- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Анна Бигси Пока бьется сердце
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Хотел. Нормальный. Спасибо.
И все. Ни улыбки, ни слова больше. Денис сел за стол и уткнулся в телефон. Марина суетилась подкладывала салат, спрашивала, вкусно ли. Она говорила слишком много, слишком быстро. Натянуто улыбалась. Захар тоже улыбался так же натянуто, так же фальшиво. Они напоминали актеров провинциального театра, которые забыли слова, но продолжали двигать губами.
— Ребят, у вас все нормально? — осторожно спросил Глеб.
— Да, — в один голос ответили они.
Атмосфера сгущалась. За окном собирались тучи, и в комнате становилось душно. Захар чувствовал, как сердце начинает биться чаще и старался дышать ровно.
— Ну, давайте тост, — сказал он, поднимая бокал. — За Дениса. Четырнадцать лет серьезный возраст. Ты уже почти взрослый мужик.
— Почти, — повторил Денис без эмоций.
Чокнулись. Выпили. Марина что-то говорила про школу, про то, что физика в этом году важная, что надо подтянуть. Денис кивал, но взгляд у него был отсутствующий. Захар молчал. Он смотрел на жену, на сына. И на Глеба со Стасей. На контрасте сразу становилось понятно, что они играют в семью, которой больше нет.
Глава 9
Гости разошлись и в квартире остались только трое. Захар сидел напротив Марины, Денис сбоку. Пирог был почти не тронут. Денис ковырял вилкой край куска, крошил бисквит на тарелку, не поднимая глаз. Марина пыталась шутить, рассказывала что-то про коллегу, который перепутал тендерную документацию, но смех звучал фальшиво, как аплодисменты в пустом зале. Захар подыгрывал, улыбался краешком губ, кивал, но взгляд его был тяжелым, неподвижным.
Фальшь резала глаза. Она висела в воздухе, как запах гари перед пожаром. Они делали вид, что все в порядке, и этот вид был хуже любого скандала.
Денис вдруг отодвинул тарелку. Вилка звякнула о край, крошки посыпались на скатерть. Он поднял голову и посмотрел сначала на мать, потом на отца. В его глазах стояла ярость пополам с болью.
— Хватит, — сказал он глухо. — Вы задолбали.
Марина замерла с поднятой чашкой. Захар медленно повернул голову к сыну.
— Один на работе вечно, — Денис говорил, и врезались болью. — Другая мужика завела и думает, что я слепой? Думаете, я не вижу, как ты в телефон улыбаешься? Как он тебя у подъезда встречает?
Марина побледнела. Чашка в ее пальцах дрогнула.
— Сынок, ты чего — начал было Захар, но Денис не дал ему закончить.
— Хватит! — он встал из-за стола, и стул с грохотом отъехал назад. — Вы уже не семья! Вы притворяетесь! Думаете, это для меня? Думаете, мне нужен этот цирк? Расходитесь уже и не мучайте никого!
Марина открыла рот, но не смогла произнести ни звука. Захар сжал кулаки. Пальцы побелели, костяшки хрустнули. Лицо его стало серым, как бетонная плита, которую он поднимал на учениях.
— Денис — его голос прозвучал ровно, почти спокойно, но внутри этого спокойствия клокотало что-то страшное. — Вернись
— Я все знаю, — отрезал Денис. — Отстаньте от меня.
Он развернулся и пошел к двери. Захар не двинулся с места. Марина прижала ладонь ко рту. Хлопнула дверь, громко, с металлическим звоном. И наступила тишина.
Марина не могла поднять глаза. Она смотрела на свои руки, на белую скатерть, на крошки от торта, на все что угодно, только не на мужа. Ну вот, этот момент, которого она так ждала настал. Только язык отчего-то прилип к небу.
Захар смотрел в стену. В висках стучало. Грудь сдавило не резко, не болью, а тупым, тяжелым давлением. Он чувствовал, как сердце сбивается с ритма. То замирает, то вдруг пускается вскачь.
Он поднялся. Обогнул стол и сел напротив Марины, прямо перед ней. Так, чтобы видеть ее лицо. Впервые за долгое, очень долгое время они смотрели друг на друга.
— Это правда? — спросил он. Голос был низкий, чужой. Как будто говорил не он, а кто-то другой, из глубины его груди, из того самого места, где жила боль.
Марина подняла глаза. В них стояли слезы. Она хотела что-то сказать, но губы дрожали.
— Правда, — выдохнула она наконец. — Это правда.
Захар не дернулся. Не ударил по столу. Не закричал. Просто слушал. И это было страшнее всего.
— Почему?
— Я устала, — слова полились из нее, как вода из треснувшей трубы. — Устала так жить, Захар. Я устала быть тенью. Ты приходишь и уходишь, я даже не знаю, где ты, с кем ты, жив ли ты. Ты весь там, на вызовах, а я здесь, с Денисом, с бытом, с этой чертовой физикой, которую он не хочет учить. Я говорю с тобой ты не слышишь. Я жду ты не приходишь. Я цветы домой принесла ты даже не спросил от кого! Тебе все равно!
Она замолчала, переводя дыхание. Слезы текли по щекам.
— Я хочу любить, — сказала она тише. — И быть любимой. Не функцией, не матерью твоего сына, не вдовой при живом муже. А женщиной. Живой и желанной женщиной, Захар. И я я встретила человека, который меня видит. Который говорит со мной. Которому я интересна. Который любит меня в конце концов.
Она замолчала окончательно.
Захар слушал, не перебивая. Лицо его было как камень. Только желваки ходили на скулах. Он смотрел на нее и видел, что она говорит правду. Марина высказала ему все, что копила годами. Все, что он не слышал. И каждое слово било его, даже не в сердце, а куда-то глубже, в ту часть души, которую он давно перестал чувствовать.
Все было так. Марина была права, во всем права, а он нет. Он забыл ее, семью, себя, но разве заслужил предательство?
— Я верил теб
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
