- Рейтинг Литрес:4.8
Полная версия:
Андрей Ефремов Очаг-3. Страж
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Мы с Карой решили, что быстрее всего будет пройти Битцевский лес насквозь и выйти на пересечении Балаклавского и Севастопольского проспектов. В этом случае по прямому, словно стрела, Севастопольскому проспекту можно будет до самого Третьего транспортного кольца добраться, а там и до моей квартиру рукой подать, но реальность внесла свои коррективы.
Уже при подходе к северной границе леса ландшафт местности начал меняться, а концентрация отродий гибрида заметно возросла. В конечном итоге мы не дошли до Балаклавского проспекта метров пятьсот и упёрлись в стену, построенную всё из той же неприятной субстанции, которая толстым слоем была намотана между деревьями. Сама по себе стена непреодолимой преградой для нас не являлась, а вот сильнейший запах серы и звуки грызни меня напрягли.
— Да у них тут настоящая война с нечистью идёт, – хмыкнул я, когда мы перемахнули через стену при помощи антигравитационного артефакта и зависли на открытой местности в пяти метрах над землёй.
Свободное пространство между стеной и дорогой было в буквальном смысле перепахано, словно тут происходила ковровая бомбардировка. В районе шоссе парочка троллей при поддержке полсотни вурдалаков азартно гоняла пяток младших демонов. Разорванные туши стаи адских гончих во главе с молодым цербером, с которыми пришли демоны, валялись метрах в ста от основного места событий.
Один из демонов взревел, а потом в тролля полетел огненный шар. По всем понятиям тут твари должен был прийти конец, но тролль смог нас удивить. Выставив перед собой левую конечность, он активировал энергетический щит. Площадь покрытия оказалась не очень большой, в районе пары метров, но со своей задачей заклинание справилось. Огненный шар врезался в выставленную защиту, окатил тролля волной жара, но не причинил особого вреда.
Воспользовавшись замешательством демонов, второй тролль совершил гигантский прыжок и со всей дури вдарил шипастой булавой по голове демона. Монструозное оружие раскрошило череп, и демон без единого звука завалился на землю. Мгновенная смерть. Оставшиеся монстры попытались было отступить, но вурдалаки обступили их со всех сторон и не дали такой возможности. Пара минут – и бой был окончен полной победой порождений гибрида.
— Они применяют тактические приёмы, – озвучила очевидный факт Кара. – Это уже не звериные инстинкты, твари обладают зачатками интеллекта.
— Либо ими управляет кто-то с зачатками интеллекта, – хмыкнул я, проследив, как от группы отродий тянутся ментальные нити в сторону леса. – В кроне засел упырь. Он и руководил боем. Знаешь, что мне это всё напоминает?
— Что? – заинтересованно спросила Кара.
— В РПГ-играх есть класс мага – некромант, который способен призывать себе в помощь разнообразную нежить. Сами по себе такие монстры тупы и, как правило, не представляют серьёзной опасности, но когда ими управляет умелый оператор, превращаются в весьма грозную силу. Тут мы наблюдаем схожую картину. Вспомни нападение на заставу Ковчега. Как только мы выбили упыря, вурдалаки стали действовать на порядок хуже, и мы быстро их уничтожили. Поэтому-то у упырей такая хорошая маскировка. Упырей гораздо меньше, и в случае возникновения проблем они должны покинуть место боя и вернуться на базу, чтобы получить новое задание.
— Да, определённое сходство есть, – признала Кара. – В этом их слабость. Если перебить операторов, то основные войска станут дезорганизованными. Интересно, что произойдёт, если уничтожить верхушку этой пирамиды – гибрида? Скорее всего, это именно он ставит задачи упырям.
— Он, больше некому, – подтвердил я. – У него должен быть предел одномоментного контроля над своими отродьями. Поэтому-то ему и пришлось заморачиваться с посредниками. Гораздо проще перераспределить нагрузку и командовать только упырями, а не десятками тысяч низовых особей. Ладно, нам надо отойти подальше от леса и найти себе укрытие на ночь.
Большинство прилегающих к окраине Битцевского леса кварталов были полностью разграблены. Вурдалаки вынесли всё мало-мальски ценное. Мы было сунулись в дома, но там, кроме гор мусора, уничтоженной мебели и битого стекла, не нашлось ни одной пустой квартиры. Пришлось всё же выбираться на забитый раскуроченными машинами Севастопольский проспект и уходить на добрые два километра.
Серой воняло адски. Мой сенс-радар постоянно выдавал десятки засветок. Разнообразная нечисть то и дело мелькала в поле зрения. Без стелса прожить в центральном контуре просто невозможно. Огромный мегаполис набит тварями под самую завязку. Единственное, что радует, – две противоборствующие группировки с остервенением рвут глотки друг другу, и именно поэтому гибрид пока не может выделить много сил на экспансию за пределы Очага.
Относительно целую панельную многоэтажку отыскали уже в темноте, когда ушли с проспекта и углубились во дворы. Нечисть и мутировавшее зверьё, которого в московском очаге тоже довольно много, не любит селиться высоко, а вурдалаки сюда добраться не смогли. Вот и вскрыли мы одну приглянувшуюся квартирку на тридцать пятом этаже.
— Если бы не два скелета в спальне, обстановку можно было бы назвать милой, – выдала свой вердикт Кара. – Матрас непригоден для отдыха, – брезгливо добавила она.
— Нам сгодится и диван, – пожав плечами, ответил я. – Свяжись с отцом и расскажи о ситуации, а я пока приведу эту квартиру в приемлемый вид.
— Начни вон с того кресла, – стягивая с головы шлем, попросила Кара. – Ноги гудят. Хочу упасть и не шевелиться несколько часов.
— Да не вопрос, – улыбнулся я и, направив в сторону кресла руку, быстренько вытянул из него всю грязь и пыль.
Благодарно кивнув, Кара сбросила с себя доспех и с нескрываемым наслаждением плюхнулась в мягкое кресло. По отстранённому виду я сразу понял, что она активировала нейроклипсу и подала сигнал на установление связи с сопряжённым абонентом. Я бы мог подслушать её разговор, но не стал этого делать. Мы договорились уважать личное пространство друг друга и не злоупотреблять возможностями слушать мысли друг друга без необходимости. Всё равно Кара потом расскажет последние новости, а слушать их, лёжа в ванной с любимой девушкой, намного приятнее.
Процедура очистки перевалочной квартиры у меня отработана давно. Так что через двадцать минут приютившую нас квартиру было не узнать. Всё чисто и аккуратно, ни единой пылинки. Кости владельцев дезинтегрировал вместе с кроватью, а прах сложил в обнаруженную в квартире вазу. Никогда не понимал, почему раньше сосуд для праха умершего после кремации называли урной. Прах ведь не мусор. Ну да ладно. Хоронить кости в землю, как это принято в Ковчеге, у нас времени нет. Уверен, что, если прошерстить даже этот дом, обнаружится множество останков людей. Всех не похоронишь. А так хоть не будут разрушаться под действием времени.
— Безб, кажется, началось, – проговорила Кара настороженным голосом, когда я вернулся в гостиную. – Из Московской империи прибыл посыльный. Император Грегор выдвинул Ковчегу ультиматум.
— И что же это за ультиматум? – нахмурился я.
— Покоритесь или умрите, – сжав кулаки от ярости, ответила Кара. – Если через неделю от Ковчега не поступит ответ, начнётся война.
— Мы не успеем разобраться с московским Очагом за неделю, – нахмурился я. – Тут и нескольких месяцев может не хватить. Сама видела, сколько нечисти по улицам ходит. И это я про отродий гибрида не говорю.
— Знаю, Безб, – взяла меня за руку Кара, и по телу заструилось приятное тепло. – Ковчег выстоит. Обязан выстоять.
Глава 3 Предложение
Ночь прошла относительно спокойно, но из-за эманаций тревоги, исходящих от Кары, сон получился рваным. Да и постоянная грызня нечисти на улице вперемешку с дикой вонью серы не давали покоя. Пришлось даже просить Аду решить эту проблему. В итоге в путь мы двинулись ещё в темноте, а настроение, что у меня, что у Кары, было подавленным. Кара переживала за судьбу Ковчега, которому грозит кровопролитная бойня с Московской империей, а в мою голову начали закрадываться тревожные мысли типа: ну и во что ты влез, Безб? Куда вам двоим против легиона нечисти, окопавшегося в московском Очаге, и тысяч отродий гибрида? О загадочных сателлитах врагов эттернианцев дэймосах и говорить нечего. Разве есть шанс справиться с настолько сильным врагом? Не разумнее ли убраться как можно дальше, зачистить себе какой-нибудь райский островок посреди океана и прожить свой век в комфорте, а дальше пусть всё летит в бездну?
— Ты долго собираешься сам себя грызть? – в какой-то момент не выдержала Ада. – Может, лучше делом займёшься? Ментальные навыки сами себя не прокачают. Учись управлять мелкими предметами на ходу.
Подействовало. Хандру как рукой сняло. Правильная в армии существует поговорка: хочешь отвлечь солдата от деструктивных мыслей – загрузи его работой. Когда напрягаешь все свои силы, чтобы оторвать от земли камень и при этом не потерять концентрацию, в то время как то и дело в поле зрения мелькают опаснейшие твари, на посторонние мысли времени не остаётся.
Идти приходилось медленно. Улицы мёртвого мегаполиса были ужасно захламлены, а в некоторых местах перепаханы взрывами. Кое-где после детонации ракет или бомб случились обвалы, и асфальт провалился, оголив подземные коммуникации. Ну и море растительности, облепившей здания и пробивающейся через асфальт, естественно. В общем, полный постапокалиптический хаос во всей красе. Не знаю, забирался ли кто-нибудь из людей так далеко вглубь московского Очага после Прорыва. Скорее всего, нет, разве что нынешний император Грегор, хотя сильно сомневаюсь, что он смог добраться до эпицентра и сразить архидемона. Скорее всего, ему просто повезло натолкнуться на труп архидемона, валяющийся где-то под завалами, ещё со времён Прорыва. Теперь, когда я своими глазами увидел сколько тварей шастает по московскому Очагу, то понимаю, самостоятельно сразить архидемона имперцы не могли.
Чем дальше мы заходили, тем отчётливее я понимал: не вывезем. В данный момент точно не вывезем. Мы ещё даже не во внутреннем контуре, а вступать в открытый бой уже нельзя – нечисть задавит массой, и какими бы возможностями мы ни обладали, нужны десятки, а лучше сотни людей с развитыми эттеронами и огромный запас эттерниума. Нам надо объединить усилия с Грегором, а не воевать.
Вот только иметь какие-либо дела с человеком, который творит лютую дичь, я не хочу от слова совсем. Ему нет веры. Он может подставить в самый ответственный момент, если посчитает это выгодным для себя. Именно Грегор создал проблему гибрида, а когда она вышла из-под его контроля, то навострил ласты, сметая всё и всех на своём пути.
Единственный вариант сохранить жизни бойцам Ковчега – это перенести агрессию Грегора на других. Например, погасить блокирующий перемещение имперцев на запад Очаг, и пусть там с прибалтами рубятся. Тоже не самый правильный вариант. Во-первых, не факт, что Грегор пойдёт на Речь Посполиту, он может собрать гемы из уничтоженного Очага и направить эту мощь против Ковчега. Ну а во-вторых, если имперцы получат по зубам, то потом прибалты придут уже в Ковчег. Не будет у них на пути, сдерживающего экспансию Очага.
Если уж говорить начистоту, то я тот ещё сухарь и не сильно буду переживать о потерях, но теперь я с Карой, которой не всё равно, и приходится брать этот факт в расчёт. На мой взгляд, наиболее разумным остаётся радикальный вариант, когда мы прикидываемся кем-то из высших аристократов империи и убиваем Грегора в честной дуэли.
— А что это изменит? – спросила Кара. По всей видимости, я слишком громко думал. – Останешься править империей вместо Грегора?
— Да делать мне больше нечего, – отмахнулся от такой перспективы я. – Это ж сплошной головняк. Сотни проблем надо решать каждый день.
— Тогда придётся в любом случае передать кому-то власть, – продолжила логическую цепочку рассуждений Кара. – Ставленника со стороны имперская элита не примет. Может, не сразу, но его убьют на дуэли. Значит, придётся возвысить кого-то из герцогов. Только где гарантия, что они не продолжат намеченный Грегором курс? Что, будешь убивать каждого неугодного правителя соседних стран? Пойми, Безб, любой президент, монарх или высший орган власти в какой-то момент станет неугодным, пойдёт вразрез с твоей волей и планами. Так было всегда, и это вряд ли когда-нибудь изменится. Если выкашивать всех подряд, то чем ты отличаешься от мясников прошлого? Воевать легко. Договариваться всегда сложнее.
— Хм, а вот это аргумент, – был вынужден признать я.
— У имперцев нет иных вариантов, кроме как уйти от московского Очага как можно дальше. Опустим тот момент, что они сами создали себе эту проблему. Наше направление при любом руководителе останется для них в приоритете.
— Не при любом, – возразил я. – Если мы уберём давление отродий гибрида на северные границы империи, нужда срываться с насиженных мест в преддверии осени и зимы у них отпадёт. Не самое это весёлое занятие – грязь месить и зад в окопах морозить, которые ещё вырыть надо.
— Да, это может дать отсрочку, но не думаю, что Грегор согласится без железобетонных оснований, – задумчивым тоном ответила Кара.
— Хм, а головы тех биороботов, которые клепают упырей и экипировку для гибрида, в качестве доказательств нашей силы и гарантий, что проблема будет решена, подойдут? – озвучил я неожиданно возникшую в голове мысль. – Нам ведь всё равно возвращаться к биореакторам, чтобы бактерию в них подсадить. Можем заодно и шороху там навести. Ну да, это осложнит охоту на гибрида, но если такой манёвр позволит предотвратить кровопролитие и сберечь тысячи жизней, то можно и поднапрячься.
— А это мысль, – воодушевлённым тоном ответила Кара. – Только вряд ли Грегора удовлетворят головы. Мы же, в теории, можем ему какую угодно голову подсунуть, но если мы доставим ему этих тварей живьём…
— И кто из нас после такого заявления безбашенный? – хмыкнул я. – Ты хоть представляешь, чего нам будет стоить такая операция? Гибрид находится со своими элитными крафтерами на постоянной связи. Заглушить сигнал я вряд ли смогу. На нас бросятся все твари, что окажутся поблизости.
— Кажется, вы с Адой обсуждали возможность телепортации? – сконфуженно почесав затылок, в несвойственной ей манере пропищала Кара.
— Большие расстояния пока вам точно не светят, – тут же отозвалась ассистентка. – Километр, максимум полтора. Да и то, перед перемещением надо будет установить специальное устройство в точке выхода.
— Лучше, чем ничего, – беспечно хмыкнул я. – По крайней мере это реальная возможность убедить Грегора не начинать войну. Давай свяжемся с Кириллом, посмотрим, что на это скажет Патриарх.
— Неожиданно, – выслушав нас, ответил отец Кары. – И какой же срок исполнения данного обещания я могу обозначить?
— Если особо не спешить и хорошо подготовиться к акции, то три недели – и мы доставим пленника к границе Московской империи, – после консультации с Адой ответил я. – Нам ведь ещё ситуацию в эпицентре надо разведать и кремлёвский бункер отыскать.
— Слишком долго. Грегор может посчитать, что мы просто тянем время, – выдержав небольшую паузу, задумчивым тоном произнёс Патриарх.
— Три недели, – стоял на своём я. – В качестве доказательств можете предоставить Грегору небольшой видеофрагмент, который я записал.
— Я постараюсь выбить вам как можно больше времени, Сергей. Но и вы не медлите, – подытожил Кирилл и завершил сеанс связи.
— Ускоряемся, – скомандовал я и перешёл на лёгкий бег.
К границе с внутренним контуром мы вышли через четыре часа. Приходилось соблюдать максимальную осторожность, потому как всё чаще на пути стали попадаться гидры, а эти твари, в теории, были способны пробить наш стелс. Всё же мощность модификации пока не гарантирует полную безопасность. Мне пришлось даже эттерниумовое напыление на костях активировать, чтобы усилить маскировочное поле.
— Придётся уходить под землю, – констатировал я. – Дальше двигаться по поверхности становится слишком опасно.
— Надеюсь, ты не заставишь меня вновь надевать костюм демона, – буркнула Кара.
— Незачем, – хмыкнул я в ответ, – твари такого уровня ориентируются не только на глаза. Если они пробьют стелс, то никакая маскировка уже не поможет.
— Почему ты считаешь, что в тоннелях метро нечисти меньше? – спросила Кара.
— А кто говорил о тоннелях метро? – деланно удивился я. – Или ты боишься запачкаться?
— Фу, Безб, – скривилась Кара, когда поняла, что я имею в виду городскую канализацию. – Давай лучше с боем будем прорываться.
— Да расслабься, там давно уже не воняет, – поспешил успокоить девушку я. – И грязи нет. Кхм, ну почти. Зато крупные твари туда точно не пролезут, а с мелкими мы справимся без особых проблем. Знала бы ты, сколько раз меня спасали подземные коммуникации городов в бытность простым сёрчером. Тем более что нам не придётся действовать вслепую. Ада отыскала среди кучи скачанной информации карту технических тоннелей Москвы. Я уже и маршрут к своему дому проложил.
— Это обнадёживает, – без особого энтузиазма в голосе ответила Кара, которая явно не горела желанием полдня слоняться по тёмной, пропитанной зловонными запахами канализации, в которой кишмя кишат разнообразные муты.
Ну да, немного преувеличил свои заслуги. В канализации мне, само собой, прятаться от нечисти приходилось, но вот чтобы передвигаться по ней, неееет, увольте, на такое безумство ни один сёрчер в здравом уме не пойдёт. Неизвестно какая тварь из-за поворота в любой момент вылезти может. Да и нет в небольших городах подземных коммуникаций, по которым можно передвигаться человеку. Трубы – да, тоннели – нет. Но мы сейчас в Москве, городе с населением больше тринадцати миллионов человек. Кхм, до Прорыва, естественно.
Первый же сканирующий импульс, который я отправил в открытый канализационный люк, заставил меня усомниться в правильности своего решения.
— Эммм, надеюсь, ты не боишься крыс? – решил на всякий случай уточнить я.
— Каких крыс, ты о чём, Безб? – тут же насторожилась Кара.
— Обычных таких, мутировавших крыс, – как ни в чём не бывало ответил я. – Размером с немецкую овчарку.
— Ты издеваешься? – вспыхнула Кара, нервы которой, похоже, были уже на пределе. – Вот сейчас совсем не смешно.
— Да я как бы и не смеюсь, – уже серьёзным тоном продолжил я. – Крыс в канализации действительно много. Но это не проблема, правда, Ада?
— Правда, – с достоинством ответила искин. – Мозг крыс устроен довольно примитивно. Целенаправленное воздействие на центр страха – и они уже улепётывают от источника угрозы на всех своих шести лапах. Кстати, хорошая тренировка для тебя, Безб. Одного унифицированного конструкта для реализации такой пугалки будет мало. Заклинание должно работать в связке с ментальным воздействием. Дайте мне пять минут, чтобы перенастроить параметры заклинания.
Не буду утверждать, что новинка от кудесницы Ады пришлась мне по вкусу, нагрузка на черепушку была просто адской, но ведь сработало же. Как только я смог синхронизировать ментальное воздействие с унифицированным конструктом, то в тоннелях раздался настолько жалобно-панический визг, что могло создаться впечатление, будто мутировавших бедняжек пожирают живьём.
В общем, тоннель очень быстро очистился. Кхм, образно говоря, само собой, продуктов жизнедеятельности мутантов под ногами оставалось много, так что о чистоте говорить явно не приходится. Надо было видеть лицо Кары, когда она спустилась в первый коллектор. Ядрёная смесь брезгливости, ярости и непонимания, что она делает в таком неподобающем для элиты Ковчега месте. Мда, к такому повороту жизнь Кару явно не готовила.
Так начались четыре часа наших скитаний по московской канализации. Сказать, что я вымотался — это ничего не сказать. Помимо того, что мне приходилось постоянно держать вокруг нас ауру страха, как с лёгкой руки Кары мы начали называть новую способность, приходилось периодически расчищать образовавшиеся за годы завалы. Кое-где и вовсе путь был наглухо завален, так что приходилось идти в обход.
Ну и энергетика внутреннего контура вносила свои сложности. Если в центральном растительности в тоннелях практически не было, то тут, как только мы пересекли барьер, начали сталкиваться с участками, которые практически полностью перекрывал странный плотоядный мох, который полностью поглощал обезумевшую от страха крысу за пару минут. Приходилось выжигать эту погань.
Но мы добрались. Проложенный Адой маршрут вывел нас практически к самому дому. Когда я выбрался из люка, сердце такой тоской сдавило, что стало трудно дышать. Родной двор, в котором я бегал с самого детства, было не узнать. Природа всегда возьмёт своё, а уж если масло в огонь подливает дикая и необузданная энергетика внутреннего контура огромного Очага, то результат вполне закономерен. Вся придомовая территория превратилась в один сплошной, непролазный лес. Местами ветки деревьев пробивали стёкла квартир и прорастали в дома. Иногда и вовсе проходили насквозь. Очень надеюсь, что верхние этажи остались целы.
— За мной, – скомандовал я вылезшей Каре, после того как аккуратно приладил люк обратно и завалил его камнем.
Вход в подъезд оказался перекрыт здоровенным корнем древесного исполина, так что пришлось включать антигравитационный артефакт и входить через балкон квартиры на третьем этаже. Рванувшую на нас из коридора, покрытую непонятными наростами кошку я упокоил с первого же выстрела. И ведь не видит нас, тварь мутировавшая, а всё равно догадалась о присутствии поблизости чужаков. Пришлось переводить сканер в режим постоянного функционирования. Мало ли какие ещё муты засели в здании. Лучше знать о появлении врагов заранее.
На лестничную клетку вышли через пару минут. Входная дверь оказалась завалена всяким хламом, но дезинтегратор легко справился с расчисткой, впрочем, как и с самой дверью. Шахта лифта оказалась заполнена ответвлением древесного ствола, а из дверей проросли ветви, оплели стены и заполнили всё пространство лестничной клетки, но парочка воздушных лезвий – и появился проход. Кажется, я уже упоминал, что обожаю магию.
Прорубаться через буйство природы на последний этаж пришлось довольно долго, но зайти на более высоких этажах было бы проблематично. Мои артефакты ещё очень несовершенны и не могут похвастаться высокой производительностью, так что полёты на десятки метров вверх нам пока точно не светят. Зато нападений мутов можно не опасаться. Выйти из квартир на лестничную клетку они не имеют никакой возможности, а проделанный проход я уже, по обыкновению, заделал пылевой завесой.
Осторожно освободив от растительности входную дверь своей квартиры, я материализовал на руке связку ключей, которую хранил всё это время. Они – это всё, что у меня осталось от прежней жизни. Дрожащими руками я вставил ключ в замок, отогнал назойливую мысль произнести молитву или перекреститься и с замиранием сердца провернул ключ.
Вот вроде бы сухой щелчок замка, а сколько эмоций он вызвал в моей душе. Не счесть, сколько раз я вот так стоял у чужих квартир и пытался попасть внутрь. Но сейчас совершенно другое. Сейчас я стою у своей двери. Я вернулся домой спустя почти двадцать лет. Скрипнула ручка, и дверь начала отворяться.
— Я дома, – прошептали мои губы, а на лице сама собой засияла счастливая улыбка. – Я вернулся.
Глава 4 Дом
Машинальным движением я повесил ключи на крючок с подписью «Серый», как это делал сотни раз, когда возвращался домой с прогулки или из школы, словно и не было этих долгих лет. Перешагнув перегораживающий проход самокат сестрёнки, посмотрел в зеркало. В уголке торчал листок бумаги, исписанный аккуратным почерком. Масло, молоко, хлеб… Мама всегда составляла список покупок и прикрепляла его к этому зеркалу. Тот, кто шёл в магазин, брал такой листок и покупал всё необходимое. Стянув с головы шлем, вытер единственную слезинку, что выступила из глаза. Воспоминания о родных всегда были для меня особенно болезненными. А тут ещё и наша общая фотография на столике стоит.
Мысленный приказ – и прихожая очистилась от пыли. Я взял в руку рамку с фотографией и в первый раз после Прорыва взглянул в лица родных. Мне всегда нравился этот снимок. Мама на нём выглядела лёгкой, можно сказать, воздушной. Казалось, что вот-вот – и взлетит. Она состроила умилительную рожицу, и сестрёнка покатывалась со смеху. Отец глядел на это с тёплой улыбкой, и лишь я демонстративно закатывал глаза. Для подростка вся эта возня с мелкой пигалицей казалась неинтересной. Эх, не ценим мы, что имеем. Я бы сейчас очень многое отдал, чтобы вернуться в прошлое. Многое, но не всё.
— Пойдём, устрою тебе экскурсию, – повернувшись к Каре, что в нерешительности мялась у входной двери, тепло улыбнулся своей половинке я.
— Мне показалось, что ты хочешь побыть один, – неестественно тихо произнесла Кара.
— Не говори глупостей, – потянув девушку в квартиру, проговорил я. – С кем, как не с тобой, мне разделить этот момент. У меня, кроме тебя, никого нет. Ты моя семья, Кара.
