Анна Лионе Тысяча причин

Глава 1 Подарок под ёлкой

Едва оторвав пустой взгляд от окна я попыталась вспомнить что я хотела сделать до того как залипла в никуда. Со стороны могло показаться, что я о чем-то задумалась, но на самом деле сил думать под конец года у меня не осталось. Вспомнила, я хотела накрыть на «стол».

Почти два года я живу одна в своей маленькой квартирке в Бруклине. Эти два года вымотали мои нервы и, казалось, выжгли душу, и сейчас, в новогоднюю ночь, у меня не было никакого желания веселиться вместе с остальным Нью-Йорком.

Всё же я не собиралась жалеть себя или собираться как-то себе вредить. «Новый год — новая надежда!» — Такой тост всегда произносит Тони — муж моей подруги Ванессы. Я почувствовала как мои губы дёрнулись в едва заметной улыбке при мысли об этой семейке. Интересно как они сейчас?

Я продолжила организовывать своё скромное застолье: достала поднос на ножках (незаменимая вещь для тех, кто проводит полжизни лёжа), поставила его на диван, вплотную к подлокотнику, это будет мой импровизированный столик. Достала менажницу, два вида сыра: что-то вроде дор блю и пармезан, оливки и прошутто, нарезала сыр и разложила закуски по разным отсекам, достала из холодильника легкий овощной салат, приготовленный часом ранее (один из моих любимых рецептов какой-то ппшной блоггерши), хоть я и не разделяла все эти модные диеты и погоню за абсолютным здоровьем,салат был ничего. Мне казалось он даже более новогодний, чем то майонезное месиво, которое как-то приносила коллега на корпоратив.

В общем-то это и был мой праздничный ужин...ах, ну да...ещё бутылка отличного красного вина. Бутылка вина — именно то количество, которое я называю врачам на вопрос о количестве выпиваемого мной алкоголя в неделю, столько я говорю беспокойной Ванессе, когда она начинает чересчур меня опекать и спрашивает сколько я выпила, боясь, что я когда-нибудь напьюсь до смерти. Бутылка вина — именно столько я всегда отвечала, еле стоя на ногах, в порваной куртке, ковыряя замком входную дверь в три часа ночи на вопрос мужа сколько я выпила. На самом деле его было куда больше, что ж, может это тоже как-то повлияло...

За этой мыслью я поняла, что давно стою и держусь за ручку холодильника, уставившись в пол...опяяять! Я закатила глаза, злая сама на себя, резко открыла холодильник и, схватив вино, в несколько быстрых шагов пересекла «кухню» оказавшись на диване.

Так, больше вообще никаких мыслей, меня ждут лучшие новогодние фильмы нулевых, любимое вино и здоровый сон коматозного младенца. Я включила известный мне наизусть «Один дома», затем меня ждал фильм «Рождество на двоих», пару разных мультиков в рождественской тематике и, конечно, «Гарри Поттер», но я была уверена, что напьюсь и усну раньше, чем услышу любимое «левиОса, а не левиосА».

Я открыла бутылку, налила половину бокала и оставила вино «подышать», уплетая салат и глядя в свой огромный телевизор. Моя квартира, хоть и была в серых тонах, имела несколько замечательных на мой взгляд вещей: например, телевизор, не помню сколько дюймов, зато помню, как Райан, зная мою любовь к сериалам пытался загладить вину за очередной проступок и приволок этого гиганта, как этот телевизор был моим порталом, в который я сбегала от одиночества и как мы с подругами втроём под покровом ночи вырывали провода из стены и грузили его в фургон службы доставки.

Конечно, это была не единственная фишка моей квартиры, я бросила взгляд на свою белую красавицу-ёлочку, эту малышку мы с Клэр увидели на рождественской распродаже в прошлом году в одном из магазинов в Квинсе. Мы так долго ее везли, а потом я поняла, что у меня нет ни одной игрушки, чтобы украсить это пушистое белое чудо. Тогда я выбежала на улицу, купила гирлянду с желтоватыми огоньками в ближайшем магазине, а на Новый год девчонки пришли ко мне и подарили часть своих новогодних игрушек. Мои губы искривились в подобии грустной улыбки, и я перевела взгляд обратно на экран телевизора.

Пока мальчик Кевин радовался отъезду своей семьи, я почти допила свой бокал и ещё раз окинула взглядом свою квартирку: напротив входной двери дверь в уборную, оклеенная плёнкой под белое дерево, на неё я прикрутила зеркало почти в полный рост, это было моей мечтой после прошлой квартиры, где самым

большим было зеркало в ванной комнате, которое отражало максимум по пояс. Далее в мое поле зрения попала картина слева от двери, это была репродукция одной из картин Густава Климта, не знаю почему, но его работы воодушевляют и, когда я увидела эту картину на барахолке в соседнем районе, я не смогла удержаться от покупки.

Дальше, конечно, моя искусственная, но такая чудесная ёлочка, она выглядит, будто я нашла её в самом потаённом уголке моей родной Миннесоты, правда, сейчас она украшена не только гирляндой с огоньками, но и кучей разных игрушек в серебристой и голубой цветовой гамме. Она создаёт уют, это точно.

Прямо посередине стены красовался мой любимый телек с подписками на все мыслимые сервисы и кабельные каналы, напротив него журнальный столик, за которым мы иногда пили вино и гадали с двумя моими самыми близкими подругами — Клэр и Ванессой. Взглянув налево, я увидела свою аккуратную маленькую серую «кухоньку», ещё левее от которой находилась входная дверь.

Мой бывший муж, склонный к широким жестам и большой профессионал жить не по средствам, ужаснулся бы от такой маленькой квартирки, но я считала её своей крепостью, уголком, не принадлежавшим ни одному из государств, только мне. От планомерного опьянения и воспоминаний о былом меня отвлёк шум соседей сверху. Что ж, может я и решила отпраздновать Новый год в одиночестве, кажется, моя соседка Лейла, женщина слегка за сорок, решила совсем наоборот. «Ничего», подумала я, прибавляя звук на телевизоре.

Пару бокалов спустя, опустошив чашку с салатом и половину менажницы, я решила, что пора спать, однако звуки безудержного веселья у соседей наверху не давали мне уснуть. Я достаточно терпимый человек, и никогда не была кайфоломом, мне нормально спится под звуки секса соседей слева, ругань соседей сверху или музицирование мелкого сынка соседей справа, так что я решила что моя раздражительность не больше, чем результат недостатка алкоголя в организме. Я отставила поднос на журнальный столик, открутила крышку с бутылки вина и глотнула прямо из горлышка. Терпкий напиток связал язык и слегка ударил в голову. Я уже не обращала внимание на то, что идёт по телевизору, спустила бутылку на пол одной рукой и прикрыла глаза.

Не помню точно от чего я проснулась, но по ощущениям от сердечного приступа. Я огляделась, поняла, что уснула не разобрав диван, стоящий посередине комнаты, а по телевизору еле слышно шёл какой-то мультик. Значит уже заполночь. Стоп, а что меня разбудило? Разлепив глаза я поняла — это проклятые соседи сверху. Люстра над журнальным столиком покачивалась, а их музыка играла так громко, что я отчётливо разбирала каждый эпитет, которым Снуп Дог описывал своих девушек. Ну это уже ни в какие ворота. Я им сейчас судную ночь устрою, ёбаные звери.

Я вылетела на лестничную клетку в чём была: длинный шёлковый халат чёрного цвета, под которым была только короткая ночнушка в тон, и тапки-зайцы, которые мы подарил Райан на день Святого Валентина несколько лет назад. «Я им всё выскажу!», думала я перешагивая через две ступеньки. Меньше чем через минуту я была у дверей соседки сверху — Лейлы, «Она очень простая женщина и точно не захочет скандала со мной».

Я уже было занесла руку, чтобы позвонить в дверной звонок, как вдруг дверь распахнулась, на мгновение показав толпу в пьяном угаре и дыму (и это точно были не сигареты), где не удалось увидеть ни одного взрослого, и к моим ногам рухнуло бездыханное тело. Кое-как увернувшись от удара дверью между глаз и отскочив от того, кто едва не поцеловал моих зайцев на ногах, я схватилась за дверь, не давая её закрыть.

Окончательно проснувшись от этого экшена, я взглянула на тех, кто выкинул нежеланного гостя. Это был смуглый парень, его я узнала — сын Лейлы — Лайнус, а вот бритоголового качка рядом с ним я видела впервые.

— Лайнус, где твоя мать? — я постаралась сказать как можно строже.

— Н-не здесь — ответил паренёк, запинаясь. Он явно был изрядно пьян.

— Убавьте музыку и прекратите топать, иначе я это исправлю! — Я перешагнула валяющееся у моих ног тело и встала в дверном проёме.

— Бля, Майли, ик... может зайдёшь? — Лайнус скорчил рожу как будто пытался строить глазки, но выглядело это скорее как инсульт. Его лысый дружок тупо лыбился глядя на меня.

— Нет, я пойду к себе, а вы сделаете всё как я сказала, иначе сюда приедет не только твоя мать, но и полиция, которой будет очень интересно послушать как скинхед избил... — я обернулась и на секунду показалось, что я знаю этого мальчишку, лежащего на лестничной клетке — избил нашего соседа — соврала я на ходу.

С лица бритоголового дружка сползла тупая ухмылка, а в глазах Лайнуса показалось что-то вроде страха. Он склонил голову, как бы смиряясь с проигрышем, выдохнул и потянул

— Лааадно...

Я с силой толкнула дверь в его сторону и она громко захлопнулась. Резко развернувшись, я чуть не налетела на свернутое калачиком тело. Я уже решила переступить его, как вдруг поняла что мне показалось таким знакомым... Эти золотистые волосы. «Нет, не может быть. Город большой, это не может быть он» — отговаривала я себя, однако, моё тело решило иначе и я склонилась над парнем, которого, как я опасалась, я знала очень хорошо.

Я присела на корточки, двумя руками повернула лицо парнишки вверх, до последнего надеясь, что ошиблась и можно пойти домой спать. «Нет. Нет, нет, нет. Твою мааать»... я выдохнула, смахивая длинную челку с лица, которое я и без этого узнала.

Это был сын моей лучшей подруги Ванессы — Майк Дэвис. Я точно знала, что они всей семьёй уехали к её сестре Клэр, но что он здесь делал?

Я решила, что оставить на бетонном полу лестничной клетки мальчика, которого я знаю восемь лет это непростительное преступление, тем более для человека, которого он практически считает своей тётей. Я начала хлопать его по щекам и трясти за грудки, как вдруг заметила что-то холодное и влажное там, где я сжимала воротник его белой рубашки.

«Да бляяяя» — выдохнула я, но на этот раз раз раздражённо и с лёгким омерзением, поняв, что вся его рубашка и почти все брюки перепачканы рвотой. Несложно было догадаться, что ему она и принадлежала. Возможно это и было причиной того, что его выкинули из квартиры таким бесцеремонным образом.

Майк дышал, но привести его в сознание у меня не вышло, поэтому я решила спуститься к себе и позвонить его матери. Вдруг мне стало так жалко бросать мелкого здесь: одного, без сознания, на грязном полу...«эх, если бы не твоя семья...» — я закатила глаза, поднялась, взяла парня под руки и, посильнее напрягшись, потянула в сторону лестницы.

«Господи, как же хорошо, что я живу всего одним пролётом ниже, будь это наоборот или живи я на два этажа ниже, я бы бросила его здесь...как так, тихий мальчик, у которого из интересов только компьютер, ужрался в сопли, а ведь ему еще, кажется, нет двадцати одного?» За этими мыслями окончательно протрезвевшая и, даже изрядно вспотевшая, я доволокла сына лучшей подруги до своей двери.

Тащить этого высоченного и притом не самого хрупкого телосложения обормота было возможно даже тяжелее, чем все занятия по пилатесу и аэробике, которые посещала его мать, вместе взятые. Ладно, затащу его в прихожую и позвоню Вэн, пусть они с Тони приедут и заберут его.

Открыв дверь в свою квартиру, я втолкала пацана в прихожую, затащив сначала голову, а потом и ноги по одной. Я закрыла дверь и бросилась к телефону, однако ни первый, ни третий звонок не дошли до моей подруги. Тогда я решила позвонить Тони, но и он не ответил. Я подумала, что можно еще набрать Клэр, однако её телефон был вне зоны доступа.

— Чёрт, вы улетели отмечать на Марс?! — выругалась я вслух, однако, сигнал от этого лучше не стал. «Ладно, попробую уложить его здесь, а как кто-то из его настоящих родственников додумается, наконец, взять телефон, попрошу его забрать.»

Я прикинула, где могу положить Майка спать: на кресле возле дивана он бы не поместился, оставить в прихожей как-то жалко, плюс, если он начнёт привносить новые элементы дизайна в интерьер, заблёвывая всё, что рядом, я должна проследить, чтобы он не захлебнулся.

— Может и хорошо, что у меня нет детей... — произнесла я вслух, нервно постукивая пальцами по экрану смартфона.

«Положу его возле дивана, под ёлкой, поставлю тазик и буду надеяться, что всё будет хорошо.»

Я снова подошла к парню, и лишь сейчас в тёплой квартире я поняла кааак же от него воняет. Осознав, что я точно не усну от такой вони, да и мой пушистый белый ковёр вряд ли станет лучше, пропитавшись его рвотой и грязью с лестницы, я приняла волевое решение снять его одежду и быстро сбегать в прачечную закинуть её в стирку.

Возможно, если бы Бог видел как я корячусь, стягивая с этой двухметровой дылды рубашку и джинсы, он очень сильно бы смеялся и добавил мне плюсик в карму. Однако, настрадавшись вдоволь в своей жизни, я на это больше не надеялась. Морщась от запаха и самой ситуации, я взяла вещи Майка одной рукой, схватила телефон в другую и помчалась на первый этаж в прачечную, на ходу предвкушая как я проветрю квартиру и, наконец, лягу спать.

Итак, одежда Майка крутилась в стиральной машине, сам он мирно сопел под ёлочкой рядом с тазиком, никто из его семьи так и не вышел на связь, а я сидела на полу и вытирала влажным полотенцем его лицо и волосы.

Мне же нечего больше делать. Я закатила глаза, как бы поддакивая своим мыслям, свернула прохладное полотенце и положила на лоб мальчика, накрыла его пледом, а сама тихонько перебралась на диван.

«Хоть бы всё обошлось» — подумала я, устало погружаясь в сон.

Глава 2 Новогоднее обещание

Утреннее солнце разбудило меня своими яркими лучами. Нежась под тёплым одеялом я не хотела открывать глаза, но внезапно вспомнила, что я вообще-то не одна в квартире. Эта мысль моментально взбодрила меня и я резко поднялась на руках. Бросив шальной взгляд в сторону ёлки, я увидела своего «гостя» в том же положении, в котором оставила его.

«Если он умер, его мать убьёт меня...», я сползла с дивана и на четвереньках подползла к Майку, увидев, как его грудь размеренно поднимается, а ноздри тихонько раздуваются. Пронесло.

Я встала, вернулась к дивану и повторно начала обзвон всех его родственников, после почти десяти попыток мне удалось дозвониться до Клэр:

— С Новым годом, подружкааа! — Раздался её звонкий голос на другом конце линии.

— Эээ, да, тебя тоже, — ну, они вроде живы, это обнадёживает — Куда вы пропали? Я не могу дозвониться ни до тебя ни до Ванессы. У вас всё в порядке? — Я старалась говорить не очень громко, хотя, наверное даже если бы по моей квартире прошёл новогодний парад, мелкого это бы не разбудило.

— Да, ой ты не представляешь, — затараторила она, — мы отмечали у нас, потом пошли на улицу, ёлка все дела, мы встретили там Стива, ну помнишь, друг Энди с работы, ну короче он позвал нас к нему, и короче мы на другом конце Нью-Йорка.

— А Лиз тоже с вами? — Мне было интересно куда Вэн дела свою восьмилетнюю дочь, неужели потащила с собой на пьянку?

— Нет конечно, мы её еще днём увезли к родителям Тони.

— Ладно. — Выдохнула я. — Слушай, а можешь дать Вэн трубку? Тут кое-что случилось.

— Блин, они, кажется, еще спят.

Я посмотрела на экран телефона: почти полдень, не верится, что в её сорок лет, Вэн еще способна так тусить

— В общем, как проснётся, передай, что Майки у меня, пусть заберут как поедут домой, я не знаю где его телефон, так что не теряйте.

— Чего? Что он у тебя забыл? — Голос Клэр был больше удивлённым, чем встревоженным

— Долгая история, потом расскажу, жду вас. — Я бросила трубку, не желая в деталях описывать как я тащила сына моей подруги и отстирывала его вещи от рвоты. Точно, вещи!

Я спустилась на первый этаж, надеясь, что содержимое стиральный машины не протухло и никто по пьяни его не забрал, но каково было моё удивление, когда я нашла одежду Майка в сушилке, полностью чистую и сухую. Может это всё-таки плюсик в карму?

На город успели опуститься сумерки, когда из-под ёлки раздался шорох. Я всё так же сидела на диване, но на этот раз просматривала документы с работы, надеясь, что это поможет разгрузить дела, которые ждут меня после новогодних выходных.

— Проснулся? — Негромко спросила я бросив взгляд на парня.

— А? Где я? — Он приподнялся на руках и пытался собрать глаза в кучу.

— У меня. Ты так напился, что забыл свою тётю Майли? — Я улыбнулась, было забавно наблюдать за возможно первым похмельем в его жизни.

— Блин, Майлз. — Прохрипел он. Да, от того подростка с писклявым голоском и брекетами ничего не осталось. Это был почти мужчина.

Я улыбнулась ещё раз, но уже своим мыслям: «Как быстро растут чужие дети».

— Майлз, что я здесь делаю? Я же ничего не...? — Поочерёдно моргая глазами, парень пытался осмотреться.

— Мне тоже интересно, что ты здесь делаешь и почему твоё бездыханное, но очень облёванное тело мне пришлось тащить от соседей сверху.

— Бляя... — потянул он и лёг обратно на пол. — Я ничего не помню. А где мои родители? — Он точно знал, что я сразу же сообщила Вэн о своей ночной находке.

— Это я бы тоже хотела знать. — Я отставила ноутбук и бросила Майку его одежду.

— Встать можешь? Оденься пока, а я попробую тебя воскресить.

Похмелье — неотъемлемая часть моей повседневной жизни. Я знала столько способов привести человека в чувство, что могла бы войти в книгу рекордов Гиннеса, однако, в этом случае я подумала, что хватит пары таблеток алка зельцера, чая и, возможно, супа.

Майк едва перебирал ногами, выходя из уборной, но то, что он смог умыться и одеться уже радовало. Я подала ему воду с растворёнными в ней таблетками и поставила чайник. Он аккуратно присел на краешек дивана и маленькими глотками стал пить.

— Мелкий, тебе родители разрешают так пить? Я помню как на своём выпускном ты окосел с пары бокалов игристого, с чего ты взял, что можешь напиваться до комы? — Я суетилась на кухне, разливая чай. Майк не ответил.

Я подумала, что вообще-то тоже не отказалась бы от похмельного супчика и сбросила смс своему знакомому из китайского ресторанчика за углом. Мне повезло иметь вполне сносную кухню практически в соседнем доме и я быстро стала постоянным клиентом, и даже познакомилась с некоторыми сотрудниками, на всякий случай так сказать.

— Ты ей уже сказала? — От его голоса в тишине я чуть ли не подпрыгнула.

— Тьфу ты, напугал, я думала ты так и будешь изображать мебель. Ты знаешь, я адвокат дьявола, но только пока твои проделки не противоречат моим собственным убеждениям. Я присела рядом, хитро поглядывая в его грустные серые глазки.

— Я хотел встретить Новый год с девушкой, которая мне нравится, но мне не хватило смелости постучать в её дверь. Я стоял на улице наверное целый час, а потом встретил Адама, он шёл сюда, к Лайнусу на тусовку, ну и я решил, что моим новогодним обещанием будет забыть её и жить дальше, а по опыту общения с тобой я знаю, что лучшее лекарство для памяти — хорошенько напиться. — Он допил содержимое стакана одним глотком.

Тут мои глаза округлились, я думала история как сохнет по однокласснице Стефани закончилась прямо на выпускном, когда он увидел как её увозит какой-то парень на кабриолете. Очевидно, всё это время он строил план как добиться её сердца. Да, рыцари ещё живы, но не всем дамам они нужны.

— Да иди ты нахрен. — Возмутилась я. Он что, думает я какой-то алкоголик?

— Последнее, что я помню — я ору на Адама, пью какую-то сладкую дрянь типа пунша из большой чаши...и, кажется, кто-то дал мне затянуться чем-то, и вот я здесь.

Мда, история дикая.

— А где твой телефон и очки?

— Не знаю. — Он по очереди моргнул глазами и нахмурился пытаясь вглядеться в моё лицо.

— А когда ты пришёл, ты был в них?

— Не помню. — Он еще больше нахмурился.

— Ну...ты же хотел забыться. — Пожала плечами я.

Вскоре принесли китайскую еду и к Майку постепенно вернулись силы. Его мать мне так и не перезвонила, но я надеялась, что скоро его заберут. Мне было неловко разделять своё личное пространство с другими людьми, за исключением двух своих самых близких подруг. И хоть мы и знали друг друга много лет, я чувствовала, что ему тоже неловко здесь находиться.

— Ты не расскажешь маме?

— Ну, я скажу, что увидела как ты идешь с Адамом на вечеринку к моим неблагополучным соседям и не пустила тебя. Только обещай, что больше не будешь так делать. Идёт? И да, где ты пропадал полгода? — Теперь мне было ясно отчего мы оба чувствовали неловкость. Раньше я была его доверенным лицом и другом, но со временем мы отдалились, а в последние полгода я вообще его не видела.

— Идёт. — Вздохнул он. — Слушай... я не знаю... наш с парнями стартап, я почти всё время занят разработкой, поиском инвесторов, и... — он тараторил, собирая на ходу все возможные отмазки, чтобы меня не обидеть.

— Эй, мы вроде были друзьями, — я почувствовала неприятный укол где-то в груди — если тебе нужна помощь с инвесторами или ещё что, ты мог обратиться ко мне. Я ведь каждый день общаюсь с кучей толстосумов, которые уже не знают куда деть свои деньги.

— Мы и остались друзьями, просто я хочу сам, понимаешь? — Майк покрутил пустой стакан и отставил на журнальный столик перед собой. — Может я пойду? Мне уже лучше, правда, и куртку у Лайнуса надо забрать.

— Если он её не выкинул так же как тебя.

— Что?

— Что? Ты так и не понял? Ты всё заблевал и тебя выкинули на лестницу, я нашла тебя когда пошла попросить убавить музыку. Если бы не я ты был бы сейчас в полиции.

Майк в ужасе вытаращил на меня глаза, но не сказал ни слова.

Я не стала заставлять его остаться, он не при смерти и в сознании. В конце концов он большой мальчик и раз хочет «сам» решать свои проблемы — флаг в руки. Он ушел и через полчаса вернулся, чтобы сказать, что нашёл свои вещи и сам позвонит матери. Отлично, я снова могу наслаждаться личным пространством. На душе остался неприятный осадок. Неужели я больше не вхожу в круг доверенных лиц? Я даже не знаю что за приложение они пишут, мог хотя бы извиниться.

Оставшиеся три праздничных выходных прошли тихо. Ванесса позвонила узнать что произошло и была успокоена рассказом о том как я героически не дала малолеткам провалиться в синюю яму, Клэр звонила с предложением свести меня с тем самым Стивом, но была послана в пеший эротический тур. И вот вечером в свой последний выходной я сидела в пижаме, глядя в телевизор, как вдруг в дверь постучали.

На пороге стоял Майк с подарочным пакетом в руках. По узкой вытянутой форме пакета я точно определила его содержимое.

— Привет, Майли. — Он протянул пакет и я увидела в нём бутылку своего любимого Мерло.

— Оу, привет. — Подняв глаза я обнаружила перед собой не то взъерошенное чучело, пахнущее перегаром так, что вянут даже искусственные ёлки, а высокого молодого парня с потрясающей светлой волнистой шевелюрой и необыкновенными серыми глазами за двумя большими стёклышками в серебристой оправе. Он скромно хлопал длинными ресничками и смотрел на меня сверху вниз. Интересно, что он делал эти полгода, что стал так выглядеть? Я тоже так хочу!

— Это что? — мне не нужен был ответ, я и так знаю что там, мне нужно было растянуть это мгновение, чтобы понять что меня ввело в такой ступор.

— Мама послала в благодарность, кажется, твоё любимое.

— У тебя новые очки? — Спросила я, беззастенчиво разглядывая его лицо.

— Да, вчера купил. Те сломались. Опять.

Я взяла пакет и в этот момент поняла. Я не ожидала его увидеть, я не ждала «сына своей подруги», поэтому для меня он предстал просто парнем, неожиданно постучавшим в мою дверь...очень красивым, кстати, парнем.

— Это вы вовремя, будет чем заняться сегодня вечером. Спасибо, пока! — Я поторопилась закрыть дверь, чтобы странные мысли, вызванные по-видимому долгим одиночеством не получили развития, но голос Майка меня остановил:

— Ты права, если бы не ты, я был бы в участке. Спасибо, Майлз.

«Маленький придурок» только и успела подумать я прежде чем увидела как он сбегает вниз по лестнице.

Что ж, хороший вечер в прекрасной компании мне гарантирован — я ещё раз посмотрела на бутылку вина.

Допивая, я подумала, что мне, человеку, спасшему его от неизвестно каких последствий Майк должен пообещать ещё кое-что. Я пролистала список контактов, нашла его номер и набрала сообщение. Перечитала, стёрла, набрала заново. На следующий день стало понятно, что это остатки разума боролись в моём пьяном мозгу, чтобы не выставить меня дурой, но разум проиграл.