньше…

- Возможно…Давайте на «ты»

Мы снова закивали. Это то, что было необходимо – установить доверительные дружеские отношения, чтобы выяснить как можно больше.

- Попрошу вас пересесть ближе к стойке – она кивком головы указывает на трёх девушек, которые спешат подниматься по семи ступеням лестницы - вы тоже можете занимать места – она указала рукой на разложенные на полу подушки. Их было штук двадцать, не меньше: небольшие, разного цвета, они тоже были выложены кругом, в центр которого Мила уже поместила разноцветные свечи. Дверной замок защелкнут, свет приглушен. Мы смотрим на свечи перед нами:

- Садимся в позу лотоса – спокойным ровным и плавным тоном сообщает нам бариста.

Я внимательно слежу за остальными – все легко подворачивают ноги и кладут одну на другую. Все, кроме меня. Стараюсь. Но ничего не получается.

- На йогу никогда не ходила? – шепчет Ира, которая расположилась справа от меня и немного наклонилась, чтобы задать вопрос.

- Только собиралась – всё ещё продолжаю мучиться и пытаться, стараясь увильнуть от взгляда Милы, вдруг она по этому признаку определит, что мы вовсе не ожидаемые гости на сегодняшнем мероприятии, а самые настоящие самозванки.

Она действительно всё видит, но лишь произносит:

- Можно сесть как удобно.

Тут же облегченно выдыхаю и радостно размещаюсь как получается.

- Закрываем глаза и начинаем представлять.

Я чувствую резкий пряный запах - невольно открываю глаза и вижу, что бариста ставит перед собой арома - лампу. Неодобрительный взгляд на меня, и она взмахом руки показывает, чтобы я последовала примеру остальных и не отвлекалась, будто успокаивала и призывала следовать правилам одновременно.

- Что представлять, как думаешь? – Ирин шепот заставляет меня вновь открыть глаза.

- На йоге такого не было? – усмехаюсь я и тут же осекаюсь, потому что Мила уже смотрит на нас:

- Девушки, новенькие, представьте себе в мельчайших подробностях свою цель: где вы будете, когда мечта исполнится? В каком месте находитесь, кто с вами рядом, обстановка вокруг, и главное – ваши чувства и ощущения, что вы испытываете, вплоть до запаха и вкуса?

Я киваю и закрывают глаза. Конечно же, я знаю, где бы сейчас хотела оказаться – в «своём времени», в той точке, откуда каким-то образом перенеслась сюда. Жаркий летний питерский день, тяжелая туча в небе плетётся к центру города, рядом Андрей. Туалетная вода Натали, с терпкими нотами, порой вызывающая головную боль. Её смех, когда подруга машет нам рукой и скрывается за дверьми парадной на Миллионной… и вдруг резко в мои лёгкие врывается морозный, колючий нежеланный до дрожи во всем теле, зимний воздух настоящего. Это и есть моя цель, мечта, желание? Там я хочу оказаться и что дальше? Взять за руку Андрея и увести в свою жизнь? Забыть, выкинуть и стереть все чувства к своему мужу? Или отказаться от нового романа и продолжать надеяться на возвращение Вадима? Почему он приходил сюда сегодня? Столько вопросов без ответов.

- Теперь пишем и рисуем – Мила раздаёт всем картонки формата А4 и маркеры, поворачивается к нам:

- Изобразите свою мечту, пусть это будет лишь часть или какой-то знак, который её обозначает, но напротив каждой картинки поставьте одно слово, это может быть название или описание, ассоциация или чувство, не важно, главное, чтобы вы сами знали, к чему стремитесь.

- Простите – блондинка, сидящая слева от меня, в плюшевом розовом спортивном костюме и с очень пухлыми губами, на которые она нанесла ярко-красную помаду – а с животными можно? Я хочу, чтобы Крэг тоже был со мной.

- Всё, что захотите и кого вы захотите взять с собой в новую жизнь – отвечает Мила.

- А если никого? – грубый голос молодой женщины в строгом чёрном костюме резонировал с предыдущим оратором.

- Всё же, постарайтесь найти ту точку, в которой вам максимально комфортно и спросите себя, действительно ли так хочется быть одной? Или это защита? Я не буду спрашивать с вас выполнение задания, мы не станем рассматривать ваши зарисовки, это только ваше, как и мечта, которая просто обречена сбыться.

- Почему? – не выдерживаю я и вижу, что Ира закатывает глаза, будто говоря мне: «ты сейчас всё испортишь и нас выгонят»

- Потому что сегодня зеркальная дата, 22.02.2022 года, мы начали занятие в 20 часов 22 минуты, это время волшебное.

Да, да. Об этом мы уже слышали сегодня на набережной. Неужели, все в курсе этого факта и верят в то, что определённое число поможет достичь желаемого?

- Мы заметили – буркнула Ира и уставилась в свою картонку. Я последовала её примеру, чтобы ещё что-нибудь не ляпнуть.

- Вы не смотрели видео? – Мила произносит это с подозрением.

- Конечно, конечно, просто что-то вылетело из головы…- я чувствую, будто оправдываюсь перед учителем за не выполненное домашнее задание.

- Вылетело? – она удивляется ещё больше.

- Да не смотрела она, шила – на помощь приходит Ира – на самом деле, это я затащила её сюда, потому что устала слушать о том, как и почему не получается стать известным дизайнером одежды.

- Ой, это так интересно! – воскликнула «плюшевая» блондинка – я сразу оценила твой «лук», вот как только увидела!

Я опустила голову, стараясь рассмотреть свитер, всё же надела его впервые и толком в зеркале могла не увидеть некоторые детали. Но где здесь лук? Я бы запомнила такой принт, может, где-то на брюках вышит Чиполино?

Растерянно подняла взгляд:

- Спасибо, но я…

- Никогда не признаёт своих заслуг, поэтому и нужна вера в себя – подруга махнула рукой в мою сторону.

- Значит, вы в правильном месте – сказала Мила – и в очень точное время. Только сегодня сила вашего импульса желания может вырасти. У тебя прекрасная цель, спасибо, что поделилась ею с нами.

Блондинка радостно зааплодировала, к ней присоединились и остальные. Даже третья девушка – скромно сидящая напротив меня с завязанным хвостом длинных рыжих волос на голове. Она была одета в простые джинсы и толстовку, на ногах - кроссовки на высокой платформе. Пожалуй, в будущем не переодеваются, выходя из дома, разве что, если этого не требует офисный дресс-код.

- Продолжайте, если кто-то ещё захочет поделиться чувствами, говорите, не стесняйтесь, но помните, что это не обязательно. Мила многозначительно посмотрела на «строгую» девушку.

Всё-таки я нарисовала подиум и набросала несколько моделей для зимней коллекции.

- Почему у тебя тут лук? – почти смеясь спросила Ира, показывая на эскиз одного тёплого платья.

- Насколько я понимаю, это модно сейчас, ты слышала, что у меня спрашивали?

- Маша – она уже хихикала – «лук» - это образ, от английского «смотреть», вся твоя одежда, стиль, сочетание в целом.

Я зло смотрю на подругу:

- Могла и сказать.

- На самом деле, я постоянно забываю, откуда ты. Надо же, даже не подозревала, что наше время так отличается, я ведь хорошо помню седьмой, я считала, что в моём четырнадцатом нет ничего такого, чтобы кардинально отличалось от него.

- Посмотри на двадцать второй своими глазами и представь, насколько не понятны мне некоторые вещи. Как будто вокруг действительно говорят на иностранном языке – я стираю луковицу со своего рисунка. Хотя, может быть, ввести на них моду в будущем?

- Можно я быстренько рилсик со свечами запилю? – не унималась блондинка.

В шоке мы с Ирой посмотрели друг на друга.

- Вот, теперь поняла – сказала моя новая подруга и развернула ко мне своё творение – представь себе.

Ира неплохо рисует, и, хотя в её рассказанной мне истории я не слышала ни одного упоминания об этом таланте, сейчас с картонки на меня смотрела очень красивая и счастливая невеста.

- Что-то, а мечтать ты умеешь.

- Ага – подтвердила она и написала около рисунка всего одно слово: «счастье».

- Девочки, улыбаемся – блондинка вытянула руку вперёд и вверх так, чтобы мы отражались в экране телефона, сказала своему смартфону «сфотографировать», и мы навсегда остались в памяти этого дня.

- Можно посмотреть – Ира поднялась и быстро подошла к девушке, глянула фото и вернувшись на место, шепнула мне:

- Мы отображаемся.

- А как иначе? Я отчётливо чувствую голод.

- Девушки, оставляем наш визуал, сохраните эти рисунки, на следующей неделе я скажу, что с ними делать. Но больше не думаем о мечте. Она сбудется сама собой, когда придёт время. Вы удивитесь, насколько просто, но не ищите выход, не старайтесь и не ускоряйте события, просто отпустите. А сейчас нас ждёт заключительная медитация.

Мила включает медленную затяжную и на мой вкус, заунывную музыку:

- Расслабьтесь и слушайте мой голос. Сегодня мы сделали самый главный шаг к цели. Каждая сделала всё, что смогла для её достижения.

«Ах, так решают проблемы в будущем. Чудесный способ. Жаль, что не работает, иначе я уже бы вернулась» - пронеслось в моих мыслях.

- Это произойдёт тогда, когда вы совсем не ждёте, но в любом случае, наилучшим образом для вас. Теперь расслабьте тело. Вы можете лечь или остаться сидеть в удобной позе. Но очистите свой ум от повседневных забот и тревог, не думайте и о том, что загадали сегодня. Пусть эта дата поможет нам сама, давайте не будем ускорять события, а просто доверимся времени и миру. Представьте, что вы находитесь в самом приятном месте на всей планете. Почувствуйте аромат цветов, если вы саду. Ощутите солёный вкус моря, если вы отправились мысленно к нему. Ваше тело расслаблено, от макушки до кончиков пальцев ног. Дыхание ровное. Пульс стабильный. Остановитесь там, где находитесь и наслаждайтесь этим.

Она замолкает и включает музыку громче.

- Ты где? – тихо спрашиваю у Иры.

- Здесь, а ты?

- Тоже здесь…

Видимо, для обеих самое безопасное и лучшее место на земле – это помещение. Странно, ведь сейчас мы тоже здесь, но обе, как я смело предполагаю, хотим очутиться совсем в другом времени. Я представляю, как захожу в залитый солнечном светом зал с платьями и костюмами, провожу рукой по тканям своих изделий, отбираю лучшие для фотосессии, которую непременно организовывает Андрей для моей дебютной коллекции. Неужели, для счастья мне так мало надо? Или это сейчас кажется настолько небольшим событием по сравнению с задачей, которую подкинула нам жизнь и которая кажется нерешаемой. Забавно, но ещё вчера я не могла осмелиться и мечтать о таком.

Хочу сказать об этом Ире и спросить, что находится вокруг неё, но, как только открываю глаза, вижу, что по её щеке течёт слеза. Интересно, в чём призналась себе сегодня? Это всё действительно возымело над ней такой эффект?

Когда Мила говорит, чтобы мы возвращались в реальность, признаков истерики у подруги не было обнаружено, она только весело сказала мне:

- А вот такое на йоге было - и подмигнула.

В ответ я только улыбнулась.

- Благодарю вас за занятие – Мила складывает руки в намосте, и все следуют за ней – это было продуктивно и душевно. На следующей неделе мы будем разбирать задания, которые я вышлю послезавтра. А пока отдыхайте.

- Как вам марафон в целом? Считаете, поможет? – девушка в деловом костюме подошла к нам.

- Кто знает – отвечает Ира и пожимает плечами – но это точно расслабляет.

- Согласна, только моё неверие пробить невозможно. Я – Ника – она протягивает руку, и мы по очереди её жмём, представляясь – хотелось бы услышать ваше мнение и обсудить всё за чашкой чая, вы не против?

- Конечно, да – я решаю ответить за обеих и тут же получаю лёгкий удар локтем от Иры:

- Но точно не сегодня, и мы не знаем, когда, уезжаем тут на пару – тройку дней…недель.

- Не страшно, когда сможете, запишите мой номер.

- Да – теперь уже я направляю локоть в сторону подруги: запишешь?

Она кивает и достаёт смартфон.

- Мне пора, всего хорошего – говорит наша новая общая знакомая и идёт к барной стойке, за которой стоит Мила. Ника протягивает ей свой телефон, бариста кивает и мило прощается с клиенткой. Блондинка продолжает делать видео и фото, пока наконец, не скрывается за дверью и мы не остаёмся втроём в помещении.

С чего начать разговор? Как тактично спросить о будущем? Или сразу о Вадиме? Или о масках?