Анна Рудненко Её молчание

Эти слова словно ледяные иглы вонзились в самое сердце. Я знала Милу как облупленную, она была честна до мозга костей. Мысль о том, что она могла совершить нечто подобное, казалась абсурдной, кощунственной.

— Я верю тебе, Мила! Но почему он так решил?

— Как всегда, его драгоценный братец постарался, он верит только ему. Я пыталась его убедить, но… у него какие-то доказательства. Но я клянусь, Алина, я не взяла ни единой монеты!

— Да что ты, Мил? Я тебе верю!

— Я думала, он уволил меня из-за… из-за того, что я переспала с ним! — Признание давалось ей с трудом, каждое слово — как вырванный зуб. — Лина, когда полтора месяца назад он вышвырнул меня, я подумала, что он получил, что хотел, и я стала не нужна. Я даже о беременности ничего не сказала, понимаешь?

— Что? Ты беременна? Ты, кажется, не только ему забыла об этом сказать…

— Лина, на тебя и так столько всего навалилось, тут ещё и я со своими проблемами.

— Мила, прости меня. Я… я ужасная подруга. Я ушла в себя, оставила тебя в одиночестве, наедине со всеми бедами.

— Но я ничего не делала, Алина… Я честный человек! Я не воровала, — беспомощно лепетала Мила, и я чувствовала, как земля уходит у меня из-под ног.

— Сколько денег пропало?

— Я не знаю… Он сразу начал кричать, обвинять. Я стояла как дура, смотрела на него… и… я так по нему скучаю, я так его люблю, — прошептала Мила, и по её щекам поползли тонкие дорожки слез. Обычно не она, а я была плаксой, она всегда была сильной, способной сломить любого.

— Мила, что с ребёнком? — Я крепче обняла её, стараясь разделить её боль.

— Он растёт, — она слабо улыбнулась сквозь слёзы, — мне кажется, у меня будет сын…

— Ты ему скажешь?

— Зачем? Он так легко вычеркнул меня из своей жизни.

— Мила, сейчас в тебе говорит обида. Вам нужно поговорить.

— Он обезумел, — прошептала Мила, белее полотна, — сегодня он кричал, как одержимый. Как думаешь, я смогу с ним поговорить? Он твердит, что у него есть доказательства.

— У него не может быть компромата на то, чего ты не совершала!

— Он назвал меня хитрой, жадной и вероломной стервой. Сказал, что я совершила роковую ошибку, предав его. А я-то думала, это он меня предал, — с горькой усмешкой проговорила Мила, будто погрузившись в свои мысли. Я сидела рядом и внимала её сумбурному монологу.

— Представляешь, я его ударила? Дала пощёчину.

— Ого, и что он? — я с трудом сдержала улыбку.

— Даже не дрогнул. Наоборот, к моему изумлению, он улыбнулся, и его улыбка пронзила меня холодом, словно тысяча мурашек пробежали по коже.

— Я забыла… Боже, как я могла забыть? Какие чувства он мог во мне пробудить. Это было ужасно, Алина. Как будто неведомая сила опутала меня коконом и парализовала волю. Я не хочу снова это чувствовать.

— И всё же вам нужно поговорить! Мила? А ребенок? Что ты будешь делать? Что ты к нему чувствуешь? Прости, но я в шоке. Я не знаю, уместно ли задавать такие вопросы, но, думаю, они не дают покоя тебе самой!

— Я даже представить себе не могла такого, — пробормотала она, — я… я хочу его.

— Даже твоё отчаяние проявляется как-то… особенно. Что бы ни случилось, у тебя есть он или, может, она, — мечтательно улыбнулась я, — знаешь, я тоже хочу.

— Чего это ты? — удивилась Мила.

Я поставила чайник и задумчиво посмотрела на неё.

— А как, по-твоему, Глеб воспримет ситуацию? — спросила я.

— Я часто об этом думаю, но, честно говоря, не знаю, чего ожидать. Мне так хочется взаимности. Но сегодня в его глазах я увидела столько… ненависти к себе.

Заваривая чай, я размышляла о её непростой ситуации. Миле нужно набраться смелости и поговорить с Глебом. Взглянув на чайник, я поняла, что мне нужно что-то покрепче.

Наполнив бокал вином, я сделала глоток, потянулась за сыром. Для меня эта история — настоящий шок.

Поздно ночью, ворочаясь в постели, я пыталась ещё раз переосмыслить предложение Руслана. В конце концов, поднялась и села в кресло у окна. Ночь была прекрасна, но мои мысли были далеки от неё. Заснуть казалось непосильной задачей. Закутавшись в одеяло, я смотрела в окно. Серебристый луч луны прочертил полосу на полу, вдали мерцали огни фонарей, казалось, время замерло. То, что ещё днем Руслан Макаров предлагал мне руку и сердце, казалось нелепой шуткой. Разум отказывался в это верить, а мысли разбегались в разные стороны. Но главный вопрос оставался без ответа.

Что будет дальше?

«Что такого, если я выйду замуж за почти незнакомого мужчину?»

Я прекрасно понимаю, что одной с Владом мне не справиться.

Глава 3

Алина

Едва уловимый шелест прокрался по коридору, нарушив хрупкое безмолвие утра. Мой взгляд застыл на закрытой двери спальни — должно быть, Мила проснулась.

Она вошла в кухню, лениво потягиваясь, и сонно потерла глаза. Улыбка, робкая и нежная, расцвела на ее лице.

— Доброе утро!

— Доброе утро, соня! Как ты себя чувствуешь? — спросила я, вглядываясь в её лицо с тревогой.

Мила присела за стол, и в её глазах вспыхнула искра — безмолвный восторг от упоминания о грядущем чуде. Она ласково коснулась живота, едва намеченного под просторной рубашкой.

— Нормально, — отозвалась она, растягивая слова и устраиваясь поудобнее. — Проснулся зверский аппетит.

— Сейчас накормлю, — пообещала я с улыбкой, пряча в её складках лица легкую тень беспокойства. — Токсикоз не мучает?

— Нет, всё хорошо. Просто утром хочется есть, как никогда. Хотя, ты же помнишь, мой обычный завтрак — чашка кофе.

— Ну, а сегодня у нас яичница с беконом. Подойдет?

— Да, пожалуйста! — воскликнула Мила, и от её заразительной улыбки кухня словно озарилась солнечным светом.

Уже через несколько минут на тарелке аппетитно дымилась яичница с хрустящим беконом, источая соблазнительный аромат. Я поставила её перед Милой и дополнила кулинарный натюрморт стаканом искрящегося апельсинового сока.

— Вот, приятного аппетита! — произнесла я, с нежностью наблюдая, как она с восторгом принимается за трапезу.

Она смаковала каждый кусочек, словно это был самый восхитительный завтрак в её жизни. Моё сердце переполнялось любовью и восхищением.

Пора поделиться с Милой моей новостью. Собравшись с духом и ощущая легкое волнение, я начала:

— Мила, у меня… эмм… тоже есть новость, — произнесла я с едва заметной запинкой, — в общем… я выхожу замуж, — выпалила я на одном дыхании, вглядываясь в её лицо.

— Что-что? — переспросила она в замешательстве. На лице Милы отразилась целая палитра чувств, и несколько долгих секунд повисла напряженная тишина.

— Я выхожу замуж за Руслана Макарова, — уже более уверенно повторила я.

Мила молча смотрела на меня, и в глубине её глаз плескалось смятение. Я видела, как новость, застала её врасплох. Мы были не просто подругами — сёстрами, делившими, каждую радость и печаль. И вот, гром среди ясного неба — моя свадьба.

— Это… это как обухом по голове, Алина, — прошептала она, очнувшись от оцепенения. — Но ты ни разу не обмолвилась о Руслане! — Наконец выдохнула Мила, пытаясь переварить услышанное. — Как давно вы вместе?

— Так нужно, я потом всё расскажу, — я поймала её взгляд, ища поддержки, как делала всегда. Моя верная Мила, всегда готовая подставить плечо. Но говорить правду сейчас я не могла.

— Что? Он шантажирует тебя? Или это тайна, которую ты скрывала от меня годами? — с тревогой настаивала она.

— Мила, обещаю, всё объясню позже. И никто меня не шантажировал, — я попыталась улыбнуться, изображая беспечность, но получилось натянуто.

— Хорошо, Алина, я подожду. Знаю, ты никогда не была простой. Когда свадьба?

— Сегодня будем решать.

Когда за Милой закрылась дверь, я осталась наедине со своими мыслями о будущем с Русланом. Сердце бешено колотилось, а в душе, вопреки всему, поселилось странное спокойствие и уверенность. Я благодарна Миле за то, что она всегда была рядом — моя подруга, моя сестра, моя вторая половинка, которая делила со мной горе и радость, поддерживая и вдохновляя на новые безумства.

***

Кабинет Руслана дышал сдержанной элегантностью: темные, лакированные полки с книгами вздымались к потолку, а строгий стол из темного дерева был завален кипами документов.

Его голос, властный и глубокий, обволакивал, заставляя сердце трепетать от каждого сказанного слова. Каждая его фраза была продуманной и точной, не оставляла места для сомнений или недопонимания. Он был мастером слова, способным увлечь и заинтересовать слушателя, а его речь была полна эмоций и страсти.

«Если уж ввязалась в этот фарс, нужно играть до конца», — прошептала я себе, расправляя плечи.

Взгляд мой, теперь уже смелее, скользнул по нему, невольно отмечая ту мужскую силу, что будто искрилась в воздухе. Темно-зеленые глаза, бездонные и глубокие, отражали бурю, и страсть.

— Лина, присаживайся, — прозвучало хриплое приглашение, и его рука указала на кресло напротив. Он опустился в соседнее, и этот звук, казалось, коснулся меня где-то глубоко внутри.

— У тебя красивый кабинет, — вырвалось у меня, прежде чем я успела обдумать слова, и я поспешно опустила взгляд. Невольно сделав шаг, я опустилась в кресло.

— И так? Ты обдумывала мое предложение? — смотрит на меня и ждет ответа. А я смотрю в его темные глаза и теряюсь окончательно. Пробую делать вид, что ничего особенного не произошло. А сама дрожу вся. Вокруг нас царила тишина, лишь мягкий шорох перелистываемых страниц нарушал спокойствие. Руслан был высоким, стройным, и его присутствие наполняло комнату энергией.

Сидя в его кабинете, я понимала, что он — человек, который привлекал внимание. Он был не только мужественным и красивым внешне, но и обладал силой духа и уверенностью, которые были видны в каждом его движении.

Дышу часто, то и делаю, что соскальзываю взглядом на него. Боюсь, он словно давит своей властью. И вроде бы улыбается мне, пытается разрядить обстановку, но делает это холодно и надменно. На нем черная идеальная рубашка с распахнутым воротом.

Как всегда прекрасен!

Пффф. Моргнув, я как будто просыпаюсь.

— Да, я согласна, — с трудом отвечаю, — глупо скрывать, но это первое предложение о свадьбе в моей жизни.

— Очень хорошо, — ответил Руслан с тем спокойствием, на которое был способен. — Тогда мы начинаем подготовку и незамедлительно поженимся.

— Незамедлительно? — переспросила я.

— Прости за отсутствие романтики, но думаю, следующее предложение будет романтичное. Мы больше не можем терять время.

— Я не поклонница романтики. Всё не так просто.

— Разумеется, нет, но, — согласился Руслан, — я обещаю тебе поддержку и безопасность. Но подробности мы обсудим после твоего согласия. Лина, я уверен в своих силах.

От того, как Руслан произносил мое имя, по телу пробегала дрожь.

Сомнений уже не было, я стану его женой!

Он говорил с самоуверенностью, присущей лишь красивым, властным и богатым. Очевидно, полагал, что от такого предложения я брошусь ему на шею. Стыдно за себя, за свой поблекший вид. Чувствую себя не ровней ему, чужой среди этой ослепительной роскоши. Мысли в голове роились, словно потревоженный улей. Моё существование казалось ничтожным в сравнении с его богатством и непоколебимой властью. Тень неуверенности и страха застилала всё, омрачая проблески радости от этой сомнительной сделки.

Как я смогу быть рядом с таким, как Руслан? На мгновение эта мысль кажется абсурдной, но воспоминание о Владе моментально отрезвляет. Но больше всего тревожит его взгляд. Темные, пронзительные глаза изучают меня с какой-то настороженной внимательностью. С досады стискиваю зубы, нервы на пределе.

Наблюдаю за Русланом и удивляюсь его непринужденности. Для него эта ситуация — обыденность, рутина. А меня трясет, словно перед экзаменом. Хочется с кем-то поделиться, рассказать о своих переживаниях, выложить все тревоги, попросить совета. Но решать придётся самой. Никто не поможет. Не до конца понимая, во что ввязываюсь, начинаю ему доверять. Не знаю почему, но это доверие возникает вопреки всему.

— Может, нам стоит хотя бы узнать друг друга получше? Поговорить?

— Это обсудим позже, — прошипел он сквозь зубы.

— Но, Руслан, это неправильно. Мы же ничего друг о друге не знаем.

— Хорошо, — сдался он наконец. — Итак, свадьба через два дня. От тебя требуется быть красивой, покладистой и изображать пылкую любовь. Нам предстоит посещать светские мероприятия, выходить в люди. О фиктивности нашего брака не должен узнать никто. Вовремя подыгрывай мне, и всё будет в порядке. Мы будем жить в одном доме. Ни у кого не должно возникнуть сомнений, особенно у Владислава.

Напряженно поднимаю взгляд на Руслана. Неужели мне не послышалось?

— Зачем в одном доме?

— Так нужно. Не волнуйся, секса не будет.

— Успокоил! Для чего этот фарс, Руслан? — возмущаюсь я.

— Так надо. Успокойся! Не истери. Чтобы, как ты выразилась, фарс не вышел за пределы моего дома. Это на год. Чтобы разобраться с Владом, мне нужен год. Всё должно выглядеть убедительно.

— Успокоиться? Это как гром среди ясного неба! Меня всю трясет, а ты говоришь успокоиться!

— Тон пониже, Лина!

— Знаешь, Руслан, не забывай и ты, что помощь предложил мне ты, и за это я скажу спасибо. Но это не значит, что я буду выполнять команды: сидеть, лежать, голос!

— Что за бред? И к чему эта истерика?

— Это не истерика! Но она вот-вот начнется.

— Подойди ближе. Мне нужно понять, сможешь ли ты сыграть роль моей жены.

Он хватает меня за руку, поглаживает запястье и тянет к себе, в свои объятия. Держит вплотную. А я? Я просто растеряна, смотрю в его глаза и тону в их бездонной глубине. Такие живые эмоции. Мой пульс бешено колотится.

— Это обязательно? — хрипло спрашиваю.

— Да. В дальнейшем я буду касаться тебя, обнимать, оказывать знаки внимания.

Нерешительно касаюсь его груди. Он накрывает мои ладони своими, переплетает пальцы и тянет вверх, заставляя обвить его шею. Потом обхватывает руками мою талию и плотно прижимает к себе. Кажется, я сейчас задохнусь. Тепло растекается по всему телу. Закрываю глаза и запускаю пальцы в его волосы на затылке. Слышу, как он со свистом втягивает воздух. Боже, я сейчас сойду с ума! Его руки перемещаются на поясницу и притягивают еще ближе. Прижимаюсь щекой к его груди и, затаив дыхание, слушаю, как гулко и неровно бьется его сердце.

— Ну как? Спектакль, точнее, репетиция окончена? — смотрю в его темные глаза.

Чувствую сильную хватку на своём локте. Задерживаю дыхание, чтобы не вдыхать его аромат. Голова кружится, по телу пробегает электрический разряд.

— Почти, — и в следующую секунду его губы накрывают мои в каком-то яростном, исступленном поцелуе, от которого перехватывает дыхание. Вся моя сдержанность рушится под его напором. Я ощущаю каждый его мускул.

Его запах, его вкус сводят меня с ума. С мучительным стоном он прикусывает зубами мою нижнюю губу и тяжело задыхается. Оторвавшись от моих губ, он касается лицом моих волос.

— На сегодня репетиция окончена!

Сглатываю ком, подступивший к горлу, вырываюсь из его объятий и спешу вон из кабинета.

Уже в лифте я понимаю, что сбежала, как трусиха.

«Трусиха».

Боже, какой бред! Куда я влипла?

Прикасаюсь пальцами к своим губам. Я…

— Мне понравилось. Боже!

Ох, мамочка… если бы это было по-настоящему, как же трепетно! Ноги становятся ватными, в памяти его поцелуй.

Как удержаться?

Закатываю глаза от удовольствия и иду к выходу. Знала, что, несмотря ни на какие препятствия и вызовы, я готова идти вперёд.

Глава 4

Алина

Автоматика ворот бесшумно отступает, пропуская нас в объятия роскоши, как только машина приближается к владениям Макарова. Открывающаяся панорама ошеломляет. Последние, прощальные лучи заката рассыпаются бриллиантовой пылью по зеркальным окнам, словно сама природа усыпала ими обитель избранных.

Завораживает… до дрожи в коленях!

Здесь хочется свить гнездо с любимым, построить мир, наполненный детским смехом!

Когда-то… у меня был свой такой мир…

Там, где живет любовь, там и дом.

В памяти всплыло лицо матери, когда-то лучащееся красотой и счастьем. Моя семья… Там было все настоящее, без фальши. А здесь… лишь искусная имитация, дорогая декорация без души.

Люди всегда оплакивают одно: безвозвратно ушедшее время, что не оставило после себя ничего, кроме горько-сладких воспоминаний о былом счастье. Я знаю, понимаю, что прошлого не вернуть, но сердце отчаянно жаждет тех чувств, той полноты жизни.

Руслан, не проронив ни слова, припарковал машину в просторном гараже, где уже теснились несколько дорогих автомобилей. Молча вышли и направились к дому. Тяжелые, обитые темным металлом двери распахнуты навстречу. Шагнули в уютную гостиную, где нас встретила приветливая женщина.

— Познакомься, Алина, это Елена Александровна, она управляет домом и готовит лучше всех, — Руслан одарил ее теплой улыбкой. Чувствовалось, между ними существует особая связь. — А это Алина, моя невеста.

— Здравствуйте, Алина, очень приятно, — Елена Александровна смотрела с добротой. — Проходите наверх. Все готово, как вы и просили. Располагайтесь и спускайтесь в столовую. Накормлю вас от души.

Комната оказалась огромной, больше походила на роскошные апартаменты.

Предел мечтаний…

Встроенный шкаф, изящный туалетный столик, словно сошедший с обложки глянцевого журнала. И огромная кровать, утопающая в полумраке… Все выдержано в темных, приглушенных тонах.

— Нравится? — в голосе Руслана прозвучала насмешка.

— Да, очень… — прошептала я.

Он подошел вплотную, обнял за плечи. По спине пробежали предательские мурашки. Я панически боялась поддаться этим новым, волнующим чувствам. «Это всего лишь фиктивный брак», — твердила я себе, словно мантру.

Отстранилась, делая вид, что рассматриваю обстановку.

— Ладно, Лина, осваивайся и спускайся. Елена Александровна ждет, и, уверен, с восхитительным ужином.

Кивнула, пытаясь унять волнение. Сердце бешено колотилось в груди. «Это всего лишь игра», — продолжала уговаривать себя, но игра оказалась сложнее, чем я предполагала.

Мы оба знали, что это временная мера, но с каждым днем, проведенным вместе, в душе росло смутное предчувствие: все может обернуться чем-то большим, чем просто сделка.

Пока я отчаянно боролась с собой, Руслан внимательно наблюдал за мной. Он, казалось, видел меня насквозь, чувствовал смятение и страх, бушующие внутри.

— Скорее бы все это закончилось, — прошептал он мне на ухо, словно прочитал мои мысли.

Не успела я и рта открыть, как он уже вышел из комнаты.

Ужин прошел в тягостной тишине. Еда была восхитительной, но вкус словно потерялся. После Руслан удалился в кабинет, сославшись на неотложные дела. А я решила принять душ и лечь спать, чтобы поскорее забыть этот сумбурный день, переполненный противоречивыми эмоциями. Но сначала… нужно позвонить брату и рассказать о предстоящей свадьбе и грядущих переменах в нашей жизни.

Когда я оказалась в гардеробной Руслана, увиденное повергло меня в шок. Бесконечные ряды вешалок, уставленные одеждой, тянулись до горизонта. Никогда бы не подумала, что Руслан такой педант! Целая стена отведена под строгие деловые костюмы. Рубашки развешаны с маниакальной точностью, по цветам и оттенкам. Количество галстуков просто зашкаливало.

«Интересно, у Макарова такая же коллекция?» — промелькнула ироничная мысль.

На полках царил такой же порядок: футболки, джинсы, шорты — все разложено по цветам и оттенкам. Подошла к прикроватной тумбочке, заглянула в ящики. В одном обнаружила три пачки презервативов, в каждой по десять штук. Не удержалась, пересчитала.

«Вот кобель!» — пронеслось в голове.

С грохотом захлопнула ящик. Какое мне дело? Сколько у него женщин?

Пока стояла под душем, в голове промелькнула тысяча вопросов, на которые не было ответа. Но вдруг четко осознала, что хочу быть здесь, в этом доме, рядом с этим человеком. Я знаю Руслана всего несколько дней, но что со мной происходит? Мне нравятся эти новые, острые ощущения.

Устроившись поудобнее на огромной кровати, свернулась калачиком. Неожиданно меня сморил сон. Проснулась от звука закрывающейся двери.

Руслан, с влажными волосами, только что вышел из ванной. Мой взгляд невольно скользнул по его широким мускулистым плечам, по стальному прессу… Приказала себе поднять глаза и не таращиться на темную полоску волос, исчезающую за… На нем было лишь полотенце, которое в следующее мгновение полетело на кресло. Мне показалось, что из комнаты разом выкачали весь кислород.

Он подошел к кровати, взял легкие штаны и быстро надел их, все это время я исподтишка наблюдала за каждым его движением.

«Боже! Не мог он это сделать в ванной?» — с досадой подумала я.

Почувствовала, как он лег рядом. Ощутила тепло его сильного, худощавого тела. Слабость волной окатила меня. Что скрывать от самой себя, Руслан — чертовски привлекательный мужчина. И он это прекрасно знает!

По телу пробежали мурашки. Мамочки…

Кожа покрылась пунцовыми пятнами. Слышала его дыхание, чувствовала, как он приближается. Легкие прикосновения коснулись плеч, щеки, волос. Пыталась дышать ровно, притворилась спящей. Но тело предательски отзывалось на каждый его жест. Грудь стеснило шелком ночной сорочки, соски налились, словно бутоны. Это был слепой зов плоти, такой мощный, что я едва не задрожала. С раздражением и злостью на себя попыталась отодвинуться.

Он мгновенно убрал руку и отступил назад.

Утро выдалось на редкость тихим.

Прислушалась, пытаясь понять, дома ли Руслан. Но в доме царила звенящая тишина. После душа, провозившись в спальне около получаса, нанесла легкий макияж и наконец-то решилась выйти на кухню.

Вполне вероятно, что Макаров еще дома.

Уже заваривала кофе, когда утреннюю тишину нарушила вошедшая Елена Александровна.

— Елена, доброе утро! Руслан давно уехал?

— Доброе утро! Сегодня он уехал очень рано, даже кофе не выпил, сильно торопился.

— Мм… Выпьете со мной кофе?

— С удовольствием, Лина! Я сейчас вас завтраком накормлю.

Кухню наполнил восхитительный аромат свежесваренного кофе.

Ближе к полудню договорилась встретиться с Милой. Подруга все еще держала оборону, с Глебом так и не поговорила, искусно избегая любых встреч. И пока ей это удавалось.

Мы сидели в уютном кафе, когда на столе ожил мой телефон. Незнакомый номер. Сразу подумала о Руслане. Он сегодня еще ни разу не позвонил… А я… что? Ждала!

— Да? Кто это?

— Это я, котенок, — прозвучал отрывистый, до боли знакомый голос. — Котенок? Что молчишь?

Отключила вызов. Зачем травить душу? Таких, как Влад, нужно вычеркнуть из жизни навсегда! Но несколько секунд я сидела, не веря своим ушам, в оцепенении.

— Кто это, Лина? Ты какая-то не такая.

— Владислав! И знаешь… я бы вообще не обратила на него внимания, но… Мила, я боюсь этого человека. Он опасен! Если он так легко убивает, что еще может придумать его извращенная фантазия?

— Успокойся. Ты доверяешь Руслану?

— Пытаюсь.

Стрелки часов приближались к девяти вечера, а Руслан так и не позвонил. А я… я для него никто. Елена Александровна ушла к себе. Я совершенно не знала, чем себя занять. Поймала себя на мысли, что с нетерпением жду Руслана: то и дело выглядываю в окно, надеясь увидеть его машину, украдкой поглядываю на часы…

«Интересно, он сейчас с другой женщиной? Может, у него есть серьезные отношения?»

По сути, я ничего о нем не знаю, о его личной жизни, о том, как его женщина относится к этому браку. У Руслана такое острое чувство мести, что он готов пойти на все.

К началу десятого я уже смирилась с тем, что вряд ли дождусь его, и решила перед сном почитать книгу. Устроилась на диване в гостиной. Вдруг услышала долгожданный звук подъезжающей машины. Бросила взгляд на часы: почти одиннадцать. Неужели все это время он был в офисе? Сердце забилось так часто, словно я только что пробежала марафон. Честно говоря, меня пугает моя реакция на этого мужчину.