Анна П. Десятый дом

Через час мы устроили привал у небольшой скалы, где из-под расщелины в земле бил ручей с питьевой водой. По очереди напившись, каждый наполнил свою фляжку с водой. Костер для обогрева не стали делать. Дождь лил стеной, мы все были насквозь промокшие, даже в ботинках уже противно хлюпало. Без магической подпитки на открытом участке огонь невозможно было развести и не было возможности его поддерживать.

Я села возле Фран, облокотившись спиной на шершавую поверхность. От усталости моя голова скатилось ей на плечо. подруга глубоко вздохнула. Даже ей, с её выносливостью темной эльфийки, было очень тяжело в этом забеге.

- Катарина, я просто не могу понять, чем мы провинились, что заслужили такое испытание всем курсом. Я думала ни один день над этим вопросом, но так и не нашла ответа. Тоби также не видит никакого смысла в этом поступке Келтина.

- Ты действительно считаешь, что сейчас самое время поговорить об этом? Мы только что видели место гибели наших друзей. И я не могла даже представить себе, что наш экзамен станет для кого-то последним, - произнесла я шепотом.

- Дед прав. Здесь происходит что-то непонятное.

- Когда вы успели обсудить с ним наш экзамен?

- В момент твоего бессознательного состояния. В промежутке между ловлей лжепреподавателя и отслеживанием магического следа, - попытка пошутить Франчески была провалена. Ни у подруги, ни у меня не было и тени улыбки. - Я уже и стала забывать об этом всем. Слишком много событий происходит в текущем моменте. От этого кажется, что время течет быстрее обычного.

Подруга не стала развивать эту тему, прикрыв глаза. Я последовала её примеру, стараясь урвать несколько драгоценных минут отдыха перед новым рывком.

- Привал окончен. Бежим дальше, - внезапно раздался крик Тоби.

Мы также молча встали. Сделали небольшую разминку и пошли быстрым шагом, затем через несколько сотен шагов припустили бегом.

Наша пара с Франческой всё также была завершающей. Впереди отряда также бежал Тоби со световым визором, в который был вставлен накопитель, отражающий магическую блокировку. В нашем мире их было всего двадцать штук. Выдавались визоры под большую ответственность несущего, а хранились непосредственно у самого Келтина.

Небо из черного грозового прояснилось, и сотни тысяч звезд засияли над нашими головами. Гряда Ангальских гор стала значительно ближе. Я невольно залюбовалась красотой пустыни. Смертельно-красивое и волнительно-убийственное место. Белоснежный песок переливался блеском каждой песчинки под светом Лун. Одинокие растения, попадающиеся на пути нашего забега, поражали своей красотой и вкусным ароматом. Яркие краски розового и красного расцветали сочными бутонами огромных цветов, заманивая в свои ядовитые соцветия насекомых и мелких грызунов. Бедные жертвы, попадая в вязкий нектар, не могли выбраться и становились пищей этих зелёных хищников на несколько недель. Хотя за время нашего нахождения здесь, кроме погибших курсантов, мы не заметили ничего опасного. Лишь пару песочных крыс, которые были не больше ладони взрослого мужчины. Судьба покровительствовала нам и отводила грозных противников от нас.

- Ай, больно! – я остановилась, мою правую руку обожгло болью. Она начиналась от запястья, охватывая всё предплечье, и заканчивалась практически на середине плеча. Я остановилась, стащила с себя рукав и согнулась от болевых спазмов.

Франческа подбежала ко мне и испуганно осматривалась по сторонам, ища причину моего крика. Затем схватила меня за руку и вытянула вперед перед нами. И тут на наших глазах на коже проступил золотой узор из тонкого стебля с небольшими листочками серебристого цвета. Он охватывал запястье браслетом листьев, а затем петляя подобно лиане, заканчивался на середине плеча черной полураспустившейся розой.

- Вау, как красиво! – только и смогла вымолвить Франческа, опускаясь на корточки рядом.

- Откуда это взялось?

- Это свадебная татуировка. Что означает лишь одно, - тут подруга замолчала, отпустила руку и перевела на меня взгляд. – Твой неведомый муж, которого искали мы, которого искал мой дед – это Леонард. Вы ночью консумировали брак. Ты не сможешь развестись с ним без его согласия, как мы изначально планировали.

- Как? Как это могло случиться? – горло жгло невыплаканными слезами. Голос надломился и сорвался. Я ничего не могла понять. Я вскочила и начала нервно вышагивать круги рядом с подругой, которая также растерянно сидела на песке.

- Девочки, встаем и догоняем всех, - к нам подбежал встревоженный Тоби.

Я протянула ему свою правую руку. Друг осмотрел её и посерьёзнел.

- О, гребаный хаос! Это же невозможно. Они же даже незнакомы.

- Я не знаю. Я ничего не знаю. – я снова уселась на песок, охватывая голову руками. Затем снова стала осматривать татуировку, как ядовитую змею.

- Тоби, ты видел? Ты видел, что она состоит их трёх цветов? Я даже не слышала про чёрную или серебристую надпись, подала голос Фран.

- Я всё видел, любимая. Но мне нечего тебе ответить. Нам сейчас нужно всё же закончить наше испытание, а потом уже требовать ответы. Пойдемте, только не пугайтесь – там снова несколько тел. Катарина, натяни куртку обратно. Не стоит вызывать ненужное любопытство окружающих.

Мы подошли к ожидающим нас и увидели еще пять тел, лежащих в скрюченных позах. Они снова были сожжены. Мариита, не скрывая слез, плакала. Слезы стекали у неё по щекам, оставляя грязные разводы. Она сидела возле одного из тел и держала его за обгорелую руку.

- Даник, Даник, - повторяла она неустанно. – Ты не мог! Ты не мог оставить меня! Нас! Ты не мог оставить нас!

Какое горе! Среди погибших был возлюбленный Марииты. Они были вместе с первого курсом, практически с первых дней разгорелось это пламя любви.

- В смысле «Нас»? – спросила я, когда до меня дошёл смысл сказанного.

- Мариита, ты скрыла беременность от лекарей? Ты же знаешь правила! Женщины в положении не допускаются к прохождению итогового экзамена, - взревел Тоби.

- Мы не думали, что так всё получится. Мы с Даником рассчитывали, что по окончанию учёбы поженимся и уедем служить в глубь страны. И о моей беременности никто не узнает, - не переставая плакать, пояснила девушка.

- Мариита, ты могла навредить малышу, - возразила Росита, её подруга. Она подошла и обняла плачущую за плечи.

- Малышей, их там двое.

Мы растерянно переглядывались друг с другом. Малышей их двое. Двое маленьких существ только что остались без отца, не познав его любовь и ласку. Двое крошек, которые никогда не увидят его. Горечь от его потери будет жить вместе с ними всю жизнь. А Мариита, сможет ли она когда-нибудь вдохнуть полной грудью без того бремени боли и забот, что появились у нее в этот момент?

- Даник, нет! Пожалуйста встань, я не хочу жить без тебя. – Мариита упала на сожжённую грудь своего возлюбленного. Орзо с Тоби с трудом сняли её с тела Даника.

- Орзо, ты теперь в паре с Мариитой. Смотри за ней и помогай при сложных переходах. Росита ты в пару к Мистрану становишься. Остальные остаются также в своих парах.

Орзо взял на руки притихшую Марииту и пошел в середину отряда. А Росита пошла в начало отряда. Такое построение значительно ослабляло наш отряд. Но других вариантов не было. Все прекрасно понимали, что нам нужно значительное ускорение. И Орзо будет нести на руках Марииту.

Весь оставшийся маршрут до точки встречи мы преодолели без отдыха, еще дважды встречались места с сожжёнными телами. Но больше никого из погибших никто не смог узнать.

Молчание гнетущей тишиной висело в воздухе, когда мы всё же добрались до подножья гор. Никто не разговаривал, не было ни шуток, ни звонкого смеха, которые были присуще нам раньше. Страх сковал льдом нас. Это было видно и по сжатым губам, и по суровым морщинкам на лбу, и по рваным движениям рук.

Тоби выдвинулся к уже ожидающим и заплаканным однокурсникам. Многие из них были ранены и в саже. Пахло гарью.

Мариита соскользнула с рук Орзо и подошла к отряду погибшего жениха. Мы не слышали их разговора, но итак было ясно, что она хотела знать причину его гибели.

- Прошу внимания, - обратился к нам всем Тоби.

Все собрались вокруг и приготовились слушать.

- Мне очень горестно это говорить, но погибло три курсанта от укусов ядовитых змей – противоядие, выданное нам не помогло. И еще двадцать погибли они очень странно. При становлении на песок их охватывало красным пламенем и сгорали моментально. Никто не успевал им помочь.

По рядам выживших прошел стон, наполненный болью от потери.

Я же смотрела на Марииту. Мне было очень жаль её. Тоби предстоит донести информацию о ней и её ситуации. В отношении её будут предприняты дисциплинарные меры. А может и в отношении командира отряда.

- Портал переноса откроется в ближайшее время. Всем присутствующим предстоит написать расширенный раппорт обо всём, что видели и слышали. При сомнении о достоверности информации вас проверят на артефакте Правды и могут быть просмотрены ваши воспоминания.

Я содрогнулась. Такие меры могут быть предприняты в первые. Но и ранее не было такого количества смертей.

- А теперь отдохните насколько это возможно в сложившейся ситуации.

Я отошла от своих друзей и подошла к Мариите.

- Уйди, пожалуйста. Я не хочу ни с кем говорить, - тихий голосом попросила она. Но я не могла оставить её одну.

- Мариита, мы можем не разговаривать. Я просто посижу с тобой рядом на тот случай, если ты захочешь с кем-то поговорить.

И я села рядом, вытянув ноги перед собой. Девушка же сидела, раскачиваясь из стороны в сторону. Слёз у неё сейчас не было. и так мы сидели минут пять.

- Когда я первый раз увидела Даника, то подумала, что мужчина не может быть таким красивым. От него веяло таким спокойствием и уверенностью, что это невольно передалось и мне. За наши отношения я стала гораздо уравновешеннее. Даже мама мне говорит, что он остудил тот огонь, что разгорался внутри меня без повода. А когда наши взгляды встретились через несколько дней, то я поняла, что мы будем вместе. А через несколько дней он подошел ко мне и мы стали общаться. Даник потрясающийбыл потрясающим. Кэти, знаешь, лекарю проще отрешиться от потери своего больного. Ты впускаешь в душу холод смерти и сердце становится менее чувствительным. Так говорила моя бабушка, она была прекрасным лекарем. Из своих больных я никого не теряла. Первой потерей стала смерть Даника. Он умер не на моих руках, но его смерть стала настолько внезапной и глубокой для меня, как для лекаря, как для его возлюбленной. Я не знаю, как жить дальше. И как его родители воспримут новость об его потери. Он был единственным сыном. Они прекрасные и замечательные люди, любящие своего ребенка.

- Ваши дети станут подарком для них, утешением в это нелегкое для вас время. родители уже в курсе беременности?

- Нет, мы не успели сообщить. Но они обрадуются. Мне будет тяжело, очень тяжело. Я благодарна всем вам за эту молчаливую поддержку, которую все дают. Я чувствую эмоции всего нашего отряда. И никто не осуждает, все только жалеют и поддерживают.

- А мальчики или девочки у тебя? Ты не знаешь еще? Я слышала, что лекари с первого дня знают о беременности, - увела я Марииту от опасного поворота в разговоре. Она только чуть успокоилась, ей не нужны лишние слёзы. Их у неё ещё будет много.

- Мальчик и девочка, - сказала с улыбкой та и погладила свой живот.

- Это же так прекрасно. Ты же знаешь, что я тоже из пары близнецов. У меня есть брат, но я никогда его не видела. Но очень скоро они с отцом приедут за мной.

- А ты сможешь простить отца? Извини, но я чувствую, что в тебе плещется обида при упоминании о нём.

- Прощу, мне не остаётся ничего другого. Не сейчас, но со временем и его объяснением такого выбора. Смогу ли считать его отцом – я не знаю. Да и мне не на что жаловаться, у меня прекрасные некровные родственники и друзья. Люблю их всех и они отвечают тем же. Да и семья Франчески меня взяла в семью и признала дочерью.

- Тебе повезло с ними.

Замерцал портал и из него шагнул ректор, Келтин и Леонард. Последний был облачен в одну кожаную жилетку, на правой рук у него била идентичная татуировку моей. Тоби хмуро ему кивнул, а Франческа подошло ко мне. Изверг нашел меня взглядом и его глаза потеплели, из них ушла буря. Но я тут же отвернулась.