Полная версия:
Анна Фима Научи меня любить
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Делаю шаг, который даётся мне слишком трудно. Начинает кренить в сторону, и я хватаюсь за спинку кровати, чтобы не упасть.
Шиплю сквозь зубы. Не думала, что будет настолько больно. Может стоит обратиться к врачу? Не уверена, что Тимур вытащил все осколки. Доехать самой будет трудно, но можно вызвать скорую. Всё же врачам виднее будет, осталось там что-то или нет, да и наверняка они выпишут какие-нибудь лекарства, которые помогут.
Еле как выбираюсь из комнаты и плотно, но при этом очень тихо, закрываю дверь. Не хочу будить Надю. У неё тоже выдалась тяжелая ночка. Она сказал, что за ней погнался Игнат. Лучший друг Тимура Айского. Загнал её в угол, а потом Надя прекратила резко свой рассказ. Сказала, что устала.
Не хотела лезть ей в душу, подожду немного, чтобы сама рассказала. Но я уверена, что не всё так просто. Что этот Игнат наверняка что-то ей сделал. Благо хоть она не пострадала физически, как я. И в море искупалась, и ноги искалечила.
Не успеваю сделать и шага, как слышу стук в дверь. Настойчивый громкий. У нас не такая хорошая входная дверь, чтоб по ней так долбить. Держится на честном слове. Но район у нас хороший, наркоманов и дебилов не бывает.
Опираясь на стену, делаю неуверенные шаги, при этом плотно сжимаю губы, чтобы не упасть и не навредить себе ещё больше, хотя куда может быть ещё хуже? Я пропущу с такими ранами как минимум неделю учёбы, а мне бы этого не хотелось.
В дверь стучат слишком настойчиво, мне осталось совсем немного. Достигаю её и моментально щёлкаю замком.
Кто-то с другой стороны так резко открывает дверь, что я шарахаюсь от испуга. Словно сам ураган пытался снести хлипкое ограждение. Сжимаю веки так сильно, потому что в ноги снова отдает болью. Пытаюсь дышать глубоко, размеренно, успокаиваю себя тем, что я сильная и такие раны мне ни по чём. Что я не стану плакать, как бы больно мне ни было.
– Какого хрена ты встала? – Звучит разъярённый бас прямо над ухом.
Нехотя открываю глаза и вижу Тимура перед своим лицом. Слишком близко. Он уже в квартире, даже разрешения не спрашивал, да и вряд ли оно ему было нужно.
Его горячее дыхание ударяется о мои щёки и обдаёт таким жаром, что внутренности сводит.
– Где твоя недоподружка? – Шипит на меня и сокращает расстояние до миллиметров.
Мы соприкасаемся телами. Точнее он давит на меня всей массой своего тела, заставляя моё хрупкое и тощее вжаться в стену.
– Спит в комнате. – Отвечаю в его же манере, только на два тона ниже.
Шиплю словно змея, лишь бы не будить Надю. Хочется сказать, что она хорошая подруга, опровергнуть его слова, но он не позволяет. Одним рывком обхватывает меня под колени и резко подбрасывает вверх.
Я снова в его руках, прижата к горячему мужскому телу.
От Айского пахнет таким ароматом, что дышать трудно. Вчера видимо море слегка притупило его аромат. Смыло парфюм. Но сегодня я ощущаю этот терпкий запах очень остро. Он проникает так глубоко, что заседает внутри надолго. По телу пробегаются мурашки.
– Она там спит. – Быстро торможу Тимура, когда понимаю, что он хотел войти в мою комнату. – На кухню. Я туда шла.
Говорю, ощущая себя виноватой. Желудок уже сводить начинает от голода. Перед выходом вчера я так и не поужинала, хотя Надя уговаривала меня и соблазняла едой. Но я отказалась. Наверное, стоило послушать подругу, к тому же я так соскучилась за её стряпнёй.
Тимур молча несёт меня на кухню и усаживает не на стул, а на стол. Вклинивается между моих ног, обхватывая ручищами мою тонкую талию. Сжимает так сильно, что мне бы вскрикнуть от боли, но я лишь плотно сжимаю губы и пронзаю его колким взглядом.
В его глазах что-то вспыхивает. Не понимаю, что, но что-то опасное. Будто он готов кинуться на меня, а точнее разделать ножом прямо на этом столе.
– Смею напомнить, что твои ноги будут заживать слишком долго, а мне этого не нужно. Ясно? Ты должна быть цела и невредима уже через неделю.
– Что? О чём ты? – От такой наглости мне даже смешно становится.
– Будешь работать на меня. Ясно? Точнее будешь фиктивной девушкой. Такой, чтобы мой дед поверил в твои чувства.
На меня будто бочку ледяной воды опрокинули. Тело пронзили тысячи ледяных кинжалов, заставляя застыть от услышанного.
Фиктивной?
Он что больной? Совсем из ума выжил?
Да ни в жизни. Я никогда не пойду на такой обман. Пусть другую ищет.
Моя семья с детства учила меня, что врать не хорошо, а врать Айскому старшему, тот который стоит у руля крупнейшей корпорации, я и подавно не стану. Если он узнает, то в порошок сотрёт меня и всю мою семью.
Я наслышана о нём. Он хороший руководитель, много добился сам, выстроил одну из самых крупных корпораций в нашей стране и уже давно вошёл на рынок за границей, при чем не просто вошёл, ворвался словно торнадо и смёл на пути всех конкурентов. У этого мужчины хватка, как у самого опасного зверя. Он не видит преград на своём пути.
Да и к тому же я подала документы на стажировку в его корпорацию. Я мечтала туда попасть, ночами грезила и во снах видела, как деловито прогуливаюсь по этажам самого высотного здания в нашем городе, где каждый этаж – это определенный отдел в его компании.
– Нет. Я не стану этого делать.
– Станешь, у тебя нет выбора. Я тут узнал, что ты лучшая студентка, Яна. Что грезишь получить красный диплом. Но вот ты не подумала об одном, ты же не хочешь вылететь из университета на последнем курсе? А я легко могу это устроить.
Напрягаюсь так, что чувствую, как мышцы начинает тянуть. Айский давит так сильно, что я боюсь сломаюсь слишком быстро. Но и идти на обман – это пойти против своих же принципов.
А он способен воплотить в реальность то, что сказал мне. Его дядя наш ректор, глава университета. Да вся его семья вкладывает не малые деньги в наше учебное заведение, уверена, он способен на такую подлость.
Не успеваю ответить в грубой форме, как снова слышу стук в дверь.
Бровь Айского слегка приподнимается. Его выражение лица становится более мягким, хотя вряд ли он способен расслабиться больше.
– Кого-то ждёте?
Отрицательно качаю головой и смотрю в коридор, а потом на свои ноги. Следует открыть, но я не доберусь до двери.
Тимур сам скрывается в коридоре, а потом открывает входную дверь.
Рядом с ним тяжело даже дышать. Воздуха слишком мало. Но как только он скрывается за углом, я делаю глубокий вдох и немного расслабляюсь.
– Доброе утром, и ты здесь? Какими судьбами?
Слышу мужской голос, совсем не знакомый, но видимо этот человек знает Тимура. Может это его друг? Тот самый, который вчера гнался за Надей?
Хотя, что ему тут делать то?
– Она вон в той комнате. – Слышится голос Тимура, и я застываю.
Вот же урод. Он что совсем из ума выжил? Надя там почти полуголая. На ней лишь тонкая шёлковая сорочка. Подруга не любит укрываться, ей всегда жарко, а сорочка настолько короткая, что видно нижнее кружевное белье.
Это я сплю в топе и шортах, но не она.
– Стой. – Кричу, замечая, что чья-то рука тянется к двери в мою комнату, но не успеваю.
Вот и всё. Надя со стыда потом сгорит. Она не любит, когда ее видят в таком виде. А этот Игнат взрослый мужчина, который наверняка будет разглядывать её.
Только я собираюсь спрыгнуть со стола, чтобы, превозмогая боль, кинуться и вытащить парня из комнаты, как слышу дикий крик. Точнее не крик, визг, который даже мне по ушам режет.
12. Тимур
От этого визга резко закладывает уши. Бедный Игнат.
У меня в коридоре ушные перепонки готовы лопнуть, а какого ему там?
Не важно. Сам разберётся, не маленький. У меня другая задача.
Как эта мысль пришла в голову, вообще не понимаю, но поглядываю ночью на эту ненормальную, я почему-то подумал, что она идеально подойдёт на эту роль. Да и нужно же ей как-то отработать свой косяк. Как иначе?
Вообще не первый раз в меня так выливают виски, но зацепило не это. Не наглость девчонки, ни её поступок, а её взгляд. Взгляд, который готов был протаранить меня тысячами кинжалами прямо по телу. Дикий, необузданный, но при этом такой уверенный.
Она вполне милая, симпатичная. Миниатюрная и сразу видно, что в обиду себя не даст.
А как бегает быстро. Да ей в марафонах нужно участвовать. Она сразу станет спринтером номер один. Уверен, не проиграет. Идёт до конца.
Ее гневный взгляд в тот момент меня просто выбил из колеи, сам не думал, что так протуплю. Чуть не упустил её из вида.
Сбрасывать её в воду я совсем не хотел, но не успел затормозить, отчего полетели мы вместе. Под толщей воды еле вытянул на поверхность. Разглядеть что-то в темноте невозможно. А потом эти тонкие пальцы на моих плечах. Словно ядом полоснула по телу.
Странная реакция на неё выдалась. В штанах дёрнулось и встало колом. Еле утихомирил бурую внутри. Брать вот так девку, да ещё и незнакомую в море, такое себе занятие. Я не святой, но и не урод моральный.
А потом этот невинный взгляд в машине. Устала. Я и сам видел, что она без сил. Тело потряхивало от холода, даже печка в машине не помогала, я-то изнывал от жара и духоты, а она обнимала себя руками и вжималась в сиденье так, будто её колотило от мороза.
Так произнесла адрес, словно вызов бросала.
Милая, да ты же проиграешь. Против меня идти, всё равно что пытаться сместить гору голыми руками. Я всегда добиваюсь своего, чего бы мне это ни стоило. Здесь спасибо деду. Это качество перешло ко мне от него.
Отчасти я могу его понять, почему именно меня он видит преемником, но всё же он не учитывает мои желания. Я хочу сам всего добиться, так же, как и он однажды. И я добьюсь. Мне не нужно вставать во главе компании, чтобы доказать всем своё превосходство. Мне нужно показать на собственном примере.
Год и я буду свободен. И Яна мне в этом поможет. Хочет она того или нет, но ей придётся.
Возвращаюсь на кухню и вижу её застывший взгляд на двери. Снова эти искры, которые летят в разные стороны. Она готова прямо сейчас соскочить со стола и превозмогая боль бежать спасать подругу, только вот ногам наверняка ещё слишком больно, я заметил по её взгляду в коридоре.
– Где твои вещи? Переодевайся и поехали. Нас ждут.
– Чего? – Переводит взгляд на меня и застывает.
И почему у неё такой интересный взгляд? В нем столько эмоций, столько всего необъяснимого, что я просто тону в глубине её глаз. Проваливаюсь словно в трясину, в зыбучие пески, осознавая, что ничего хорошего это не принесёт.
Взгляд непроизвольно скользит по её ногам. Короткие шорты ни черта не прикрывают. Внутри просыпается необъяснимое желание. В голове сразу всплывает картинка, как вчера доставал осколки из её ступней. Нежная кожа сразу бросилась в глаза, а когда провёл рукой по икрам, чуть не задохнулся от дикого желания наброситься на неё прямо там. И плевать, что ей больно.
До сих пор на кончиках пальцев ощущается ее шелковистая кожа. Прежде я на таком не залипал, но вчера подвис изрядно. Просто хотелось её коснуться, поэтому и начал вытаскивать осколки.
Попала она знатно. Живого места нет, кровь сочилась не переставая, еле остановил. Она же мне нужна для плана, а хромая явно деду не понравится. Он помешан на приличных девушках. Яна своенравная на первый взгляд, но в то же время быстро остывает.
– У нас мало времени, говори, где вещи.
Все это время за дверью в комнате были крики. Игнат позволял этой девке кричать без остановки. Сколько же в нём терпения. Обычно он взрывается слишком быстро, а отходит ещё дольше. Его не нужно долго выводить на эмоции. Лучше нам свалить побыстрее, потому что не хочется слушать эту ругань. У меня другие планы.
– Вы долго орать собрались? – Вхожу в комнату, и её подруга сразу застывает.
Кидает недовольный взгляд, а потом просто заливается краской. Не успевает прикрыться. Кромка её сорочки едва ли прикрывает интимные места. И вот зачем такие покупать? Вдруг увидит кто.
Хотя, это ведь квартира девочек. У них нет ни секретов, ни стеснения друг перед другом. А сегодняшняя ситуация просто стечение обстоятельств, к которому не все были готовы.
– Вещи её где?
Глупый вопрос. Прямо рядом со мной небольшой шкаф. Девчонка указывает взглядом именно на него. Молчит. Со мной бесполезно орать, я терпеть не стану. Хотя....
Почему-то у Яны легко получается повышать на меня голос. Это тоже цепляет. Прежде девки могли на меня повысить голос, лишь когда я их спроваживал из своей комнаты, не обещая позвонить, даже номер не брал. Вот там да, летели в мою сторону неприятные фразы, которые ни капли не задевали, но её слова – просто обухом бьют по голове.
Открываю дверцу и сразу в глаза бросается идеальный порядок. Да она чистюля, хотя сразу так и не подумаешь, судя по тому, что в коридоре на вешалке просто куча вещей, который следовало бы разобрать. В глаза сразу бросается короткий летний сарафан нежно-голубого цвета. В самый раз.
На улице сегодня жарко, а эта одежда идеально подчеркнёт её фигуру. Хочется всё же увидеть и убедиться, что я не ошибся на её счёт.
Закрываю дверь комнаты и двигаюсь на кухню. Без разговора отдаю ей платье и подхватив на руки уношу в другую комнату.
У Яны в комнате намного чище, но мне плевать. Аккуратно ставлю на пол.
– У тебя пять минут, чтобы собраться, потом я зайду.
– Мне надо в ванну.
– Зачем? – Переводу на нее взгляд.
– Умыться. Зубы почистить. Ты знаешь, что это такое? Обычно утром люди это делают. Но видимо ты рос в других условиях. Словно в джунглях. – Последние слова говорит крайне тихо, отводя свой недовольный взгляд.
Только сейчас замечаю, что на ее лице еще остались остатки вчерашней косметики, видимо она не ходила в ванну, а осталась на кровати. Нехотя снова подхватываю её и несу в ванную
Мать твою, да тут места совсем нет. Я еле протискиваюсь между стеной и ванной, чтобы поставить её на пол, поближе к раковине. Что за квартира такая? Куда не глянь везде стены. Не развернуться. Тут жить невозможно.
– Тебе стоит сменить квартиру. Мне тут места мало.
Она смотрит, приоткрыв рот, так будто я её в шок поверг. Только ничего такого я не сказал. На часто придётся быть вместе. Пусть привыкает. Я все равно добьюсь своей цели. Только ей лучше с этим смириться, а не перечить.
Пока она не кинула в меня колкую фразу, ретируюсь, захлопнув дверь. Как только издаётся хлопок, то с потолка начинает что-то осыпаться. Штукатурка. Твою ж мать. Как они тут живут?
Стряхиваю ошметки с плеча, куда немного осыпалось и иду в ванну. Слышу, как она бурчит что-то в ванне, но когда начинает литься вода, то её слов почти не слышно.
Ухмыляюсь, потому что она вполне себе милая. Просто оказалась не в том месте и не в то время.
На кухне, пока жду, листаю непрочитанная сообщения. Что отец, что брат с самого утра начали на писывать. Спрашивали, удалось мне что-то придумать, потому что дед снова лютует. Я столкнулся с ним рано утром в доме. Виду меня был такое себе и тот снова вышел из себя. Перебудил всех, кто был в доме.
Пришлось просто переодеться и уехать в квартиру в городе. Сон не шёл в голове складывался план моих действий. Найти информацию. На эту ненормальную. Не составило труда. Игнат ещё ночью скинул фамилию и имя этой ненормальной.
Спирина Яна Алексеевна.
Нашёл её в социальных сетях, увидел на фото наш универ и был приятно удивлён. Деваться ей некуда. Пришлось набрать любимому дяде, но услышав недовольство, чтобы я не трогал лучшую студентку, мне пришлось немного надавить на него. Было у меня на него парочку компроматов. Подло, но подействовало. Сказал, что поможет.
И вот я здесь. Приехал за ней, чтобы она никуда не улизнула от меня.
Правда сейчас ей будет очень тяжело это сделать. Да и в принципе от такого как я бежать бессмысленно.
13. Яна
– Больной на всю голову.
Говорю, когда он закрывает плотно дверь.
– Чтоб тебя черти жрали в аду. Выискался на мою голову. И вот знала же, что называть адрес будет большой ошибкой, но нет. Надеялась, что он просто так отстанет. Ворвался в квартиру, как к себе домой. Лучше бы просто исчез.
Мало мне проблем с ногами, так ещё и он. От него вообще голова начинает болеть. Я даже боюсь представить, что там у Нади, потому что они до сих пор орут друг на друга. Как бы до драки ни дошло.
Надя вообще не такая. Она тихая, спокойная. Частенько витает в облаках. Домашняя девочка, которая получает удовольствие от готовки. Была бы её воля, она бы с кухни не вылезала, да только не в нашей ситуации. Работа, учеба, дом.
Беру свою щётку и тюбик с пастой. Там осталось совсем немного значит стоит сходить в магазин. С моими ногами будет проблематично, поэтому проще попросить подругу.
Чищу зубы, тщательно смываю остатки косметики, очищая кожу всякими средствами.
Вот чего-чего, а средств для лица у нас с Надей предостаточно. Пусть они не и не дорогие, но хорошие. К тому же у меня сухая кожа, и дерматолог в своё время сказал, что спасёт только увлажнение. Зато никаких прыщей и прочей ерунды на лице нет. Идеально ровная кожа, даже тон лица ровный.
А как загар ложится.
Осматриваю себя в зеркало и остаюсь довольной. Хоть что-то положительное этим утром.
С дикой болью в ногах двигаюсь в сторону выхода, но не успеваю дойти, как дверь резко распахивается, и на пороге появляется он.
Замирает на долю секунды. Сканирует моё лицо, словно пытается заметить изменения, а они есть. Я-то вижу, что теперь в более или менее нормальный вид себя привела. Осталось только хвост сделать и переодеться.
– Долго. У нас мало времени.
– Да что ты....
– Пошли давай.
Не даёт даже возможности мне договорить. Подхватывает на руки так, будто я ничего не вешу. Странно.
Мы снова в Надиной комнате. Он молча скрывается за дверью, давая мне возможность переодеться.
Наверное, спорить с таким бесполезно. Смотрю на сарафан, что он выбрал и думаю. А почему бы и нет?
Он мне отлично подходит. Сидит как влитой. Идеально подчёркивает фигуру. Да и цвет мой. Надя, когда его впервые увидела на мне, даже рот от удивления открыла. Конечно, не модельерская вещь, но красивая.
Да кому вообще нужны эти брендовые вещи? Они стоят как целое состояние, а по сути, тряпка тряпкой.
Наверное, меня бы многие сейчас осудили за такое высказывание. Но что поделать.
Собираю волосы в высокий хвост, оставляю небольшие прядки у лица распущенными. Кончики слегка завились, но так даже лучше. С сарафаном смотрится красиво.
– Я готова, ненормальный. – Говорю очень громко, надеясь, что он услышит.
И он услышал. Сразу же. Открыл дверь и недовольно зыркнул. Взгляд его не предвещает ничего хорошего, когда он снова показывается в комнате.
Смотрит так будто готов прибить меня за мои слова. А что такого? Думает, я молчать буду?
– Так сойдёт? Или поищем что получше? – Натягиваю улыбку.
Хочу выбесить его так сильно, чтоб сам отстал. Это хорошая мысль. Куда ещё больше я могу пострадать? Мне, кажется, всё плохое уже и так случилось.
– Сойдёт для такой, как ты. – Кидает в меня, и тут я если честно немного теряюсь.
Что значит для такой, как я? Совсем охамел? Он значит второй день меня в покое не оставляет, ночью я из-за него и в море искупалась, и замёрзла, и ноги изрезала, а он ещё хамит и такое говорит мне прямо в глаза?
Нет, ну он точно ответит за всё. Я так просто не оставлю и не съем это.
– Нас ждут. Мы опаздываем. Обувь с собой возьми.
Подаёт мне руку. На руки больше не берет, просто помогает двигаться по квартире. Правда слишком тесно из-за чего наши тела идут практически вплотную к выходу.
Подхватываю свои сандалии в тон к сумочке и тут же снова ощущаю, как мужские руки снова подхватывают меня, а потом мы быстро покидаем квартиру.
Я бы спускалась не меньше часа, а так мы пролетели этажи. Я даже опомниться не успевал, как он запихнул меня в машину крайне грубо и захлопнул дверь.
От хлопка я, если честно, вздрогнула.
Не парень, а тайфун. Хоть бы машину пожалел. Видно же, что она дорогая.
Хотя о чём это я? Он просто купит новую, когда эта надоест. Его семья гребёт деньги даже не лопатами, а чем побольше. Бульдозерами скорее.
Тимур садится на водительское сиденье, и я только сейчас решаюсь его рассмотреть более детально. Он уверенно обхватывает своими ручищами руль и срывается с места. Дико и резко. Вжимаюсь в спинку сиденья, но взгляд не отвожу.
Я не стану его бояться и не пойду у него на поводу. То, что мы в одной машине, это просто обман зрения. Пусть думает, что он главный, а я ударю в самый подходящий момент для меня и самый неожиданный для него.
– И куда мы?
– В больницу. Твои ноги осмотрят врачи и выпишут лекарства. Через неделю ты должна бегать марафоны. Ясно? Так что делаешь всё, что они скажут.
Вот как? Неожиданно.
Интересно, это его совесть так мучает, что я из-за него пострадала или ему и вправду что-то нужно от меня?
– И зачем тебе это? – Нет смысла оттягивать.
Он там что-то вчера плёл про работу? Даже интересно стало. Вряд ли он заделался в великие мастера и решил заняться со мной бегом, скорее ему нужно что-то другое.
– Будешь моей фиктивной девушкой.
Его слова ошпаривают сознание.
Что значит фиктивной? Это как?
– Совсем больной? Да я с тобой даже под дулом пистолета не будут никакой фиктивной девушкой.
– Ну зачем же пистолет? Ты просто вылетишь из универа. – Ехидно улыбается и слегка косится на меня, будто проверяя мою реакцию.
Бьёт по больному. Снова теряю равновесие. Не успела отойти от его заявления, как он снова шокирует.
Как это выгонят? Он что ненормальный? За что?
Да я на красный диплом иду. Одна из немногих. Вряд ли ректор разрешит такое. В этом году не так много студентов, которые идут на красный диплом. Нас всего семь. Это в пять раз меньше, чем в прошлом году.
От таких как я зависит престиж университета. Потом откроются двери в лучшие компании страны и не только. Даже за границей многие находят работу и переезжают.
А мне нельзя терять эту возможность.
– Поверь мне, дядя поможет мне. Потому что от этого завит и судьба университета. Он не станет идти против семьи.
– Да ты больной. – Оборачиваюсь к нему в пол оборота. – Ты ненормальный. О чём ты вообще? Ты хоть понимаешь, что это не нормально? Ты лезешь в чужую жизнь, при чем нагло это делаешь. Я никогда в жизни не пойду на это.
– Пойдешь. Ты же хочешь помочь семье? Или ты решила жить всю жизнь работая официанткой?
Откуда он так много знает обо мне? У него и времени то не было почти узнать. Но он говорит именно о тех вещах, которые важны для меня. Семья, учеба, работа. Моя жизнь в конце концов.
– Зачем тебе это?
– Тебе не нужно знать. Но ты должна год отыграть свою роль и потом будешь свободна. Моя семья предоставит тебе и возможность стажировки, и даже поможет найти отличную работу. Ты ничего не теряешь. Я бы даже сказал получишь больше, чем хотела.
– Я и так получу, что хотела. А этот геморрой с твоей фиктивностью мне не нужен. К тому же у меня есть парень.
– Не беда. Если любит подождёт. Между нами, всё равно ничего не будет.
Он резко тормозит, и я перевожу взгляд на окно. Мы возле нового медицинского центра в самом центре города. Дорогой зараза и не для простых людей.
Уверена врачи здесь хорошие. Пусть осмотрят ноги, а потом я пошлю Тимура на все четыре стороны и пусть только попробует мне угрожать.
Врачи нас уже ожидали. Он был прав, что мы опаздываем, потому что в разговоре Тимура с каким-то мужчиной, он об этом и упомянул. Типа опаздывать не хорошо.
Пока врачи проводили всякие манипуляции, Тимура рядом не было и слава богу.
По-хорошему вообще выскользнуть сейчас в коридор и бежать со всех ног. Да только вот я бегать не могу. А идея то хорошая.
Врач говорит, что осколков нет, и я выдыхаю. Новость хорошая. Он выписал кучу лекарств, попросил держать ноги в покое, меньше двигаться. Спасибо им и за то, что обезболили. Правда ноги немного начали мёрзнуть, но это пол беды.
Вся семейка ненормальных. Он ещё и с ректором пообщаться успел, и тот поддержал его? Я была о нашем ректоре лучшего мнения. А теперь всё представление о его семье летит к чертям.
Надо придумать что-то. Иначе моя жизнь разрушится просто в один миг.
14. Яна
– Спасибо большое. – Говорю медсестре, которая помогла мне слезть с кушетки и натянула на перебинтованные ноги мои сандалии.
Хорошо, что я взяла именно их. В них как раз поместились ноги с бинтами.
Девушка лишь улыбнулась в ответ. Вообще весь медперсонал здесь очень вежливый и так профессионально общаются с пациентами, что я невольно сравниваю с врачами в государственной больнице. Особенно с врачихой, которая меня лечила в детской поликлинике.
Вот там тётка, так тётка. Вечное недовольство на лице. Красная помада, которую она наносила так не ровно и огромная родинка на щеке. Глаза как у поросёнка, а взгляд был такой, что лишний раз болеть не хотелось. Порою казалось, она взглядом лечила, а не лекарствами, которые выписывала.
