Анна Борэй Душа из снега и стекла

— Пойдём, Эли, хочу тебе кое-что показать.

Мои глаза захлопали в знак удивления, я с интересом вложила свою ладонь в руку мужчины и последовала за ним. Фейри на улице стало значительно меньше, в основном подвыпившие весёлые компании никак не могли распрощаться. Ланцер вывел меня на западную сторону города, мы прошли крайний домик и приблизились к громадной оградительной стене, тогда я заметила небольшую полянку. Тут находилась всего одна широкая ледяная лавочка, прикрытая высокой густой сосной. От ледяного ограждения отражался лунный свет и освещал дерево с обратной стороны. Когда я подошла ближе и ступила под высокие ветви, то увидела подсвеченные изнутри сосульки. Это было похоже на маленький сказочный мир. Вокруг скамейки мерцали лунные камушки, я восхищённо вздохнула и не могла оторваться от природной красоты.

— Какое красивое место. Почему тут никого нет? Тут просто волшебно.

— Здесь не всегда бывает пусто. Просто сегодня его обошли стороной. Я иногда прихожу сюда и наблюдаю за луной. Помогает разобраться в потоке мыслей и переключиться.

Ланцер тяжело сел и вытянул длинные ноги, скрестив щиколотки. Я наблюдала за его профилем, придерживаясь за спинку. В полутени этот мужчина выглядел ещё более внушительно и притягивающе. Мой разум слегка шатал мозг, и чувства внутри обострялись, обходя разумность стороной. Я прикусила губу и задумалась, после чего тихо заговорила:

— Ты помнишь нашу вторую тренировку?

Чёрные глаза поймали меня в плен.

— Я ещё не настолько стар, чтобы забывать такие события. Почему ты вспомнила?

— Ты тогда сказал мне, что если я попрошу, то ты сделаешь вид, что ничего не замечаешь.

Фейри медленно кивнул.

Я перевела дух и стала говорить ещё тише, эти слова словно рождались из самой глубины моего сердца.

— А если я хочу, чтобы ты заметил.

Мужчина повернул голову набок.

— Возможно, мне кажется… если это так, то прошу не смейся! Иногда я словно чувствую, что ты… тоже смотришь на меня и чувствуешь… ну, определённые эмоции.

Ланцер улыбнулся одной стороной губ.

— Ты сейчас пытаешься узнать, хочу ли я тебя?

Я отвернулась к дереву и замялась. Всё выходило как-то скомканно, отвечать на лекциях Аниты проще, чем выговорить три предложения этому мужчине. Я кивнула.

— Ты можешь спросить напрямую и не выдумывать особые подходы ко мне. Я же говорил, что довольно прямолинейный. Спроси, что конкретно тебя интересует, Эли. Задай вопрос так, чтобы его смысл был ясен и прозрачен, и я отвечу тебе так же прозрачно. И уж точно не стану над тобой смеяться.

Я отпустила лавочку и села рядом с тёплым Ланцером, сложив ладони между коленей. Мои очи буравили луну и небесный свод, я не смогла произнести нужных слов глаза в глаза.

— Я нравлюсь тебе?

Голос Ланцера был глубоким и низким.

— Очень сильно нравишься.

Сердце ускорилось, но я продолжала пялиться перед собой.

— А… ты не хочешь… не хочешь поцеловать меня?

— Больше всего на свете.

Я сглотнула, руки стали дрожать.

— А хочешь меня… как женщину? Чтобы я была твоей?

Я ощутила горячее дыхание у своих волос. Мужчина прислонил губы к моей голове и тихо проурчал:

— Если бы это зависело от меня, я бы уже давно заявил на тебя свои права. Да, Эли, была бы моя воля, я уже сейчас владел бы твоим телом и сердцем. Но не стану давить на тебя и строить планы, пока ты сама для себя не решишь, чего ты от меня ждёшь.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Мне кажется, вино не пьянит мой разум так, как этот грозный мужчина.

— Так скажи мне, маленькая, чего хочешь ты?

Я прочистила горло, не открывая век, и прошептала в пустоту:

— Тебя.

— Тогда иди ко мне, Эли.

Он завернул меня одной рукой и поднял.

Задница угнездилась на коленях Ланцера, его тяжёлая рука опустилась мне на грудь, и он придавил лопатки к своей широкой груди.

Распахнув глаза и повернувшись налево, мы встретились взглядами, я тяжело дышала, а он следил за мной, его губы были так близко, что я готова была заскулить от ожидания.

Но долго ждать не пришлось.

Ланцер опустился ближе и поцеловал меня.

Я сжалась как струна, пока его влажный язык скользил по моим губам. Мой рот приоткрылся, и он погрузился в меня. Ланцер пах кожей, мехами и алкоголем. Он был моим соблазном… всё в этом фейри сводило с ума.

Я сжала ладонь на его запястье, мысленно умоляя не отпускать, и он меня не отпускал. Ланц мог легко переломать все кости в моём теле, эта безграничная сила в совокупности с чистым разумом и потрясающей внешностью делали его лучшим во всех отношениях.

Его клыки были длиннее и острее, чем у других, он был осторожен и старался не действовать слишком напористо. Я чувствовала, как он сдерживается, и эта мысль лишь сильнее заводила.

Я опустила свою ладонь на расслабленную руку мужчины и дрожащими пальцами подняла к своим бёдрам, он сразу всё понял. Ланц смял подол платья и подтянул к моим коленям, его горячая грубая ладонь легла на моё голое бедро. Я сжалась сильнее и задышала глубже. Грубые пальцы поднимались всё выше, когда он скользнул рукой между бёдер, ноги инстинктивно сжались.

Ланцер медленно отстранился и прошептал в мои распухшие губы:

— Ты так напряжена, хочешь, я не стану заходить дальше и просто обниму тебя, Эли?

— Нет, мне нравится… нравится всё, что ты делаешь. Я хочу, чтобы это был именно ты.

— Тогда расслабься, зайка, я не сделаю тебе больно.

Я слегка кивнула и откинула голову на ключицу мужчины, разжимая свои внутренние узлы и выравнивая дыхание.

Ланц поцеловал мой висок и похвалил.

Его рука продолжила движение, ладонь накрыла нежную плоть через бельё. Второй рукой он слегка сжал мою шею, большим пальцем придерживая подбородок.

Мои дыхательные методики снова не принесли никакой пользы. Я таяла в руках Ланцера и прерывисто выдыхала, пока он тихо урчал и рассматривал моё тело сверху вниз.

Его палец двинулся на пучке нервов, и я не сдержала стон удовольствия, в этот момент он сжал мою шею сильнее, а я обхватила его руку.

Боги… это было безумие, смешанное с диким желанием.

Ланцер надавливал на клитор сквозь бельё и выводил ленивые круги, после чего сдвинул ткань и медленно погрузил в меня палец.

— О боги…

— Ты такая мокрая, Эли. Такая упругая.

Он рычал мне в ухо.

— Двигайся, милая. Хочу увидеть, как сильно ты хочешь меня.

Я неосознанно подчинилась, упёрлась ладонями в твёрдые бёдра мужчины и стала плавно приподниматься на его руке.

Он двигался в такт со мной, а второй рукой продолжал держать горло и поглаживать пальцем линию челюсти.

— Вот так, ты такая умница. Самая красивая на свете. Моя маленькая Эли.

Внутри меня стягивалась волна удовольствия, движения становились неровными, я хотела большего, но остановиться не могла, грань приближалась слишком быстро.

— Боги, Ланцер…

Он резко остановился. Мои глаза шокированно расширились, пока он поднимал меня. Ланцер навис надо мной, ноги подкашивались, он сжал мои щёки ладонями и жадно поцеловал, царапая клыками губы. Я совершенно не осознавала, что происходит, я горела, была на грани, он прошептал мне в приоткрытые губы:

— Хочу видеть тебя в другом ракурсе.

Я не успела спросить, о чём он, когда Ланц повернул меня лицом к лавочке, приподнял мои бёдра, поставив колени на сиденье, и надавил рукой на лопатки.

Мои щёки залило румянцем, но все его действия разжигали всё больший пожар. Я выгнулась, а фейри поднял подол моего платья, провёл ладонью по ягодицам и снова вошёл в меня пальцами. Я вскрикнула и громко застонала в скрещенные руки.

Одной рукой он гладил и мял мою спину и плечи, а другой безжалостно трахал. Мои ноги задрожали.

Он опустил лицо к моему затылку и низко маняще заговорил:

— А вот сейчас можешь кричать, моя девочка.

И я закричала. Это было немыслимо. Необъяснимо.

Всё моё тело дрожало и содрогалось от импульсов. Мир словно треснул, и я смогла увидеть в этой расщелине новую жизнь.

Что ж, Рик — это просто жалкая пародия. Видимо, я и правда была создана лишь для одного мужчины, который осторожно поднял мой корпус, прижал к своему телу и держал, пока я вновь не смогла дышать.

— Надеюсь, завтра с утра ты не пожалеешь о своём решении.

Я подняла голову, подтянула его пальцы к своему рту и облизала.

Ланцер утробно зарычал.

— Никогда не пожалею.

Он снова захватил мой рот, и мы слились в страстном поцелуе.

— Ланцер?

Мужчина отстранил свои губы, но продолжал крепко прижимать мою спину к себе.

— Что ты хочешь спросить? Я чувствую твоё смятение и нерешительность. Ты можешь говорить со мной обо всём.

Мой голос был хриплым, но я хотела прояснить для себя давно зависший в голове вопрос, ведь он напрямую касается нас.

— Роук на первом занятии сказал, что я никогда не смогу стать достойной партией фэйцу. Он сказал, что человеческое тело слабое и не способно выдерживать нагрузку… и что моё ещё запущеннее. Если задуматься, то у нас с Риком редко когда доходило до таких отношений, думаю, даже этот слизняк видел, что со мной что-то не так. Я… не думаю, что мы когда-нибудь сможем стать едины. И слава богам, что я выпила столько вина, иначе я бы точно не рискнула тебе это сказать.

Ланцер улыбнулся и тихо засмеялся, рассматривая меня, поглаживая мои плечи и ноющий живот. Я смотрела на него через плечо и с замиранием сердца ждала, когда он отвергнет меня.

— Большей глупости не слышал. В следующий раз, прежде чем что-то узнать у Роука, лучше подумай трижды. Он откровенный болван, раз сказал тебе такое.

Ланцер выдохнул и опустил меня на землю, ноги больше не дрожали. Подол платья упал вниз, и я развернулась и задрала голову к чёрным глазам.

Медведь совершенно спокойно говорил со мной, пока его рука лениво скользила по моей груди.

Так, слушай слова, Элизабет, меньше эмоций, больше разума, соберись.

— Многие из народа Фэ действительно не признают человеческий род за то, что боги не наделили их нашей силой и выносливостью. Тут он немного прав, человеческая женщина уж точно не сможет часами напролёт удовлетворять потребности взрослого фэйца, но… на этом мы подводим черту. Во-первых, Эли, я уже говорил, что твоё тело не отличается от любой другой фэйки, за исключением того, что с ним нужно работать. Этим мы сейчас активно занимаемся, и я уже чувствую под кожей движение твоих мышц, они работают каждую секунду, Эли, и отлично поддаются выравниванию — это мои слова как учителя. А что насчёт секса, то я тебя уверяю, ты ничем не хуже остальных, для кого-то намного лучше. Мы все разные и все сталкиваемся с определёнными трудностями. Но когда ты хочешь не только плоть женщины, но и её душу, ты всё сделаешь правильно, и вы будете гармоничным симбиозом — это мои слова как мужчины.

Я опустила глаза на его грудь.

— А ты? Чего хочешь ты, Ланцер?

— От других? Абсолютно ничего. А от тебя — всего. Слушай, малышка, поменьше схем в голове. Это ведь не экзамен по магии в Анремоне. Ты делай как чувствуешь, а я тебе помогу и направлю. Если ты сама этого хочешь.

— Хочу.

Он глубоко вздохнул и обнял меня.

— Давай я тебе кое-что покажу.

Ланцер продолжал обнимать меня за плечи одной рукой, а второй потянул ладонь вниз. Мои щёки снова покрылись красными пятнами, когда он приложил мои пальцы на огромный пульсирующий член.

Богиня Делия…

— Вот так сильно меня заводит только твоё тело. И не стоит сомневаться в себе. Я уже не помню, когда кого-то так хотел.

Мои пальцы медленно двинулись по всей длине горячей плоти через тонкую ткань его штанов. Ланцер — великан, и можно было догадаться, что он такой везде. Меня снова опасно кольнуло в зоне живота. Если разум говорил, что я никогда не смогу принести ему полноценного удовольствия, то тело инстинктивно рвалось вперёд, чтобы опровергнуть эту теорию.

Я продолжала водить по нему пальцами, а мужчина следил за мной сверху вниз и тихо урчал.

Мне вдруг остро захотелось большего. Я опустила глаза вниз и дрожащими пальцами обеих рук стала расстёгивать его штаны. Фейри не прекращая наблюдал за моими дёргаными сбитыми движениями, придерживая одной рукой за лопатки.

Сердце стучало как барабан, пока я приспускала ткань вниз, когда член Ланцера показался мне во всём своём великолепии, я задрожала.

Боги, Элизабет, да что ты вообще творишь?! Ты же воспитанная консервативная девушка! Но какой же он твёрдый и гладкий. Я провела пальцами по бархатной коже, и тихий рык стража стал опаснее, наши глаза встретились, и он хищно улыбнулся.

— Я тебе помогу, зайка.

Мужчина схватил меня за бёдра и прижал к себе.

Глаза бешено забегали, а он лукаво улыбнулся и облизнул мои губы.

Внутри снова всё пылало.

— Всё работает несколько иначе, когда мужчина и женщина желают друг друга.

Фейри поднял подол платья и задрал его до живота, немного переместил меня, и я вдруг ощутила, как он упирается в моё лоно.

Моё дыхание сбивалось, пока я вжимала ногти в шею мужчины.

— Я не стану входить целиком, просто покажу тебе, какая ты гибкая, когда не боишься меня.

И он доказал свою теорию, когда твёрдая плоть медленно двинулась в меня. Я ощутила лишь приятное натяжение, после чего тело стало искриться от приятных волн. Он входил в меня всего на треть, но ощущение наполненности и пульсации сводило с ума. Я инстинктивно попыталась сесть ниже, но Ланцер цокнул и придержал мою задницу.

— Нет, моя маленькая, так не делай.

Я заскулила, а он тихо засмеялся и вновь стал целовать и царапать мои губы, пока я наслаждалась ощущением напряжения, скопившегося внутри, и пульсацией члена Ланцера.

Ещё несколько коротких толчков, и моя спина выгнулась, а тело начала бить дрожь.

Боги… второй оргазм за полчаса…

Ланцер утробно зарычал и кончил вслед за мной…

Мы тяжело дышали, прижимаясь друг к другу лбами. Он сжимал и разжимал большие руки на моих бёдрах.

— Думаю, теперь ты понимаешь, что Роук — бесполезный пустослов.

— Теперь понимаю.

На большее сил у меня не осталось, и Ланцер, нежно прижимая меня к себе, проводил до дома.

Я долго не могла разорвать объятий, но всё же отлепилась от него. В середине ночи мы расстались.

Хорошо, что родители уже спали. Если объяснить запах алкоголя несложно, то аромат Ланцера, пропитавший мою кожу, и следы безумного возбуждения так просто не скроешь.

Я смыла с себя следы преступления, доползла до кровати и сразу же провалилась в глубокий сладкий сон.

***

На утро я чувствовала себя свежей и отдохнувшей. Голова была светлой, а тело приятно ныло после нашей вечерней прогулки с Ланцером.

И как мне теперь себя вести рядом с ним? Я же призналась ему… а он признался мне. Значит ли это, что теперь мы нечто большее, чем наставник и ученица? А может, он имел в виду, что я привлекаю его физически, и всё?! Хотя этот мужчина не похож на развратника, он опытный и разумный, не думаю, что его интересуют лишь физические утехи.

Сомнения поедали мой мозг, я чувствовала себя сегодня рассеянной и несобранной, хотя такое происходило редко.

Видимо, поэтому за завтраком родители очень внимательно изучали меня.

Я поведала им о прекрасной коронации, о том, какая замечательная пара Рэтгар и Лилиана, рассказала о присяге и о том, что в наш мир вновь вернулись драконы. По окончании словесного излияния мама мягко улыбнулась и положила руку мне на предплечье, уведомив о том, что они тоже были на коронации. Мои щёки залило краской… ну конечно, они там были… я совсем забыла об этом и старалась лихорадочно прогонять из головы единственную навязчивую идею, связанную с Ланцером.

— Цветочек, ты сегодня слегка рассеянная. Тебя ничего не беспокоит, мы с папой всегда готовы выслушать тебя.

— Да нет, всё в порядке. Просто день был таким насыщенным.

В нашу дверь постучали, и мама упорхнула в другую комнату, а папа внимательно следил за мной, пока я всячески уводила взгляд.

Раскрасневшаяся матушка вернулась со счастливым удивлением на глазах и привлекла наше внимание.

— Цветочек, это к тебе.

Я шокированно уставилась на маму и молча прошла в прихожую.

В узком проходе стоял Ланцер, он был одет в чёрную тунику и брюки свободного кроя. Я недоумённо замерла перед мужчиной, а его чёрные обсидиановые глаза сразу нашли меня, нежная улыбка появилась на суровом лице.

— Ты… ты почему здесь? Что-то случилось в замке? Раненые?

— Доброе утро, Эли. Нет, на горизонте всё спокойно. Мне просто показалось разумным познакомиться с твоей семьёй. Надеюсь, ты не против? Я с большим трудом встал в такую рань.

Мои очи чуть не вылезли из орбит.

— Ты пришёл познакомиться с родителями? Я не знаю, я не уверена, но…

Мама вспорхнула около меня и залепетала как птенчик.

— Боги, Элизабет, перестань держать гостя на пороге. Проходите, господин Ланцер. Мы очень рады встрече, Элизабет столько хорошего о вас рассказывала.

Мои щёки покраснели, и я прошипела матушке, что стоит на этом остановиться.

Ланцер улыбнулся и пошёл вслед за нами, пока мама бубнила себе под нос о моей невоспитанности.

Я надула губы и отошла в сторону, пропуская воина перед собой. Папа встал из-за стола и коротко поклонился Ланцеру, на что тот ответил кивком. Они пожали руки, пока нервный зуд раздирал меня изнутри. Мама улетела на кухню, а я присела рядом с Ланцем, который расположился рядом с отцом.

— У вас очаровательная жена, Кортус, теперь я понимаю, в кого Элизабет пошла своей красотой.

Я ковырялась в тарелке, красная как помидор.

— Для нас большая честь познакомиться с главным стражем короны. Слухи о вас, господин Ланцер, наполняют мир незнатных фейри, и все отзываются исключительно положительно.

— Иногда они слишком идеализируют. Если вы не возражаете, то я бы хотел перейти на ты. Не привык общаться официально.

— Конечно. Я слышал о том, что ты теперь страж королевы, это ответственный шаг. Ведь вы столько лет были рядом с королём Рэтгаром.

— Кайлум души не чает в Лилиане. Он с радостью поддержал мой выбор. По существу, в нашем окружении ничего не изменилось. Наши правители — единое целое, и ближний круг общий, мы так и остались семьёй. Это скорее официальная сторона вопроса для предстоящих Советов.

— Понимаю. Мне понравилась эта юная леди, а то, что мой сын выбрал её своей королевой ещё задолго до коронации, лишь подкрепило моё мнение.

— Я мало был знаком с Орктусом, но для Кайлума и Лилианы он посмертно часть ближнего круга и семьи. Мы навсегда запомним его имя и будем считать братом и хранителем снежных земель.

Отец горделиво расправил плечи и благодарно кивнул.

Мама внеслась в небольшую гостиную, принеся с собой запахи пряностей, выпечки и ароматного чая.

— Бросьте, мужчины. Вас хлебом не корми, дай поговорить о политике.

Она стала активно расставлять угощения.

Боги… когда она успела это всё наготовить?

— Меня вот больше волнует ваша личность, господин. Очень интересно познакомиться с вами. А Бетти, она делает успехи, не докучает вам?

— Богиня… матушка…

Ланцер нежно улыбнулся, посмотрел на меня и вернул взгляд к маме, угнездившейся на стуле напротив.

— Совершенно точно нет. У вашей дочери совершенный талант к магии, стальная воля и хороший потенциал к развитию на будущее. Я думаю, через шестьдесят лун она не будет уступать физически ни одной женщине нашей страны. Я приложу к этому все усилия.

Мама просияла, отец тоже сдержанно улыбнулся, а вот я готова была уползти под стол от неловкости. Особенно после всплывающих в голове образов ночи.

— Если вы не возражаете, я бы хотел попросить и вас перейти на ты. Так комфортнее.

— Конечно, конечно, договорились. Ланцер, угощайся. Я, конечно, не сильна в магии и воинском деле, но вот кухня — это моё вечное поле боя, и эти сражения я не проигрываю.

Все засмеялись, а я настороженно наблюдала за происходящим.

Обстановка расслабилась, папа предложил Ланцеру виски, и они уже вовсю погрузились в обсуждение охоты, политики и войн. Мама так любовалась стражем, что мне стало неловко.

— Ритта, тебе определённо надо перебираться в королевскую кухню. Я думал, что за тысячу лет меня уже не удивить, но твои руки поистине золото.

— Ой, брось, все женщины обладают этим талантом. Его просто тоже надо правильно раскрыть. Махать мечом и луком не сложнее, чем правильно орудовать кухонным ножом и венчиком.

Ланцер повернулся ко мне.

— Ты тоже мастер кулинарии?

Я уставилась на Ланцера и сморщила нос.

Мама влезла в разговор.

— Она ещё рекрут в этом деле, но мы над этим работаем.

Я закрыла глаза ладонью и растёрла виски, пока все посмеивались.

Тон стража стал серьёзнее, я ненароком посмотрела на его профиль.

— На самом деле я пришёл сюда не только для того, чтобы официально представиться и познакомиться с вами. Так вышло, что Элизабет стала частью нашего круга при короле, я сам изъявил желание стать её наставником. И хотя не в моих правилах переходить черту в отношении своих подопечных, но в сложившейся ситуации я могу поступиться своими принципами.

Моё сердце замерло.

— Ваша дочь значит для меня намного больше, чем кто-либо. Я не уверен, что Эли разделяет моё мнение, но есть предпосылки думать, что это так.

Он повернул суровый взгляд на моего задумчивого отца.

— Я хочу защищать вашу дочь и всегда быть рядом с ней. Я непростой фейри, у меня много тяжёлых сторон, и назвать меня идеальной партией сложно. Но всё же я бы хотел попробовать стать частью жизни Элизабет. Я обещаю, что буду заботиться о ней и никогда не обижу.

В комнате повисла удушающая тишина. Мама шокированно переводила взгляд между нами, папа задумался, и я осторожно встряла в разговор, выразительно посмотрев в глаза Ланцера.

— Хотя о таких встречах стоит предупреждать заранее.

Затем перевела взгляд на родителей:

— Я тоже испытываю к нему чувства. Не знаю, к чему мы придём по итогу, но я бы хотела стать частью жизни Ланцера. Давайте уже перестанем нагнетать обстановку! Мама, пора бы что-нибудь сказать.

— Нуу… Вы нас немного ошарашили, но теперь я понимаю, почему моя дочь последнее время такая рассеянная и счастливая. Если вам приятно проводить время друг с другом, то кто мы такие, чтобы этому препятствовать. Правда, Кортус?

— Наша Элизабет тоже не подарок. Она выглядит слабой, но внутри неё кровь древних северных фэйцев. Честно говоря, я думал, что всё закончится тем, что она притащит домой очередного цветочного мальчика.

Я снова забубнила под нос, но отец не обращая внимания, продолжил:

— Но ты, Ланцер, воин и достойный фейри. Если моя дочь выбирает тебя, то и мы принимаем тебя в свою семью. Главное, через год-другой не прибегай жаловаться, что она съела твой мозг своими тараканами.

Обстановка вновь разрядилась, и страж откинулся на спинку стула, с нежностью глядя на меня.

— Уверен, что с этим справлюсь.

***

— Ты повёл себя как задница! Такие серьёзные шаги надо обсуждать. Ты даже не предложил мне встречаться!

Я отчитывала Ланцера как мальчишку по пути в замок, а здоровяк всё улыбался и посмеивался. Как же мне хочется начистить это красивое черноглазое личико!

— Мне кажется, я более чем серьёзно заявил тебе о своих желаниях этой ночью.

Моя шея покраснела.

— И всё-таки надо было меня предупредить. Они же теперь завалят меня вопросами… хоть домой не возвращайся.

Ланцер взял меня за руку, магия внутри в миг откликнулась и завихрилась.

— У тебя замечательная семья. Я рад, что они у тебя есть. Для нас всех кровные узы — это роскошь, не стоит стесняться своих родителей, Эли. Мне они очень понравились. Хотя вопрос с кулинарными способностями остался открытым.

— Я вообще-то обученный целитель, а не домохозяйка. Если тебе нужна изысканная еда, ищи себе девушку с королевской кухни.

— Ну нет. Этот твой недостаток мы как-нибудь переживём.

— Кстати, мы очень близко к воротам замка.

— И что, милая?

— Боги… ты такой собственник. Решил сегодня заявить всему миру о своих правах на меня.

Ланцер остановился и притянул меня в объятия, ну что сказать… я сразу растаяла от этого жеста. Мужчина провёл пальцами по моей щеке, убирая волосы за ухо, и нежно поцеловал.

— Я ужасно ревнивый собственник, Эли. Придётся тебе с этим смириться, как и мне с твоим отсутствием талантов в готовке.

Я шлепнула его по рукам и грузно пошла в замок, пока сзади раскатисто смеялся здоровый, величественный, но совершенно бесцеремонный мужчина.

Глава 19.

Мира.

Сегодняшний ужин был оживлённым.

После прошедшей коронации и появления Радоса у нас было безумное количество теорий и идей, в которые все погрузились с головой.

Я же была спокойна и счастлива.