– Белов, задержитесь на минутку, – окликнул меня ректор, когда я уже двинулся к выходу.
– Действуем согласно плану, – написал я Сергею короткое сообщение.
Рискую, конечно, но, что поделать, как говорится, такова жизнь. Я не сомневаюсь, что за Серёгой попытаются установить слежку, а то и вовсе захотят перехватить, чтобы допросить с пристрастием. Именно поэтому я передал ему свой перстень.
Если он попадётся, чего, согласно нашему плану, случиться, по идее, не должно, со стороны всё будет выглядеть максимально правдоподобно. Ушлый парень из простой семьи втёрся в доверие к лопуху-графу, а потом под шумок умыкнул у него семейную реликвию, ведь во время экзамена необходимо снимать все магические предметы. Если Потёмкин смог понять, что перстень является артефактом с интегрированным заклинанием пространственный карман, то и другие смогут, а где как не в скрытом хранилище прятать драгоценный лук, что стоит целое состояние. Хватит и на то, чтобы долг империи выплатить, и на безбедную жизнь останется. Граф всё равно не жилец, он и шумиху поднимать не будет, одни плюсы.
Алчные и подлые люди мыслят по одному и тому же шаблону. Для них в таком раскладе нет ничего зазорного, а значит, легко поверят, что и другой человек поступил точно так же. Они не признают таких понятий, как совесть, честь, дружба, взаимовыручка и считают их проявлением слабости. Такие несчастные личности есть в любом мире, по крайней мере я ещё не бывал в таких мирах, где не существует подлости, коварства и жажды власти или денег. Но проблема заключается в том, что такие люди, как правило, одиноки, преступные объединения не в счёт, если запахнет жареным, каждый будет выгораживать лишь собственную задницу, они никому не доверяют, а ни один одиночка не выстоит против сплочённой группы единомышленников, которые готовы отдать друг за друга свои жизни.
Вещей у Сергея не много. Практически всё необходимое предоставляла академия. Всё что надо давно уложено в инвентарь перстня, к которому я предоставил ему право доступа. Лука там, естественно, нет. Я спрятал его у Милы. Сейчас друг должен затаиться и ждать моего сигнала, так что просьба ректора задержаться оказалась как нельзя кстати. У Серёги появился хороший повод остаться одному и по-тихому залечь на дно.
Григорий Александрович попрощался со всеми членами комиссии и заговорил, лишь когда мы остались наедине.
– Не думал, что Успенские смогут запугать столько уважаемых людей и сильнейших одарённых империи, – помрачнел старик. – Но ты достойно справился со всеми испытаниями, Андрей. Каюсь, грешным делом, я подумал, что тебе не дадут сдать экзамен.
– Я не почувствовал в их крови страха, – пожав плечами, мол, бывает, чего тут такого, ответил я. – Лишь алчность. Скорее всего, членам комиссии обещали кругленькую сумму, если граф Белов завалит экзамен.
– Даже так? – ещё сильнее нахмурился ректор. – Что же, спасибо за информацию. Давно хотел очистить совет попечителей академии от грязи, и теперь у меня есть для этого все основания. Но я хотел поговорить с тобой не об этом. Ты спрашивал меня, есть ли способ получить доступ в зону на постоянной основе, отвечаю: есть. Император издал указ, и завтра утром об этом объявят официально. В империи будет сформирована совершенно новая организация, основной целью которой будет очищение нашей земли от иномирных тварей.
– Император решил создать лигу охотников? – не подумав, брякнул я.
– Как ты сказал? Лига охотников, – словно пробуя выражение на вкус, повторил Григорий Александрович. – А что? Чертовски правильное название. Надо будет переговорить по этому поводу с Жуковым. Изначально собирались назвать людей Свободными Стражами, но Охотники больше подходит. В общем, неважно. Согласно задумке, Охотники не будут привязаны к воинским частям и вообще иметь прямого подчинения армейским структурами Российской империи. У Охотников будут как привилегии, так и обязанности, с полным списком которых ты сможешь ознакомиться при поступлении. Первые учебные части будут сформированы на базе корпуса Стражей.
– Хм, то есть какое-то время придётся находиться в расположении корпуса? – нахмурился я.
– Да, – подтвердил ректор. – Как минимум месяц. За который опытные Стражи проверят кандидатов на вшивость и обучат основам выживания в зоне.
– Можно ли сократить этот период? – спросил я, так как терять столько времени мне совершенно не хочется.
– Этим вопросом тебе придётся заниматься самостоятельно уже на месте, – уклончиво ответил ректор, – я сказал тебе всё, что мне известно по существу вопроса.
– Спасибо вам, Григорий Александрович, – поблагодарил старика-ректора я. – Сколько у меня есть времени, чтобы покинуть академию?
– До полуночи, Белов, – напрягся старик, отчего его кровь чуть ли не вскипела. Похоже, на него надавили, чтобы вышвырнуть меня за стены как можно быстрее. – И это не моё решение, – всё же добавил он.
– Я понял вас, – принял к сведению информацию я, сверившись с часами на смартфоне. Сейчас почти восемь вечера. – В течение трёх часов я покину территорию академии.
– Будь осторожен, Белов, – намного тише проговорил ректор. – Тебя будут ждать.
– Знаю, Григорий Александрович, – зловеще улыбнулся я, отчего много чего повидавший в свой жизни воин невольно сделал шаг назад. – Они ещё не догадываются, с кем связались, и пожалеют, что встали у меня на пути.
Повернувшись к князю Потёмкину спиной, я спокойно пошагал в сторону выхода со стадиона, насвистывая себе под нос мотив одной прикольной песенки, которая запомнилась из прошлых жизней: «We will, we will kill you!»
По идее, я могу уходить из академии прямо сейчас. Надо всего лишь забрать у Милы свой лук. Хм, в смысле попрощаться с милой и симпатичной девчонкой и заодно забрать свой лук. Собственно, туда я и направился прямой наводкой.
Я собирался вначале заглянуть в свою квартиру, чтобы проверить, не забыл ли я чего упаковать, но стоило подняться на этаж, как соседская дверь отворилась, и из неё возник знакомый женский пальчик, который призывно поманил меня. Без колебаний сменил траекторию движения, но, когда очутился в квартире Милы, конкретно так охренел, потому как девушка оказалась абсолютно обнажённой.
– Если скажешь хоть одно слово, Белов, я тебе придушу. Так что просто закрой дверь и люби меня.
Ну а я чего, закрыл, да как начал, кхм, любить, трижды, а потом ещё два раза. Ну а если отбросить шутки в сторону, что со мной бывает не часто, то я ждал чего-то подобного. Что же, это не импульсивный порыв, продиктованный выбросом в кровь гормонов, а её осознанный выбор. У девушки было время взвесить все за и против. Миле ненавистна мысль, что придётся делить постель с таким отребьем, как княжич Успенский, но и прыгать в койку с кем попало не позволяет чувство собственного достоинства. Девушка оказалась в ловушке, в то время как последние свободные от, по сути, рабства дни стремительно утекают. Казалось бы, безвыходная ситуация, потому как парни тупо не подходили к девушке, но тут на горизонте нарисовался я, весь такой уверенный в себе и плюющий на угрозы со стороны Успенских, и девчонка сразу поплыла.
Любовь ли это? Возможно, да. По крайней мере, чувство влюблённости Мила ощущает, это чувствуется сразу, ну а перерастёт ли это в нечто большее, ответит лишь его величество время. Что насчёт меня? Тут всё сложно. Не во всех мирах вообще существует такое понятие, как любовь. Некоторые расы схожи в этом вопросе с эльфами, а некоторые и вовсе предпочитают избегать тесных контактов с противоположным полом и тупо подбирают себе гены для продолжения рода из огромной базы данных, а потом выращивают эмбрион в специальной капсуле. Я уже говорил, мультивселенная огромна.
Мила, мне, несомненно, нравится, а Андрей так вообще был бы на седьмом небе от счастья, если бы она стала его женой, но я БАГ с тысячелетним опытом, и боюсь, что мне необходимо нечто бо́льшее, чем мимолётное влечение. Я привык смотреть в первую очередь на поступки людей, потому как словам веры нет.
Я давно заметил одну особенность. После перерождения в новом мире сознание подстраивается под конкретного носителя, благодаря чему я не ощущаю груз прожитых лет и могу наслаждаться каждой жизнью, всегда оставаясь самим собой. Тысячелетний опыт воспринимается как некий фон, информационный пласт, к которому у меня имеется неограниченный доступ.
Понятия не имею, как это реализовано, но механизм работает. Каждый раз после перерождения я ощущаю, как с плеч сваливается огромный груз прожитых лет, как бы начинаю одновременно и с чистого листа, но помню все предыдущие жизни. Я могу, словно прыщавый пацан, отплясывать на дискотеке и гоняться за каждой юбкой и в то же время хладнокровно уничтожать своих врагов. Как-то так. С отношениями всё тоже довольно непросто. Одно дело – простая интрижка, можно сказать, удовлетворение естественных потребностей, которые, ко всему прочему, гипертрофированы бурным ростом магической силы, и совсем другое – создание семьи. К этому вопросу я всегда подходил очень серьёзно.
– Возьми это, – прошептала мне на ухо Мила, когда у нас практически закончилось время. – Я сделала его для тебя. Там заключена частичка меня, и я хочу, чтобы она всегда была рядом с твоим сердцем.
Мила надела мне на шею очень непростую цепочку из иномирного мифрила, на которой обнаружился амулет из жёлтого кристалла души, что я передал ей после победы над древнем. Ювелир успел огранить самоцвет и придать ему вид птицы. Внутри жёлтого, прозрачного минерала был заключён распустившийся бутон розы, но не алой, подобной той, что я подарил девушке, а синей, покрытой инеем, олицетворяющей стихию Милы.
– Колибри, – улыбнулась Мила, погладив птичку. – Такая же миниатюрная, как и я.
– Ты как будто прощаешься со мной, – озвучил я свою мысль. – Неужели ты ещё не поняла, кто находится рядом с тобой? Верь в меня и ничего не бойся. Я своих слов на ветер не бросаю.
– Я верю, Андрей, – ответила девушка, – хотя прагматическая часть моей души и твердит, что при таких вводных выжить просто невозможно. Очень жаль, что мы не сможем общаться. Мой телефон, скорее всего, прослушивают.
– Вообще не проблема, – весело улыбнулся я. – Не потеряла второй жёлтый кристалл?
– Нет, – вскочила с кровати Мила и, нисколько не стесняясь своей наготы, побежала к туалетному столику, на котором стояла шкатулка, – держи, – вручила она мне кристаллик спустя несколько секунд.
Время уже поджимало, но я не мог разочаровать Милу. Поэтому, зажав самоцвет в руке, начал работать. Сперва поместил в самый центр кристалла несколько капелек своей крови, которым, по примеру Милы, придал форму бутона розы. Затем начал плести сложную пространственную формулу конструкта удалённой связи. На Земле таких артефактов очень мало, по крайней мере в открытом доступе такой информации Андрею не попадалось. Да и особой необходимости в них нет. Зачем заново изобретать велосипед, когда сотовая связь обходится гораздо дешевле. Вот только у ментального общения есть одно существенное преимущество – такой разговор или обмен мыслесообщениями невозможно подслушать.
Мила наблюдала за моей работой затаив дыхание. Ничего подобного она ещё рпньше не видела. Для создания устойчивой связи между двумя людьми надо всего лишь две вещи. Источник магической энергии, в роли которого будут выступать кристаллы души, и привязка к конкретному человеку. Для этого идеально подходит частичка силы одарённого.
– Теперь ты сможешь в любой момент связаться со мной или отправить ментальную смс-ку, – улыбнувшись, проговорил я, а потом создал из своей кристаллизованной крови цепочку и надел её на шею Милы. – Никто без твоего желания не сможет снять этот амулет, ну а для связи надо всего лишь сжать кристалл, настроиться на частичку меня и мысленно произнести то, что хочешь сказать. Когда сообщение дойдёт, кристалл нагреется, и я это почувствую. Вот так.