Анна Фьюри Обжигая сердце илекти

Странно, но свою перчатку он снимать не стал. Юн улыбнулся мне слегка, загадочно подмигнул и, разбежавшись, нырнул рыбкой в озеро.

Я подошла к краю причала и застыла в ожидании, пока он вынырнет. Его голова наконец появилась над поверхностью кристально чистой воды в нескольких метрах от меня и он швырнул что-то на берег… это были...

Плавки?!

- Юн! Я думала, ты шутишь! - мое изумление сложно было переоценить.

- Давай прыгай ко мне, малышка!

- Ты серьёзно? Неееет… Холодно! - Я рассмеялась.

- Ну же, Ния! Живем один раз! Этого может больше не повториться, ДАВАЙ!

- Ты сумасшедший, знаешь это? - Он действительно умел убеждать.

Черт, я почти решилась на это безумие.

Меня вообще легко было уговорить на все, что было связано с адреналином и безрассудностью. Удивительно.

Иногда, люди тратили годы на то, чтобы принять одно, казалось бы, простое решение, а вот на то, чтоб совершить какую-нибудь глупость, уходило не больше минуты.

- Уже завтра этот день превратится в наши воспоминания, малышка! А вот КАКИМИ они будут - решать тебе! Здесь и сейчас!

- Черт, Юн! Мне на тебя холодно смотреть, не то что нырять туда!

Но с другой стороны, если бы мы ни разу в своей жизни не приняли ни одного такого сумасбродного, безбашенного, безумного решения, эта жизнь была бы нестерпимо скучной и серой.

- Думал, ты у меня смелая! А ты самая настоящая трусиха! - Ну понятно, этот хитросделанный сексуальный засранец решил сменить тактику.

Ведь разве не из таких ярких воспоминаний мы потом и составляем список лучшего, что произошло с нами в этой жизни?

- Это запрещенный прием! И ты это прекрасно знаешь. - Я сняла майку и он присвистнул, - Но ты прав в одном: если я этого не сделаю - буду жалеть!

Кроссовки и джинсы отправились к майке и я застыла перед разбегом, оставшись в одном нижнем белье.

- Давай, принцесса, прыгай!

Глубокий вдох.

Я разбежалась и с громким всплеском и миллионом брызг, в отличие от бесшумно вошедшего в воду Юна, ворвалась в эту ледяную гладь. Вынырнула почти рядом с ним. И застучала зубами, окинув взглядом этого засранца, которого, похоже, вообще не беспокоил холод.

- Тв-во-ою м-ма-ать… К-ка-а-ак же х-хо-о-ло-од-но-о! - Меня просто нереально трясло, весь мой энтузиазм куда-то резко испарился.

- Потерпи, сейчас привыкнешь и согреешься. Иди ко мне… - Юн подплыл еще ближе, обхватив меня руками за талию.

- Юн… - Я выдохнула его имя прямо ему в губы, - ты всё таки п-пс-сих…

- Как скажешь, принцесса. - Поразительно, но его тело в такой ледяной воде, все равно оставалось горячим, как и его дыхание, он не дрожал.

Ни капли.

Неужели ему никогда не бывает холодно?

- Ты совсем не обижаешься, когда я так называю тебя?!

- Поверь, меня и похуже в этой жизни называли. А из твоих уст и вовсе любое слово звучит как комплимент, я ведь уже говорил тебе об этом.

- Д-да… Точно… Говорил… - с улыбкой на лице, я мысленно вернулась к нашим встречам у руин амфитеатра.

Юн притянул меня ещё ближе к себе, жадно вцепившись в мои губы своими, лаская руками мое дрожащее ледяное тело. Мне казалось, что если я до этого и была холодной, то теперь вполне могла заставить замерзнуть и укрыть коркой льда это прекрасное озеро, с не менее красивым названием - Фунду.

Лишь на минуту Юн оторвался от моих ледяных губ, чтобы своими горячими вымостить пламенную дорожку от моей скулы к шее и обратно к моим приоткрытым, дрожащим от удовольствия и холода, губам. Он будто каждый раз обжигал меня своими страстными поцелуями, но я снова и снова хотела их ощутить на своем лице, шее, груди, на каждом сантиметре своего тела, даже если бы они оставляли на нем ожоги. Я совершенно точно ощущала между своих ног твердость в его паху, но слегка отстранилась от него, потому что в моей голове тоже появился маленький сценарий. Юн, видимо, уловив мое настроение попытался снова вернуться к своим планам:

- Так, а почему у нас не по сюжету всё? Ммм?! - он сдвинул брови и нахмурился.

Я приподняла бровь и почти перестала дрожать, немного согреваясь от его тела:

- Как это не по сюжету? Вроде купание входило в твой сценарий, разве нет?!

- Ага, только ма-а-аленькая деталь, - он прищурился, - купание по сценарию - голышом! А на тебе по-моему парочка лишних вещей?

Я прижалась к его теплому телу в леденющей воде и обхватила ногами вокруг живота, приподнимаясь выше, чтоб оказаться на одном уровне с его лицом.

- Юн, пощади, я и так сейчас околею тут от холода! - Я взмолилась, а он одарил теплой улыбкой и дыханием, подхватив меня на руки и прижав к себе.

- Все, все, я схожу за вещами и полотенцами, заболеешь еще. Выплывай потихоньку, я быстро.

Нужно будет ему все же как-нибудь намекнуть, что я не болею простудными заболеваниями. Совсем.

Он нырнул и уже через несколько секунд был почти у берега. Я крикнула ему вслед:

- А мы разве не пойдем греться к камину?!

Он вышел из воды по пояс, повернув только шею в мою сторону:

- Успеешь ещё к своему камину, Ния. Ты совсем забыла про наш сценарий?! А то мне начинает казаться, что не мы с тобой в нем главные герои, а камин с дровами.

Я хмыкнула и улыбнулась. Он явно недооценивал значимость камина в своем сюжете.

Юн вышел из воды почти полностью и естественные ритмы моего сердца резко пустились вскачь. Что ж, я не могла оторвать взгляд от его чересчур сексуальной задницы.

Факт.

Из-за густо насаженных высоких деревьев темнело здесь определенно раньше, чем в Орусе. Пока я доплыла и вышла на берег возле причала, Юн уже вернулся с полотенцем, вещами и… пледом. На нем была простая черная борцовка, свободные спортивные черные штаны и кроссовки, я даже не удивилась, что они тоже были далеко не белыми.

- Переодевайся и пойдем, принцесса.

- Куда?

- Узнаешь.

Меня все еще трясло от холода. Я обмоталась полотенцем и сняла мокрое белье.

- Давай сюда, отнесу в дом, пока переоденешься.

Я слегка смутилась, но отдала ему мокрые вещи. Он собрал и свою одежду с причала, в которой приехал. Когда он ушел, я быстренько вытерлась насухо, выжала еще раз мокрые волосы, которые сохнуть будут теперь чуть ли не до завтрашнего утра, если не высушить феном, а затем подняла свои джинсы, футболку и кроссовки. Юн почти бегом вернулся ко мне, накинул плед на мои плечи, взял за руку, переплетая наши пальцы и потянул за собой:

- Так куда, ты сказал, мы идём?

- Не говорил. Твой прием на мне не сработает, Ния. Узнаешь.

Я чуть не топнула ногой от досады, он всегда все держал под контролем, а перехитрить его было практически невозможно. Мне оставалось только сгорать от своего неуемного любопытства. Спустя минут десять, мы вышли на небольшую поляну. Почти стемнело и было довольно сложно что-то разглядеть. Юн достал из кармана зажигалку и поджег небольшую кучку веток прямо посреди этой поляны.

- Ты их здесь заранее сложил?

- Ага. Сейчас будем греться у костра. В этом особая романтика, так ведь?

- Наверное…

- Что значит, наверное? - он округлил глаза и приподнял брови. - Ты когда-нибудь сидела у костра? Что вообще может быть лучше этого?

- Вообще-то нет, Юн. Не сидела. Ни разу…

Он взглянул на меня с таким удивлением, что мне почти стало стыдно за это упущение в своей жизни.

Но где мне было его жечь? Во дворе своего дома? В приюте? На базе? Я как-то даже не думала о таком никогда. Что это ещё за развлечение такое - разжигать костер? Для чего? Что в нем такого?

- Мда… Ния… Не думал я, что ты так много упустила в своей жизни…

- Эй! Я… - он не дал мне выругаться и резко впился в мои губы своими.

Уже через секунду я забыла, что вообще хотела сказать.

- Мне до безумия приятно, моя маленькая Фурия, что некоторые вещи у тебя происходят впервые именно со мной.

- Только не некоторые, а многие.

- Точно…

Костер все сильнее разгорался, а Юн подкидывал в него постепенно больше дров, которые были намного крупнее тех, что лежали в этой кучке изначально. Не знаю зачем, но я решила поведать Юну великую тайну моей любви к огню:

- Ты знаешь, а я ведь очень люблю на самом деле огонь… Дома я почти каждый вечер зажигаю много свечей в гостиной и на кухне когда ужинаю. Не люблю свет от ламп. Пламя от свечи мне кажется более живым и настоящим. Становится намного уютнее. Не могу объяснить, наверное, этой тяги...

- О, я тебя прекрасно понимаю, принцесса. Я вообще в детстве постоянно сбегал из приюта в лес, только ради того, чтоб развести костер и посидеть около него до тех пор, пока он не погаснет.

Юн сел прямо на траву у костра и усадил меня спиной к себе на бедра, обнимая за плечи. Мелкая дрожь приятной волной пробила все тело от прикосновения к его горячей груди. Мне безумно хотелось вцепиться в его губы и целовать их всю ночь. Все эти прогулки, купания… Казались мучительной пыткой для нас обоих, но в то же время невероятно приятно было вот так проводить это время вместе. Мы будто попали вдвоем в абсолютно другой мир. Параллельный. Где не было места войне между нашими кланами. Ненависти, убийствам, жестокости. Здесь были только мы.

Юн достал что-то из своего кармана и вложил мне в ладонь.

Горький шоколад.

Моя улыбка растянулась до ушей. Я скучала за этими вкуснейшими маленькими черными квадратиками, и тут же развернула, отправив в рот кусочек, медленно рассасывая на языке, растягивая удовольствие.

- Ммм, мне их очень не хватало, Юн.

- А мне не хватало другого сорта моего горького и самого вкусного шоколада… - Его ладонь скользнула между моих ног по внутренней стороне бедра и я тут же их сжала от накатывающей волны возбуждения.

- Юн… это по сценарию?!

- Боги, Ния! Может, к черту уже этот грёбаный сценарий?!

- Я хочу досмотреть твое кино до конца… - Он убрал руку и снова обнял меня, сильнее прижимая к себе, а я мысленно уже успела пожалеть о сказанном.

Я безумно хотела его. Нет, отчаянно, нестерпимо. Хотела так сильно, что не могла уже думать ни о чем другом.

- В следующий раз я перепишу сраный сценарий и мы начнем с самого вкусного…

- Не сомневаюсь. - Я выставила ладони ближе к костру.

Огонь приятно согревал и даже покалывал руки. Он будто завораживал и манил к себе. А костер… Это и правда было магическим зрелищем. Кажется, я могла бы бесконечно смотреть на него, наслаждаясь горячими объятиями Юна. Слушать, как приятно потрескивали в огне дрова, а искорки поднимались прямиком в ночное небо, кружась в потрясающем танце. Это были новые ощущения и эмоции, но я уже любила их всем сердцем. Мне вдруг стало интересно узнать о его детстве.

- Ты помнишь своих родителей? Во сколько лет ты попал в приют?

- Тут особо и рассказывать нечего. Отец погиб в автокатастрофе когда мне было пять, а свою мать я и вовсе не знал и никогда не видел. Братьев и сестер у меня не было. Этот кулон в форме клыка, - он поддел пальцами обе цепочки на своей шее, - и подвеска в виде древней эзарийский руны - все что от него осталось. Ну а потом приют. Он, кстати, находился совсем рядом с Виридисом.

- Мне жаль, Юн…

- Не стоит, малышка. Не нужно жалеть о прошлом, ведь каждый шаг, каждое событие в нем привели меня к тебе.

Я повернула к нему шею и прижалась сильнее к его груди, он нежно гладил меня по влажным волосам.

- А ты? Помнишь своих родителей?

- Нет, сколько себя помню, только приют. До столицы я находилась в одном из приютов на нейтральной территории, а потом нас вместе с Варом перевели в интернат Оруса. Я понятия не имею, кем были мои родители и почему отказались от меня…

- Мне жаль, что ты не знала их, но я рад, что этот путь привел ТЕБЯ ко мне…

Я почти согрелась в его руках и мне хотелось провести здесь всю ночь. Костер понемногу затухал, расправившись со всеми поленьями, оставляя от них лишь угольки, и Юн вдруг потянул к нему свою правую ладонь. Я ошеломленно смотрела на его кисть и на пламя, не веря своим глазам. Огненные языки будто тянулись к его руке, в каком-то невероятном и фантастическом танце, хотя до этого ветер устремлял их в совершенно противоположную сторону.

- Юн, ты видел это?!

- Что именно?!

- Пламя! Оно будто отреагировало на твое движение. Поднеси вторую ладонь к костру…

Он выставил вторую кисть раскрыв ладонь и пламя от костра потянулось к ней тоже.

- Мда… странно.

- Может, тебе поэтому холод нипочём? Тебя любит огонь…

- Ты знаешь, мне важно чтоб кое-кто другой меня любил и по сценарию костер должен был уже догореть! А вот я наоборот - сгораю от нетерпения. Хочу вцепиться в твои губы и целовать БЕСКОНЕЧНО! И не спрашивай меня про сценарий. Я только что переписал его. Идём.

Юн так легко обхватил меня за талию и поднял к себе на руки, что я и ответить ничего не успела. Но он был чертовски прав, ни один закат и рассвет, волшебство костра, магия леса и озера не сравнится с желанием которое росло внутри меня каждую минуту все сильнее.

Вернувшись в дом, я прямо с порога заявила:

- Надеюсь, ты захватил с собой парочку черных рубашек, потому что я иду в душ. Я вся пропахла костром твоим.

- Мне нравится твой запах, Ния.

- Ну нет, я все равно иду в душ.

Он улыбнулся:

- Иди, принесу тебе твою рубашку.

Когда я вышла из ванной, любимая черная рубашка уже висела около двери на крючке. Я быстро надела ее и направилась в гостиную.

- Надеюсь, ты меня тоже дождешься, я быстро.

- Юн, погоди. Скажи, ну чисто случайно, возможно, здесь есть свечи?

- Случайно есть, на кухне в шкафах или ящиках, где-то определенно были. По крайней мере, вчера видел несколько.

- Ладно, поищу.

Когда я вошла в гостиную, с удивлением обнаружила, что Юн успел развести огонь в камине, поэтому свет включать и не требовалось. От него исходило такое приятное, уютное и живое тепло.

Я все-таки нашла несколько свечей в шкафу и расставила их на деревянном столике у дивана и одну поставила на подоконник.

И хотя, у камина стоял уютный мягкий диванчик, я не удержалась от желания сесть именно на пол. Постепенно согреваясь у камина, я завороженно смотрела на огонь. Его приятное потрескивание только добавляло уюта и чего-то волшебного вечерней обстановке. Будто мы перенесли костер из леса с собой и снова эта магия огня была рядом с нами.

Юн вышел из ванной, подкинул в очаг побольше дров и присел рядышком со мной прямо на мягкий и пушистый ковер, оперевшись спиной о диван.

Его плечи заметно расслабились. В тусклом свете огня четко очерченные линии его идеальных скул и подбородка будто смягчались и становились нежнее.

Угольно-черные волосы, все еще немного влажные, тоненькими черными нитями спадали чуть выше ключиц, а полотенце, непростительно низко повязанное вокруг бедер, будоражило все мое сознание и воображение. Мое тело, будто покалывали тысячи микро иголочек.

Я обратила внимание на его левую руку: он наконец не спешил надеть свою перчатку. Здесь были только мы. А это означало, что Юн научился мне доверять настолько, что в его неизменном аксессуаре не было необходимости и я была этому безмерно рада. Потому что левая рука, как и все остальное его тело, было для меня безупречным. Со всеми изъянами, жуткими шрамами, увечьями и ожогами, Юн был совершенным для меня, я любила и принимала каждую мельчайшую его частичку, каждую клеточку его организма.

🎵 Slow - ASSA Amanati x Roniit

Не отрывая от него пристального взгляда, я придвинулась к нему с левой стороны и обхватила его кисть, мягко перебирая своими пальцами, поглаживая одновременно его тыльную и внешнюю сторону ладони, передвигаясь выше, нежно лаская и поглаживая каждый его шрам, почти как в тот день, когда он впервые снял свою перчатку передо мной, но сейчас я это делала намного смелее и увереннее.

Я ощутимо провела ладонью по черной пластине, вставленной в его руку, не зная, почувствует ли он хоть что-то в этом месте. Притянув к губам его истерзанную руку, я поцеловала каждый палец, каждую костяшку на ней и каждый шрам. Мне так хотелось, чтобы он больше никогда не надевал эту перчатку, чтоб он принял себя. Потому что я приняла его именно таким ещё в тот день у обрыва, когда он впервые мне доверился. Юн издал какой-то мурлыкающий, слишком приятный звук, прикрыл веки и немного откинул голову назад. И когда он это сделал, во мне возникло дикое желание поцеловать его именно в то место на шее, где отчётливо выделялся его кадык.

Я почему-то только сейчас поняла, что все это время в основном Юн покрывал абсолютно все мое тело своими горячими поцелуями, а я... Мне безумно хотелось сделать тоже самое с ним и увидеть его реакцию на мои поцелуи. Я перекинула через него ногу, словно через любимый мотоцикл и оказалась верхом на его бедрах, так было легче дотянуться до моей цели. Юн поднял голову и раскрыл глаза:

- Ния…

- Тшшшш... - я прижала свой большой палец к его губам, чуть приподнялась, обхватывая в кулак его волосы на затылке и слегка потянула назад, чтобы он вернулся в то же положение, в котором находился несколько секунд назад. Он послушно подчинился. - Верни все как было и закрой глаза, Юн… Настал мой черед создать свой сюжет для этой ночи.

Я приблизилась максимально близко к его шее и обозначила языком дорожку от его впадинки между ключицами к кадыку, вернулась обратно и слегка подула на оставленный только что ледяной и влажный след. Его тело моментально покрылось мурашками, он сглотнул и этот бугорок снова дернулся, а я наконец сделала то что хотела, обхватила губами этот соблазнительный холмик на его шее и жадно поцеловала, дойдя своими губами до линий его подбородка, слушая его уже отнюдь не спокойное дыхание. Я опустилась ниже к его потрясающим и слишком привлекательным ключицам - еще одно место на его теле, которое всегда вызывало во мне трепет. Наконец отпустила все свое стеснение и позволила себе прикасаться к его телу там, где только хотела. И он мне позволял.

Я оставила ледяную тропинку из своих поцелуев на каждой косточке его выделяющейся острой ключицы, Юн обеими руками сдвинул вверх края моей рубашки и стиснул мои ягодицы в своих горячих руках до приятной боли, а я издала слабый, еле слышный стон. Он снова открыл глаза, я уселась ниже, прямо туда, где под его полотенцем было абсолютно ясно, что он уже сгорал от желания. Но сегодня ему придется потерпеть, пока я не поцелую все, что хотела и упустила за то время, что мы вместе. И я воспользуюсь в полной мере этими моментами рядом с ним.

От ключиц я перешла ниже к его твердой, как камень, груди, отчетливо ощущая учащенное биение сердца, я повернулась ухом к его торчащему соску и потерялась о него, словно кошка. Гладкая идеальная грудь возбуждала меня не меньше, чем все остальное, я обхватила губами светло-коричневую симпатичную выпуклость. Юн тут же ответил мне хриплым низким стоном. А я не могла оторваться от его древесно-цитрусового запаха, вперемешку с горьким шоколадом, снова и снова посасывала, зализывала и целовала торчащий и твердый маленький сосочек. Все тоже самое я медленно проделала со вторым.

Потом спустилась ещё ниже... туда, где все еще оставался розовым его шрам от ранения, во время облавы нашего клана, в сердце кольнуло и я заглушила эту боль, нежно целуя этот шрам. Я всем телом медленно двигалась вниз, чтобы мне было удобнее целовать его везде, где только пожелаю.

Затем сдвинулась ещё ниже по телу Юна уже настолько, что вместо моих бедер, он гладил меня по затылку и волосам. Бросив на него короткий взгляд я поняла, что он все это время наблюдал за мной. Продолжая покрывать низ его живота поцелуями, я не удержалась и спросила полушепотом:

- Почему ты так смотришь?!

- Хочу видеть тебя малышка.... Видеть, слышать, ощущать... Чтобы не упустить ни одной минуты рядом с тобой.

Я немного смутилась, но мне так хотелось продолжить то, что начала, будто заново изучая его. И наконец, добралась до ещё одной части тела, которая сводила меня с ума - его выделяющиеся костяшки, тугие рельефные мышцы на бедрах, крупные жилки и венки рядом, и V-образная прокачанная линия паха, которая привлекала меня ничуть не меньше, чем V-образный движок моего харлея, возможно, даже больше. А когда я жадно прижалась губами к этим выступам, в опасной близости от топорщагося края полотенца, Юн издал громкий стон, вперемешку с рыком, сжимая в своей руке мои волосы на затылке. Подняла глаза на своего плотоядного хищника, а он все же прикрыл свои от удовольствия. Я наслаждалась его вожделением, возбуждением, истомой, его голосом и вздрагиваниями от моих действий, его телом, покрывающимся мурашками в который раз от моих ледяных прикосновений.

Этот наркотик был несравнимо лучше самой высокой скорости, трюков и трамплинов, доставляя в мозг не меньше жгучего адреналина. Несмело и медленно отодвинула вниз полотенце с его бедер, оно явно было лишним. Мое дыхание разогналось и участилось за секунду и забилось в красной зоне, черт, я впервые смогла рассмотреть его тело так близко и в таких подробностях. Все его естество выражало огромное желание. А мне было страшно сделать что-то не так, но не могла отказать в новом удовольствии ни себе ни ему.

Но всего на секунду мой взгляд упал на переднюю часть правого бедра. Света от камина было достаточно, чтобы увидеть огромный шрам до самого колена. Я разволновалась и посмотрела на Юна. Он открыл глаза и совершенно спокойно покачал головой, дав понять, что для этого совсем не время. В ответ я молча кивнула.

Нежно дотронувшись до его нескромного достоинства, я провела рукой по всей длине, слегка сжимая в кулак, снова услышав его сладкий стон. Мне нужен был этот стон, как подтверждение того, что я все делала правильно. А я наконец-то позволила себе бесстыдно и жадно рассматривать и трогать все его тело, целовать каждую его часть, без смущения и робости, потому что этот человек стал для меня самым желанным и родным на свете. Кожа здесь была такой бархатистой и настолько нежной, что хотелось касаться ее снова и снова.

Я подняла голову, продолжая свои движения рукой и посмотрела на него, Юн открыл глаза и в них мелькнул огонек от камина, всего на секунду задержала взгляд на этом огненном танце в его зрачках, а затем не удержалась и закусила нижнюю губу, только на этот раз не машинально, а специально. По его телу прокатилась волна дрожи и он полушепотом произнес мое имя с привкусом бархатного, обволакивающего и самого любимого на свете горького шоколада:

- Ния...

Все ещё глядя ему в глаза, я опустила голову и прошлась легкими нежными поцелуями по всей длине от головки члена до самого основания. Целуя каждую выступающую венку, каждый миллиметр, мне хотелось повторять это снова и снова. А когда медленно провела по нему своим холодным языком, Юн содрогнулся и весь покрылся мурашками, подавшись немного мне навстречу. Мне приносило огромное удовольствие уже только то, как его тело и мышцы напрягались и дрожали, как его губы сжимались, а затем выпускали протяжные стоны, которые сменялись то мурчанием, то диким, почти утробным рычанием.

Он прикрыл глаза, а я наклонилась и обхватила губами его головку, Юн впервые издал такой громкий и глубокий стон и немного выгнулся от накатившей истомы. Я двигалась медленно, лаская руками его бедра и низ живота, скользя по соблазнительным кубикам его пресса. Все его тело слегка задрожало и в очередной раз покрылось мурашками, а я получала от этого настоящее удовольствие Я так ярко ощущала, как каждая его мышца под моими руками напрягалась. Повторяя свои движения губами снова и снова, но немного быстрее, я наслаждалась его прерывистым дыханием и звуками, которые он издавал. Признавшись мысленно самой себе в том, что мне нравилось это чувство контроля над его телом, я жадно облизала его головку.

До этого момента каждый раз я была полностью в его власти, а теперь мы будто поменялись местами. Мои губы то ускоряли движения, то замедляли, а он так по-разному реагировал абсолютно на каждое мое действие. И я получала от этих новых эмоций и ощущений не меньшее наслаждение. Мне нравилось наблюдать за его яркими эмоциями.